Bangtan Boy

Намджун позвонил после часу дня, как Чон Хосок и просил. По факту он позвонил в час тридцать, чтобы наверняка, и был встречен профессиональным, даже холодным голосом Маньячного Менеджера Чон Чонгука. - Я надеялся, что ты был слишком пьян, чтобы вспомнить об этом, - сказал Хосок сухо, спокойно, собрано. – Отстойно быть мной, полагаю. - Юнги выспался? – Намджун едва удержал дразнящий смешок, слыша как Хосок задержал дыхание. – Я надеюсь, я позвонил в удачное время? - Да, Ким Намджун, - Хосок раздраженно вздохнул, прозвучав почти нервно. – Ты все еще шантажируешь меня? - Да, пожалуйста, - Намджун нервно побарабанил по столу, дергаясь от нервов. Он был почти готов, когда бы Хосок ни позвал его; костюм, затянутый на шее галстук, волосы уложены назад, очки на носу, подчеркивающие его профессионализм. – Мне очень нужно это интервью. И обещаю, ты больше меня не увидишь. Одно маааленькое интервью. - Угу, - Хосок не звучал убежденным. – Как скажешь. Ты получишь свое интервью. Номер 904, будь здесь в течение получаса. И без записывающих устройств. - Понял. - Удачи, - Хосок снова вздохнул, прежде чем бросить трубку, и Намджун задрожал от волнения. Наконец-то это, блять, случится. Чон Чонгук, Эверест всей его журналисткой карьеры, наконец-то будет покорен, и Намджун сможет уйти на покой. Но он не мог не вспомнить вчерашние слова Юнги, как его глаза светились, как Хосок подпрыгнул, пытаясь заткнуть его. Ты ему нравишься. Намджун выдохнул, подошел к зеркалу, проверил и перепроверил, чтобы все было в порядке. Он не хотел дать Чонгуку ни одного повода, чтобы засомневаться в нем, ухмыляться презрительно или попытаться заставить Намджуна почувствовать себя униженно. Сегодня он руководил, и он получит свои ответы, не важно, сколько времени ему нужно будет провести с этим сопляком и его высокомерием. Намджун осмотрел свой сделанный на заказ костюм, затянул галстук, и поправил запонки, и пригладил прядь светлых медовых волос, что выбилась из идеально уложенной прически. Он выглядел отлично, он знал это. Вместе с этим пришла уверенность, которую он чувствовал только когда он был Главным Спортивным Журналистом Бантан Таймс. Намджун был готов одержать верх в этом интервью. Он был готов одержать верх над Чон Чонгуком. Дойти до номера не заняло много времени, он не взял ничего, кроме телефона и портфеля с его блокнотом. Пока он поднимался на лифте, его живот крутило от нервов. Нет, он чувствовал себя уверенно, но все еще нервничал, совсем, абсолютно не зная, что ему ожидать. На самом деле, Намджун даже никогда не видел Чонгука близко. Большие экраны не в счет, его никогда не пускали в первые ряды на конференциях, так что все его предположения были сделаны, пока он наблюдал за Чонгуком в отдалении и изучая его лицо в журналах, по телевизору. Ему было интересно, таким же милым он был вблизи, хоть секретно надеялся, что нет. Невозможно сосчитать, как часто Намджун думал о Чонгуке, сидящем на его коленях, и если он такой же красивый, как в его фантазиях… это будет самое трудное интервью в его жизни. Вот, дверь перед ним, цифра 904 блестит на свету, Намджун поправил себя еще раз, прочистил горло и постучал в дверь. И… тишина, тишина, тишина. И затем торопливые шаги, дверь распахнулась, Чон Чонгук появился прямо перед его, блядь, глазами. Ох, дерьмо. Чон Чонгук был намного красивее, намного привлекательнее, намного лучше, чем когда-либо представлял Намджун. Мягкие волосы, милый нос, влажная загорелая кожа. Маленький шрам, пересекающий высокую скулу, большие блестящие глаза, и красные губы, маленькие и сладкие, как клубника. Намджун захотел укусить их, распробовать их, голодный до мечты, которой являлся ебучий Чон Чонгук. Парень был выше, но в то же время изящней, чем Намджуну казалось; он был худосочным, мускулистым, с широкой грудной клеткой, но тонкой талией, одетый в спортивные штаны и гигантскую худи, которая ни капли не скрывала в какой он форме. Бля. - Наконец-то выбил это интервью? Чонгук усмехался, сложив руки и опираясь на дверной косяк, Намджун почти почувствовал его заносчивость на языке. Он попытался подавить закипающий гнев, изобразив на лице отрепетированную улыбку, и протянул руку для рукопожатия. - Да, здравствуйте, я Ким Намдж… - Я в курсе, кто ты, пуленепробиваемый мальчик. Намджун громко сглотнул. - Извините? - Да ладно, - Чонгук качнул головой, продемонстрировав свои кроличьи зубки в улыбке. – Ты заходишь или как? Ох, как Намджуну это не нравится. Не нравится, как этот ребенок распоряжается, будто бы Намджун не очень-то и достоин, чтобы тратить на него время, разговаривает с ним фамильярно, самодовольный в своем по-дурацки милом спортивном костюме. Но Намджун промолчал, следуя за Чонгуком в номер, глазея по сторонам в попытках не пялится на чонгукову задницу. Ох. Это был… - Мы займемся этим в моем номере, остальные забронированы. - Л-ладно… - Намджун едва нашел слова. Кровать была в беспорядке, грязные вещи валялись тут и там на мягком ковре, стол у стены был завален различными предметами; ноутбук, пустые банки колы, содержимое косметички рассыпано по деревянной поверхности. В комнате даже пахло приятно, почти непереносимо. Как после душа с запашистым мылом, немного дезодорантом, и, скорее всего, фруктовым спреем для тела. Намджун направился к креслу у стены, не уверенный, должен он сесть или нет. Потребовалась вся его выдержка, чтобы не вдыхать аромат глубоко. - Ты наверное взволнован, - сказал Чонгук внезапно, указав на кресло, приглашая Намджуна занять место. В некоторой степени, это было унизительно, интервью мечты Намджуна должно было произойти в неряшливом номере отеля, ему пришлось сидеть в кресле, потому что выбора не было и свободного номера не оказалось. А еще Намджуну не нравилось выражение лица Чонгука. Как будто он был довольным, почти в восторге. - Почему я должен быть взволнован? – пробормотал Намджун, чувствуя, что вот он максимально далеко, от того, чтобы быть в восторге. - Ты пытался заполучить это интервью многие месяцы. Должно быть, ты почувствовал себя таак хорошо, когда я согласился, верно? Намджун скрипнул зубами, сжимая их, чтобы не сказать в ответ что-нибудь грубое. Чонгук, кажется, заметил. - Я имею в виду, в конце концов, ты начал шантажировать моего менеджера за эту возможность. Ты, видимо, хотел этого таааак сильно. Намджун напрягся, Чонгук смотрел на него с широко раскрытыми, сияющими глазами, его милые губы искривлены в усмешке. Намджун хотел заставить его плакать. - Давай, Ким Намджун. Покажи, как сильно ты хотел этого. Намджун стиснул зубы еще сильнее, челюсть заныла, пальцы дрогнули. Слова вырвались до того, как он смог остановиться. - А чего еще тебе показать? Губы Чонгука приоткрылись, глаза от удивления стали круглыми, а розовый разлился на щеках. Но хитринка в сияющих глазах не исчезла, Чонгук ухмылялся, с вызовом скрестив руки на груди. - Как непрофессионально, мистер Ким. - Я здесь не для того, чтобы меня дразнили, - предупредил Намджун, чувствуя, что его раздражение явно выходит из границ. Он либо сбежит, либо скажет Чонгуку что-то этакое, что не поможет ему взять интервью. – Я здесь, чтобы сделать свою работу. - Ох, - хихикнул Чонгук. – Очень жаль. Мне не интересно давать интервью тебе. Никогда не было и не будет. Намджун неосознанно сжал руки в кулаки, чувствуя возрастающее бешенство. - Тогда… зачем я здесь? Сейчас Чонгук выглядел будто сам дьявол, приподняв издевательски брови. - Потому что мне хотелось увидеть тебя в ярости. Намджун сорвался. - Избалованная мелкая дрянь. Это не осталось незамеченным, холодящие мурашки, что пошли по коже Чонгука, и Намджун тоже почувствовал их. Воздух в комнате стал тяжелее, наполняясь напряжением, нуждой, наполняясь… чем-то особенным. - Это все какая-то игра для тебя? – Намджун не мог остановиться, ему нужно, нужно было высказать все, что было накоплено. – Тебя заводит это, или что, хах? Чертовски выбешивать меня, заставлять злиться? Чонгук с трудом сглотнул, его кадык дернулся, он моргал, моргал и моргал, как испуганный олень в свете фар. И тут Намджун заметил. У Чонгука встал. У него, блять, встал, спортивные штаны натянулись от давления члена, и Чонгук ахнул, опуская резко руку, чтобы прикрыться, но Намджун был быстрее, хватая парня за запястья, слишком взбешенный, чтобы осознать, какие проблемы это могло вызвать. - Ох, тебя все же это заводит. Какой же блядский бесстыдник. Чонгук издал беззвучный смешок, румянец расползся по его щекам вниз, прячась под воротом толстовки. - Ты поймал меня, - прошептал милашка-атлет, облизывая губы, пачкая их в слюне. – Напишешь об этом в своей дерьмовой газетке? Гордость Южной Кореи Чон Чонгук Возбуждается Выводя Тупого Журналиста Ким Намджуна Из Себя? Намджун зарычал. Чонгук улыбнулся. - Звучит забавно, я, может, даже почитал бы. - Что тебе нужно? – Намджун был разозлен, немного возбужден и пиздецки озадачен. – Мне не нужны твои игры. Пустая трата моего времени. - Оу, там очередь из атлетов ждут интервью? Ах, мистер Ким, я ревную. Я думал, вас интересую только я. - Скажи мне, что тебе нужно! Намджун вообще-то не собирался трясти Чонгука так сильно, как он сделал, тонкие запястья все еще были в его хватке, Чонгук все еще широко ухмылялся. Теперь у Намджуна встал тоже, хотя он не был уверен, заметил ли Чонгук, не уверен, что за нахер вообще происходит. Он вообще в своей жизни никогда не был так озадачен. - Ты. Дыхание Намджуна сорвалось, сердце пропустило удар. - Я хочу тебя, - ласково повторил Чонгук, внезапно выглядя смущенным, его длинные ресницы затрепетали, целуя медовую кожу. – Просто, ты… черт, ты выглядел так горячо на конференциях, ты просто не представляешь… Чего? - В своих тупых очках, и тупом костюме, - продолжил Чонгук, подрагивая от прикосновений Намджуна, его тело трепетало. Но он продолжал улыбаться, и что-то дикое пряталось в уголках клубничных губ. – Ты всегда выглядел разъяренным, когда я пропускал тебя, держа руку в воздухе так высоко, так отчаянно… Намджун почувствовал, что его член дернулся в брюках, в груди стало тяжело, будто кто-то выбил весь воздух из легких. - Мне так сильно это нравилось, - прелестный мальчишка перешел на шепот, встречаясь взглядом с Намджуном с уверенностью, облизывая губы снова. – Смотреть, как ты злился, делало меня таким твердым под столом. Как будто… как будто ты хотел поставить меня на место. И затем руки Намджуна опустились вниз, ладонь прижалась к скрытому под тканью члену Чонгука, милашка-атлет издал тихий стон, смеясь сквозь зубы. - Но ты тоже этого хотел, да? Хотел поставить меня на место? - Да, - прорычал Намджун, сжимая член Чонгука, наблюдая, как младший тает под движениями твердой руки. Он не мог сказать нет сейчас, когда Чонгук желал, чтобы его касались, желал того, о чем Намджун мечтал долгое время. - Хотел поставить тебя на место.