Злой-плохой

— Я иногда сомневаюсь, любит ли он меня. Я ему призналась, а он мне нет, — говорит Дживон. Так начинается переход на «разговоры по душам» с предыдущей стадии — «давай сделаем селку, пока красивые». Если выложить селку в инстаграм, то в комментах их опять станут называть прекрасной парой: оба большеглазые, у Дживон волосы потемнее, у Тэхёна посветлее. Но выкладывать они не будут. Главным образом потому, что Тэхён со своим парнем на фотках смотрится лучше, чем со своей подругой. А Дживон останется фотогеничной, даже когда докончит свою бутылочку: у неё лицо никогда не краснеет от алкоголя. Тэхён не пьёт соджу, так что ей придётся либо самой выпить и вторую, которую принесла, либо забрать с собой. — Иногда он ведёт себя так, будто не чувствует ко мне того же, что и я, — продолжает она, глядя в свою пустую стопку. Тэхён усмехается. Парень Дживон, скорее всего, ведёт себя как обычный мужчина. Тэхён наливает ей соджу и пытается донести до неё своё мнение: — Мужчины устроены иначе. Они менее эмоциональные. Вот мой парень — он всегда невозмутим. И мужчины не придают значения тому, чему придают женщины. Например, я иногда забываю памятные даты. — А он? — А он — никогда, — с гордостью признаёт Тэхён. — На все наши даты он бронирует столик в ресторане. На годовщину знакомства подарил мне новый телефон. Потом они долго и в деталях разбирают тот случай, когда какой-то козёл сделал Дживон двусмысленный комплимент и попытался взять её за руку, а её парень не вступился и даже ничего не сказал, так что ей пришлось самой вырвать ладонь. Вот парень Тэхёна не потерпел бы подобного. Если бы кто-нибудь стал разбрасываться комплиментами или того хуже — хватать Тэхёна за руку, то целым бы не ушёл. Но из-за мужской солидарности и ради счастья подруги надо дать шанс её парню-пофигисту: — Спроси себя, точно ли ты любишь его сама. И отталкивайся уже от этого. — Пара — это двое. Всё бесполезно, если я люблю, а он нет. — Любовь творит чудеса, — убеждает Тэхён. — Что бы он ни сделал — если любишь, то простишь. — Нет, это так не работает, — трясёт головой подруга. — Если он когда-нибудь поднимет на меня руку, я сразу уйду. — Ты сейчас так говоришь. А если, не дай бог, случится — неизвестно, как отреагируешь. — Я ненавижу насилие. — А может, у него раздвоение, и ударит не он, а его другая личность. У многих такое есть. — Да ну? Я ни разу не встречала. — У моего отца было. — У твоего отца было диссоциативное расстройство? — поражённо спрашивает Дживон. Тэхён что, сморозил глупость? — Ну, может, и не оно. Но он добрый и он злой были как два разных человека. Когда был добрый — разрешал играть сколько хочешь, покупал мороженое, даже целовал. Мужчина — и ласкал ребёнка, представляешь? Когда был злой… — Тэхёна передергивает, и он проглатывает подробности, заключая:  — Я так боялся, что прятался под кровать. Я был таким трусом в детстве, знаешь? Плакал из-за злодея в театре. И вот я лежал под кроватью и твердил как скороговорку: «Злой — уходи, а добрый — останься». — Помогало? — тихо спрашивает Дживон. — Не очень, — морщится Тэхён. Он не любит об этом. Той строчкой не удалось прогнать злого ни разу. Но подруге зачем-то требуется уточнить: — Он тебя бил? Тэхён на секунду теряется, а потом пожимает плечами: — Ничего особенного. На свете нет человека, которого бы родители ни разу не шлёпнули, а я плохо себя вёл. Надо сменить тему. Но Дживон вдруг впивается глазами в его лицо: — А он тебя бьёт? — Конечно нет! — Тэхён даже возмущён. — Это и физически невозможно. Я не женщина и не ребёнок, мы с ним одного роста, одной комплекции. Но подруга вцепилась и не отпускает: — Послушай, я давно хотела поговорить с тобой о том, что он постоянно тебя контролирует. Ты не разрешаешь мне выкладывать наши с тобой селки. — Я семейный человек, мне было бы странно мелькать в инсте с чужой девушкой. И разве твой парень не будет ревновать? — Всего лишь из-за селки? Мой — не будет. В отличие от твоего. — Он меня ревнует, потому что любит! Ох, прозвучало так, будто парень Дживон её не любит — по больному. Но она пропускает мимо ушей: — Он тебя ревнует, потому что относится к тебе как к собственности! Когда мы встречаемся не у тебя дома, он по сто раз тебе звонит! — Да, потому что ему интересно, что со мной. Ему не всё равно! Он беспокоится за меня! В отличие от твоего! Мы сидим уже полтора часа, и за это время твой парень ни разу не поинтересовался, где ты. Не стоило лишний раз напоминать об этом подруге. Стыдно бить по больному. Но Дживон сужает глаза: — А то, что ты теперь со мной не пьёшь, как раньше… — Я повзрослел, мне стало неинтересно напиваться. — И курить стало неинтересно? Даже электронку? — Да, даже электронку. Я за здоровый образ жизни. — А в тот раз, когда ты внезапно отменил нашу встречу… — Я же объяснил! — К стоматологу обычно записываются заранее! — Нет, представь себе, зубы иногда не по расписанию болят! — А то, что ты уезжал от него к родителям? Если бы я случайно не узнала, ты бы мне об этом даже не сказал! — Это было обоюдное решение — сделать перерыв. Мы поняли, что не можем друг без друга, и я вернулся. Но Дживон уже включила Шерлока Холмса: — А тот синяк, когда мы виделись в прошлом месяце? — Я наткнулся на угол шкафчика, — терпеливо напоминает Тэхён. — Перевесил шкафчик с тех пор? — Нет, но стараюсь быть осторожнее. — Ты его специально не перевешиваешь? Чтобы в случае чего опять свалить на мебель? — уже в открытую язвит подруга. — Слушай, мы с ним оба парни, — теряет терпение Тэхён. — Даже если — я не говорю, что да, — но если однажды что-то было — у нас тестостерон. Все мальчишки дерутся, это их природа. А секс после драки лучше, чем просто секс, понимаешь, о чём я? Дживон, как многие девушки, любит разговоры про гейский секс. Но в этот раз она не ведётся. — Ты способен его ударить? Тэхён пытался. Это оказалось невозможно — бить любимого. — Да. — Врёшь, — легко раскалывает его Дживон. Тэхён меняет тактику защиты: — После ссоры он всегда извиняется. Цветы, завтрак в постель. Вот тебе твой парень приносит завтрак в постель? Он у тебя в кухню заходит вообще? А у нас дома даже есть специальный поднос с ножками, который удобно ставить на одеяло. Дживон смотрит дикими глазами: — Мой парень по крайней мере меня не бьёт! — Мой меня тоже не бьёт! Это другое! — запальчиво отвечает Тэхён и продолжает тише. — У него просто есть злой внутри. Раздвоение личности. Но раз я его люблю, значит, должен быть с ним, чтобы сдерживать злого и позволять доброму выйти наружу. Со мной он становится добрее. Я не мог никак повлиять на отца, но я могу изменить его! Это правда: он обнимал Тэхёна и даже плакал после того раза с выбитыми зубами, которые пришлось протезировать у стоматолога. — Ты ничего не должен! — кричит Дживон. — Ты должен уйти! Не надо было ей пить соджу. Вот Тэхёну пить запрещено, и от этого всем только лучше. — В те разы… в тот единственный раз я был виноват. Я дал повод… Дживон резко вскакивает — странно, что не падает и даже не покачивается, — подходит к шкафу и дёргает на себя дверцу: — Собирай вещи! Тэхён тоже встаёт и скрещивает руки на груди. — С ума сошла? Куда я пойду? Чтобы я променял совместную жизнь с любимым человеком — на что? Я за ним как за каменной стеной. А без него что меня ждёт — одиночество? — Тебя?! — Дживон оборачивается от шкафа. — Ты молодой! Красивый! Умный! Да мне до сих пор под наши старые селки приходят комменты про то, что ты «милашка» и «горячий»! — Ага, ага. А ещё я гей. Те комменты ведь от девушек? Для такого как я встретить парня-гомосексуала, да ещё с шикарным телом, да ещё состоятельного, и чтобы он влюбился в меня в ответ и тоже хотел отношений, как я, а не разового секса, — один шанс в жизни. Со мной уже случилось, значит, второго не будет. Я никому не нужен, кроме него. — Боже-е-е, что ты несёшь, — стонет (по-настоящему стонет!) Дживон. — Ты из-за денег, мышц и столиков в ресторане его терпишь, что ли? — Я не терплю, а люблю. Тебе не понять. Мне жаль тебя и твоего парня. Тэхён опять ударил по больному. Плевать. Удар отскакивает, как от брони: — У нас с моим парнем хотя бы здоровые отношения. — Сомневаться, «любит или нет», — это здоровые отношения? Мне таких не надо, спасибо! — А про твоего и сомнений нет! — Да, для меня — нет. Он заботится обо мне. Ты даже не представляешь как. — Так заботится, что бьёт? — Он не бьёт! И даже если — я не говорю, что да — мы изредка дерёмся, то это два разных человека, как ты не понимаешь! — Нет, это ты не понимаешь. Это не диссоциативное расстройство. Он не два человека, а один. Который тебя не любит. Лгунья. Тэхён собирается бросить ей это в лицо, наплевав на вежливость, но их прерывает звук открывающейся входной двери, и сразу становится важно другое: пустая бутылка из-под соджу на столе и распахнутый шкаф. Словно открыта не дверца, а рот, и шкаф вот-вот наябедничает: «А Тэхён опять собирался тебя бросить». Может быть, удастся обратить всё в шутку. Смешная же ситуация: полупьяная подруга лезет в чужие гардеробы. В глазах вошедшего нет готовности прищуриться до весёлых морщинок. Лицо непроницаемо. — Добрый вечер. Что тут происходит? — Дживон хотела меня напоить, но я не поддался, — весело сообщает Тэхён. Ну посмейся же, ну. Не смотри так холодно! — А что вы искали в шкафу? — Одежду! — говорит Дживон. — Потому что он уходит! Потому что ты его бьёшь! Тэхёну хочется закрыть ей рот. А себе — глаза и уши. — Я? Я похож на человека, который бьёт своего бойфренда? — Нет, совсем не похож. — И ты в это поверила? У тебя богатая фантазия, нуна. Слова произносятся спокойно, но лицо говорящего на миг становится таким, что Тэхён непроизвольно повторяет про себя привычную фразу. — Уходи, нуна, — продолжает тот вежливо, но твёрдо. Дживон с сомнением переводит взгляд с одного на другого. Не верит. Но ей наверняка неудобно оставаться, когда хозяин её выставляет, а друг не возражает и не удерживает. На самом деле Тэхён хотел бы выставить не её, а кое-кого другого. «Злой — уходи, а добрый — останься». Но злой уходит, только когда хочет сам. — Тебе пора домой, нуна, — звучит напоминание для Дживон, которая стоит неподвижно. Той строчкой не удалось прогнать злого ни разу. Но всегда есть надежда — вдруг получится.