Don't be afraid to keep on living, my love

Лучший день прошедшего месяца. Я ждал его как второго пришествия. Солнце тогда светило ярче обычного, и казалось, что весь мир заблистал новыми красками. Да, это был день, когда мне выдали зарплату. Двадцать пятого числа каждого месяца я взлетал со своей кровати и летел прямиком до самой работы, чтобы получить деньги, заработанные моими кровью и потом. В этом месяце было особенно хорошо, потому что у меня не стояла смена на этот день, и я мог отправиться на все четыре стороны сразу после того, как получил бы зарплату. В принципе, так я и сделал. Забрал у Джима, владельца нашего магазина музыкальных инструментов, свои деньги и сразу же пошел к выходу. Не хватало мне еще слушать его очередное предложение остаться подменить кого-либо из ребят. Я вышел на улицу и облегченно вдохнул запах небольшого городка, пропахшего едой из ближайших забегаловок, и легкий запах бензина и пыли, скопившийся от проезжающих мимо машин. Черт, как же я все-таки люблю Нью-Джерси. Прямо через дверь от моей работы находился небольшой магазин комиксов и видеоигр. Я не часто заходил туда, так как не хотел искушать себя, но в этот раз позволил себе. Часть зарплаты я был намерен потратить на несколько комиксов, на которые уже давно положил глаз. В конце концов, я не часто балую себя спонтанными покупками. Доставку еды и трату денег на музыкальные инструменты я в счет не беру, это святое. Я зашел в плохо освещенное помещение, где на стендах были горы новых видеоигр, игрушек из фильмов и сериалов и прочих манящих вещей. Здесь всегда играла хорошая музыка, в основном рок и альтернатива. За такие мелочи мне и полюбился этот магазин. За кассой сидел молодой парень, полностью погруженный в один из новых комиксов про Человека паука. Я решил его не отвлекать и самостоятельно найти нужные мне книги. Поиски продлились недолго, и я взял три комикса, вместо запланированных двух. Не обдумывая это слишком сильно, я быстро расплатился на кассе. Парень оказался довольно забавным и еще несколько минут рассказывал про лучшие новинки этого месяца и даже чуть не рассказал мне спойлеры к одному из комиксов. Еле выбравшись из магазина, я двинулся в сторону дома. В наушниках играли Black Flag, и я думал о том, что я так и не написал новую песню для предстоящего концерта. Дело в том, что я играл в группе со своими двумя лучшими друзьями. Мы создали ее относительно недавно и даже не определились с названием, но потенциала в нас было достаточно. За свою жизнь я успел побыть гитаристом как минимум в трех группах, и хотя каждый раз уходил я не с лучшим настроем, я любил быть частью команды и вместе выступать в местных барах. В какой-то момент мне надоело играть с парнями, которые не могли найти между собой общий язык. Часто все начиналось из-за любви к музыке, а заканчивалось жаждой получить как можно больше денег с выступления. Лично я тоже любил деньги, но когда дело доходило до музыки, на финансовую составляющую мне было абсолютно наплевать. Вот так я и забросил свой последний проект и тогда же меня посетила гениальная идея. Я позвонил своему другу Рэю, с которым был знаком не первый год, и предложил ему попытаться вместе написать песню. В тот же вечер мы начали над ней работать, но поняли, что без барабанщика нам не обойтись. Рэй – крайне общительный и дружелюбный парень, так что он был знаком буквально с каждым вторым человеком в городе. Он и привел к нам своего старого знакомого – Бобби Брайара. Он часто помогал местным группам организовать концерты, но сам всегда мечтал начать играть в группе на барабанах. Так что он быстро к нам присоединился, и в принципе, дело было в шляпе. Недавно мы увидели анонс ежегодного конкурса для рок-групп, где главным призом был контракт с довольно крутым лейблом. Мы загорелись идеей выиграть в конкурсе, так что большинство вечеров проводили у меня в гараже, репетируя песни часами. Моим родителям это уже начало надоедать, но претензий они мне почти не высказывали. Спрашивали, готовлюсь ли я к поступлению в университет и когда я уже возьмусь за ум, но в целом они меня не трогали. Совсем недалеко от моего дома находилось небольшое кладбище. Звучит жутко, но я всегда любил жуткие вещи, так что меня мои «соседи» никак не беспокоили. Я даже иногда ходил прогуляться там, потому что мне притягивала подобная атмосфера. Вот и в этот раз мои ноги невольно подвели меня к воротам кладбища. От каменных надгробий у меня перехватило дыхание, и я в очередной раз восхитился, как такие вещи одновременно притягивают и отталкивают меня. Я зашел на территорию, решив, что лучше этого места для вдохновения я ничего не найду. День был довольно солнечный и гулять здесь было даже приятнее, чем в многолюдном парке. Людей нигде не было видно, и я был этому чертовски рад. Я проходил мимо каменных надгробий и невольно обращал внимание на таблички с именами и фотографиями. Интересно, чем бы занимался сейчас этот мужчина лет тридцати, будь он еще жив? Где бы жил этот дедушка? А как бы изменился мир, если бы эта женщина сейчас еще гуляла по городу? Вероятно, никак. Я не верю, что большинству из нас удастся хоть как-то повлиять на развитие истории. Многие люди просто приходят и уходят, не изменив в мире ничего, кроме нескольких человек, которых можно отнести к их семье или друзьям. Все это бессмысленно. Мы цепляемся за жизнь так, как будто это что-то изменит после того, как мы займем очередное место на этом кладбище. Я дошел до своего любимого дерева, до огромного дуба с широкими корнями, которые распространялись в разные стороны на несколько метров. Он единственный на всей территории выглядел по-настоящему большим и его крона могла спокойно скрыть несколько человек от дождя в плохую погоду. Остальные деревья неподалеку выглядели поблекшими и ничем не примечательными по сравнению с ним. И я, как обычно всегда любил делать, присел, опираясь на дерево, и тем самым вполне удобно устроился. Я достал первый попавшийся комикс из рюкзака. Это был «Бойцовский Клуб». Прозвучит дико, но на самом деле я никогда не смотрел этот фильм и не читал книгу. Тем не менее, это название всегда было у меня на слуху, и я давно планировал узнать, чем он зацепил многих людей. Я включил плеер и взялся за чтение «Бойцовского клуба». Я читал комикс около получаса, прежде чем понял, что начинаю засыпать. В плеере играла успокаивающая песня, что встречается у меня в плейлисте довольно редко. Легкий ветер буквально убаюкивал меня, и я не заметил, как закрыл глаза и заснул. *** «Бессонница однажды совсем меня добьет» - однажды сказал я себе. Я уже давно не мог спать по ночам, а днем не мог сфокусироваться хоть на чем-то, кроме желания выспаться. Это замкнутый круг. Как-то я подумал, что в какой-то момент я могу вырубиться в совершенно неподходящем месте. Возможно, у меня украдут телефон или другие ценные вещи. Возможно, меня украдут или убьют. В общем, мой страх частично оправдал себя – я заснул, наверное, в самом неподходящем месте – на кладбище. Правда никто меня не тронул и зомби не пытались сожрать меня, а после этого утащить с собой под землю. Редкие лучи солнца пробивались сквозь пышную листву и попадали мне прямо на глаза. Я зажмурился и зевнул, пытаясь сориентироваться в пространстве. Я взглянул на время и осознал, что проспал здесь почти целый час. Телефон, рюкзак и полураскрытый комикс лежали рядом со мной на траве. Я оглянулся. Относительно недалеко от меня между памятниками прогуливался молодой парень. Я невольно засмотрелся на него. Выглядел он как что-то между аристократом и солистом Рок-группы, вышедшей из местных пабов. Дикая смесь, но она могла идеально описать его. Он был довольно высоким и худым, со слишком бледной кожей и черными как уголь волосами. Густые волосы скрывали почти все его лицо от моего взгляда. Парень был одет в длинное черное пальто, которое закрывало его фигуру до колен. Его худобу выдавали слишком тонкие щиколотки и кисти рук. Нужно признать, что в интерьер этого кладбища он вписывался идеально. Не хватало только более пасмурной погоды для полноты картины. Я поймал себя на том, что слишком долго в упор смотрю на него. Отдернув себя, я перевел внимание на свой телефон. От Рэя пришло несколько сообщений. Он хотел прийти вечером отрепетировать песни и заказать пиццу. «Во сколько придешь?» - быстро напечатал я. Рэй всегда отвечал мгновенно. Удивительно, потому что обычно он либо играл на гитаре, либо в видеоигры. И намеренно телефоном пользовался крайне редко. «В семь. Есть какие-нибудь идеи для новой песни?» Я тяжело вздохнул, вкладывая в этот жест всю свою усталость и недовольство собой. Я провел на кладбище несколько часов, но так и не взялся за написание песни. - Классный комикс, - услышал я откуда-то справа. Я поднял глаза и увидел рядом этого загадочного парня, опирающегося спиной об одно из надгробий. - Думаю, да. Я только начал его читать. - Очень советую. В свое время он сильно повлиял на мою жизнь. Знаешь, чем все закончилось? - Нет уж, давай без спойлеров. Мне столько человек пытались про него рассказать, но я всегда их вовремя затыкал. Так что не советую даже начинать. - Без проблем, - он шутливо поднял руки в небо и усмехнулся. Он блеснул своими белоснежными зубами, изогнув губы в ехидной улыбке. Я наконец-то смог рассмотреть его лицо. У него был немного вздернутый, прямой нос, густые брови и темно-зеленые глаза. Слишком густые для парня ресницы. Его черты лица были настолько острыми и будто аккуратно вычерченными, что он казался по-женски красивым. Как я и сказал, идеальная смесь аристократа и беглого музыканта. - Я видел, как ты спал здесь. Любишь спать рядом с мертвецами? – все еще шутливо, но с интересом спросил незнакомец. - Я просто пришел прогуляться здесь и найти вдохновение для… неважно. В итоге я просто вырубился и ничего толком не сделал. Это все бессонница, вечно меня сбивает в самый неподходящий момент. - Для чего тебе нужно вдохновение? - Я же говорю, это неважно… - Эй, я просто хочу помочь. Я мастер в нахождении музы. Давай же, я начинаю скучать и хочу хоть как-то развлечься. - Ладно. Я играю в группе, и сегодня у нас будет репетиция. Мне надо будет прийти туда хоть с чем-то, похожим на новую песню. А мне в голову ничего не идет, - я все еще сидел на траве, держа в руках рюкзак. Я уже несколько минут не мог сложить свои оставшиеся вещи, потому что заболтался с этим парнем. А мой мозг был настолько заспанный, что я никак не мог просто сделать два простых дела одновременно. - Напиши о том, как себя чувствуешь, - пожал плечами мой черноволосый собеседник, - не обязательно говорить напрямую, используй разные метафоры. Придумай историю, которая хорошо ляжет тебе на сердце, и опиши ее в песне. Все просто. Я фыркнул немного громче, чем надо было бы. Он говорил об этом так легко, будто объяснял мне, как правильно ходить. Я часто писал тексты песен, но далеко не каждый раз они получались достаточно искренними. Все-таки я всегда больше видел себя как гитариста, а не как вокалиста или писателя, так что тексты я использовал просто как дополнение к музыке. - Легко сказать. Ты сам-то писал когда-нибудь песни? - Конечно. И не одну. Это одно из моих самых любимых занятий. Я думаю, ты просто не хочешь открываться и не хочешь признавать свои собственные мысли и эмоции. Прямо как ежик. Я наконец-то запихал комикс в рюкзак и встал напротив этого парня. У меня оставалось все меньше времени перед приходом Рэя и Боба, так что мне надо было выдвигаться. - Окей, спасибо, дружище, за прием у психолога, но мне надо идти. Я обязательно обдумаю твои слова, - с небольшим сарказмом в голосе сказал я и похлопал его по плечу, когда проходил мимо. Я также, как и он, усмехнулся и двинулся к главным воротам. Краем уха я услышал тихое пение, которое с каждым словом набирало все большую силу. Я остановился и оглянулся. Мой собеседник сидел на одном из надгробий и пел с закрытыми глазами. У него оказался на удивление красивый и сильный голос. Что-то в его тембре голоса казалось таким необычным и особенным. Он переходил с ноты на ноту так плавно и эмоционально, что на какое-то время я застыл в изумлении. "Late dawns and early sunsets Just like my favorite scenes Then holding hands and life was perfect Just like up on the screen And the whole time while always giving Counting your face among the living Up and down escalators Pennies and colder fountains Elevators and half price sales Trapped in by all these mountains Running away and hiding with you I never thought they'd get me here Not knowing you'd change from just one bite I fought them all off just to hold you close and tight Мне безумно нравилась мелодия и то, как он ее пел. Мне сразу на ум пришла идея для гитарной партии, и я пожалел, что у меня не было с собой гитары. Но кроме этого меня зацепил еще и текст песни – он был такой живой, что он сразу прокрался ко мне в душу и, наверное, навсегда занял там место. Парень взглянул на меня, и на секунду в его глазах промелькнули дикие искры. Он снова запел с новой силой. But does anyone notice? But does anyone care? And if I had the guts To put this to your head But would anything matter If you're already dead? And should I be shocked now By the last thing you said? Before I pull this trigger Your eyes vacant and stained"* Он резко оборвал последнюю фразу и перевел взгляд куда-то вдаль. Казалось, что его так захватили эмоции и старые воспоминания, которые были видны только ему. А я так и стоял как последний придурок и не мог сказать и слова. Вдыхал и выдыхал воздух, пытаясь придумать, что мне сказать. - Ты можешь взять эту песню, все равно я храню их обычно только для себя. Так хотя бы она может увидеть свет. Я с непониманием посмотрел на него. Как можно скрывать от мира такое? Как можно быть таким необычным и прятать себя? - Я думаю, тебе надо записать эту песню и выставить в сеть. И если есть еще, то и их тоже. Я уверен, что они такие же сногсшибательные. У тебя есть все шансы выбиться в свет. И правда – даже слишком привлекательная внешность, цепляющий за душу голос, впечатляющий текст песни и необычный стиль. Все, что нужно для того, чтобы завоевать сердца миллионов фанатов. - Нет, это невозможно, - резко сказал он. Он отступил назад и тяжело выдохнул воздух, - мне это не надо. Но ты можешь взять песню, я могу дать тебе текст песни. «Как же так?» - с досадой пронеслось у меня в голове. - Ладно, успокойся. Давай сделаем так – я подумаю над твоим предложением, но также я хотел бы взять гитару и попытаться написать с тобой что-нибудь. Как тебе такая идея? Где я смогу тебя найти? - Это плохая идея, - почти беззвучно прошептал он. В его глазах была паника и это совсем сбило меня с толку. Какой же он все-таки странный. «Не отпускай его» - в тот момент прозвучало у меня где-то в сознании. Он встряхнул головой и остановился на секунду. На меня он взглянул уже своим обычным спокойным взглядом. Он повел плечом и спокойно сказал мне: - Если хочешь увидеться со мной, можешь искать меня либо здесь, либо в центральном парке. Но в парк я хожу только после заката. Можешь взять с собой гитару, если хочешь поработать над песнями. - Договорились, - выдохнул я, совсем не успевающий за его сменой настроения. - Тогда увидимся завтра, - сказал он, вставая напротив меня. Я заметил, что он почти на голову выше меня. - Кстати… как тебя зовут? Уголки его губ дрогнули в легкой улыбке. Он усмехнулся. - Джерард. А тебя? - Фрэнк. - Приятно познакомиться, Фрэнк, – сказал он, слегка кивая мне. Он развернулся к дубу и легкой походкой пошел в его сторону, - еще увидимся. Я покачал головой, наблюдая за его удаляющейся фигурой. Есть в нем что-то необычное, не считая того, что он крайне странный. - Кстати, Джерард? - Да? - Если я ежик, то ты очень похож на ворона. Только поешь, скорее, как соловей или хотя бы воробей. Он звучно засмеялся и махнул мне рукой на прощание. *** Из дома прозвучал громкий смех. Я улыбнулся, зная, что это пришел Рэй и его встретил кто-то из родителей. Обычно, как только он приходил, он обязательно выкидывал какую-нибудь шутку и тем самым веселил мою семью. За это они его просто обожали и были готовы слушать наши репетиции песен до самой ночи. Я сидел на полу и наигрывал новую мелодию, которую придумал еще на кладбище. Мысленно я пытался удержать у себя в голове голос Джерарда, чтобы мелодия подходила ему как можно больше. В какой-то момент я так увлекся прогрессией аккордов, что не заметил, как в гараж зашел Рэй. Он присел на стоящий у входа диван и начал внимательно слушать. Я доиграл до припева и остановился. - Не знал, что ты умеешь писать такие спокойные песни, - улыбнулся он. Я пожал плечами. Да, обычно я писал что-то более громкое и агрессивное, но в этот раз я решил немного поменять направление. - Как тебе? - Мелодично и атмосферно. Мне нравится. Это и будет та песня, над которой мы сегодня будем работать? - Если честно, я не знаю. Я познакомился сегодня с одним парнем, и он поделился со мной своей песней. Она мне понравилась, и я решил посмотреть, что из нее получится. Он был даже готов «подарить» ее мне, но я все еще хочу поработать над песней вместе с ним. - Думаю, это будет правильно. Расскажи потом, как все пройдет, - он подмигнул мне и пошел доставать свою гитару. Мы репетировали старые песни и работали над новыми до полуночи. Почти сразу после прихода Рэя к нам присоединился Боб. Вечер был очень продуктивный, но он вымотал меня так, что, когда все пошли перекусить пиццей, я прилег на диван и заснул. Проснулся я уже утром. Чувствовал я себя слишком устало и вымотано для человека, который только что встал после того, как проспал больше восьми часов. Какое-то время назад я просто начал игнорировать такое состояние, так что я просто тяжело вздохнул и поплелся в свою комнату. Но не тут-то было. По пути в комнату меня поймала мама и со слишком обеспокоенным для нее видом попросила пойти с ней и отцом позавтракать на кухне. Еще не до конца проснувшись, я послушно пошел за ней, не подозревая о той засаде, которую мне подготовили родители. - Фрэнк… нам нужно серьезно поговорить. Моя рука замерла в воздухе, так и не дотянувшись до пачки с хлопьями. Все разговоры, которые начинались с отцом с этой фразы никогда хорошо не кончались. - И тебе доброе утро, пап, - с угрюмой ухмылкой отозвался я. - Дорогой, ты же помнишь, что у тебя скоро вступительные экзамены? – тихим, но уверенным голосом спросила мама. Я поморщился так, будто все хлопья были политы лимонным соком. Я кивнул. - Фрэнк, не буду слишком тянуть. Нам с мамой кажется, что ты совсем перестал готовиться и с таким настроем ты точно не сможешь поступить в этом году. Вместо того, чтобы думать о своем будущем, ты тратишь все время на то, что сидишь со своими друзьями у нас в гараже. Как думаешь, к чему это приведет? – Краем глаза я заметил взгляд отца, которым он буравил меня. Он сложил руки в замок и, кажется, старался держаться спокойным, но напряжение его рук выдавало его раздражение. - У меня через пару недель концерт. Мы много репетируем, ведь по-другому у нас ничего не получится. А про экзамены не переживайте – я готовлюсь и спокойно их сдам. - Если мне не изменяет память, оба события проходят почти в один и тот же день. Я не думаю, что ты справишься и с экзаменами, и с выступлением. До меня резко дошло, куда он клонит. Впервые за это время я посмотрел ему прямо в глаза, отказываясь в это верить. - Ты не можешь отменить мое выступление, - тихо прошипел я. Встретив уверенный взгляд, я, не веря, покачал головой, - мам, ну хоть ты понимаешь, как это важно? Она с примирением улыбнулась и вложила во взгляд столько сострадания и любви, словно я был слепым котенком, который пытался научиться ходить. - Фрэнки, это для твоего же блага… Остановился я и перевел дух только в двух кварталах от своего дома. После получаса ссоры мы так и не пришли к компромиссу, так что я просто сбежал из дома, так и не успев позавтракать. На душе было очень противное чувство и от этого я еще больше злился. Они даже не пытались меня остановить, видимо, так привыкли к подобным проделкам. Я не знал, куда пойти и что делать дальше. Хотелось провалиться сквозь землю, ведь в этом городе нет места, которое хоть как-то вернуло бы мне спокойствие на душе. Я с силой пнул камень на дороге, и он угодил прямо в часть забора от того кладбища, куда я вчера заходил. Не отдавая себе отчет о своих действиях, я зашел в него и оказался на том месте, где вчера заснул. Кроме меня здесь была только пара человек, которые тихо стояли у нескольких могил и говорили то ли со своими собеседниками, то ли с надгробьями. Моего черноволосого знакомого не было видно, и я решил, что это, наверное, к лучшему. Хотя должен признать, что часть сознания предательски заскулила, не увидев здесь Джерарда. Почему-то казалось, что если бы он узнал о моей проблеме, он бы посмеялся над ней и доказал мне, какая это все ерунда. Наверное, он бы поговорил со мной о музыке и о еще каких-нибудь странных вещах. Но его здесь нет. И черт с ним. Я, еще не до конца усмирив свой пыл, достал свой старый плеер и включил на всю громкость любимую группу Iggy Pop and The Stooges. Опираясь спиной об дерево, я посмотрел на крону дерева, замечая, как солнечные лучи пробиваются сквозь ветки и падают мне прямо на лицо. Хотелось просто прийти домой и сказать, что я вкладываю все силы в репетиции и что плевать я хотел на все эти университеты. Нет, я не против образования, и все, кто учится по своему желанию вызывают у меня восхищение. Но все, что меня волнует в этой жизни – это музыка. И никакие корочки мне нахер не нужны, если я не воспользуюсь таким блестящим шансом наконец-то серьезно заняться своим любимым делом и достичь в нем успеха. Потому что жизнь такая непредсказуемая штука, а весь мир и так уже разваливается на части, так что я действительно намерен отхватить свое в этой жизни, пока не отправлюсь куда-нибудь в ад. Но это место меня пока что не волнует. Я посмотрел на свои кеды и вздрогнул, когда увидел рядом с собой массивные черные ботинки. Проведя взглядом вверх, на меня уставились темные глаза их владельца. А вот и Джерард. Без лишних слов он сел рядом со мной, опираясь руками на скрещенные колени. Как и в прошлый раз, у него был такой непринужденный вид, как будто его совсем ничего в жизни не волновало. Я бы даже позавидовал такой невозмутимости. В наушниках начала играть неизвестная мне группа, которую я, кажется, добавил к себе в плейлист, толком не прослушав. Песня была такой громкой и агрессивной, что ее услышал и Джерард. - Что за вой ты слушаешь? – он невольно прищурился, когда нагло взял у меня один наушник и поднес его ближе к своему уху. Я пожал плечами. Солист орал так, что обычный человек сорвал бы себе голос, пытаясь спеть эту песню в такой же манере. Иногда мне очень нравилось слушать такие песни, но учитывая то, что я был не один, я решил включить что-нибудь более приемлемое для неподготовленного слушателя. Но я так растерялся, что в итоге просто стал перелистывать все песни по порядку. - Дай сюда, - Джерард взял плеер и пролистал список песен, время от времени одобрительно кивая. Он включил песню Дэвида Боуи «Space Oddity», вставил наушник в одно ухо и довольно завалился на дерево рядом со мной. Какое-то время мы просто молчали, и я заметил, что дышать стало немного легче. Я уже почти не злился и с каждой минутой мне становилось все лучше и лучше. Джерарду, кажется, было абсолютно наплевать на все вокруг, и он просто лежал, опираясь на локоть и глядя куда-то вдаль. - Как думаешь, - спустя какое-то время спросил он, - есть ли жизнь на Марсе? - Это мертвая планета, - пожал плечами я, - когда-то там наверняка жили инопланетяне. Я более чем уверен, что человечество не одно в этой вселенной. Вот вопрос куда поинтересней: Что происходит с нами после смерти? Джерард слишком долго молчал, и я уже успел пожалеть о том, что сказал. Но потом он ответил: - После смерти все уже совсем не то. Что бы там не было, никто не предложит тебе вечность питаться чипсами, пиццей и слушать Боуи. Жизнь хороша тем, что каждый день может произойти что-то новое и день сурка никто себе намеренно не устраивает. Ну кроме тех придурков, которые прогибаются под обществом и всю жизнь пашут на одной работе в четырех стенах. Для этого создан Ад, а они просто живут в нем еще до того, как попадают за Врата. - М-да, хорошо существовать в мире с любимой едой и музыкой, - усмехнулся я. Он фыркнул и его губы растянулись в ухмылке. - Эй, Джерард. - Да? - Ты обещал написать со мной песню, помнишь? - А ты обещал принести гитару, - он наигранно оглянулся в поисках гитары, и так и не увидев ее, пожал плечами. - Да, обещал, но все пошло не по плану, - угрюмо ответил я. Джерард перевел на меня взгляд и привстал так, чтобы сидеть на одном уровне. - Что-то случилось? Я кивнул. -Не могу найти общий язык с родителями. В итоге я психанул и просто сбежал сегодня из дома. -И надолго ты 'сбежал'? Что будешь делать? - Если честно, пока сам не знаю. Однажды я не появлялся дома неделю, потому что родители узнали о моей первой татуировке. Правда никакие скандалы и наказания не остановили меня от набивания ещё нескольких татуировок. Думаю, к сорока годам я забью все свое тело. - Ох, я бы посмотрел на их лицо в этот момент, - усмехнулся Джерард. Мы засмеялись. А я ведь и правда планировал набить ещё как минимум 30 татуировок. -Я так понимаю, гитара находится у тебя дома, но забрать ты её не можешь, так как не хочешь видеть родителей? - спросил Джерард, вглядываясь в горизонт как Великий Могол. - Именно. Джерард на секунду задумался, гениальная мысль промелькнула в сознании и его глаза буквально заискрились от радости. - Давай украдем ее. - Украдем? Кого? - Как кого? Гитару! Прямо из твоего дома. Я перевел на своего нового друга озорной взгляд. На наших губах растянулась хитрая улыбка, и мы одновременно сорвались с места в сторону моего дома По дороге я рассказал о своей проблеме и о том, что родители подбирают меня поставить крест на музыке ради учебы. Отмена выступления – это первый шаг к тому, чтобы наконец «поставить меня на место». Джерард, как я и ожидал, нашел этому простое решение. - Просто забей на их мнение хер. Я громко засмеялся, но это был тот тип смеха, который граничит с истерикой. Я даже остановился на месте, чтобы перевести дух. - Как я могу игнорировать их мнение, мы буквально живем под одной крышей! Хочу я или нет, но каждый день они будут доставать меня своими доводами до тех пор, пока я, как минимум, не съеду. - У тебя же скоро концерт, верно? Просто постарайтесь с парнями и выступите так, что все лейблы будут умолять вас подписать с ними контракт. Простота его предложения меня даже немного возмутила, но я решил оставить его без комментария. Только усмехнулся и зашагал дальше. Мы подошли к моему небольшому, но довольно уютному дому. В целом он ничем не отличался от типичного американского дома на семью из трех человек. Мои окна со второго этажа выходили как раз на склон крыши. Пару раз я именно так сбегал из дома на концерты и тусовки с друзьями, когда родители сажали меня под домашний арест. Сейчас была середина дня, отец в это время был на работе, а мама обычно готовила еду на кухне. Когда она была одна, она часто включала радио на максимальную громкость, чтобы ей было не так грустно и одиноко. Она вряд ли услышала бы нас с Джерардом. - За мной, - быстро кинул я и подбежал к стене дома. Водосточная труба и высокий плющ с задней стороны дома неплохо заменяли лестницу. Я подсадил Джерарда, и он легко забрался на крышу. Я был не настолько гибким, так что забирался я сложнее. Пока ноги в отчаянии шоркали по плющу, я изо всех сил пытался подтянуть свое тело, держась за край крыши. Джерард тянул меня за шкирку и ворчал, что мне пора заняться спортом. Пока я там висел, я задел ногой стоящую рядом бочку. Она загремела так громко, что я побоялся, что сейчас нас найдет мама, а это ничем хорошим не закончится. Но это придало мне сил, и я наконец забрался наверх. Джерард откинулся назад и тяжело вздохнул. Мы переглянулись и тихо засмеялись. - А в школе я, между прочим, был одним из лучших на уроках физ-ры, - усмехнулся я. - Врешь. - Возможно, - сказал я и встал на ноги. Джерард фыркнул и тоже поднялся. Я мысленно поблагодарил себя из прошлого за то, что не закрыл вчера окно в комнате. Мы легко пробрались внутрь и наконец-то смогли перевести дух. - А вот и моя малышка, - я подошел к гитаре и взял ее в руки. Я повернул ее в сторону Джерарда, но он в этот момент был слишком увлечен изучением моей комнаты. Он с интересом разглядывал склад моих пластинок около шкафа, плакаты и еще кучу всякого хлама, который я не успел убрать по местам. Должен признать, видеть этого фрика с кладбища у меня в комнате было довольно непривычно. В этот момент он казался таким необычным, что я не понимал, как наши пути вообще пересеклись. Его движения и мимика были плавными и отточенными, будто в его родословной точно присутствовали аристократы и профессиональные фехтовальщики. Тем не менее, в нем не чувствовалось ни капли надменности и завышенной самооценки. Он был очень приземленный, но в то же не от мира сего. Когда он смотрел мне прямо в глаза, мне казалось, будто он буквально читал меня как книгу и копался в моей душе, настраивая там все на свой лад. Я, наоборот, был самым обычным гитаристом, и отличали меня от других людей только многочисленные татуировки и паршивый характер. Никогда не чувствовал внутренней харизмы или какой-то «изюминки», но у Джерарда, по-моему, их было очень много. Наконец-то он перевел свой заинтересованный взгляд на меня и одобрительно кивнул, увидев гитару. - Милая комната, Фрэнки, - я вздрогнул на «Фрэнки», а он даже бровью не повел, - и гитара тоже ничего. Я поднял на него возмущенный взгляд. Моя малышка была не просто «ничего», она была лучшей гитарой в моей жизни. Я копил на нее больше года и относился к ней с таким трепетом, что ребята чуть не поженили меня на ней. Как будто прочитав мои мысли, Джерард ответил: - Ладно, признаю, гитара у тебя крутая. И не только она, - задумчиво пробормотал он, увидев на столе раскрытую пластинку 'Ziggy Stardust and the Spiders from Mars'. - Можешь взять себе, если хочешь, - бросил я, упаковывая гитару. Он бережно взял в руки виниловую пластинку и провел по ней рукой. И так и замер над ней, разглядывая и изучая. - Не разбрасывайся таким добром, Фрэнки, - серьезно заявил он, бережно проводя рукой по обложке с изображением Дэвида Боуи. - Ты все? - Да, пошли отсюда пока нас не заметили. Мы долго блуждали по окрестностям, обсуждая все подряд. Я не знал, куда мы идем, да и Джерард, наверное, тоже. Думаю, мы искали тихое место, где никто бы нас не потревожил. А я, кажется, наконец нашел покой в душе, который плохо давался мне в последнее время. Когда мы проходили мимо многоэтажек, Джерард резко подскочил на месте и потащил меня в один из этих домов. Сначала я подумал, что он ведет меня к себе домой. Но оказалось, это кое-что поинтересней. На последнем этаже дома старые двери со скрипом открылись и перед нами предстал вид на весь город. Ветер развивал нам волосы и казался здесь почему-то чище, чем внизу. Многочисленные дома казались такими маленькими с высоты и они так неоднородно сливались в один общий поразительный вид. Меня захватила любовь к моему городу так, что я на секунду забыл, что я пришел сюда не один. Джерард довольно смотрел на меня, удовлетворенный своей импульсивной идеей. Я кинул свой рюкзак на середине крыши, достал из чехла гитару и тетрадь с песнями. Мой напарник заинтересованно, словно любопытный кот, приблизился к вещам и уселся рядом. - Помнишь песню, которую ты вчера напевал? Я хочу, чтобы ты спел ее еще раз. Я написал гитарную партию и хочу проверить, насколько она подходит. Без лишних вопросов, он начал напевать уже довольно знакомый мне мотив. Я начал играть и понял, что не промахнулся с подбором мелодии. Пару раз я подстраивался под смену его голоса и чуть не запорол конец первого куплета. А потом что-то произошло. Его голос и звуки гитары так захватили меня, что я совсем перестал соображать и играл по инерции. В голове играла эта песня, а моя душа будто пустилась в полет над городом. На репетициях, со мной иногда случалось что-то подобное и играл в таком состоянии даже лучше, чем обычно. Джерард тоже жутко кайфовал от этого. Это было заметно по тому, как он жмурился на особо эмоциональных и громких моментах, а потом откидывал голову и двигал всем телом в такт гитаре и своему голосу. Его челка спадала на глаза и дергалась одновременно с ее владельцем. После последнего сыгранного аккорда на гитаре, он открыл глаза и посмотрел на меня довольным взглядом. - А в этом действительно что-то есть. Спустя два часа написания песен и оттачивания их исполнения, мы поняли, что жутко проголодались. Я залез в рюкзак в поисках перекуса, но нашел там только шоколадный батончик и бутылку вина. Шоколадный батончик валялся там уже почти неделю, а бутылку вина я проиграл Бобу в споре, но напрочь забыл отдать ее вчера вечером. - Кто вообще пьет вино в наши дни? – Надменно фыркнул Джерард, оглядываясь вокруг в поисках замены штопору. - Мой друг. В отличие от меня и Рэя, он всегда предпочитает пить более «элитные» напитки. А ты, наверное, предпочитаешь пить кровь девственниц? Прости, уж очень похож на вампира из прошлого века. Джерард еще раз фыркнул. Я взял бутылку и попытался открыть ее связкой ключей. Затея оказалось не такой простой, как мне показалось вначале, так что это заняло все мое внимание и пятнадцать минут времени. Вместо того, чтобы мне помочь, мой патлатый друг вальяжно развалился на своем черном пальто и занял такую позу, будто я должен был рисовать его с натуры. Как только отворилась пробка, я радостно подскочил и сделал несколько глотков прямо из бутылки. Все еще радуясь своей победе, я протянул «трофей» Джерарду, и он с удовольствием прилег к бутылке. День становился все интереснее. - Только попробуй, Фрэнки, поддаться на уловки твоих родителей и распустить группу. Только не в мою смену, - пьяно пробормотал Джерард, поднимая вверх указательный палец. - Я что, совсем с ума сошел? Это дело я не брошу, только не в мою смену! Я лежал, положив голову на рюкзак и смотря на небо. Часть неба заполнял уже угасающий закат, а на смену ему пришли сумерки, накрывающие другую половину города. Перед глазами все немного плыло, а сознание накрыла приятная легкость. - Никогда не напивался так сильно с одной бутылки. Наверное, пить на голодный желудок – это сомнительная идея - усмехнулся я. - А я как-то в 12 лет напился с одного бокала так, что не сразу узнал родную мать. Я «случайно» перепутал вино с яблочным соком. Мама так сильно разозлилась, что заорала «Джерард Артур Уэй, ты из пеленок еще не вылез, а уже ведешь себя как старый алкаш». Я громко засмеялся, представив эту картину, а Джерард завалился на спину, борясь с очередным приступом смеха. -По крайней мере, ты рано определился с направлением в твоей жизни, - сквозь смех пробормотал я. - Смотри-ка, тут почти ничего не осталось, - игриво сказал Джерард, указывая на бутылку вина у себя в руках. В доказательство он покрутил ее вокруг и потянулся губами к горлышку. Правда он не рассчитывал, что пока он тянется к бутылке, я могу встать и побороться за последние глотки вина. Я еле встал, пьяно пошатнувшись, прошел пару шагов и схватил бутылку прямо у него из-под носа. Я победно засмеялся и поднял бутылку над головой в знак победы, но не тут-то было. Этот придурок подскочил, злобно сощурил глаза и встал в такую позу, будто был львом, охотящимся на антилопу. Инстинкт самосохранения подсказывал, что мне срочно нужно бежать, и так я и сделал. Я бежал и задыхался от смеха, держа бутылку перед собой, будто это был факел, который освещал мне путь в джунглях. Ноги слушались меня через раз, так что я много запинался и пытался запутать Джерарда, резко сворачивая на поворотах. Джерард забавно махал руками, пытаясь ухватить меня за джинсовку. Он тоже еле бежал, но в его глазах мерцали такие искры игривости и азарта, что я понял, что он точно вот-вот меня поймает. Это и произошло. Он в очередной раз схватился рукой за мою джинсовку, и потянул так, что я завалился прямо на пол. Бутылка чудом пережила это падение, а я был на грани проигрыша этому бременному музыканту, так что я пополз вперед. Но меня резко схватили за щиколотки и потянули назад. Я заорал, все еще продолжая смеяться и брыкаться. Джерард заорал в стиле пьяного пирата и выхватил из моих рук бутылку. Выпил остатки залпом и откинул ее в сторону, довольно улыбаясь. Я все еще лежал, пытаясь перевести дыхание и набраться сил, чтобы встать. - Ты, Джерард, та еще хитрая задница, тебе никто это не говорил? - с досадой из-за своего проигрыша спросил я. Он злобно засмеялся и протянул мне руку, чтобы помочь мне встать. Но я всегда проигрывал с достоинством, так что если он приложил меня об пол и выпил остатки моего вина, то его постигнет та же участь. Пока он пытался меня поднять, я наоборот потянул его на себя. Он свалился на меня, даже не успев что-либо понять. Я победно засмеялся, а когда открыл глаза, увидел его лицо прямо надо мной. Он почти полностью лежал на мне, слегка опираясь на свои руки. Джерард тоже смеялся и выглядел таким счастливым, что напоминал скорее яркое солнце, а не мрачную тучу, которой обычно казался. А затем медленно смех сошел на “нет”. Внутри что-то щелкнуло. Мы смотрели друг другу в глаза, и на смену улыбкам пришло другое, какое-то совсем новое выражение лица. Я вдруг понял, что еще никогда не был около Джерарда так близко. Его глаза светились зеленым огнем, и я видел, какие у него были длинные ресницы и изучающий взгляд. Свет с соседних домов переливался разными красками на его лице и придавал ему неоднозначный оттенок. Черные волосы, впервые такие растрепанные, обрамляли его лицо и частично скрывали его четкие линии подбородка. Мое сознание будто отключили, и я так и лежал под ним, завороженно глядя ему в глаза. Неожиданно он вплотную наклонился ко мне и поцеловал. По моему телу будто прошел электрошок, и я полностью провалился в этом чувстве. Я не думал ни о чем кроме того, что его губы были невероятно мягкими и сладкими. Но не успев до конца насладиться им, Джерард резко отстранился и впервые за время нашего знакомства в его глазах промелькнул страх. - Прости, я не совсем осознаю, что делаю... Он попытался встать, но я резко перехватил его за шею и притянул обратно к себе. Я впился в его губы так, будто это была самая сладкая вещь в мире и потянул за воротник рубашки, притягивая Джерарда еще ближе. Сначала он замер в непонимании, но уже через мгновение его руки начали блуждать по моей шее, по торсу и волосам. Он углубил поцелуй и внутри меня начали взрываться фейерверки. Я почувствовал, что этот ураган эмоций уносит нас слишком далеко, но остановиться не было сил. Хотелось еще, а потом еще и еще. Джерард тяжело дышал и я чувствовал безумие, исходящее из него. Да и должен признать, у меня тоже снесло крышу. Он оторвался от меня, резко провел рукой по губам и впился в меня опьяненным, возбужденным взглядом. - Что мы делаем? - тихо спросил я, не отрывая взгляда от его губ. Он пожал плечами. - Это все это дурацкое вино, - пробормотал он, и мы рассмеялись. Меня ужасно тянуло к его губам, и я не мог ими насытиться. Через силу я заставил себя переключиться на что-то другое, чтобы взять ситуацию под контроль. Дурацкое вино. Джерард тяжело дышал, и было видно, что в его сознании тоже сейчас разошлась война. Он слез с меня и уселся рядом, закинув голову к небу. Он держал глаза закрытыми и жадно вдыхал воздух. Я не знал, что делать, так что просто остался там лежать, думая о чем-то своем. Я плохо помню, что было дальше. Мы курили, говорили обо всем подряд и бесцельно лежали на крыше, устремив взгляды в небо. Он больше не пытался меня поцеловать, и я его тоже не трогал. Я решил, что вся эта ситуация сама разрешится, а пока я просто буду наслаждаться его компанией. На какое-то время мы затихли, погрузившись в свои мысли. Когда я решил проверить, как там Джерард, он уже стоял около края крыши и курил. Я поднялся и подошел к нему, бесшумно встав рядом. Джерард глядел куда-то вдаль, иногда крепко затягиваясь. - Где-то там находится дом, в котором я когда-то жил, - он махнул рукой в северную часть города, - там я провел свои лучшие годы жизни. - А почему не живешь там сейчас? - Да как-то не сложилось. Иногда жизнь меняется без нашего согласия. Я кивнул. Я, как никто другой понимал, о чем он говорил. - Джерард? - Да? - Расскажи что-нибудь о себе. Я столько всего рассказал тебе о своей жизни, но про тебя я почти ничего не знаю. - Да рассказывать особо и не о чем. И интересного в моей жизни тоже ничего нет. - В это я точно вряд ли поверю. Ты не похож на обычного парня с обычной жизнью. Я скорее поверю в то, что ты вампир под прикрытием. Джерард усмехнулся и покрутил в руках сигарету. Он наверняка решал, чем можно поделиться со мной, а о чем лучше умолчать.Мне нравилась некоторая загадочность Джерарда, но в то же время и обижала, потому что я хотел знать о нем как можно больше. - Я всю свою жизнь обожал рисовать. Как-то лет в 10 я нарисовал полноценный комикс и у него даже было несколько читателей. Под “читателями” я имею ввиду своего брата, родителей и бабушку. Бабушка в принципе научила меня всему, что я умею сейчас. В школе у меня не было друзей, потому что я был слишком “мрачным” и “замкнутым” ребенком для других. Поэтому я еще больше рисовал. Еще я время от времени занимался музыкой. Писал песни и играл на гитаре. Однажды меня даже взяли в группу, но почти сразу оттуда выгнали, потому что я не смог выучить одну дурацкую песню. Мы тихо засмеялись, быстро переглянувшись. Я кивнул ему, чтобы он продолжал рассказывать. - После школы я наконец вдохнул запах свободы и поступил в школу визуальных искусств. Я был безумно этому рад, потому что мог заниматься своим любимым делом еще больше, чем раньше. Но… Он сделал небольшую паузу. Нахмурил брови и тяжело вздохнул. - Я не успел окончить школу из-за личных обстоятельств. Мне пришлось бросить ее и заняться другим делом. Прости, я не особо хочу вспоминать то время. - Ничего страшного. А это дело того стоило? Ну, если ради него пришлось все бросить. Меня терзали внутренние сомнения по поводу своей собственной жизни, и мне было важно узнать ответ Джерарда. Не знаю почему, но это правда казалось важным. - Здесь нет однозначного ответа. До этого события я был счастлив и абсолютно доволен жизнью. А потом все поменялось и мне нужно было принять это как должное. Но ведь это жизнь, она часто именно так и работает. - И ты не жалеешь? - На самом деле, я часто жалею о том, что все произошло именно так, как произошло. С другой стороны, в иной ситуации я бы никогда не познакомился с тобой. Видимо, все происходит так, как должно быть. Он сказал это таким спокойным тоном, но мне эта сильно отложилась в памяти. Неужели он правда считает, что наше знакомство стоило того, через что ему пришлось пройти? Я удивленно посмотрел на него, но увидел только отрешенное выражение лица Джерарда. Он опять глубоко ушел в свои мысли. Остатки сигареты в его пальцах догорали блеклыми искрами. - Хэй, Джерард. - Да? - Что бы там не произошло в прошлом, я рад, что познакомился с тобой. Он улыбнулся. - Да, Фрэнки, я тоже. - Знаешь, а ведь выступление совсем не за горами. Я знаю, что ты не захочешь выступать с нами, но может ты хотя бы придешь посмотреть на концерт? - А ты правда этого хочешь? - Конечно. Он посмотрел на меня оценочным взглядом и еле кивнул головой, то ли показывая, что пойдет на мое выступление, то ли соглашаясь с чем-то внутри, о чем мог знать только он. - Я думаю, ты со своей группой получите этот контракт. - Я бы не был так уверен, - с сомнением ответил я. - Я знаю, что я неплохой гитарист, и ребята тоже хорошо разбираются в музыке. Но в городе столько профессиональных музыкантов, у которых есть все шансы забрать главный приз. Очень малому количеству музыкантов удается выбиться в свет, и я не вижу ничего особенного в себе, что помогло бы мне стать одним из счастливчиков. Джерард нахмурился. Я заметил это, но все равно продолжил: - Я даже не так уж и хочу стать известным. Но мир устроен именно так, что если ты не становишься известным музыкантом, то тебе приходится менять вид деятельности. Музыка превращается в хобби или в шум на фоне “реальной жизни”. Появляется основная работа, семья и дети, и ты крутишься в этом, пока однажды не отбрасываешь коньки. А я не хочу так. Потому что музыка, игра на гитаре, выступления - это самое лучшее, что есть в моей жизни. Меня ничего не волнует кроме того, чтобы создавать музыку и помогать другим людям найти себя с помощью моих песен. Было видно, что Джерард сильно о чем-то задумался. И мне стало ужасно интересно, о чем. - Фрэнки, буду с тобой честным. Я много лет общался со многими музыкантами, мои занятия по рисованию проходили в одном здании с музыкантами с другого факультета. Я был на десятке концертов многих групп и прослушал еще больше песен и альбомов, наверное, всех существующих жанров. Но, черт возьми, я никогда не видел другого Фрэнка Айеро, понимаешь? Нет другого гитариста, который бы имел твои руки или твоё сознание, которое помогает тебе писать песни. Многие занимаются музыкой просто чтобы стать популярными, выпустить радио-хит или заработать кучу денег. Далеко не у каждого такие же чистые и благородные мотивы как у тебя. Я вижу, как ты любишь музыку и это цепляет, это, черт возьми, вдохновляет. На секунду он замолчал, чтобы я смог переварить всю информацию. - Так что не смей сомневаться в себе или в своих силах. Крепко держи в себе эту любовь к музыке и распространяй её за пределы своего сознания, так, чтобы и твои песни распространились как можно дальше. Чтобы люди с другой точки планеты услышали эти песни и тоже вдохновились сделать что-то большее. Я задумался, вглядываясь в проезжающие машины на дорогах. В какой-то момент фары машин сливались в две длинные яркие полоски. Мне казалось, что они будто гипнотизируют меня. Джерард внимательно посмотрел на меня, а потом развернулся и громко закричал: - Фрэнк Айеро - самый ахуенный гитарист! Я резко развернулся и шикнул на него, чтобы он заткнулся. Джерард рассмеялся и широко расправил руки, откинув назад длинные волосы. - У Фрэнка самая крутая группа в городе! Скоро они подпишут контракт с лейблом! Они будут самыми лучшими! Я стоял рядом и беспомощно крутил перед ним руками, чтобы он не потревожил жителей этого дома своими криками. Джерарду на это было абсолютно наплевать. Он улыбался и звал меня к себе. Я подошёл. - Эй, просто кричи так, чтобы вытрясти всю неуверенность из себя. Кричи все, что ты хотел бы донести до всей вселенной, - он улыбнулся мне и одобрительно кивнул, чтобы я присоединился к его странной затее. Я на секунду замешкался, но быстро понял, что Джерард не даст мне покоя, пока я это не сделаю. Я неуверенно оглянулся вокруг, словно в поиске поддержки. Кричать не хотелось, а хотелось наоборот спрятаться, чтобы сумасшедший Джерард не изучал меня так пристально, особенно сейчас. Я подошёл к краю крыши и посмотрел вниз на ночную жизнь моего города. Я подумал, что это все ужасно глупо. Но сразу после этого промелькнула мысль: “А кого это вообще волнует? Плевать, что подумали бы в этот момент другие”. А затем я глубоко вдохнул и громко закричал. Заорал так, как обычно позволял себе только под особо агрессивные треки любимых Панк-групп, когда я был совершенно один. Как всегда хотелось закричать, когда я чувствовал себя злым и подавленным. И в этот момент я почувствовал, как мне резко стало намного легче. Как стеснение и комплексы выходили из меня вместе с этим криком. И я засмеялся. То ли от своего голоса, то ли от уже пропадающего чувства волнения. Джерард встал рядом и тоже начал кричать, параллельно громко смеясь. - Какие же мы придурки, - сквозь смех сказал я. На душе было необыкновенно легкое чувство. - Фрэнки, это и есть настоящая свобода. Мы улыбнулись друг другу и я понял, что мне, наверное, никогда не было настолько хорошо. * песня My Chemical Romance - Early Sunsets over Monroeville