Love to the point of invention

В полной тишине, прерываемой лишь пением птиц в лесу, Ева наблюдала за восходящим солнцем и, прижимаясь к ветхим перилам хижины, курила. От вчерашнего жуткого тумана не осталось и следа. Впервые за долгое время Ева ощущала себя хозяйкой положения. Она была готова к появлению нежданных гостей вроде Билла. Женщина стряхнула остатки пепла на землю. Запах дыма успокаивал и позволял спокойно обдумать ту дерьмовую ситуацию, в которую она умудрилась вляпаться. Зря она надеялась, что присутствие Вилланель избавит её от кошмаров: всю ночь ей снился Антонио Бьянки и вышедший из строя андроид. Но отныне убийство человека не было основной проблемой — это её прошлое, от него не убежать. Ева размышляла о более важных вещах: их будущем и о том, что им делать дальше. Не могли же они прятаться вечно. Или могли? На мгновение она позволила себе предаться грёзам и представить, каково это — жить в маленькой хижине вдали от всего мира. Просыпаться от слепящих глаза лучей солнца, пробивающихся через зашторенные окна, а затем лениво плестись на кухню и видеть там Вилланель с чашкой кофе в руках. Ухаживать за садом на задней части двора, обмениваясь инструментами и мимолётными взглядами, и невзначай касаться друг друга. Опрокидывая ненужную лейку, притягивать Вилланель за рубашку и обучать её тому, каково быть человеком… Ева задумчиво смотрела вдаль, пока жжение от сигареты не вернуло её к реальности. Она резко дёрнулась и зашипела, а затем подула на свежую круглую отметину на своей руке. — Чёрт побери, — бросив окурок на землю и сердито растоптав его, пробормотала она. От остатков сигареты осталась лишь измельчённая белая пыль. Кто-то поблизости кашлянул, и Ева замерла. — Вижу, я выбрала не самый удачный момент для визита. Мне вернуться позже? Засунув руки глубоко в карманы пальто, Кэролин невозмутимо стояла посреди грунтовой дороги. Её машина была припаркована на обочине возле трассы. Ева пристально взглянула на женщину. Внутренний голос напомнил, что она даже не заметила её появления. Как долго Кэролин наблюдала за ней? — Хотите схватить меня? — медленно ставя ногу на землю, едва слышно спросила Ева. Вилланель, наверняка, умирала от скуки, безмолвно меряя шагами хижину. Но это занятие было единственным развлечением для неё. Еву даже удивляло, что андроид до сих пор не позвала её. Чудо, не иначе. Кэролин развела руками. — Разве похоже, что я собираюсь схватить вас, Ева? — она молча покачала головой вместо ответа. — Нет, я здесь не для этого. Я отвезу вас домой. Вряд ли кто-то из нас горит желанием остаться на ночь в этих развалинах. Её взгляд, скользнув мимо Евиного плеча, проследил за упавшим с крыши куском черепицы. Хлоп. — И это не обсуждается, — заявила Кэролин. — Уверена, Вилланель достаточно отдохнула для путешествия, — развернувшись, она спустилась к дороге. — И всё? — недоверчиво переспросила Ева, отчего Кэролин остановилась и, склонив голову набок, едва заметно улыбнулась. — На этом всё, — уверила Кэролин. — Вы ожидали другого исхода? Было бы нелепо с моей стороны не учесть сбоев в операции. Женщина с невозмутимым видом озвучила свои доводы, а после, сжав губы в тонкую линию, изучающе посмотрела на Еву. — Напротив, ваша последующая реакция была довольно интересной, пускай она слегка и усложнила мне работу, — с этими словами Кэролин направилась к машине. — Вернёмся к этому позже. Не забудьте собрать все вещи. Судя по тому, что мне пришлось увидеть, ваша квартира нуждается в тщательной уборке. Ева смотрела вслед женщине, пока та, свернув за угол, не скрылась за кустарниками. Она вытащила из кармана вторую сигарету, надеясь, что очередная доза никотина наполнит её голову новыми идеями. — Да чтоб тебя, — пробормотала она, обнаружив, что в зажигалке кончился газ. Похоже, мечтам о спокойной жизни пришёл конец.

***

— Можешь хотя бы включить радио? Я умираю от скуки, — сидя в салоне маленькой Volvo, громко пожаловалась Вилланель. — Хижина, знаешь ли, не самое лучшее место для андроида. Водитель молча продолжал смотреть на дорогу, а Кэролин предусмотрительно вставила беруши около часа назад, оградив себя от ненужного шума. И только Ева оставалась несчастной жертвой не прекращающихся комментариев Вилланель. — Он андроид, Вилланель, — устало ответила Ева. Замок на двери с каждой минутой казался всё соблазнительней. В голове вертелось множество способов, как именно — решись она на столь рискованный поступок — использовать руку для смягчения удара о горячий асфальт. Успех зависел от правильного приземления, но большинство вариантов не гарантировали его полностью, поэтому Ева быстро отказалась от своей затеи. — Это и так ясно, — андроид взглянула на неё с раздражением. — Он слишком грубый. Вилланель сделала акцент на втором предложении, адресуя свои слова непосредственно водителю. Впрочем, его громоздкий силуэт даже не пошевелился. — Он не может говорить, — добавила Ева. — Или думать. Он не более, чем приложение-навигатор в человеческом облике. Он не такой, как ты. Ева упустила тот факт, что в целом мире не было андроида, похожего на Вилланель. Как в имитации человеческого поведения, так и в создании предпочтений или в развитии собственного восприятия и суждений. Вилланель была субъективна, но в то же время она совмещала в себе присущую обычному андроиду объективность. К тому же не существовало настолько самодостаточного андроида, способного изменить собственную директиву. До неё. Для Евы этот момент являлся главной проблемой, заполняющей все уголки сознания. — Моя директива — охранять и защищать Еву Пак, — прошептала она. Ева протянула руку под одеялом, нащупывая ладонь Вилланель. Она сжала её и поднесла к своей груди. — И? — выжидательно произнесла Ева. — Неясность, запуск процесса переоценки. Ева была уверена: этот вопрос по-любому придётся решать. Мелкие проблемы росли снежным комом, и рано или поздно, если Ева ничего не предпримет, они превратятся в сплошную головную боль. Как в ночь убийства Антонио Бьянки. Вполне серьёзный повод немедленно исправить ошибки. Но до этого у неё всё никак не доходили руки. Ей нужно было составить список задач, что являлось весьма затруднительным. Особенно, если всё внимание сосредоточено на спасении собственной жизни и преодолении странного напряжения между ней и андроидом. — Он не такой, как ты, — передразнила Вилланель. Она скрестила руки и уставилась в окно — её неизменное занятие на протяжении последнего часа. Это разительно отличалось от первых тридцати минут их поездки. Тогда Вилланель с энтузиазмом озвучивала пришедшие на ум шутки в надежде увидеть на безучастном лице Кэролин хоть крошечный намёк на улыбку. С тех пор оранжевые беруши стали неотъемлемым аксессуаром женщины на следующие несколько часов. — И как я даже на миг могла подумать, что у тебя с ней роман, — в ужасе прошептала Вилланель. — Хотя, знаешь, с кем у неё могла быть связь? С Еленой! Её язык может так глубоко забраться Кэролин в задн... Ева тотчас хлопнула её по руке, требуя немедленно заткнуться. Не то чтобы андроид несла полную чушь, но говорить подобное было не совсем тактично. Лишь хмыкнув, Вилланель метко подметила: женщина только что сама повела себя не совсем тактично. Ева с лёгким раздражением подумала, что случившееся теперь будет преследовать её вечно. Всё же убийство нельзя было сравнить с неудачной ночной вылазкой. Возможно, именно так и обстояло дело для кого-то вроде Вилланель — или той, кем она должна была быть, — или для бездушных проектов Хелен, или бота-водителя. Но не для Евы. — Ах да, — внезапно отозвалась Кэролин с пассажирского сиденья, — завтра утром у вас встреча, Ева. И мы намерены использовать часть вашего отпуска, чтобы покрыть те потраченные впустую часы ваших метаний. Уверена, вы отнесётесь с пониманием. Снисходительный тон Кэролин звучал так, словно Еве делали огромное одолжение… — Конечно, — с натянутой улыбкой ответила она.

***

— Извините за беспорядок, — высадив Еву и Вилланель у дома, напоследок бросила Кэролин. Слова женщины были лишь грёбанным преуменьшением. — Видимо, уборка не входила в их обязанности, — пробормотала Ева, переступая через осколки, оставшиеся от когда-то целой фарфоровой статуэтки. Её квартира была полностью разгромлена: диван в гостиной перевернут, осколки посуды и обломки дипломов разбросаны по полу. Впрочем, чего она хотела: Ева считалась едва не преступницей, которую разыскивали как минимум несколько часов подряд. — Они хотя бы закрыли за собой дверь, — с улыбкой, больше похожей на гримасу, ответила Вилланель. Осторожно переступая через осколки, она прошла вглубь помещения. Едва слышный жужжащий звук в углу комнаты привлёк её внимание. Целая, но явно сбитая с толку GABRIEL обеспокоенно кружилась на одном месте. — Привет, милашка, — взяв её на руки, ласково прошептала андроид. Она слегка отряхнула пыль с дроида и отнесла её на кухню, где Ева оценивала нанесённый ущерб. Мрачное выражение лица женщины смягчилось, когда она заметила дроида в руках Вилланель. GABRIEL радостно присвистнула. — Хорошо, что они тебя не забрали, — с облегчением вздохнула Ева. — Спасибо, — она взяла дрода у Вилланель и успокаивающе погладила её. Полностью осмотрев квартиру, Ева безнадёжно пожала плечами. — Как думаешь, страховка покроет ущерб? — с надеждой спросила Вилланель. Ева рассмеялась: — Это, по-твоему, главная проблема? Я понятия не имею, что ждёт меня — нас — пока не поговорю с Кэролин — или с кем бы то ни было — завтра. И да, моей зарплаты должно хватить, если тебе всё ещё интересна финансовая составляющая. Улыбка исчезла с лица Евы, когда она вернулась к созерцанию руин, в которые превратилось её жилище. Для разрушения всего, что она с таким трепетом создавала с нуля, оказалось достаточно пары дней. Ей было знакомо это чувство. Вилланель, должно быть, заметила изменения в её поведении и принялась подметать мусор без каких-либо намёков со стороны женщины. Она кивнула Еве, которая продолжала стоять посреди квартиры с GABRIEL в руках. — Отдохни и поешь, Ева. Твои кости староваты для тщательной уборки. А я так молода, — съехидничала андроид. — Всего-то третий десяток, помнишь? Во мне столько энергии, хоть круги вокруг тебя наматывай. Ева замерла на мгновение: — Ты уверена? Я... — Иди уже, — перебила её Вилланель. — Не переживай, к твоему возвращению я по-прежнему буду здесь. — Мне нужен от силы час, — женщина задержалась возле двери и добавила: — И кто знает, может, я найду уже этот хагельслаг. Вилланель улыбнулась, провожая её, а затем вернулась к наведению порядка. Спустя несколько минут напряжённого молчания, нарушаемого только скрипящим звуком от подметания осколков, Вилланель не выдержала и, не отрываясь от своего занятия, крикнула: — Выходи уже, Константин, прячешься ты весьма хреново. Она услышала глухие шаги, а затем увидела силуэт мужчины. Он осмотрел квартиру и, приподняв брови, заключил: — Видал и хуже. Блондинка выбросила очередную кучу мусора в мешок и с недовольством взглянула на Константина: — Какой же ты кретин. Разве обязательно нужно было устраивать такой погром? — Я-то кретин? — недоверчиво переспросил Константин. — Для потенциального трупа Ева ещё хорошо отделалась. Она в курсе, что это ты привела нас к хижине? — Конечно, нет, — огрызнулась Вилланель. — Ева никогда бы не позволила этого. Она самый упрямый человек из всех, кого я знаю. — Ты ещё не знакома с Ириной, — сухо парировал Константин, а затем продолжил: — Кэролин встретится с ней завтра. Ты же понимаешь, чем чреваты твои действия, верно? Несколько минут Вилланель молчала, заканчивая убираться на кухне. — Да, — наконец ответила она. — Я хорошо всё обдумала. — Вот и славно, — Константин явно был доволен услышанным. — Ева лишь хотела защитить своё детище. Не вини её в произошедшем. Разве ты не поступила бы так же? — Нет, — хмыкнула Вилланель. — Я слишком эгоистична для этого. Боюсь даже представить, какой самовлюблённой и невыносимой была бы, окажись я человеком. Впрочем, неважно, — пробормотала она. — Главное, что Ева в безопасности, а я могу вернуться к работе. Теперь проваливай, мне нужно закончить с уборкой до её возвращения.