Любовь часто преследует меня, но я быстрее

Помни второй: никому не сочувствуй. Сам же себя полюби беспредельно.

      — Эм… Биби, так-то ты пролежала в коме три года…       Биби сразу не поверила словам рыжей подруги, поэтому просто коротко усмехнулась.       — Очень смешно.       — Это правда, — грустно отозвалась Джеки.       Джеки практически никогда не врёт. И этот факт очень сильно пугал азиатку. Да что там, становилось тяжело себя держать в руках, как если бы сообщили, что твой самый близкий родственник умер. Но тут умерло три года жизни Биби.       — Это… это как это… разве мне уже не должно быть девятнадцать? Почему я не повзрослела, как вы? — на глаза вновь навернулись слёзы, голос задрожал, стоять стало тяжелее.       — Понятия не имеем.       — Биби, ты привыкнешь, всё будет хорошо!       Девушка не могла сдерживать истерику. Проще было кричать, чем говорить спокойно.       — Привыкну?! Всё будет хорошо?! Да три года моей жизни просто были уничтожены! Из-за какого-то чёртового проклятия, в которое я поверила! И три года моей жизни просто исчезли! Почему мне никто раньше не говорил?! — девушка судорожно вытирала слёзы, продолжая что-то кричать и иногда материться. По сравнению с прожитыми шестнадцатью годами, три потраченных года — совсем мало, но даже так, за такое достаточно долгое время, можно было сделать очень много всего. Тогда был самый-самый разгар юности, а Биби их проспала.       Девушки задумывали вместе погулять после того как Биби пролежала в коме, но, видимо, не судьба. Так что брюнетка потихоньку отправилась домой. Время уже близилось к девяти вечера, так что Булл уже должен был быть дома. «Не хочу сегодня ни с кем разговаривать и никого видеть. Мне нужно с этим смириться. Три года… проспала три года жизни. И кто мне их вернёт? Тот самый возраст, когда я должна была творить всё что пожелаю, ещё и пропущенное совершеннолетие. Паршиво, просто блеск.»       Да, дядя был дома. Проскочить незамеченной почти получилось.       — Биби, родная, ты где была? — азиатка не ответила — Что случилось? — брюнет уже насторожился, но дальше докапываться до племянницы не стал. А Биби просто проскочила в свою комнату, заперев дверь на ключ и сразу упала на кровать. «Хочу сразу помереть прямо тут. Мне ничего не рассказали, а тот дебил сейчас не такой милый, как при первой встрече. Я ещё и не знаю, что мне сделать, чтобы он просто снял это чёртово проклятие. Почему цена спокойной жизни так велика?! Три года молодости взамен на спокойную жизнь! А что делать дальше?! Я не знаю, я не могу.» — Брюнетка снова заплакала. Здраво мыслить получалось плохо, так что она тихо-тихо сказала вслух: «Я больше не хочу это продолжать. Хочу умереть.»       И сразу послышался стук в большое окно. Девушка подняла глаза, судорожно вытирая слёзы и увидела того, кого точно не хотела сейчас видеть. И точно не хотела чтобы он видел её такой слабой и сломленной.       — Впусти.       — Ты что тут забыл?! Ещё и ни привет, ни пожалуйста!       — Впусти. — было видно, что Мортис не хотел сильно долго церемониться. Тот недовольно чуть скривился. Азиатка же раздражённо что-то начала бурчать и нехотя открыла окно. Вампир спрыгнул на пол, и, развернув близстоящий стул, поудобнее уселся около туалетного столика, сосредоточенно глядя в пол. Биби состроила максимально непонимающую гримасу и, ссутулившись, села на кровати в позе лотоса, что-то ожидая. Тут Мортис поднял взгляд на девушку и вопросительно проморгался.       — Ну?       — Что «ну»?       Граф разочарованно вздохнул, как будто девушка не понимала очевидных вещей, — Ты точно уверена, что хочешь всё закончить даже когда не успела начать?       — Я такого не говорила!       — Я больше не хочу это продолжать. Хочу умереть. — Ответил тот ровно точно таким же голосом, как у Биби, — Не твои слова?       Та недовольно поморщилась, и явно не хотела отвечать. — Почему в Аду как будто прошло всего несколько часов, а тут три года?       — И опять ты задаешь вопросы…       — Ответь.       — Ни привет, ни пожалуйста.       — Ответь.       Фиолетоволсый усмехнулся, и нехотя решил ответить, — В Аду время эфемерно. Там может пройти два часа, а тут десять лет. Там может пройти двое суток, а тут может и пять минут. Это абсолютно случайно получается, и, как видишь, тебе не очень повезло. Хотя относительно даже повезло, ибо ты могла проспать и до шестидесяти лет. Чёрт знает.       — А почему мне не рассказали об этом раньше?       — А ты спрашивала?       Узкоглазая ещё ненадолго задумалась. Из размышлений её вновь вырвал вампир.       — Ещё вопросы, или перейдём сразу к делу?       — Рай существует?       Мортис немного рассмеялся. Тихо, прикрыв лицо ладонью. Биби же не понимала, что такое забавное случилось. — Что-то не так?       — Нет никакого Рая. — чётко ответил тот, — Нет никакого Бога, каких-то там ангел хранителей, какого-то там Шепфа и тому подобных, в кого вы там верите.       Десятиклассница округлила узкие глазки. Она и её семья никогда особо верующими не были, но она знала что кто-то верит в высшие силы такого типа. Знала, что человек произошёл от обезьяны и тому подобное, но, оказывается, всё во что верили все те люди — неправда. И всё равно попадут в Ад.       — Но ты неверующая, так что тебе, наверное, всё равно.       — Откуда ты знаешь?       — По тебе видно. Ну и я чувствую. Ещё вопросы?       — Вроде нет…       Мортис ещё несколько секунд задумчиво глядел в пол, затем вновь поднял взгляд на брюнетку, и снова такое выражение, будто Биби не понимала чего-то элементарного. Азиатка не выдержала и закипела.       — Я по твоему сверхразум как ты, чтобы понимать то, что физически нормальный человек понять неспособен?! Почему ты не можешь быть проще?! Нормально тут научись уже говорить, задрал!       Тот в ответ лишь тихо рассмеялся. Не по-доброму, а как-то издевательски.       — Капец, очень смешно. — Биби надула губки и скрестила руки на груди, приняв максимально обидившийся вид. — Придурок, козёл, подлюка… — дальше Биби продолжала что-то бубнить, но в следующий миг одним воздушным прыжком вампир оказался напротив узкоглазой, усевшись в позу лотоса и с каким-то ожиданием глядя на азиатку. Ещё секунда и Биби засмущалась бы как семиклассница от такого близкого расположения, но та лишь отвернулась. Златоглазый с каменным выражением лица наклонился ближе к лицу девушки. Азиатка, сама того не понимая зачем, повернулась обратно и произошло столкновение взглядов.       Один — тёмный, даже чёрный, что не видно зрачка — не излучал ничего кроме обиды и скрытой агрессии, но что-то не позволяло просто вбить хорошего гвоздя в череп своему золотому противнику, который так раздражающе спокойно летал, полз, как облачко на летнем небе. Словно невозмутимо куда-то плыл в тихом озере, а куда — не важно. Сейчас даже не за что такого бить, и от этого ещё хуже тёмным глазкам совсем юной девушки. А золотому всё равно — он бесстрастен как никогда ранее. Из-за этого тёмный в небольшом замешательстве — а что делать, давить своей обидой и злостью дальше, или как-то поменять тактику? Поэтому тёмный отступил, достаточно быстро утихомирившись. Золотой этим воспользовался, резко переменившись с летнего неба на осеннюю грозу. Хоть и взгляд готов был испепелять всё на своём пути, голос оставался почти полностью спокоен. Чувствовалась лишь долька угрозы.       — Если ты ещё раз будешь тратить моё время на свои детские обидки и непонимания, как какая-то курица, то я с тобой больше возиться не буду вообще. Что хочешь тогда делай, мне будет всё равно. У тебя осталось две попытки, дурочка. — Мортис спокойно встал и вышел обратно в окно, куда-то исчезнув.