Счастье в чистом виде.

Когда-нибудь я отыщу ответ. Когда-нибудь мне станет цель ясна. Какая-нибудь сотая весна Откроет мне потусторонний свет, И я постигну смысл бытия, Сумев земную бренность превозмочь. Пока же плечи мне укутывает ночь, Томительные шепоты струя, И обвевая пряным ветром сны, И отвлекая от серьезных книг... И цели совершенно не ясны. И свет потусторонний не возник. Полозкова. Жить оставалось меньше часа, я чувствовал как яд убивает каждую мою клетку, нанося мне дикую боль, я знал, что мои страдания можно было легко прекратить, но не такой ценой. Лежа на кровати и осознавая, что близок конец, все, о чем я мог думать - моя дочь Кэролайн. Я помню как впервые взял её на руки, этот маленький комочек, который помещался на половине моей руки. Я стал отцом. В комнате мы были одни, я смотрел на неё и плакал, единственный раз в жизни я плакал ... от счастья. Любовь к ней переполняла меня, она была в каждом атоме, субатоме моего тела, разрывая и восстанавливая моё сердце с каждым вдохом и выдохом. Ко мне пришло понимание того, что эта маленькая девочка - счастье в чистом виде. Я осознал, что это единственный, правильный смысл моей жизни, все к чему я стремился, все чего хотел, родилось сегодня - вместе с этим ребёнком. Но вместе со счастьем пришёл и страх, он сковывал, парализовал, он был липким, я чувствовал его запах. Никогда до этого я так реально не испытывал страха. Это был страх отца за свою дочь. От её рождения и до сих пор он захватывает меня врасплох, ожидая удобного момента, чтобы нанести удар. Я боялся всего: болезней, сердечных ран ... всего, что могло принести ей боль. Каждый день, час, минуту я молил Бога, чтобы он оберегал мою Кэролайн. Я готов был вынести все круги ада, только чтобы моя кроха была счастлива. В тот момент, когда я узнал, что она ... не та, кем была когда-то, я хотел убить себя - это случилось по моей вине, я не имел права покидать её, если бы я только знал. Я хотел спасти, помочь, а сейчас понимаю, что позволил своему тщеславию возобладать над родительской любовью. Мой страх ослепил меня настолько, что я часами пытал своего ребёнка, я слушал её крики, просьбы и моё сердце как будто пронзили тысячи иголок, чтобы не чувствовать сомнений и упрёков я бил кулаками по стене, делая из них месиво крови и мяса. Я глушил свою боль. Хорошо, что её спасли, не знаю как далеко я позволил бы зайти своему страху. Сейчас я понимаю, что боялся её, свою дочь, и за это мне стыдно больше всего. Кашель душит меня, кровь, жажда крови, я хочу крови, она мне нужна ... Я ловлю на себе страдальческий взгляд Кэролайн и жажда проходит. Я ошибался, она не монстр, она - самое прекрасное создание на Земле. Она поборола монстра в себе, сколько для этого нужно силы? Кэролайн невероятная, я горжусь ею. Вдруг одна мысль пронизывает мой мозг, она сводит все мои страдания на нет, делая их несущественными и ничтожными: "Хоть что-то у меня получилось хорошо". Это сделало меня счастливым, перед тем как уйти навсегда. Я получил в подарок перед смертью прекраснейшую, полной любовью, нежностью и добром улыбку - улыбку своего счастья.