Академия Arendelle

- Мисс Наттура! - Один из мужчин, что присутствовали на её собеседовании, подошёл и пожал ей руку. Она согласилась встретиться с представителями совета директоров в ресторане поздним утром. Она согласовала это с Эльзой, которая отбивалась от серии гневных возражений по телефону, прежде чем махнуть ей рукой в знак одобрения. - Мистер Уэзелтон, рада снова вас видеть. - Это не совсем правда, но стоит настроить его на хорошую и дружескую волну, учитывая отчет, который она приготовила. Коротышка пошевелил усами, и Марен стиснула зубы, замечая в его вкрадчивом выражении лица всё, что она так ненавидела в богачах. - Да, взаимно... - он подозрительно покосился, и она тут же почувствовала себя преступником в зале суда. Марен перевела взгляд на двух других появившихся мужчин, которые выглядели примерно так же, как и Мистер Уэзелтон. Их причёсанные седые волосы и причудливая одежда действовали ей сейчас на нервы, как и во время собеседования. - Мистер Айлз, Мистер Фролло. - Она пожала им руки, и они направились к столику. Ей показалось странным, что они договорились встретиться в ресторане, но когда они заказали свой "обычный" обед и вино, она быстро поняла, что они пригласили её на свой личный обед. Это была не та встреча, которую она планировала. Хоть обычно и предпочитала менее официальную обстановку, это говорило об отсутствии формальности в вопросах, которые она должна была с ними обсудить. Это раздражало, и она впилась взглядом в закрытое меню, лежащее перед ней. - Леди будет что-то заказывать? - Официант говорил совершенно безразличным тоном, а Марен всё больше и больше хотелось уйти. Она всё равно ничего не могла себе позволить в этом месте, к тому же сейчас рабочее время. - Нет, спасибо. - Сказала она, неловко улыбаясь и подавая ему ненужное меню. Марен окинула заведение быстрым взглядом и не заметила больше ни одной женщины. Выбор места встречи с каждой минутой всё больше напрягал. - Уверены? - Спросил Мистер Уэзелтон, приподняв брови. - Могу я предложить вам выпить и оплатить, если вы не можете себе этого позволить, дорогая? - Мистер Айлз напротив неё заговорил следом, и всё её тело напряглось в приступе отвращения к его словам. - Это очень мило с вашей стороны, но я за рулём. - Она посмотрела на официанта. - Только воду, пожалуйста. - Он кивнул и пошёл прочь. - Итак, - начала она, торопясь продолжить, - насчет Акаде- - Значит, прямо к делу? Неужели это не может подождать, пока мы хотя бы выпьем? - Мистер Айлз рассмеялся, и остальные тоже подхватили. - О, а вы уже познакомились с моим сыном? - Вашим сыном? – Точно, дети членов совета наверняка учатся в Академии. Это имело смысл, но раньше она даже не задумывалась об этом. - Да, Ханс. Ещё такой наивный подросток. - Сказал он, и Марен с трудом удержалась, чтобы не разинуть рот. - Ханс ваш сын? - Переспросила она, начиная паниковать. Он рассмеялся и кивнул. - О, гм... боюсь, я ещё не беседовала с ним лично. - Может быть, ей и не нравился этот мальчик, но она уже начала сочувствовать ему, если тот видел в своём отце образец для подражания. - Хорошо, а то бы я смутился, если бы вы подняли и его в разговоре с его выдуманными проблемами. - Его глаза расширились, и он покачал головой от этой мысли. Марен прикусила язык, чтобы не возразить. Именно такие взгляды заставляли детей с психическими расстройствами лишать себя жизни, стыдясь обращаться за помощью. Официант принес напитки, и она быстро схватила стакан с водой. Перебирая повседневные приёмы Эльзы в голове и вдавливая в хрупкое стекло пальцы, она пыталась успокоиться. Это было удивительно эффективно, и после нескольких глубоких вдохов она почувствовала, что может говорить без дрожи. - Итак, - подал голос мистер Фролло, - поделитесь с нами своими впечатлениями об Академии? - Ну, я так думаю... - Она замолчала, не зная, как лучше продолжить. С одной стороны, она хотела рассказать им, насколько ужасной была школа, и как их система вызывала чрезмерный стресс у всех детей, но с другой, знала, что рискует быть уволенной, и она не могла позволить себе этого... пока что нет. - Я думаю, что есть несколько проблем, которые можно решить со временем, но в целом меня впечатлила Академия. - Сказала она, подчеркивая положительные стороны. - Прекрасно, не правда ли. - Мистер Фролло самодовольно ухмыльнулся, и Марен возненавидела его ещё больше, хотя казалось куда больше. - Скажите, пожалуйста, о каких проблемах вы упомянули? - Спросил Мистер Уэзелтон, подозрительно нахмурившись. - О, всего лишь мелочи. Я организовала группу во время обеда, чтобы дать возможность комфортно отдохнуть желающим. - Она заметила, что собеседники нервно переглянулись, и быстро перешла к убеждению. – Подобное практикуется во многих школах, к тому же это положитеьно отразится на вашей репутации. Её слова возымели желаемый эффект, и все трое мужчин весело закивали, потягивая свой алкоголь. Марен начала понимать, что имела в виду Эльза в первый день, говоря об их «сочувствии» Оливеру. Всё это было показухой, просто для убеждения публики, что они что-то делают для предотвращения подобных ситуаций. Они наняли девушку из низшего класса лишь за тем, чтобы одурачить людей. Как будто они не обращают внимания на классовые разделения, как будто для них все равны в независимости от материального состояния. И она стала пешкой в их грязной игре. - Ну что ж, похоже, ты неплохо справляешься, куколка. – Уже подвыпивший мистер Айлз подмигнул ей, и она почувствовала холодок неприязни, пробежавший вдоль позвоночника. – Может быть, с такими успехами в столь короткий срок, ты сможешь заставить Эльзу улыбаться чаще. - Это станет чудом! - Заметил мистер Фролло. Марен захотелось их ударить. Она совсем не была жестокой, но их отношение к окружающим было ужасным. Последние два года Эльза сама разбиралась с этими мужчинами, будучи директрисой, а возможно, и дольше, если бы отец втянул её в это дело в более раннем возрасте. Она могла только догадываться, сколько эта женщина была вынуждена терпеть и улыбаться, чтобы сохранять их поддержку. Пока они продолжали шутить о том, насколько Эльза была холодна с другими, Марен молчала, желая скорее вернуться в школу. Совет директоров оказался таким же препятствием для перемен в жизни учеников, как и их родители. Это начинало казаться невыполнимой задачей, и удивительно, что единственный человек, который, как она думала, был против неё, оказался самым большим союзником. Возможно, их общая ненависть к совету директоров и родителям могла бы стать мостом между ней и Эльзой, в котором они так отчаянно нуждались. Официант принес еду, поставив на стол блюда, которые, как она успела оценить, были дороже всего, что она когда-либо заказывала в своей жизни. - Ну, джентльмены. - Сказала она, изобразив на лице тошнотворно сладкую улыбку. - Было очень приятно снова увидеть вас, но, боюсь, мне пора возвращаться на работу. - О, так скоро? - Спросил Мистер Айлз, но всё его внимание было приковано к еде. Они получили необходимую информацию, на данный момент она больше не представляла для них интереса. Это заставило её задаться вопросом, намеревались ли они вообще терпеть её всё время обеда, или же они надеялись, что она уйдет поскорее. - Боюсь, что так. Спасибо, что встретились со мной. - Сказала она, вставая. - До свидания. Они пробормотали что-то на прощание, и она быстро повернулась, чтобы уйти, пробираясь сквозь столы наружу так быстро, как только могла. Как только девушке удалось выбраться на свежий воздух, её глаза наполнились слезами, сердитыми горячими слезами. Приходилось сжимать челюсть до боли в мышцах лишь бы не заплакать. Как можно быть такими? Она за считанные минуты добралась до своего мотоцикла, схватила шлем и остановилась, чтобы успокоить прерывистое дыхание. Привычным пинком подножки она вывела мотоцикл на шоссе, устремляясь в противоположную сторону от Академии. Она ушла с собрания раньше, чем ожидала, поэтому у неё достаточно времени до возвращения на работу. Она услышала гудок машины, едва успев проскочить перекресток, как светофор сменился на красный. Это было опасно, а она уже начинала злиться на себя. Она не должна создавать опасные для других людей ситуации, даже если в ней бушует вулкан негодования. Это её личная проблема, другие не должны от этого страдать. Вскоре она уже выбралась из города, срезая всеми известными ей путями, чтобы быстрее добраться до длинной проселочной дороги, ведущей к холмам. Она бросилась вниз по ней, испустив громкий крик в свой шлем. Так её не услышат. Добравшись до вершины холма, она резко остановила мотоцикл и слезла с него. Сорвав с головы шлем, она сердито швырнула его на траву. Слезы, которые она пыталась сдерживать, покатились по щекам. Она ударила кулаком по дереву рядом с собой, чтобы хоть куда-то выплеснуть этот негатив и злость. Она беспокоилась за этих детей, за Оливера, и в тоже время чувствовала себя безнадежно. По всей стране есть множество школ, подобных Академии Arendelle, и все они имели такие же отвратительные и коррумпированные советы директоров. Сколько тысяч детей были вынуждены бороться друг с другом за место в этой игре власти и деньг только для того, чтобы угодить своим родителям и школьному совету. Сколько же директоров, подобных Эльзе, видели это, но не могли ничего сделать, будучи под прицелом, а затем и вовсе решили скрыть боль за стеной злобы и бесчувственности. Марен вытащила свой телефон, рука в точке удара уже начинала немного ныть, но она без особого труда набрала номер брата. Он сразу же снял трубку, зная, что у неё сегодня назначена встреча. - Райдер? – Она уже не сдерживала эмоций, потому голос звучал очень тихо и скомкано. - Что случилось? Ты что, плачешь? – Он начал беспокоится, а его вопросы только вызвали новую волну слёз. - Совет директоров просто конченые уроды, Райдер. Это пиздец какой-то. Им наплевать на этих детей. Их не волнуют даже собственные дети, что уже говорить о студентах Академии. Всё, что они хотят, это замять инцидент как можно скорее, чтобы вернуть свою репутацию и финансы в привычное русло. - А-а... - протянул Райдер. Марен вытерла лицо, чувствуя как постепенно успокаивается. - Я так устала, Райдер. Раньше я злилась, поэтому и взялась за эту работу, но теперь... - она посмотрела на город, вглядываясь в очертания Академии вдалеке. - Я знаю, Ханимарен, знаю. Но мы можем им помочь. Просто придерживайся плана, хорошо? Помни, мы можем помочь. *** Вернувшись в школу, она не стала особо заморачиваться с внешним видом, ограничившись тем, что вытерла лицо о рубашку, чтобы убрать следы слёз, и направилась прямиком в музыкальную комнату, где обещала встретиться с Эллой. Она приехала чуть позже, чем планировала, и до конца обеда оставалась только половина времени, но Марен ещё могла успеть посмотреть, как она играет. Сейчас посидеть и послушать игру Эллы было лучшим лекарством для её уставшей нервной системы, хотя она даже не знала на каком инструменте играла женщина. Подойдя ближе к музыкальному корпусу, она услышала тихую мелодию, плывущую по коридорам, и слабая улыбка появилась на её лице. Коридоры были пусты в этой части школы, так как она была самой дальней от столовой и учительской. Марен редко слушала классическую музыку, но быстро узнала звуки виолончели в сопровождении фортепиано. Она не думала об этом, пока не завернула за угол в большую открытую комнату, предположив, что к Элле присоединился студент. Она тупо стояла в дверном проёме, нежный звук песни обволакивал её, А взгляд остановился на Элле и Эльзе, играющих в полной гармонии друг с другом. Мысли оставили её уставшую голову, и она просто наслаждалась увиденным, застыв на месте. Красота их игры, слаженность движений заставили грудь Марен на секунду сжаться, а дыхание остановиться. Марен не знала эту песню, но что бы это ни было, она была уверена, что это лучшее её исполнение на всей земле. Обе женщины были сосредоточены на своих инструментах, не подозревая об её присутствии. Она медленно подошла к стулу позади них, стараясь вести себя как можно тише. Марен вспомнился трофей в кабинете Эльзы. Она была великолепна, и Марен поймала себя на том, что смотрит на эту женщину в совершенно новом свете. Пальцы танцевали по клавишам легко, почти возбужденно. В глазах Эльзы была такая детская сосредоточенность, что она выглядела... счастливой. Марен улыбнулась, тепло расплывалось в её груди, заставляя негатив от встречи медленно отступать. Довольная тем, что просто слушает, она закрыла глаза с тихим вздохом. Женщины продолжали играть ещё минуту или две, пока Марен не услышала ровную ноту, и пианино внезапно остановилось, сопровождаемое затишьем виолончели. Раздался тихий вздох, и Марен открыла глаза. Взгляд сразу упал на ледяную синеву зеркала на противоположной стене комнаты, должно быть, оно и выдало её присутствие. - Ты всё же пришла! – Заговорила Элла, и Эльза с Марен одновременно повернулись к ней. - Прости, что опоздала. - Она улыбнулась своей подруге, а затем снова посмотрела на Эльзу, чьи глаза были широко раскрыты от шока. - Это было прекрасно. Щёки Эльзы вспыхнули, и Элла пришла в восторг. - Спасибо. - Тихо сказала Эльза, и Марен тепло улыбнулась ей. Лёгкий намёк на улыбку тронул и губы Эльзы, это только заставило лицо Эллы сиять ещё ярче. - Я знала, что тебе понравится! - Сказала она, вставая и откладывая виолончель. - Как давно вы играете вместе? - Спросила Марен, с любопытством переводя взгляд с одной женщины на другую. В этот момент стало очевидно, что Элла специально пригласила её сегодня, чтобы эти двое пересеклись в нерабочей обстановке. По какой-то причине ей было неудобно рассказывать Марен об отношениях с Эльзой, но она хотела, чтобы та как-нибудь узнала об их совместных занятиях. - Мы вместе играли в оркестре, когда учились здесь. Вон там на стене висит фотография. - Элла указала на дальнюю стену, и брови Эльзы взлетели вверх, когда та в панике посмотрела на Эллу. Марен встала и направилась к фотографии. Она быстро нашла двух женщин в золотой рамке, сидящих рядом друг с другом в первом ряду группового снимка. Они выглядели там как самые молодые, и Марен решила, что они, должно быть, учились тогда в Академии на первом курсе. Они обе широко улыбались, и Марен затаила дыхание, завороженно рассматривая радостное выражение лица «Снежной королевы». - Ух ты, вы уже тогда поразили всех своим дуэтом, раз были самыми молодыми в оркестре! - Она повернулась к остальным, и их улыбки слегка померкли. В ответ последовало напряжённое молчание, и Марен отложила это в своей памяти как нежелательную тему. Должно быть, что-то случилось тогда, и их дружба рухнула, но любовь к музыке и подсознательная привязанность друг к другу остались, несмотря на это. - Мне надо... идти. - Сказала Эльза через мгновение, сглотнув и убрав кружки, которые стояли на крышке рояля. Когда она повернулась, чтобы уйти, Марен быстро подошла к ней. - Подожди, Эльза, я хотела поговорить с тобой. - Сказала она, заметив, что Эльза задержала дыхание. До Марен не сразу дошло, что она назвала её просто по имени. - Мне нужно извиниться. Я только что встречалась с советом… Эльза вздохнула, видимо, понимая, в чём дело. - Я так понимаю, сейчас они предстали перед вами в другом свете, не как на собеседовании? – Уточнила она очевидное, и голос её звучал как-то несчастно и даже жалостливо. - Гхм. - Она провела рукой по волосам, откидывая челку назад. Эльза озабоченно нахмурилась и вдруг схватила её за руку. Она притянула её ближе, осматривая. - Что с твоей рукой?! - Спросила она, и беспокойство в её голосе заставило сердце Марен учащенно забиться. Сама она не заметила ни красных отметин на костяшках пальцев, ни лёгкой царапины на коже указательного пальца. Эльза посмотрела ей в глаза, ища в них что-то. - Я... э - э... представила, что дерево - это прелестный Мистер Айлз. - Сказала она, пожав плечами. Эльза осуждающе подняла бровь, но лёгкая ухмылка, играющая на её лице, смягчила гневное выражение. - Понятно. Может, в следующий раз ты используешь для этого подушку? - Она снова опустила глаза на руку Марен, нежно проводя большим пальцем по поврежденной коже. На самом деле, у неё не было каких-то страшных повреждений, эти царапины заживут за пару дней. - Х-хорошо. Буду знать. - Марен боялась даже шевельнуть пальцем, чтобы не испортить момент. Впрочем, это не имело значения, потому что через несколько секунд Эльза отпустила её руку. - Мне нужно идти, я должна заменить Мисс Адамс. - Она сделала шаг назад, закрывая крышку пианино. - Ты преподаешь? - Спросила Марен, удивлённая этой информацией. Эльза легонько хихикнула, А Марен застыла, как будто её окатили ледяной водой. Она сама прикасается к ней, не возражает против обращения на «ты» в подобной обстановке, да к тому же ещё и хихикает. - Я преподавала здесь английский ещё до того, как стала директрисой. - Сказала она, сделав несколько шагов в сторону двери, но затем остановилась. - Мне ещё нужно кое-куда заехать, так что я не смогу сегодня просмотреть отчёт по работе с детьми. Как насчёт в понедельник? - Конечно. - Ответила Марен, пытаясь сморгнуть ошеломлённое выражение со своего лица. Эльза окинула её быстрым взглядом, посылая волну тепла по всему телу, а затем повернулась, чтобы уйти. Марен и Элла стояли с одинаковым выражением благоговения на лицах, хотя и по совершенно разным причинам. - Это... было просто произведение искусства. - Сказала Элла, указывая пальцем на пустой дверной проём и широко улыбаясь. - Что? Ты о чём? - Пробормотала Марен, смущенно глядя на неё. Её мозг превратился в кашу примерно в тот момент, когда Эльза погладила её по руке. А может, это случилось, когда она улыбалась? Она не могла вспомнить точное время, да и вообще её мозг взял перекур на неопределённый срок. - Ты только что растопила Снежную королеву. Я не видела, чтобы она так себя вела с тех пор, как... ну, в общем, с некоторых времён. Сердце Марен колотилось с ощутимой рёбрами силой, и она поняла, что её заинтересованность Эльзой начинает ощущаться совсем иначе. Это не входило в её планы.