Мелодия любви 2: На конце пути.

- Вставай, девочка моя! - Что такое? - вскочила Камилла, перепуганная. - А? - Через два часа уже обед, - сказала мама, стоявшая в проеме открытой двери. Свет в солнца был тусклым, но почему-то он ослеплял девушку так, что резало глаза и ломило в висках. - Спасибо… - прошептала Ками, лежа на смятой мокрой постели. Девушка чувствовала себя ужасно. Бросало то в жар, то в холод, была слабость, тошнило. «Заболела…» — констатировала Камилла и, с трудом поднявшись с кровати, принялась собираться. Сейчас предстоит самое тяжелое - прощание с друзьями и Студией. Камилла спустилась на первый этаж. В голове все еще было мутно, самочувствие - ужасное. - Мне плохо, - призналась она матери. - Дай хотя бы таблетку выпью. Мама сразу же забеспокоилась, принялась трогать ее лоб и говорить тысячу слов в минуту: - Вот я всегда говорю - не ходи раздетой! А ты меня не слушаешь! И вот, пожалуйста, - заболела! Сколько раз тебе можно повторять - уже ноябрь, скоро зима! Душу закрывай, а то надует! И мама стала энергично ее «кутать» и «закрывать душу». «Душа», по ее мнению, это область горла и груди. Одновременно она безостановочно укоряла Камиллу, что она за собой не следит и заболевает «специально, чтобы портить маме нервы». Можно подумать, девушка заболела по собственному желанию. Ками измерила температуру - ровно 39°. - Ну вот! - закатывая глаза и потрясая ладонями, воскликнула мама. - Ну вот! Надуло! Доходилась раздетой! Доходилась! А я говорила - кутайся, кутайся! Ты душу не кутаешь! Вечно нараспашку ходишь! А еще в Студию собралась! - Да куталась я, куталась, - вяло откликнулась Камилла. - Сама не знаю, в чем дело. Мама принесла таблетки, мазь, заварила эвкалипт и ромашку. Было как-то странно в двенадцать часов дня ходить в полубредовом состоянии и видеть туда-сюда бегающую маму. Камилла не воспринимала окружающую действительность - мысленно находилась еще во сне. Вокруг нее происходили какие-то события, но она в них не вникала. - Может, поспишь еще? - обеспокоенно спросила мама. Камилла знала, что не уснет, но вопреки предположению вдруг резко захотелось провалиться в глубокий сон. И чтобы ей ничего не снилось. Сна без сновидений девушка совсем не боялась. Каждый раз, просыпаясь, задумывалась над тем, где бывает ее душа, когда она засыпает. А что если однажды я вот так провалюсь в черную бездну и не вернусь?..Очень даже хорошо будет. - Мам, я в Студию все-таки схожу! - Не пущу! - воскликнула мама и стала в дверях. Она расставила руки, давая понять, что на улицу дочь не выпустит. Тогда Камилла нырнула ей под руку, схватила с вешалки куртку и умчалась на улицу. - Ну что за ребенок! - услышала она мамин голос, доносящийся из дома. - Ни минуты покоя! Сердце девушки колотилось. Она остановилась и стала рассматривать горы вдалеке, пальмы, кипарисы, море... И только сейчас поняла, как сильно любит свой город. Вернее, не сам город, а местность, где она жила. Наверное, во всех других местах ей всегда будет некомфортно. Именно здесь было ее место. Камилла глубоко дышала и чувствовала, как легкие наполняются чистым воздухом, жизнью, свободой. Хотелось петь и кричать от радости. Улицы были малолюдны. Это летом тут полно народу, стоит шум и гам, а в конце осени нет уже ни прилавков с сувенирами, ни стендов с рекламой разных экскурсий. По улицам не ходят люди в плавках и купальниках, не резвятся дети с надувными матрасами и спасательными кругами, по вечерам никто не поет под караоке… Воздух не пахнет шашлыком, все кафе закрыты, противосолнечные зонты собраны… Это время года угнетало ее и одновременно наполняло радостью, так как она знала, что через несколько недель все изменится до неузнаваемости. Наступит зима. Девушка смотрела на раскидистые деревья, и сердце щемило. Смотрела и представляла, как с приходом весны они зацветут и воздух снова пропитается волшебным ароматом. - Это - мой город, - сказала Камилла вслух. - Мой. Здесь знакомы мне каждое деревце, каждая улочка. Но внезапно настроение испортилось. Перед глазами вспыхнула картина: только что прошел ливень, а теперь светит солнце, и они с Леоном идут по этой улице...Но она зажмурилась, и видение из прошлого исчезло. Буэнос-Айрес издевался над ней. Давил тем, что до краев и даже больше наполнен ее воспоминаниями. Со всех сторон слышался голос Леона. То веселый, то грустный, то смелый, то робкий.Но последняя реплика Леона прозвучала резко, неожиданно, как приговор к смертной казни: - Я люблю тебя, Лара. И выбор свой я сделал. И вдруг все прекратилось. На смену голосам, смеху, восклицаниям, картинам прошлого пришли пустота и тишина.Воспоминания словно достигли своей высшей точки, запищали от напряжения и… лопнули, оставив после себя тупое безразличие. Сказать, что ей одиноко, значит не сказать ничего. Камилла долго добиралась до академии. Угнетала себя мыслями и даже хотела, чтобы ее сбила машина. Плевать, что сказала бы на это мама. На все плевать. У мамы своя жизнь, а у нее - своя. Несмотря на то что папа тоже уехал в Америку, мама знает, что рано или поздно он вернется. А ее никто не будет ждать. Мама не может судить, не побывав на ее месте. Не дай бог ей испытать то, что испытывала девушка. Как только показалось здание, у Ками возникло чувство, что сегодня ее не станет. Душевно. Она будет роботом. Который рано или поздно развалится. Она никогда не думала, что будет так сильно тосковать по Студии. Тоска съедала изнутри… Это поистине волшебное место. Еще долго смотрела на здание. Вспоминала прошлое, чтобы сделать себе еще больнее. Зачем - Камилла не знала. Просто так. Мазохистка. Через несколько минут навстречу девушки вышла целая делегация одноклассников, а следом за ними - преподаватели. Похоже у них тоже не было настроения, все шли понурые и улыбнулись лишь когда поравнялись с Камиллой. Улыбка ее развеселила. Немного оживила. Может, она все-таки не мертва?.. Первыми к ней бросились друзья. - Пабло все нам рассказал, - прошептала Франческа, повиснув у подруги на шее. - Первый раз говорю: не нужно было так хорошо выступать! Камилла улыбнулась и вздохнула. Все глядели на нее горящими взорами, все хотели что-то сказать. - Удачи тебе, - с грустью проговорила Анжи и тоже привлекла к себе. - Жаль что не остаешься до выпускного. Глаза Камиллы начали заполнять слезы. Вот Бетто заключил ее в объятия, что-то сказал, она даже не расслышала - что. Но прощальное объятие любимого учителя было красноречивее любых слов. - Я вам стольким обязана! - начала Камилла, обращаясь ко всем преподавателям, - Ваша доброта, ваше великодушие... - Ладно, ладно! Оставь... - отечески улыбнулся ей Пабло. Взгляд его пронзительных серых глаз горел заботой и грустью. - Что ж, лети дальше, талантливая птичка! Но нам всем очень жаль, что ты уезжаешь! Но такова жизнь... - Я лично прослежу за тем, чтобы ты как следует добралась до нью-йоркской академии, - добавил Антонио и заключил ее в объятия. А затем вдруг прошептал на ухо: - Если вдруг испытания, которые наверняка ждут тебя на пути, окажутся слишком тяжелыми,помни, что у тебя здесь есть друг и дом. И они примут тебя с отеческой любовью. Смущенная девушка еще раз обвела взглядом всех учителей. И глядя на эти лица, а еще чувствуя горечь друзей, она вдруг усомнилась в своем выборе. Но это место слишком напоминало о ее утраченной любви, и не хотелось подвергать сердце очередному страданию. - Я благодарна, - сквозь слезы произнесла Камилла, - Всем вам. Вы научили меня музыке и благодаря вам я нашла свое призвание...Пусть и не суждено мне закончить здесь свое обучение, я буду помнить своих первых и самых лучших преподавателей. Я желаю вам всего только самого хорошего. Как только друзья снова окружили Камиллу, у многих на глазах стояли слезы. Лишь одна Людмила не позволила себе показать свою слабость, оставшись в стороне. Франческа снова встала рядом с ней. Глаза у подруги покраснели, и она все промакивала из рукавом кофты. - Мы будем на связи, да? - протянул Макси. - Конечно, - кивнула Камилла. Все снова замолчали. Как же ей будет их не хватать! Фран, Вилу, Макси, Томаса и даже Людмилы... Похоже, они думали также. - Ох, Ками! - зарыдала Франческа, - Мне не верится, что ты все-таки уезжаешь! - Мне тоже, - пробормотала та. Все снова бросились ее обнимать. - Обещай, что не потеряешься. Камилла в свою очередь обняла всех, таким образом уклонившись от ответа: - Я так рада, что мы познакомились. Все эти последние годы - они были просто чудесные! Но ведь рано или поздно нам пришлось бы идти по разным дорогам... - Кто знал, что это случится так скоро, - шмыгнула носом Виолетта и выпустила подругу из объятий. Да, это был конец - что бы там не говорили ребята, все происходило слишком быстро - как будто нажали кнопку ускоренной перемотки. Казалось, один Макси не оцепенел от столь трогательного момента. - Я знаю, что ты будешь счастлива...так счастлива, что забудутся все былые страдания!.. Камилла взволнованно взглянула на него. Он сказал именно те слова, которые ей хотелось услышать, и эти слова так отвечали ее неопреодолимому стремлению к счастью, что девушка выслушала их без удивления, не спрашиваяэ почему он друг произнес эту фразу... Сейчас же Камилла прочла в глазах Макси настоящее дружеское чувство, не замутненное огнем вожделения. Это была дружба, которую мужчина может предложить мужчине, и судьба действительно сделала их товарищами! И такой горячей, такой надежной была эта поддержка, что Ками приободрилась. - Я буду писать - вам всем, - заявила она, а затем неожиданно повернулась к Людмиле: - А тебя, я думаю, как - нибудь встречу в Бродвее. Блондинка вспыхнула, даже не зная, как отреагировать на такие неожиданные слова. Но Ками все решила сама: - Ведь настоящие звезды не остаются в стороне! Польщенная Людмила все же удосужилась обнять ее на прощание. - А ты и в самом деле хорошая, - прошептала Ками ей на ухо. Все- таки здорово, у них с Людмилой все заканчивается на хорошей ноте. - Встретимся когда-нибудь, ладно? - в последний раз произнесла Франческа. - Обязательно, - пробормотала Камилла и ощутила себя сдутым шариком. Бесформенной плотью, внутри которой нет даже воздуха. Друзья в последний раз кинули на нее грустные взгляды и снова направились в Студию. Тогда Ками поняла, что еще не попрощалась с теми людьми, которые никогда не испытывали к ней дружеские чувства. Где же Бродвей, Джереми и ... Леон? Но мексиканец опередил ее мысли. Появился вдруг словно из-под земли и зашагал к ней. - Все-таки успел, - отдышавшись, произнес Леон. Он так неважно выглядел… Как будто всю ночь не спал. «С чего бы это? Неужели из-за меня? - удивленно подумала Камилла. - Но почему он не спал? Наоборот, он должен радоваться, что так удачно все сложилось и на нем больше не висит бремя в виде меня». - Ты разве не занятия не пришел? - вдруг на удивление самой себе произнесла девушка. - Нет, я пришел к тебе домой. Твоя мама сказала, что ты пошла прогуляться. Ну, я сюда отправился. И не ошибся. - Зачем ты пришел? - Камилла смотрела на него, как на привидение. - Ты не рада меня видеть? - Рада. Но мы же… все обсудили уже. Леон нахмурил брови и сменил тему: - Может, пройдемся? - Мексиканец пронзил ее пустым, ничего не выражающим взглядом. - Я не могу не попрощаться с тобой. - Ладно, давай, - храбрилась Камилла. Ведь они расстаются навсегда, а между ними еще осталось столько недосказанных слов... Они пошли по тротуару, время от времени кидая друг на друга грустные взгляды. Вот дошли до парка и уселись на одну из белоснежных лавочек. Леон тяжело вздохнул. - Значит, уезжаешь. - это был не вопрос, а утверждение, и Камилле ничего не осталось, как согласно кивнуть. - Да. Набрав в легкие побольше воздуха, мексиканец целую минуту сверлил землю невидящим взглядом. Губы скривила чуть заметная ухмылка. - Из-за меня, да? Врать Камилла не умела, поэтому откровенно произнесла. - Мы расстались уже давно, но я хотела, чтобы мы навсегда забыли друг друга. - Ну, это все меняет… - Удивительно, его голос звучит спокойно и рассудительно… Наверное, все дело в шоке, сознание отказывается воспринимать слова. - Ты не хочешь меня больше знать... - Конечно, я буду любить тебя, - Леон вдруг неверяще посмотрел на Камиллу, и она поспешила разъяснить: - По-дружески. И я хочу знать тебя, только как друга. Они замолчали. Не говорили долго, пока Камилла не набралась смелости и взглянула на лицо любимого. "А он никогда не изменится для меня. Будет тем же, с ямочками на щеках во время улыбки и выразительными карими глазами, с такой любовью глядевшими на меня когда-то.." Леон тоже не отрывал от нее взгляда. Выражение его лица нисколько не менялось, а вот Ками не могла до сих пор понять: что оно означает. Разочарование? Боль? Обиду? И вдруг он улыбнулся, но улыбка была какой-то вымученной, усталой. - Ты права. Мы должны остаться друзьями. - произнес Леон наконец и невероятная тоска отразилась в его глазах." Ты научила меня любить, теперь же учишь забывать о счастье!" - подумал он. Вдруг Леон придвинулся к ней. От неожиданности Камилла отпрянула, потом вопросительно уставилась на него. - Ты чего? Леон, ты чего? Зачем ты это делаешь? - Камилла, извини, - шмыгнув носом, сказал он. - Я как ненормальный себя вел. Я хочу тебе кое-что объяснить. - Какой смысл говорить, если я все равно уезжаю? - заметила Камилла. Она чувствовала себя пьяной. Даже на расстоянии полуметра ощущала тепло его тела. Он него шли какие-то невидимые разряды, от которых у девушки кружилась голова. Как раньше. - Ты разве не понимаешь, что случилось? Мне жить не хочется из-за того, что ты мне не веришь! Я так недавно все понял. Какую ошибку совершил...Без тебя я не могу жить как нормальный человек. Камилла расширившимися глазами посмотрела на него. Потом вдруг Леон медленно придвинулся ко ней и еще медленнее приблизил свое лицо. При этом он не отрываясь смотрел ей в глаза. У девушки будто заложило уши. Все краски вокруг померкли. Четко она видела только лицо Леона. "Поцелует", - мелькнула в голове такая мысль. Времени на раздумья не оставалось: еще немного, и Ками забудет, почему должна остановить его. Она уже начала задыхаться, изо всех сил прижимаясь к нему. Их губы не могли оторваться друг от друга, отвечая на все незаданные вопросы сразу. "Нет, нет, нет! - запротестовала Камилла и потрясла головой. Он так же целовал Лару... Сказка снова кончилась, все вернулось на свои места. - Это ничего не меняет, извини, - пробормотала она и почувствовала, как по щекам предательски катятся слезы. - Прощай, Леон! - спокойно, как ни в чем не бывало, проговорила девушка. - Подожди! - выдавил Леон и, приказывая онемевшим рукам двигаться, потянулся к ней. "Как же хочу всё вернуть... я люблю тебя...а ты думаешь, что всё в прошлом..." Казалось, мексиканец хотел Камиллу обнять… но его пальцы сомкнулись вокруг запястий, отводя ее руки за спину. Он наклонился и на сотую долю секунды прильнул губами к ее воспаленному лбу. Камилла зажмурилась. - Береги себя! - сдавленно прошептал Леон. Девушка встала и бросила на него последний взгляд. Все кончено. И любовь, и имеющая смысл жизнь - кончилась… _________________________________________________ Из всех несправедливостей судьбы, разлука для сердец страшней всего.