Утка и таинственный лес

И снова звери брели через непролазные кущи. Они взбирались на скалистые горы уже который час, кто-нибудь обязательно скатывался к истокам их пути и все дружно возвращались отдирать зебру от кустов можжевельника. Их путь был долог и нелёгок, а время поджимало. Ру спешил на премьеру Гарри Поттера . — Эта Фея явно какая-то дебилка! – возмущался Рейта отдирая от задницы ветку терновника. — Эй, поосторожней, она тут главная, может тебя в амёбу наколдовать, — ответил кролик, мирно загорая на горбе у кота. — Какого ещё пидараса господь нам подсунет? - Присоединился Аой. — Я же сказал – фильтруйте базар, а то мы останемся тут навсегда и станем такими же! — Да ладно вам, парни! Давайте, просто молча, поднимемся на вершину, ага? – одновременно предложили хомяк с уткой. И все негласно согласились. *** Скала всё не кончалась и не кончалась, силы и нервы были на исходе. Рейта бесновался и проклинал колючие кусты на каждом шагу, кот мечтал сбросить с себя три пушистых груза, прямо в овраг, а три-пушистых-груза играли в города. Казалось, скале нет конца, но уже виднелся горизонт и сияющая луна над самым пиком. Звери кое-как доползли до выступа рядом с небольшой пещеркой, как услышали странный писк. Как в лифте. Стены пещерки разъехались, подобно створкам лифта, и оттуда вышел тот самый мужик в плавках, только теперь на нём был латексный костюм полицейского. У зебры задёргался глаз. Кот готов был рвать и метать. — Лифт? Вашу мать, я что, вижу лифт?!! Мы карабкались сюда целые сутки, чтобы потом увидеть лифт?? Господи, неужели я и правда так много грешу? – начал свою тираду Рейта. Тем временем человек в латексе поманил их к выступу и пошёл к расщелине в скале, звери послушно следовали за ним. Протиснувшись по выступу, они увидели разъезжающиеся в стороны створки щели в скале. — Ну, нихрена ж себе! – напомнил о себе Рейта, — с ума сойти! Наделали тут, а я по колючим кустам карабкался! *** Копыта зацокали по мраморному полу, напоминающему огромную сине-белую шахматную доску. Мягкие лапки оставшихся скользнули по полу. — Ну и ну полироль у них! – ахнул кролик скользящий мимо зебры. — Смотрите, я фигурист! Я так изящен! Смотрите, как я умею! – пищала утка, раскатывая туда-сюда и махая крыльями. Кай же мирно ютился на голове кота, лапы которого разъезжались в разные стороны. — Ну и где Фея? – поинтересовался Аой, смирившись с особенностями мраморного пола. — Меня кто-то звал? – послышалось надрывное эхо. В воздухе образовалось серо-голубое облако, которое медленно приближалось к полу. Достигнув цели, оно рассеялось и перед зверинцем восстало нечто. Оно было двухметрового роста, с длинными чёрными ногтями на длинных руках, одна из которых была покрыта татуировками, а другая облачена в белый кружевной рукав. Практически тоже самое происходило и с ногами. Платье Нечто было разделено посередине на два цвета и ткани, левая сторона была облачена в синее облегающее платье, а правая – в белое и кружевное. И ещё, у Нечто было две головы, одна из которых, приподняв бровь сверлила зверинец строгим и надменным взглядом Маны, а втора пыталась почесать нос о плечо. Второй головой, кстати говоря, оказался Хакуэ. — Так, ну и что вы, пылесборники, тут забыли? – после громкого «кхэм» произнёс Хакуй, — это Мана сказал. Ну, так чего припёрлись? — Это вас надо спросить, — нахмурился Руки. — А в чём, собственно проблема? — Что значит «в чём проблема»?! Мы очутились в каком-то цветастом лесу, мы звери, нас загоняли по всяким феям-извращенцам, которые то и дело придумают какую-нибудь дрянь, типа танцев! Какие-то ключи! Какие-то карты! Трансвеститы на каждом углу! Мана-сама принялся активно что-то нашёптывать Хакую на ухо, тот при этом налепил на лицо внимательную мину и заинтересованно сдувал пылинки со своего маникюра. — Он сказал, что вы, видать, перенюхали клея или пережевали грибов. И на самом деле этот лес — ваша иллюзия. И феи иллюзия. И ключи тоже иллюзия. — То есть, как иллюзия?! – Вмешалась зебра, — и мой большой писюн тоже иллюзия? Общий facepalm. — Стоп. Вы говорите, что это иллюзия, так? То есть, на самом деле мы не звери, вы не феи и всё это нам чудится? – первым очнулся от фэйспалма Аой. — Да, совершенно верно, — ответил Хакуэ, поправляя подол своей юбки и подтягивая чулки. — Но как же Мияви, Кё и все остальные феи? — А, эти идиоты? Они уже неделю в загуле, из леса не вылазят, курят какую-то дрянь на хате у Мива. — А как же вы? — А мы сами по себе, понятия не имею, как мы тут оказались. — А испытания? — Ну, этим придуркам делать нечего, вот они и устраивают тут блошиный цирк, ой, знали бы вы, что за оргии творились тут во вторник, когда D’espairsRay и ScReW накурились. Потом ещё думали, у кого зад болит больше. — Но это же иллюзия? — Весьма забавная, но всё же иллюзия. — И как нам из неё выбраться? Мана снова что-то шепнул Хакуэ. — Ну, посидите где-нибудь часок, отойдёте – примите человеческий вид. — В смысле? Никаких испытаний, ключей и танцев? — Ну да, идите, чаю попейте, — Рядом с двуглавой феей очутился из неоткуда тот-самый-чувак-в-плавках. В руках его был поднос с пятью чашечками и вазой с пироженками, а на мускулистом торсе его красовался голубой фартук в белый горох. Плавки зашагали куда-то вдаль, а звери, чуть подумав, посеменили за ним. *** Мана с Хакуэ, оставшись в зале в одиночестве, наколдовали себе диван и аккуратно пристроили общий зад на него. Мана продолжал что-то шептать Хакуэ, а тот, улыбаясь, прислушивался. — Мана.., — Хакуя ущипнули за бедро, — Мана-сама, может, хватит этих перешептываний, а? Мы тут одни, можешь разговаривать нормально. — Ой, больно умный, разрешил, — фыркнул Мана писклявым голоском и принялся разглаживать складки на юбке. — Ты чего наелся? Что с голосом? — Это гелий. И вообще, ты можешь поэлегантней выражаться, балда ты деревенская? — О да, тебе элегантности не занимать. — Молчать. — С какой это стати я должен молчать? — Потому что я сказал. — И что? Меня, если хочешь знать… — Не хочу. — А я скажу! Меня фанаты любят больше чем тебя. — Быть такого не может. — Может! — Нет, это исключено. — Почему это? — Потому что я сказал. — И что твоё слово весит? Или оно волшебное? — А ты забыл, где мы находимся? — И всё равно я круче. — Молчать. — А вот не буду. — Ну, как знаешь. — И что ты задумал? — Не твоего ума дело. — Нет, скажи! — Как же я от тебя устал. По залу ещё долго разносилось эхо переговоров двухголовой Феи и даже иногда отдельные фразы доносились до соседних комнат. *** Животные мирно и эстетично попивали чай, пока молодой человек в плавках делал маникюр коту. Зебра смела пирожные за минуту, утка и хомяк негодовали. Кролик, выпив чашку мятного чая, завалился на диван, кайфуя. — А может ну их, останемся тут? – блаженно пробурчал Руки. — Что? — Ну, останемся в лесу, будем жить тут. — Ты с ума сошёл, да? – вспылил кот, выдернув лапу из-под пилочки мужика в плавках, — ты тащил нас через невиданные кущи, снега, репьи, джунгли и скалы, чтобы сказать «давайте останемся тут?!» Таканори, ты дебил? Нет, ты скажи мне, ты дурак, да?! Совсем сбрендил? Остаться тут! Вы только послушайте его! — Ну-ну-ну, не кипятись, Широяма, я же просто предложил, и тем более, мы всё равно не знаем, как отсюда выбраться. — Ради всего святого, заткнись. — А то что? — А то я натравлю на тебя зебру. Рейта улыбнулся, продемонстрировав недожеваные пирожные. *** Токио. Разгар дня. Высотное здание, в котором находится репитиционная the Gazette. В коридоре возле двери с табличкой с названием группы отчётливо слышны посапывания, храп и безразборный лепет газеттов. На диване, подпирая друг друга, спали Уруха и Аой. Возле дивана, на кресле примостился вокалист, кстати, кресло ему было в самый раз по размеру. На подоконнике, в брутальной позе и прикрытый газеткой, спал Рейта, а Лидер-сан занял своё место на стуле рядом со столом, свесив ноги и руки в направлении к полу. Мимо репитиционной проходили разные занятые люди и не менее занятой Мияви чихающий как ёж и ищущий туалет. От этого дикого чихания и проснулся Кай. Встав и пошатнувшись, он врезался в барабанную установку и уже этот грохот разбудил остальных. Ошарашенный Рейта свалился с подоконника, Аой и Уруха стукнулись о головами, а Руки медлительно потянувшись, решил подать голос. — Господи боже, что такое? Кто хулиганит? — Где мы вообще? – Оглядывался Уруха. — Мне снилось как я душу Таканори, — зевнул Аой.