Робкий Принц (The Humble Prince)

      Закончив читать очередное любовное письмо, адресованное ей, во время того, как она ела черничное мороженое, монарх ночи в изнеможении зевнула и потянулась телом и крыльями, причмокнув губами, её регалии были отброшены в сторону. Вопреки тому, известному мнению граждан и её сестры, принцесса ночи наслаждалась солнечными лучами своей сестры, прежде чем они скроются, точно также, как наслаждалась бы своей ночью, прежде чем отправиться спать. У неё не было много дел, но уход за снами подданных каждый раз требовал больших усилий. Так что к тому времени, когда ночная стража заканчивалась, она совсем выбивалась из сил.       Чтобы скоротать оставшееся время, она пыталась отвлечься, читая, делая оригами или, как сейчас, смеясь над лицемерами, скрывающими свои желания власти и денег под личиной "искренних" любовных писем. Они надеялись, что тысяча лет изоляции превратили Луну в наивную кобылку в политической игре.       — «О, у вот этого письмо самое лучшее. Жеребец даже не знал, как написать любовное письмо. Это точная копия моего стихотворения, которое я написала за пятьсот-шестьсот лет до моего изгнания... И оно было про мой любимый вкус мороженого!», ― усмехнулась принцесса, увидев, что дворянин не приложил никаких усилий к написанию письма и зевнула. ― «Ну, думаю, на сегодня хватит».       Она скомкала бумагу и поставила пустую тарелку на тумбочку, используя магию, чтобы укрыть себя одеялом. Её глаза стали тяжёлыми и начали закрываться, а сознание медленно засыпало.       К несчастью, прямо перед тем как она сумела заснуть окончательно, раздался громкий стук в дверь, мгновенно развеявший остатки сна, заставив вскочить и упасть с кровати.       ― Луна! Открой дверь! Открывай сию же минуту! ― это был голос сестры. Луна заворчала и посмотрела на дверь, вставая и пытаясь вылезти из простыни.       — «Десять утра, сестра... Эквестрия, должно быть, в смертельной опасности...», ― ворчала про себя Луна, подходя к двери. ― Я слышу тебя, Селестия! Перестань стучать! ― крикнула Луна, открывая дверь и сердито глядя на сестру. ― Ну, сестра, что произошло? Луна не успела толком понять, что происходит, как сестра прижала её к себе и закрутила вокруг себя.       ― Это случилось, Лулу! Это правда! Наше желание сбылось! ― волнительно воскликнула Селестия, продолжая кружиться со своей бедной сестрой.       ― Тия, если ты не хочешь, чтобы меня стошнило, отпусти меня! Немедленно! ― в тревоге и гневе закричала Луна, когда приступы рвоты начали подкатывать к горлу. К счастью для неё, Селестия услышала крики и поставила её на землю. Когда её копыта коснулись пола, принцесса ночи попыталась очистить разум и прийти в себя. Быстро помотав головой, она сумела это сделать. Она сосредоточилась на всей этой ситуации и взглянула на сестру.       ― Теперь, давай сначала, медленно. Что за спешка и почему ты не могла дождаться ночи? ― спросила она, скрестив передние копыта. Радость, охватившая Селестию несколько секунд назад, вернулась, отчего она волнительно захлопала копытами.       ― Луна, ты помнишь желание, которое мы загадали прошлой ночью?       ― Это было восемь часов назад, дорогая сестра, ― с сарказмом и раздражением ответила принцесса ночи.       ― Так вот, оно сбылось! ― прощебетала она с улыбкой. Луна, тем временем, продолжила смотреть на неё, не обращая внимания, пока, наконец, не приподняла бровь в замешательстве.       ― Прости?       ― Я знаю, о чем ты думаешь, Луна, но клянусь, это правда! Блюблад больше не тот идиот, которого ты знала! Он совсем другой!       ― Ты решила разбудить меня утром, вбежав в мою комнату и закрутив меня, как ветряную мельницу, без моего на то согласия... Из-за какой-то шутки нашего племянника?       ― Что? ― растерянно взглянула на сестру Селестия, пока не поняла, что её телепортируют обратно за дверь комнаты сестры, которая тут же закрылась перед ней.       ― Не обманывайся его игрой, сестра. Он играет с тобой. И пожалуйста, пока на Кантерлот не нападут, не буди меня снова, ― раздался голос Луны из-за крепкой деревянной двери.       Прежде чем цокот копыт, к которому позже присоединились звуки шуршащего одеяла и сжавшихся пружин, дали Селестии понять, что её сестра легла спать.       «Ой-ой, я действительно была такой недавно?», ― подумала про себя Селестия, виновато глядя на дверь. ― «О, мой бедный племянничек. Не удивительно, что он потерял сознание. Должно быть, я напугала его».       С подавленным вздохом, Селестия решила выполнить просьбу сестры и дать ей немного поспать. Она не могла винить Луну за сварливость. Она сама бы себя так же вела, если бы Луна ворвалась в её комнату посреди ночи. Однако в данный момент нужно было заняться более важными делами. В частности, суд... Который, к её не удовольствию, вот-вот должен был начаться. Поэтому сейчас она должна попытаться выполнить свои обязанности и надеяться, что её племянник не вернётся к своим старым привычкам до того момента, пока Луна не проснётся.

Тем временем, в комнате Блюблада.

      Принц со стоном проснулся, сел и пришёл к выводу, что он вновь находится в комнате, где всё началось.       ― Доброе утро, принц Блюблад, ― взглянув направо, он увидел знакомую служанку с пурпурной шерстью, орудующую метёлкой из перьев, которую она заставляла парить в воздухе с помощью магии. ― Хорошо поспали?       ― «Как она... О, точно. Доктор Калибер сказал же мне, что здесь существует магия», ― подумал Блюблад, прежде чем ответить. ― Д-да, наверное. Доброе утро... Мист, верно? ― спросил он с ноткой интриги в голосе.       Служанка кивнула, подходя к нему.       ― Как вы себя чувствуете, ваше высочество? Доктор сказал, что вам пока надо как следует отдохнуть.       ― Я чувствую себя лучше, спасибо, ― с улыбкой ответил Блюблад, прежде чем начать беспокоиться. ― Моя мама всё ещё злится на меня, Мисти?       ― Мисти? ― приподняла бровь Мист.       ― О! Прости, я что-то не так сказал?       ― О нет, ваше высочество, просто... ― к его удивлению, горничная только усмехнулась и покачала головой. ― Я не ожидала, что вы станете давать другим пони ласковые имена. Я действительно не против. На самом деле, мне это даже нравится. Что касается принцессы, то беспокоиться не о чем. Теперь она поняла, что происходит, и сожалеет, что напугала вас, ― она убрала перьевую метёлку. ― Кроме того, принцесса Селестия ваша тётя, а не мама.       ― Подожди, серьёзно? ― в полном удивлении спросил её принц. ― Но её и мой мех так похожи.       ― Я знаю. Я слышала, как другие сотрудники шутили, что если бы вы прикрыли гриву и сели перед ней, то вас было бы не разглядеть, ― усмехнулась Мист.       ― Мы были бы обречены, если заблудились бы в снежной буре, так? ― пошутил в ответ Блюблад.       Мист только громче засмеялась.       ― «Ох, Тартар с ним. Даже если доктор Калибер и говорит что-то про помощь в восстановлении его воспоминаний, я желаю, чтобы этот новый Блюблад остался!», ― как только смех утих, Мист снова посмотрела на него. ― В любом случае... Доктор Калибер сказал нам, что вы потеряли все свои воспоминания, это правда? Блюблад только вздохнул и посмотрел вниз.       ― Да, я действительно ничего не помню. Кстати, где мы находимся?       ― В вашей комнате, ваше высочество, ― ответила Мист. ― А что касается ваших потерянных воспоминаний, то не волнуйтесь, принц. Я уверяю вас, что все в замке будут счастливы помочь вам начать всё с начала, ― заверила его Мист, положив копыто на плечо. ― Вы очень быстро учитесь, помните? Прошло меньше дня, а уже почти самостоятельно ходите!       ― Ну, причина вовсе не во мне, а в том, что со мной занимался лучший учитель, ― взглянул на неё Блюблад, заставив хихикнуть и покраснеть от смущения.       ― А вы... ― начала она, пока не пришло озарение. ― Не хотите осмотреть замок? Я могу рассказать вам всё, что знаю о Кантерлоте, это будет хорошим поводом потренировать ноги, ― предложила она.       ― Знаешь что, Мист? Это отличная идея, ― кивнул в ответ Блюблад, прежде чем отпихнуть от себя одеяло и встать с дрожью в ногах. ― С чего начнём?       ― Как насчет королевского сада? ― предложила она. ― В это время дня там очень красиво, много свежего воздуха и разных животных. Мой двоюродный брат называет это "садовой терапией".       ― Звучит неплохо. Веди меня, Мист, ― взволнованно прощебетал принц, направляясь к двери, покачиваясь на копытах и едва не теряя равновесие, пока он, наконец, не сумел поймать устойчивость. ― Ладно! Думаю, что сумею это сделать. Это как ходить на четвереньках.       Принц кивнул и с некоторым трудом добрался до двери в сопровождении Мист, на тот случай если ему понадобится помощь.       «Хорошо. Пока всё хорошо. Они думают, что у меня амнезия. Я просто должен продолжать играть, пока не сумею вернуться домой», ― принц вновь кивнул. С растущей решимостью и навигационной помощью Мист, они направились в сторону сада.

Тем временем, на вокзале.

      Розовая, высокая и стройная аликорн с гривой и хвостом трёх разных цветов, с маленькой золотой тиарой на голове, золотыми подковами и нагрудником с формой сердца на нём, вышла с вокзала, неся в правом копыте маленького жеребёнка. То была кобылка ― розовый аликорн с пурпурными гривой и хвостом, сквозь которые пробивались голубые полоски. Оказавшись снаружи, высокий аликорн оглянулась с почти незаметным раздражением.       ― Шайнинг Армор, пожалуйста, просто позволь стражникам забрать наш багаж, ― взмолилась аликорн, когда к ним приблизился белый единорог с синими гривой и хвостом, неся на спине четыре больших и тяжелых чемодана. Он старался сохранить равновесие на ходу.       ― Я же сказал тебе, Каденс, наша стража не сможет защитить нас, если будет слишком занята нашим багажом. Кроме того, я могу сделать это... Это н-не... П-проблема. ― прохрипел он. Вскоре он понял, что вес слишком большой, и рухнул на платформу.       Каденс только закатила глаза, прежде чем начать использовав магию, поднять их багаж, и отдала его стражникам, которые кивнули и забрали его, к большому неудовольствию Шайнинга.       ― Кадди, зачем ты это сделала? У меня...       Каденция заставила его замолчать, быстро поцеловав в губы.       ― Я знаю, мой сильный способный муж. Но не забывай, что теперь ты принц и у нас есть подданные для этого, ― затем она протянула жеребенка ему. ― И Фларри не хочет бросать занятия по сидению на спине отца, правда, Фларри?       Фларри захихикала и протянула крошечные копытца, ожидая, когда её подхватят. Шайнинг не мог устоять перед прелестной сценой и подчинился, подняв свою маленькую дочь и посадив её себе на спину.       ― Я просто не могу отказать этим очаровательным глазкам, ― с улыбкой проворковал он, прежде чем посмотреть на Каденс. ― И я понимаю, что ты только что сделала.       ― И понятия не имею о чём ты говоришь, дорогой, ― Каденс застала его врасплох ещё одним поцелуем, прежде чем изобразила невежество.       ― Конечно же не имеешь... ― ответил Шайнинг, закатив глаза, тогда как они шли по улицам Кантерлота.       ― О, не могу дождаться встречи с тётушкой! ― волнительно воскликнула Каденс, продолжая свой путь.       Шайнинг рассмеялся и покачал головой, глядя как любимая ведёт себя.       ― Могу себе представить. Ты не перестала говорить об этом всю дорогу. Думаю, даже кондуктор знает, зачем мы здесь.       ― И ты винишь меня? Это будет первый раз, когда тётя Селли добавит программу обмена студентами в своей школе! Ты же знаешь, это самая престижная школа магии во всей Эквестрии.       ― Конечно, ― кивнул Шайнинг, соглашаясь. ― Я всё ещё думаю, что мы обязаны были уведомить её, что построили свою собственную в Кристальной империи, когда только начали работать над проектом.       ― И испортить сюрприз? Ну же, дорогой, где твоё чувство озорства? Кроме того, она, скорее всего, была слишком занята новостями о том, что Твайлайт открыла свою школу дружбы.       ― Хорошо, закроем эту тему, ― сказал Шайнинг, они всё ещё продолжали идти. ― Я всё ещё нахожу забавным то, что Твайлайт задумалась о строительстве своей школы всего через пару месяцев после того, как открылась наша, ― усмехнулся он. ― Строительство школы ― это как новая тенденция среди членов королевской семьи.       ― Ты уверен, что мы не упомянули об этом в письме? ― посмотрела на него Каденс, приподняв бровь.       Шайнинг только покачал головой:       ― Уверяю тебя, это было совпадение.       ― Ну, я продолжаю думать, что это было очень даже мило с её стороны, ― с улыбкой ответила Каденс.       ― Да, конечно.       После этого, королевская чета продолжила свой путь в приятном молчании, пока не добралась до замка. К несчастью для них, они прибыли в не подходящее время, так как принцесса Селестия была занята судом, а принцесса Луна слишком устала, чтобы принять их должным образом. Им больше нечем было заняться, кроме как начать распаковывать свои вещи и ждать, пока Селестия закончит свои обязанности. Распаковав и убрав свои вещи, они решили прогуляться по замку, чтобы предаться ностальгии и рассказать Фларри обо всех этих приключениях, которые они пережили, когда ещё жили внутри стен Кантерлота.       ― ... И вот тут твой отец наконец-то набрался храбрости и поцеловал меня в первый раз, ― Каденс заканчивала рассказ о том, как они с Шайнингом встретились, когда прогуливались по королевскому саду и подошли к цветущему вишнёвому дереву, где решили отдохнуть.       ― Ну же, Каденс, "наконец-то набрался храбрости"? Я помню этот момент совершенно по-иному, ― ответил Шайнинг, готовый накормить Фларри яблочным пюре.       ― Ты прав, дорогой. Я тоже много заикалась, ― хихикнула она. ― О, ты был таким милым тогда: "П-п-принцесса м-м-ми Аморе Каденс, я-я-я думаю, т-т-так как это наше третье с-с-свидание, н-н-не согласишься л-ли т-ты поц-поцеловать т...", ― Каденс попыталась сымитировать речь своего мужа тогда, прежде чем Шайнинг, полностью красный, прервал её.       ― Хорошо, я понял. В свою защиту я могу сказать, что имел полное право нервничать. В то время я только-только стал новобранцем, а ты уже была принцессой любви! ― защищался Шайнинг, заставляя Каденс хихикать.       ― И ты всё также очарователен, как и тогда, и это был очень хороший поцелуй, ― ответила она, погладив его, прежде чем отойти и налить чаю. ― Ты же знаешь, я просто дразню тебя, милый, ― Каденс подошла поближе и чмокнула его в щеку. ― Люблю тебя.       ― Я тоже тебя люблю, ― они продолжили обниматься, пока не услышали приближающийся цокот копыт.       ― Как думаешь, это принцесса Селестия? ― спросил Шайнинг.       ― Должно быть... Я попросила одного из стражников сказать ей, где мы находимся, как только она освободится, ― ответила Каденс.       Они обернулись и увидели, что рядом со служанкой идет Блюблад. Члены королевской семьи застонали от раздражения. Этот шквал их эмоций явственно отразился на лицах. Каденс возненавидела его с тех пор, как он объявил её "плодом растрачивания королевской крови" при церемонии Кристального помазания*.       ― Фу! Что он здесь делает? ― со стоном спросила Каденс.       ― Давай просто проигнорируем его, дорогая. Может быть, он нас не заметит, ― сказал ей Шайнинг, изо всех сил стараясь не обращать внимания на вредителя Блюблада. Каденс и Фларри делали тоже самое... До тех пор, пока что-то не привлекло внимание двух королевских особ, которые вновь посмотрели на Блюблада.       ― ...И тогда три племени решили объединиться и отложить свои разногласия в сторону, чтобы построить то, что сейчас является Эквестрией, ― Мист закончила свой рассказ, когда они остановились перед яблоней.       ― Ого... А что случилось с Виндиго? Они всё ещё... Здесь? ― спросил Блюблад, слова которого были наполнены любопытством и сбивали с толку королевскую чету.       ― Насколько я помню, в сказе о дне горящего очага говорится что они всё ещё существуют за пределами Кристальной империи, по ту сторону горы Эверхуф, ― ответила Мист, когда Блюблад встал на задние копыта, чтобы сорвать яблоко.       «Почему он не использует магию?», ― спросила себя мысленно Каденс, всё больше смущаясь сцене, которую видит. Остальные члены семьи выглядели также, как и она.       Усмехнувшись и покачав головой, Мист помогла принцу незаметно сорвав яблоко. Блюблад обрадовался успеху и встал на четвереньки. Прежде чем он успел откусить кусочек, из кустов выпрыгнул маленький кролик и жалостливо посмотрел на принца и служанку. Каденс ожидала, что принц прогонит эту "тварь" и сам съест яблоко, но, к её удивлению, он разрезал его пополам, а после предложил кролику:       ― Держи, малыш, лопай.       Этой сцены было достаточно, чтобы у всех троих членов королевской семьи отвисла челюсть, когда они увидели, как добр он к другому живому существу. Он даже гладил его, пока тот ел! Горничная и принц развернулись, чтобы уйти, но заметили, что члены королевской семьи смотрят прямо на них. Мист была смущена и удивлена, увидев принцессу любви в саду, удивляясь, почему она здесь. А Блюблад просто улыбнулся и помахал им копытом.       ― О... Э-эм... Хороший денёк сегодня, а? ― спросил он их с улыбкой, прежде чем взять кролика, добавляя членам королевской семьи ещё больше шока. ― Эм... Ау! Вы в порядке? ― спросил их принц Блюблад, начиная беспокоиться о том, что никто из них не двигается и никак не реагирует.