Иногда любопытнось заходит слишком далеко..

Что ж. Прошло приличное количество часов, чтобы что-то придумать, но я не смог. Единственное что занимало мое голову, это то, что сделает жиртрест. Расскажет, унизить, будет шантажировать, избегать? Почему то последнее меня больше угнетает. Может ему написать? Хотя какой смысл? Он мог меня уже давно заблокировать. Узнать у него всё в школе? Тогда будет поздно, да и он мог уже за это время кому-то разболтать. Далеко ходить не надо. Кенни. Он мог ему рассказать, а тот в свою очередь Стэну, ведь тот больше поверит ему, что Картману. И всё. Пропала моя мирная жизнь. Нет. Так нельзя продолжать. Я больше себя накручиваю чем решаю проблему. Может…может мне к нему прийти? А что я ему скажу? Хей, не рассказуй никому, что я, какой-то еврей влюбился в тебя, жирного, подлого, нациста? Это так гениально! Я полный дурак. Ладно. С импровизирую. Я уже собрался идти, надо лишь побороть себя и спокойно идти. Ага. Конечно. Спокойно идти. Как же. Так, ладно. Соберись. Я перешёл порог и направился к дому этого придурка. Как то быстро, но я добрался. Даже не запыхался. Я уже хотел постучать, но дверь сама открылась. — Кайл? — П-привет. — черт. Не ожидал, что он сам откроет дверь. Я даже не подготовился. Что же делать. Я глубоко вздохнул и попытался сказать всё на одном издыхании. — Послушай. Забудь о том, что я тогда сказал тебе. Я наговорил глупостей. Если я тебе противен, то я пойму, но можешь пожалуйста не избегать меня… — это самая жалкая речь в моей жизни. А ведь раньше я мог быстро и красиво придумывать речь. Всё это время я смотрел в пол, на ноги, отводил взгляд, главное не смотреть на него. Когда я всё-таки решился посмотреть на него, то он резко схватил меня за руку и притянул меня к себе. Наши губы соединились. Поцелуй был трепетный и тёплым. Хотелось бы мне навсегда остаться в этом фрагменте, но как бы я не хотел, желаний поцелуй прервался так же внезапно, как и начался. — Ты действительно думал, что ты мне противен? Как тебе это вообще в голову пришло? Я тогда ушел, ведь боялся, что я выдавал с тебя те слова и ты больше не хочешь об этом говорить. Но сейчас ты тут — я чувствую как его руки оказываются у меня на бёдрах и прижимают ближе. — и если ты не против, то я бы продолжил наши действия в моей комнате. Я покраснел, когда увидел хитрую улыбку Картмана. Моего. Картмана. Теперь я точно мог это сказать. Я тихонько кивнул и мы зашли внутрь.