Обещаешь молчать?

— Нет, собаки у меня нет, — ответила Саша, впервые в жизни жалея о том, что не держит дома питомцев. Как интересно порой устроен мозг взрослого человека, вы не находите? Обдумав разные варианты лжи, девушка решила, что куда более безболезненно будет сказать правду. — Хотела купить Псу угощение, а в супермаркете был только килограммовый пакет, ну или ещё больше. Я подумала и решила взять, чтобы завтра порадовать этого трудягу, — Александра поставила покупки на землю и присела на корточки дабы погладить овчарку. — Ого, слышишь, дядь? Ты сегодня ничего не сделал, а награду получил, вот как так? — Макс заметил смущение на лице коллеги и тоже потупился. — Что нужно сказать? Пес парадно трижды пролаял свою благодарность и взял в зубы мешок с кормом. Приятные неожиданности зачастую гораздо милее сердцу, даже собачьему, чем запланированные радости. — Помочь Вам с сумками? — спросил Максимов больше из воспитания, чем из каких-либо порывов. Саша вспомнила реакцию Елены Николаевны, когда сообщала последней о внимании к себе со стороны другого сослуживца, и невольно задумалась. Быть умной женщиной временами очень сложно. Что не менее важно, умной женщине обычно куда сложнее отличить ту тонкую грань, на которой по разные стороны балансируют знаки внимания и альтруизм. Но, кажется, наша героиня правильно распознала в этом жесте лишь желание помочь. — Если это вас не затруднит. Макс подхватил пакеты и в тишине (не неловкой, а скорее умиротворяющей) они добрались до квартиры девушки, где и попрощались. Нет-нет, конечно же, Александра предложила зайти к ней на чай или кофе, и не держала гостя на пороге, но, будучи человеком воспитанным, оперативник от этого предложения категорически отказался. — Негоже мешать девушке обустраиваться в первый же день её приезда, — сказал он Псу в ответ на жалобное скуление по пути домой. Что ж, наверное, оно и к лучшему.

***

— Твою мать! — заорал Максимов, когда спросонья ему в глаз попало не что иное, как собачий корм. Лакомство пришлось питомцу по вкусу, а потому с утра Пес запрыгнул к хозяину на диван, сжимая в зубах тот самый злополучный пакет. Одно неверное движение рукой и из еще вчера надорванного подарка посыпались гранулы, крошки и свойственный корму специфичный запах. — Ты когда-нибудь видел, чтобы я эту дрянь ел? — в рот сыщика попали пара гранул и он подскочил, в попытках не поперхнуться. Вскочив, Макс выплюнул корм, который по какой-то причине ассоциировался у него с козьими какашками, и отобрал пакет у Пса. — Вот давай теперь ешь, что рассыпал, я пока пылесос достану, троглодит. Найти прибор оказалось не так просто, по крайней мере в уготованном для него месте царила хоть и пыльная, но пустынная идиллия. К счастью, дедуктивные способности привели опера к цели и спустя минут пятнадцать пол, а вместе с ним и диван, приобрели исходный вид. В холодильнике ничего не изменилось, а потому, попутно выгуливая пса, Максимов отправился в магазин. И факт этот вовсе не был бы нами замечен, если бы не один момент, произошедший на обратном пути. Уже почти у подъезда сыщик заметил, как Александра возвращается с пробежки. — Вот видишь, дядь, кто-то бегает по утрам, а кто-то жрет. В ответ послышался лай, с нотками хрипоты и недовольства. — Нет, Сашу мы не повезем, залезай, — скомандовал Макс и не без раздражения затолкал напарника в кабину.

***

По делу об убийстве были новости, причем много и самых разных. Вахтанг, будучи сообразительным молодым человеком, понял, что впечатление на младшего лейтенанта нужно производить результативной работой. Впервые за долгое время он приехал на работу (заметьте, не на выезд, а в отделение) ранним утром. И жертва эта принесла плоды: его запрос на изъятие базы клиентов агентства недвижимости был одобрен на утреннем слёте у прокурора. Опустим сейчас формальности, главное, что путем изнурительных поисков по базе МВД Леонов таки выяснил имя арендатора жилища. Судмедэксперты тоже кое-что обнаружили, впрочем, давайте лучше послушаем утреннюю планерку, так будет куда познавательней. — Вахтанг, рассказывай, что ты откопал, — вступил Макс, усаживаясь с Псом на диван. — Ну, договора на эту конкретную квартиру нет, но среди клиентов агентства встречается небезызвестный нам Чехов, готов что угодно поставить, что квартира его. — Чехов? Это лекарь что ли? Такой, с прищуром и козлиной бородкой? — спросил Максимов, показывая на себе описанные приметы. — Да-да, он самый. Это один небезызвестный подпольный доктор, Саша. — доброжелательно пояснил Леонов. — Ну да, квартира там действительно практически стерильная, — заключил Алексей, всё это время задумчиво смотревший куда-то в пустоту. — Всё может быть. Макс, ты знаешь, где его искать? — Этого Айболита найти не сложно, нужно только поспрашивать. — Заодно спроси у него, откуда он перевёз труп, потому что застрелили его явно не в той квартире, — сразу подключилась к разговору, только что вошедшая в кабинет Лена. Скромное пожелание доброго утра, прозвучавшее за столом Александры, никто не услышал и дискуссия продолжилась. — Есть какие-нибудь новости по личности жертвы? — сразу поинтересовался Максимов. — Нет, но пуля лишь ускорила то, что и так должно было произойти. У него в крови такой коктейль, что даже обратись он в больницу, его бы уже не откачали. — То есть как? — спросил Лёша, понимая смысл слов, но совсем не понимая картину преступления. — Анализы еще не все пришли, но лекарств ему вкололи, как на убой, бета-блокаторы — самое безобидное. Это при том, что сердце у него, как у космонавта. В кабинете на несколько секунд повисла тишина, столь громкая, что было слышно, как напрягается серое вещество каждого из присутствующих. Разве что это не касалось Гнездилова, однако будем вежливы и заметим, что капитана просто не было на рабочем месте. — Для эвтаназии способ убийства какой-то слишком жестокий, мне кажется его наоборот таким образом добили, — рассудила вслух новенькая, тут же об этом пожалев. Все взоры сразу же были обращены в сторону девушки и она неловко потупилась. — Ну, я согласен с Сашей, действительно похоже, что убийцы просто не стали дожидаться пока подействует вся та дрянь, что оказалась у него в крови, и ускорили процесс, — поддержал коллегу Вахтанг. Конечно, кто, если не он. Именно на этом моменте в кабинет ввалился Гнездилов, столь рьяно надушенный чем-то стойким и пахучим, что Лена тут же ретировалась в лабораторию, Пёс убежал в прилегающий к кабинету закуток, а остальные максимально вжались спинами в стены. А дальше… дальше, как в анекдоте, старом и заезженном настолько, что совсем не смешно. Игорь Николаевич обвинил всех, кроме (внимание, цитата) «дорогой Сашеньки» в непрофессионализме и представил свою версию, настолько глупую, что не имеет никакого смысла сообщать её читателю. Максимов отправился искать подозреваемого. И нет, он уехал один, в полном одиночестве, точнее не так, он уехал вместе с Псом, который никак не мог перестать чихать от одеколона, которым нанюхался в кабинете. Саша забрала у Вахтанга дело, чтобы подшить бумаги арендодателя, сам Леонов взялся за поиск информации о лекаре, и правильно, кому как не ему этим заниматься. А Леонидов направился к Елене Николаевне, как всегда без особого повода.

***

Найти информатора оказалось проще, чем того ожидал сам сыщик. Максимов подкараулил «друга» на улице, совсем недалеко от ломбарда, где тот зачастую сбывал награбленное. Оказалось, что разыскиваемый Чехов уже давно отошел от дел, однако он был единственной дельной зацепкой, отказываться от которой Максимов не собирался. Да и квартира скорее всего действительно принадлежала доктору. Место дислокации бывшего подпольного врача информатор не знал, но клятвенно обещал сообщить ближе к вечеру, а потому наш герой практически сразу направился обратно в отдел. Именно практически, потому что в машине произошло одно неприятное событие. — Ох ты ж, это еще что такое? — сурово спросил Максимов, одной рукой сильно сжимая ручку двери, а второй ощупывая челюсть. Раскрыв козырек водительского сиденья, мужчина отодвинул заслонку зеркала и внимательно рассмотрел полость рта. Смысл этого мероприятия он и сам не знал, так как только стоматолог мог сказать что-то конкретное, ведь все зубы были на месте. Пес жалобно заскулил. — Да-да, сейчас приедем и я попрошу у Лены какую-нибудь таблетку, только не ной. В ответ послышался неодобрительный лай. Все мы знаем, что лечить нужно причину, а не следствие, но порой так тяжело следовать этому правилу. Всю дорогу до отделения Макс думал об уликах, картине преступления и переводе Александры… Что ж, ему было бы полезно узнать, что новенькая в этот момент размышляла, как мог убитый получить травму головы от горшка, если в квартиру его привезли уже мертвым. Хочется верить, что этим же вопросом задался и читатель, но сейчас, пожалуй, не следует сильно забивать этим голову.