Death messenger.

      Чёртов карантин все планы мои грандиозные сломал. Идей интересных в голове моей с кучу было, но не одну воплотить в жизнь не удалось.       Единственное, что во время самоизоляции я делал — это время попросту тратил, и к женщине своей ездил.       Эта мерзкая стабильность уже комом в горле стоит. Каждый раз заканчивать поток в полночь и немедленно ехать к своей избранной. Порой ощущаю себя собакой, что на коротком поводке держат.       Алина хочет, чтобы я был идеальным, чтобы был умным, начитанным, а я хочу быть любимым. Мечтает она слепить из меня, как из пластилина детского свой идеал. Забыла ты, любимая, что я не средство для лепки, а живой человек, что обладает способностью чувствовать. Каждый раз после её нравоучений и чтения морали хочется быстро встать, забрать вещи и уйти прочь, громко хлопнув дверью, но я сижу на месте смирно, как дрессированная немецкая овчарка. Её строгий взгляд и строгий характер не дают мне сделать это.       Сегодня я не смог больше держаться и терпеть. Я высказал ей всё, что накопилось в моей голове за то время, пока она управляла мной, как марионеткой. Её громкий крик и огромные голубые глаза не выходят из моей головы. Навсегда запомню её слёзы, Алина горько плакала, когда ушёл я, громко хлопнув массивной дверью.       Возвращаясь в родительский дом я тоже плакал. Вместе со мной роняло слёзы и тёмное, как дёготь небо. Дождевые капли громко ударялись о лобовое стекло машины и закрывали обзор. Я плакал от осознания того, что моей любовью пользовались, меня никогда не любили. Я разочарован был во всём, в себе и в окружающих меня людях. В голове эхом раздавалось — Никому не доверять, не верить никому.        Наверное, я слишком утомлён, слишком расстроен, слишком убит морально.

Пару недель спустя

       Московская погода всё никак не могла наладиться, как и моё настроение. Прошло достаточно времени, чтобы отпустить произошедшее, но я не могу справиться с собой. Я слишком влюблён, слишком слаб характером. Не ем уже несколько дней, в пищу принимаю только дешёвый виски и таблетки от похмелья. Сбросил уже достаточно много киллограм веса, но меня это не пугает, мне на всё плевать.       По вечерам, в темноте стал замечать ослепительно-белый силуэт. Он стоял неподвижно и слегка освещал комнату своими лучами. Силуэт очень высокий, намного выше меня. Обращён он спиной, я не вижу его лица, но вижу большие крылья, которые на вид кажутся очень мягкими.       Я постоянно хочу заговорить с ним и узнать о том кто он, но рот будто склеивается на пару секунд, а после белая фигура вновь исчезает.        Силуэт приходит во снах, он говорит, чтобы я пришёл наконец в себя и одумался. Я не хочу слушать его, он — лишь моя фантазия, он — не существует.

Спустя несколько недель

      Сегодня выпил я намного больше, чем употреблял раньше. Я выпил слишком много таблеток. Голова стала очень болеть. Кажется, пришёл мой черёд. Я готов к своей смерти, мне нечего терять.       На моём телефоне пропущенных звонков куча от родителей, от друзей и других людей, которые хотели мне помочь, но не смогли. Я благодарен всем им за то, что беспокоились они обо мне, но кажется, уже поздно.       По привычке смотрю в темноту и вновь вижу там ослепительно-белый силуэт, но сегодня он обернулся ко мне лицом. Одет он был, в просторную белую рубаху в пол, его голову украшал большой, словно выкованный из золота нимб. На груди у него сияла небольшая цепь, с брелоком, где виднелась надпись «Death messenger». Перья на огромных, распахнутых крыльях переливались золотым блеском. На ногах были заметны сандали, тоже украшенные золотыми узорами. Его черты лица невероятными были, нечеловеческими. Очень худая шея, ярко выраженные скулы выглядили пугающими. Слегка прикрытые и расслабленные губы были обычными. Единственное, что по настоящему завораживало и приковывало взгляд — это его глаза. Их цвет напоминал море во время шторма, тёмно-голубые. Они напомнили мне хрусталь, что так ярко светится на солнце. Я не мог оторвать от них взгляд, очами своими он вводил меня в состояние гипноза.        Смотря ему в глаза, начал понимать я, что сознание теряю. Мир вокруг меня стал обращаться во тьму. Последнее, что запомнил я, это светящийся взгляд волшебных очей, что всё ещё не выпускал меня из гипноза.