Ты мой "Король"

Спустя 20 минут, в дверь раздался звонок. Ма Ди в это время умывала лицо холодной водой, и все пыталась привести свои мысли в порядок. А как только услышала мелодию звонка, то задрожала подобно осиновому листу. Он пришел! Тэ Ун! Сам Ким Тэ Ун! Красавчик с красивыми глазами, с красивым глубоким голосом, с необычной прической… да и вообще – он идеал. - Эй, почему не идешь открывать? – кричал откуда-то из зала Ли Мин, но Ма Ди находилась сейчас где-то в своем мире, заполненным лишь мыслями о Тэ Уне. На ватных ногах, она все же поплелась в коридор, по пути крепко сжимая ткань платья на ногах, и пытаясь отдышаться. Все же хорошо? Это всего лишь человек… любимый человек. - У тебя 10 комнат? Почему так долго открывала? – с порога же раздался прекрасный голос, обладатель которого прошел мимо застывшей девчонки. От него настолько вкусно пахло мужской туалетной водой, что вдыхая его аромат сейчас, вокруг Ма Ди распускались невидимые цветочки, а над ее головой взрывались миллиард салютов. - О, Тэ Ун! – Ли Мин поприветствовал одногруппника. Парень бегло окинул помещение взглядом, приметив на столе ноутбук, пустые чашки и тарелку со сладостями. - Хм, неплохо устроились. - Усмехнулся Тэ Ун, присаживаясь рядом с Ли Мином. – Вот. – Он вытащил из папки распечатанный сценарий мюзикла и вручил его парню. – Надо сыграть успешно, иначе мой дядя от меня не отстанет. Я примерно порепетировал дома, и ничего сложного для себя не нашел. Типичный сценарий… И уж поскорее бы это дерьмо закончилось. Ли Мин внимательно прошелся взглядом по сценарию, и гадко при гадко посмеивался. Роли распределены были в очень интересном порядке, и играть любовника одной из наложниц Императора досталось именно ему. Как забавно… изобразить из себя пару, только что занимающуюся непристойностями, а потом быть застуканными служанкой… Ревнивая Со Хен должна изображать довольную Императрицу, насмехающейся над провинившейся Ма Ди, Ген Хе и остальные девчонки из группы в роли еще одних жен, тоже должны язвительно унижать словами, а сам Тэ Ун яростно и безжалостно наказать наложницу при всех. А Ю Сок и остальные парни взяты на роль стражников для массовки. Ли Мину в мюзикле тоже не будет сладко. После «смерти» своей возлюбленной его казнят, и он, проклиная императора, пообещает себе быть счастливым вместе с любимой женщиной на том свете. На этом и закончится эта история. - Бредовей этого мюзикла не представляю больше ничего. – Ли Мин со смехом отложил сценарий от себя, и посмотрел в сторону Тэ Уна. – Эй, Ваше Величество, простите, но ваша женщина сегодня будет моей. - Да пошел ты, - отмахнулся парень, над которым громко заржал Ли Мин. Ма Ди в это время стояла за дверьми и боялась появляться в зале. Сердце так быстро и бешено колотилось в груди, что неприятно шумело в ушах, а телом окутала судорожная дрожь. Уж чего бы там не придумали в Университете, но на сцене они явно будут наблюдать смерть в живую от переизбытка эмоций. Нет, она точно не сможет уверенно сыграть и вести себя нормально при Тэ Уне. Только не перед этим парнем, заставляющим сердце колотиться, а дар речи пропадать без следа. А в след за ним убегали и мозги, отключаясь от всего. - Йа, Ким Ма Ди? Где ты? – послышался глубокий голос Тэ Уна, заставив «серую мышку» прирасти к полу. – Одень что-нибудь, что можно было на тебе порвать. – параллельно его голосу слышался и раскатистый смех Ли Мина. – Да не ржи ты, придурок! Это по сценарию так… Отлично. Девчонка тут еле на ногах стоит, и мечтает испариться с этой планеты куда-нибудь на Луну и желательно навсегда, а Тэ Ун еще и одежду рвать на ней собирается! - Тэ Ун, ты серьезно сейчас собираешься это делать? – Ли Мин все никак не хотел успокаиваться от смеха. Он представил себе это зрелище. - А что остается делать? Я не хочу вечно в глазах дяди казаться разгильдяем, мне и без него тошно. Эй, Ма Ди, ты скоро там? Одевай что-нибудь ненужное и иди сюда. У меня не особо много времени. - Если что, скажешь, какого цвета у нее белье. – Тем временем шепотом попросил Ли Мин, но Тэ Ун махнул на него рукой. Делать ему нечего разглядывать чье-то белое. Плевать вообще, что там у этой мышки под одеждой. Главное поскорее отрепетировать, сыграть удачно на сцене и занимать дальше своими делами. Ма Ди появилась в зале 10 минут спустя. Из старой одежды, девчонка в шкафу нашла футболку, под которую надела еще два слоя одежды, и домашние штаны. Если Тэ Ун и собирается рвать верхнюю одежду, то под ней голое тело уж точно не увидит. - Ты бы еще сверху шубу напялила. – Тэ Ун покачал головой, заметив выступающую желтую футболку под синей сверху. – Вашу сцену репетировать не будем, перейдем сразу к последней. Представим, что тебя уже привели ко мне, и ты сейчас сидишь на коленях, пытаясь вымолить прощение. – Парень указал пальцем на пол, тем самым приказывая Ма Ди сесть на колени. Девчонка медленно опустилась на колени, не зная, что ей вообще сейчас делать. Голова была совершенно пустой от мыслей, и все те слова, которые она учила еще днем, словно выбили молотком. Один только подошедший сейчас Тэ Ун заставлял безумно нервничать. - Ты! – парень опустился к девчонке на одно колено, и, ухватив ту за грудки, притянул к себе. Ли Мин наблюдал за их сценой, будто фильм перед собой смотрел. Попкорна только не хватало… Было так забавно наблюдать за испуганными глазами девчонки, что сейчас уставилась на Тэ Уна и была и правда, похожа на серую мышку. - Как ты посмела предать меня, дешевая потаскуха?! Думаешь, я после этого оставлю тебя и твоего мужчину в живых? – Тэ Ун сейчас говорил это словно так, будто никакой репетиции и не было, будто сейчас все происходило в реальном времени. Ему не трудно было сразу вжиться в роль и отключиться временно из пространства. Ма Ди прекрасно понимала, что это все не по-настоящему, что просто это так было задумано по сценарию, но глядя во все распахнутые глаза в серьезные, злые очи напротив, стало очень-очень больно. Эти прекрасные карие глаза не должны быть такими темными… холодными… убийственными. - Нет, я слишком был мягок. – Отпустив на несколько секунд девушку, Тэ Ун мысленно собрался и еще раз притянул ее к себе. – Как ты посмела предать меня, дешевая потаскуха?! – в этот раз прекрасный голос звучал еще более угрожающе, болезненно ударяя в самое сердце.- Думаешь, я после этого оставлю тебя и твоего мужчину в живых? – зрачки парня темнели, его взгляд был таким холодным, уничтожающим, страшным, хотелось уменьшиться под ним, закричать во все горло, что хватит, довольно, но взамен, все что могла делать Ма Ди – это смотреть на него, и чувствовать, что к собственным глазам подкатывают слезы. Внутри так болезненно сжалось сердце, нужно было сейчас подыгрывать, играть свою роль, но воздуха в груди становилось катастрофически мало. Нет, так нельзя. Невозможно слушать от человека, которого любишь такие слова… хоть это было и не всерьез. - Эй, ты не собираешься отвечать? – Тэ Ун не понимал, почему это он один тут распинается и пытается по максимальному вжиться в роль преданного Императора, а «наложница» молчит, бледнея на глазах. - П… прости. – Тихо промямлила Ма Ди, с огромным усилием давя в себе слезы. - Ты не должна так тихо мямлить! Ты должна кричать. Выплесни эмоции. Ты только что предала Императора и должна пытаться спасти себя. Кричи о том, как тебе жаль! Как любишь меня. Кричи, что сожалеешь. Ты должна вызвать у меня жалость. Не смотрела разве дорамы? Все что говорил в этом момент парень, Ма Ди, казалось бы, не слышала. Она смотрела на него полными печали глазами, не решаясь вымолвить ни слова. В такой опасной близости, Тэ Ун выглядел и завораживающе красиво, и пугающе одновременно. Девушка хотела плакать, предательский ком уже покатил к горлу, от чего становилось невозможно дышать. А теснее придвинувшийся объект любви, и в конец заставил застыть. Его пальцы крепко держали Ким за грудки, взгляд был темнее ночи, приятный запах туалетной воды кружил голову, и… Ма Ди уже не соображала ничего. - Как ты посмела предать меня, дешевая потаскуха?! Думаешь, я после этого оставлю тебя и твоего мужчину в живых? – добивал Тэ Ун, повторяя слова из сценки, а девушка уже не могла сдержать слез. Перед глазами все стало расплываться, лицо парня она видела размыто, и воздух… ей нужен был сейчас свежий воздух. - Почему ты плачешь? – парень не врубился, когда увидел на глазах «наложницы» слезы. И если честно… она выглядела сейчас какой-то бледной, дрожала и смотрела таким болезненный взглядом. Тэ Уну стало как-то не по себе. – Эй, если ты решила применить актерское мастерство и заплакать, то это, конечно, мило, но… с тобой все в порядке? Ли Мин решил подключиться и соскочил с кровати. Оказавшись рядом с ними, парень подлетел к Ма Ди, и впервые, так испугался. Девчонка была такой, словно вот-вот умрет. Оба парня непонимающе смотрели то на однокурсницу, то друг на друга. Причем Ли Мин как-то подозрительно приглядывался к «серой мышке» и мысленно что-то прокручивал. - Все хорошо… Переволновалась. – Издала совсем слабо девушка, и если бы Ли Мин ее сейчас не подхватил за локоть руки, то та точно бы рухнула. Тэ Ун отпустил Ма Ди, раздумывая сейчас, продолжать или нет. Девушке явно было не хорошо и до репетиции. - Эй, Тэ Ун. Ты напугал ее. - Ли Мин помог подняться Ма Ди с пола, и медленно повел ее на диван, где усадив, присел рядом. - Я виноват в этом мюзикле? – разозлился парень, поднимаясь и поворачиваясь к коллегам по несчастью. – Не я придумал себе эту роль, и не я подал куратору эту гребаную идею. - Хочешь сказать, что я хреновый сценарист? – в ответ разозлился Ли Мин, зло уставившись на однокурсника. - Я хочу сказать, что вы оба мне надоели. Если не подготовитесь в понедельник, пеняйте на себя. – Бросив это, Тэ Ун развернулся и направился по направлению к выходу. Послышался звук открывающейся двери, а потом щелчок – парень закрыл ее и ушел. В доме остались Ма Ди и Ли Мин. Парень хотел было догнать Тэ Уна и хорошенько врезать ему за выпендреж, но слабый вид девушки остановил. - Я сейчас. – Покинув зал, Ли Мин быстро прошел на кухню, нашел там кружку, налил из банки холодную воду, и появился рядом с Ким. – Держи, попей. Бледная совсем… Ма Ди дрожащими руками приняли кружку, и залпом выпила. Легче не стало, но присутствие Ли Мина почему-то было сейчас очень необходимым. Он забрал кружку, поставив ее на стол и снова сел на диван. Парень над чем-то думал, и тишина между ними продлилась несколько минут. - Тебе нравится Тэ Ун? – вдруг спросил он, а Ма Ди повернула голову к нему, но ответить так ничего и не смогла. Соврать сейчас? Не поверит. Слишком было очевидно. Ли Мин усмехнулся, шумно вздыхая. - Забудь. Он никогда не посмотрит на такую простушку, как ты. Да, даже если бы и захотел, его родители не позволят. О его жизни многого сказать не могу, однако с уверенностью могу сказать, что из-за напряженной обстановке в семье, ему не до отношений. Тебе не светит ничего. Тэ Ун не твоя звезда. Насчет «никогда не посмотрит на такую простушку, как Ма Ди», парень был сейчас, ох, как прав. Тэ Ун за эти дни не проявлял никакой заинтересованности к девчонке, как и ко всему окружающему вокруг, поэтому верить сейчас в слова Ли Мина, не хотелось больше всего на свете. А пришлось, ибо чистой воды правда. - Не говори, пожалуйста, ему. – Тихо попросила Ма Ди, и вытерла не прекращающиеся слезы ладонями, отвернувшись. Очень хотелось разрыдаться во весь голос, но присутствие парня сдерживало. Не хватало при нем показаться еще более жалкой, чем она есть на самом деле. - Мне нет до этого никакого дела. - Ли Мин поднялся с дивана. – За то, что составила мне сегодня компанию… спасибо. Я не успел договорить тогда, когда позвонил Тэ Ун. И… сейчас тебе лучше побыть одной, да? – Ма Ди кивнула. – Я тогда поеду. Если что, вот тебе мой номер.– Парень вытащил из кармана маленький блокнот, записал туда свой телефон маленькой ручкой, привязанной к этому блокноту, и, вырвав листок, оставил его на столе. Зачем он носил с собой это, знал лишь один Ли Мин, но черт… понадобилось. – Не грусти, я больше люблю видеть твое разозленное лицо, оно выглядит милее. – Потрепав девчонку за волосы, словно ребенка, парень удалился из зала. Повторилось тоже самое: послышалась открывающаяся дверь, щелчок – и она закрылась. И тут то Ма Ди стало очень-очень одиноко, пусто, больно и страшно. Дав волю своим чувствам, она наконец-то позволила себе разрыдаться во весь голос.