Мизумена косолапая

      Мы сидели вечером дома потому, что на улице шел ужасный ливень, который с каждым часом только усиливался. Я смотрела телевизор про то, как в нашем городе участились вооруженные нападения. Никому неизвестная банда внезапно появилось именно там, где я проживаю со своей семьей. Мне стало не по себе от того, что моим родным может угрожать опасность.       — Говорят, они вербуют молодых и горячих девочек, — пошутил мой брат.       Он зашел в зал и сел рядом со мной. Тим был очень высоким, поэтому занимал добротную часть дивана. Было видно, что парень в хорошем настроение, не смотря на мрачную обстановку в городе. Его карие глаза так и искрились, как будто он что то затевал.       — Ха-ха, Тим! Очень смешно! — укоризненно посмотрела я на брата.       Ему всего 19, а на вид он выглядит старше меня, не смотря на то, что он младший брат. Поэтому он ведет себя, как полное г…       — Знаешь, я думаю, — Тим приблизился ко мне и начал говорить шепотом, — что ты им не подойдешь!       — Ты совсем офигел! — я взяла подушку и со всей силы ударила ей брата по голове.       У нас завязалась драка. Хоть бой был и шуточный, но удары были серьезные. В итоге Тим навалился на меня так, что я не могла пошевелится.       — Сдавайся, наглая девка! Ты взята в плен! Станешь моей рабыней, — во всю кричал брат. — Я закую тебя в наручник и буду держать в подвале.       — Отвали от меня! Хватит нести херню!       Раньше, Тим занимался боксом, поэтому я не могла ему противостоять. Да и назвать меня спортивной никак нельзя. Высокая, но очень худая девочка, которая больше 5 кг поднять не может. Поэтом я сдалась.       — Ну что, сдаешься? — наглым тоном спросил брат.       — Даааа…       Самодовольно встав с меня, парень направился к зеркалу, поправлять свои взъерошенные каштанового цвета волосы. У меня были такие же цветом волосы, но длиннее и более вьющиеся.       — Куда-то собрался? — как можно безразличнее спросила я. — На улице ливень. А то испортишь свою прекрасную прическу и девчонки не будут штабелями вешаться на тебя.       — Не волнуйся, дорогая, я на машине.       — На какой машине?       — На твоей прекрасной машине, Кира.       — Нифига подобного! Мне ее родители подарили. Я тебе в жизни не доверю свою тачку!       Тим лишь улыбнулся и продолжал дальше укладывать свои волосы. Да, он был красавчиком, но очень самолюбивым. Это раздражало! Возможно, у него было много девушек, но серьезных отношений я не наблюдала. Очень грустно, когда твой брат мудак, который, кроме себя, в этой жизни никого не любит.       На некоторое время в комнате было тихо, пока не зашел отец. Папа выглядел очень изнуренным, от чего мне стало не по себе.       — С тобой все хорошо, выглядишь не очень? — спросил Тим отца. — Опять поругался с мамой или проблемы на работе?       Папа прошелся вдоль комнат и сел рядом со мной. Я раздраженно отсела, всем видом показав, что разговаривать с ним не намерена.       — Кажется, я не на долго уеду, — с натянутой улыбкой ответил отец. — Мы совместно с матерью приняли решение пожить какое то время раздельно и отдохнуть друг от друга. Меня временно переводят работать в другой город, где я смогу набраться опыта и, возможно, получить повышение…       — А ты, случайно, не на запад уезжаешь? — Перебил брат.       Отец смущенно почесал голову и неловко ответил:       — Да, в маленький городок…       — Ааа, вспомнил, мама рассказывала, — саркастический тон брата все больше смущал папу. — Там где живет одноклассница Киры. Как же ее зовут… Мы вас недавно видели вместе в торговом центре. Едите вместе?       Я неподвижно сидела и смотрела, как взрослый человек краснеет перед своими детьми. Было ужасно стыдно и обидно за родного отца, который променял свою семью на интрижку с молодой девчонкой.       Натали, когда то давно, была моей лучшей подружкой. Мы были так неразлучны, что не могли засыпать друг без друга. А моя мама укрывала нас одним одеялам, рассказывала сказки и целовала в лоб перед сном. Вот так в нашей семье мы пригрели змею. Как у нее закрутился роман с отцом, я не знала. Даже представить не могла, что такое может произойти именно с нами. Но беда пришла и не одна.       — Слушай, пап! Может ты мне оставишь свою машину, пока будешь в разъездах? — безцеремонно спросил Тим.       — Да, конечно… — отец достал из кормана ключи и положил их на стол. — Пойду собирать вещи. Пока не прощаюсь.       Мне не хотелось разговаривать с папой, я даже в глаза не могла ему посмотреть. Обида прожигала меня изнутри, с каждой секундой делая все больней и больней.       — И еще кое что, — отец угрюмо посмотрел на меня. — У нас на работе случился небольшой инцидент. Несколько подопытных мышей сбежало из лаборатории. На них испытывали весьма серьезные вирусы, которые очень…       Отец вдруг замолчал и перевел взгляд на брата. Было видно, что его очень сильно беспокоила ситуация на работе.       — Вообщем, посидите дома некоторое время, или лучше отправляйтесь с мамой на море отдохнуть. Она очень нуждается в вашей поддержке.       Что именно хотел сказать папа, я так и не поняла. На глазах наворачивались слезы и медленно капали на пол. Я чувствовала себя беспомощной маленькой девочкой, которую бросили, как ненужную вещь. Обида на родителей тяжелым камнем легла на меня и тянула куда то далеко далеко в пропасть.       В комнате опять стало тихо. Брат, как ни в чем не бывало, сидел на кухне и переписывался с кем то по телефону. Я подошла к столу, за которым он сидел, и с ненавистью смотрела на него. Мне было тошно смотреть на это самодовольное, ко всему безразличное лицо. Его интересовала только папина машина, а не семья.       — Ненавижу тебя, — процедила я.       Тим оторвался от телефона и посмотрел на меня. Его легкая улыбка еще больше выводила из себя.       — Скажи это отцу, но не мне. И не надо делать из себя великую страдалицу — моралистку. Это жизнь, где происходит всякая херня, и к этому нужно быть всегда готовым. Повзрослей наконец, и прими это, как данность.       Встав из-за стола, брат направился к выходу, попутно задев меня плечом.       — Ненавижу, ненавижу, ненавижу, — с этими словами я подбежала к брату и со всей силы начала бить его кулаками. — Ненавижу…       Я старалась, как можно больней ударить парня, но удары были слишком слабые. Тим ухватился за мои руки и резка сжал их, что бы обездвижить меня.       — Кира, прекрати, — сквозь зубы сказал брат. — Угомонись…       — Ненавижу… — все не унималась я.       Тим прижал моё тело к стене и положил свою большую ладонь на мой рот, что бы я замолчала. Плотно подойдя ко мне, так что его порывистое дыхания чувствовалось всем телом, он начал шепотом говорить:       — Заткнись! Ты же не хочешь, что бы нас услышали папочка и мамочка?       По телу будто прошелся электрический разряд. Эти слова были самыми ужасающими в моей жизни. Они напомнили тот самый переломный момент, который я всю жизнь пыталась забыть.       — Ничего не напоминает? — темные карие глаза вцепились в меня и безпощадно пожирали. — Не надо меня выводить. Поняла? Ты все поняла?