threads of silk

Шорох и скрежет металла о каменный пол разбудили Джайну в темные предрассветные часы. Она не помнила, как заснула, помнила только долгие моменты, проведённые в беспокойных перекатываниях с боку на бок. Ей потребовалось некоторое время, чтобы, устало моргая и щурясь, привыкнуть к полумраку комнаты. В какой-то момент, жар камина стал для Джайны невыносимым, и она лишь смутно помнила о том , как ненадолго проснулась, чтобы потушить его порывом морозного ветра. Когда ее глаза, наконец, скользнули к темной фигуре, двигающейся в нише туалетного столика и гардероба, у Джайны перехватило дыхание. Светящиеся красные глаза метнулись к ней, и она вздрогнула: - Ты напугала меня, - голос был низким и хриплым ото сна. Сильвана вышла из темноты, ее доспехи были наполовину сброшены. На ней остались лишь кольчуга, кожаная кираса и плащ, в то время как наплечники, поножи и перчатки уже отсутствовали. Капюшон был низко надвинут на лицо, скрывая его. Можно было заметить лишь блеск глаз, изгиб носа и губ. Сильвана подошла к изножью кровати и посмотрела на груду одежды на полу. С непроницаемым выражением лица, она окинула Джайну взглядом и начала расстегивать наруч. - Мои извинения, - произнесла она тише, чем ожидала Джайна. - Я не собиралась тебя будить. Обычно шум моих доспехов не мешает тебе спать. - Что ж, - вздохнула Джайна. - Сегодня мне не спится. Сильвана поджала губы: - Тем больше причин, по которым мы должны спать порознь, - сказала она. - Нельзя допускать, чтобы лорд-адмирал страдала от бессонных ночей из-за меня. - Мне кажется, ты, как всегда, перекрутила всю ситуацию задом наперед, - пробормотала Джайна, и, подняв взгляд на Сильвану, обнаружила, что вождь смотрит на нее с озадаченным выражением лица. - В любом случае, - фыркнула Сильвана, наклоняя голову и вновь сосредотачиваясь на своих доспехах. - Не спать по ночам - все еще плохая привычка. Джайна наблюдала, как она расстегивает воротник, замечая все больше пятен, похожих на засохшую кровь, на обычно безупречно чистых доспехах вождя. Маг нахмурилась, с тревогой глядя в лицо Сильваны: - Как все прошло на Рассветных островах? Пожав плечами, Сильвана потянулась за вторым наручем, сняла его и покрутила в руках, чтобы осмотреть брызги крови. - Удовлетворительно, хоть и после некоторого убеждения, - сказала она, слегка растягивая слова, что заставило Джайну улыбнуться. - Я просто рада, что ты в порядке, - пробормотала Джейна. Она снова провела большим пальцем по шелковому узору под одеялом. На лице Сильваны промелькнуло мимолетное сомнение, и она осторожно отложила наручи и присела на край кровати. Она протянула руку, как будто хотела положить ее на очертание ноги Джайны под одеялом, но затем резко убрала ее, словно одернув себя. Вместо этого она положила руку на кровать, так близко, что Джайна почувствовала исходящую от нее прохладу, а ее кожу начало покалывать от ощущения близости. Сильвана, казалось, впервые с трудом подбирала слова: - Я... это... Джайна послала ей ободряющий взгляд, но Сильвана лишь хмыкнула, убрала руку и переложила на собственное колено. Джайна изо всех сил попыталась скрыть разочарование на своем лице, наблюдая, как вождь взяла себя в руки, а черты ее лица разгладились, снова превращаясь в бесстрастную маску. - Тебе не нужно беспокоиться о моем благополучии, Праудмур, - сухо сказала Сильвана. Она сглотнула и весь ее силуэт заметно напрягся. Джайна пристально посмотрела на нее, и хотя ее брови были сдвинуты, голос звучал дразняще и даже несколько робко: - Мне казалось, это именно то, что должны делать жены... Заботиться друг о друге? Уголок рта Сильваны дернулся, но мимолетная нежность в ее глазах быстро погасла, и она отвела взгляд. Тихо кашлянув, она встала с кровати и расстегнула застежку на шее. Плащ и капюшон упали с ее плеч. Все еще лежа на кровати, Джайна наблюдала, как Сильвана начала собирать с пола их одежду, после чего исчезла вместе с ней в соседнем помещении, вероятно, чтобы сложить все вышеперечисленное в корзину для белья. Когда Сильвана снова появилась в поле зрения, то была уже без доспехов, невредимая и неотразимая. Джайна нахмурилась, переводя взгляд на темно-синее небо за окном. - Еще даже не рассвело, - сказала она Сильване, которая начала безмолвно облачаться в чистую броню. - Тебе нужно отдохнуть. - У меня есть обязанности, - прямо сказала Сильвана, набрасывая на плечи новый плащ и застегивая воротник. - Я потратила целый день на потасовку с мурлоками, стоя по щиколотку в воде. А сейчас меня ждут множество просроченных отчетов и писем, - она накинула капюшон на голову, изящно просунув уши через отверстия. Джайну захлестнула необъяснимая волна тепла, стоило ей заметить, как дрогнуло ухо Сильваны, задев край ткани. Это заставило ее внутренности затрепетать самым странным образом, и ей показалось, будто она чувствует головокружение и тошноту одновременно. Сердце стучало где-то в горле, она чётко чувствовала его непрерывную пульсацию. Она зарылась руками в простыни, но когда Сильвана уже направилась к двери, не смогла удержаться от восклика: - Постой! Сильвана остановилась, взявшись за ручку двери, и медленно повернула голову к Джайне: - Да, Праудмур? Прикусив внутреннюю сторону щеки, Джайна протянула руку вперёд и сделала приглашающий жест. - Иди сюда, - она поманила ее пальцами, краснея. Глаза Сильваны удивленно расширились от этого движения. - Праудмур... - Я не видела тебя весь день и волновалась, - возразила Джайна, решительно похлопав по кровати рядом с собой. - И что случилось с Джайной? - Она выжидающе приподняла бровь, бросив на Сильвану нетерпеливый взгляд. - Да ты и сама зачастую предпочитаешь использовать мои титулы вместо имени, - заметила Сильвана, нахмурившись, когда взгляд Джайны стал чуть ли не сердитым. - Не смотри на меня так. Джайна посмотрела на нее еще пристальнее: - Тогда иди сюда. Тяжело вздохнув, Сильвана направилась к кровати. Металлические детали сапог скребли по каменному полу, и она будто бы специально растягивала каждый шаг. Вождь опустилась на кровать с элегантным вздохом, перчатка коснулась бедра Джайны через одеяло. Она бросила на Джайну выжидающий взгляд: - Ну что? Джайна посмотрела на нее сквозь полуприкрытые веки. Она осторожно протянула руку и накрутила прядь серебристых волос, стекавших по шее и плечам Сильваны, наблюдая затем, как они ускользают из ее пальцев. Она дерзко подняла руку выше, кончики пальцев неуверенно коснулись края челюсти Сильваны. Джайна медленно провела ими по щеке Королевы-Банши, практически закрывая часть ее лица ладонью. Сильвана слегка вздрогнула, но держалась до боли неподвижно; светящиеся глаза опустились вниз, разглядывая ее собственные руки, а на лице застыло непроницаемое выражение. - Так вот зачем ты попросила меня остаться? - ее глаза метнулись к Джайне, и у той перехватило дыхание. - Чтобы меня потрогать? - Разве я не могу быть рядом со своей женой? - спросила Джайна приглушенным шепотом. Она осторожно обхватила подбородок Сильваны большим и указательным пальцами, слегка наклоняя к себе лицо вождя. Глаза Сильваны прожигали ее насквозь, и внезапно ей показалось, что вся комната замерла на оси этого самого момента. Вопреки самой себе, Джайна облизнула губы: - Я не получу небольшой утренний поцелуй? - пробормотала она. В этот раз дыхание перехватило у Сильваны. Глаза вождя на мгновение опустились к губам Джайны, после чего снова встретилась с ее потемневшим взглядом. - Я... Отбросив всякую осторожность куда подальше, Джайна прижалась к Сильване в поцелуе. Их губы соприкоснулись, и она почувствовала последовавший за этим резкий вздох. Сильвана застыла на мгновение, ее тело напряглось, выпрямившись по струнке. Губы Сильваны были холодными, и внезапный контраст с ее собственными, тёплыми, губами, заставил волну еще большего удовольствия стремительно разливаться внутри Джайны. Все ее тело затрепетало, стоило ей почувствовать, как Сильвана отвечает на поцелуй. Рука Сильваны метнулась вверх, пальцы впились в взъерошенную косу Джайны. Перчатка мягко царапнула кожу головы, когда она притягивала ее ближе, и из горла банши вырвался голодный звук. Она приоткрыла рот, еще больше углубляя поцелуй. Джайна издала рваный стон, обнимая Сильвану за плечи. Доспехи вождя кололись и впивались в ее кожу, но этот факт лишь сильнее возбуждал ее. Она ахнула в губы Сильваны, язык скользнул по острому краю ее клыков. Джайна подалась вперед и почувствовала во рту привкус крови. В груди Сильваны раздался свирепый рык. С рывком нечеловеческой силы, Джайна оказалась у Сильваны на коленях. Она нетерпеливо оседлала ее, поглаживая руками каждый дюйм обнаженной кожи, до которой только могла достать. Она ласкала дугу ушей Сильваны, слегка царапала ногтями их кончики. Сильвана отстранилась, с шипением обнажая зубы: дрожь пробежала по ее телу от ушей вниз по позвоночнику. - Белоре, Джайна. Джайна открыла глаза, чувствуя себя опьяненной, и уставилась в пылающий, напряженный взгляд напротив. Она открыла рот, чтобы заговорить, но Сильвана заткнула ее еще одним грубым поцелуем. Доспехи заскрежетали от отчаянных попыток Сильваны притянуть ее еще ближе, и Джайна растаяла в ее объятиях, ощущая непреодолимую потребность в прикосновениях. Она чувствовала, как между ее ног нарастает влага, как неистово пульсирует ее тело, требующее касаний, ласк — поглощения. Она заскулила, почувствовав, как когтистая рука Сильваны спускается вниз по ее спине и с силой сжимает пальцами ее задницу. Джайна прижалась к руке Сильваны, наклоняясь вперед, чтобы потереться бедрами о твердый шов своих собственных штанов и мускулистые бедра вождя. Сильвана застыла, и Джайна почувствовала странный трепет, прежде чем ее бесцеремонно швырнули обратно на кровать. Трепет тут же сменился холодным ужасом. Джайна пошатнулась, с трудом удерживая вкус поцелуя во рту, и в замешательстве уставилась на Сильвану. Сильвана резко встала, ее горло сжалось, как будто она изо всех сил пыталась вспомнить, как говорить. Она облизнула распухшие от поцелуев губы и снова открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но вовремя спохватилась и опустила глаза, прежде чем полностью отвести их. Одно мгновение она выглядела почти виноватой, но затем ее лицо снова превратилось в бесстрастную маску, отстраненную и холодную. - Мне нужно идти. Джайна почувствовала, как ее желудок скрутило, румянец стыда вспыхнул на щеках. Она зашла слишком далеко, слишком, черт возьми, далеко. - Подожди... Двери захлопнулись, подрагивая на петлях. Джайна смотрела вслед Сильване, желчь подступала к ее горлу, а сердце сжималось от чувства унижения. Она вцепилась руками в одеяло, и ногти впились ей в ладони прямо сквозь шелк. Ей потребовалось огромное усилие, чтобы подавить желание откинуть одеяло и последовать за Сильваной. Она уже упустила свою удачу; теперь им обеим нужно было время, чтобы подумать. Джайна пошевелила ногами и подавила вздох. Глубокий румянец перешел от ее лица на грудь, щеки ярко пылали. Она откинула одеяло ровно настолько, чтобы видеть свои колени. Чувство того, как ткань ее штанов прилипает к внутренней стороне бедер лишь усилилось, как и чувство возбуждения, появившееся от прикосновения рук Сильваны к ее телу. Джайна сильно прикусила губу. Она чувствовала, как все ее естество пульсирует в такт биению ее сердца, а обостренные до предела нервные окончания изнывают всякий раз, как она шевелила ногами. Разочарование лишь усилило потребность, накапливавшуюся внутри нее: уже многие месяцы она не получала разрядки, не ощущала близость чужого тела, прижимающегося к ней ночью. Ее влекла запретность самой этой идеи — прикасаться к себе после того, как она поцеловала вождя, поцеловала Сильвану Ветрокрылую. Она растянулась на кровати и скользнула рукой вниз, пальцы проникли под пояс штанов. Стон застрял где-то в горле, едва ее пальцы коснулись скользкой, набухшей плоти. Она быстро погрузила внутрь сразу три пальца, утопая в чувстве отчаяния и стыда. Джайна перевернулась на живот, зажав руку между бедрами и кроватью, и с силой вжалась в нее, увеличивая площадь трения. От нахлынувших эмоций ее глаза наполнились слезами, и она вслепую потянулась за подушкой, чтобы заглушить влажные, рваные звуки, слетавшие с ее губ. Она схватила фиолетовый шелк и, не осознавая этого, зарылась в него лицом. Внезапный запах холодной стали и тюльпанов заставил ее вздрогнуть, и она сжала свой ноющий клитор влажными пальцами, ощущая еще больший прилив смазки. Едва сдерживая стон, Джайна оседлала собственные пальцы, насаживаясь на них до третьей фаланги. Кожа пылала, покрываясь потом, и она продолжала исступленно двигаться на собственных пальцах, тщетно пытаясь прогнать мысли о чужих губах и руках на своей коже. Тяжело дыша, она сильнее вжалась в кровать, стараясь уловить призрачное прикосновение холодной кожи и взгляд пылающих глаз. Стоило первой волне дрожи сотрясти ее тело, как в горле застрял судорожный вздох, а с ним и первый слог имени, которое она не должна была и не могла произносить вслух. Она всхлипывала, задыхаясь и постанывая, чувствуя, как недели и месяцы фрустрации обрушились на нее потоком ощущений. Когда дрожь покинула ее тело, Джайна сделала глубокий вдох, отгоняя от себя вызывающий привыкание запах стали и цветов, и убрала руку от бедер. В свете восходящего солнца, она уставилась на свои пальцы, скользкие и ноющие, и бездумно поднесла их ко рту. Находясь в полном оцепенении, она попробовала себя на вкус, размышляя лишь о том, каким мог бы быть вкус стали и цветов на ее губах. Вытерев пальцы о пурпурный шелк, она пару секунд смотрела на оставленное ими пятно, прежде чем перевернуть подушку на зеленую кул-тирасскую сторону.

***

Они практически не виделись в течение дня. За исключением одного заседания совета, на котором Сильвана и Джайна подчеркнуто избегали смотреть друг на друга, не было больше ни одного мероприятия, на котором им пришлось бы делить одно и то же пространство. Если остальные и заметили это напряжение между ними, то не подали виду, хотя Джайна обратила внимание на то, как Лор'темар бросал на них странные взгляды и хмурился. Что больше всего действовало ей на нервы, так это невыносимое поведение Гнилостня, ползающего повсюду за Сильваной, словно пёс за хозяином. И все же, позднее, Джайна видела Сильвану мельком. Она уловила отблеск пурпурных доспехов и аромат тюльпанов. Мелодичный голос вождя разносился по коридору, но Джайна поспешила завернуть за угол, и он стих. Противоречивое чувство разочарования и облегчения одновременно начало проявляться внутри нее в виде физического дискомфорта. Появилось чувство тошноты. Джайна с усилием подавила его и продолжила выполнять свои ежедневные обязанности. Остаток своего дня она заполнила торговыми переговорами, встречами, отчетами и всем остальным, что требовало ее внимания. Она старалась держаться подальше от коридоров, ведущих к северной башне, ровно как и от любого другого места, где, по ее мнению, могла оказаться Сильвана. Алина следовала за ней бесшумной тенью, служа лишним напоминанием о персоне, которую Джайна изо всех сил пыталась игнорировать. Она заперлась в своих покоях, поставив Алину у дверей с четкой инструкцией не пускать никого внутрь. Сама же Праудмур погрузилась в многочасовую работу за своим столом, сгорбившись над стопкой писем и отчетов, делая заметки о катаклизме и внося данные в книги расходов и ресурсов. Это была почти бездумная работа; работа, которую она выполняла уже на протяжении десятилетий. Это была привычная рутина, в которую можно было ускользнуть от проблем. Когда Джайна наконец остановилась, и то только потому, что ее чернильница оказалась сухой, солнце уже находилось у самого горизаонта. Она со вздохом откинулась на спинку стула, пощипывая переносицу. В дверь тихо постучали, и маг перевела на нее усталый взгляд: - Не сейчас, Алина. Дверь со щелчком открылась, старые деревянные створки заскрипели. Джайна нахмурилась, поворачиваюсь в сторону незваного гостя. - Алина- - Боюсь, ты ошиблась эльфом. Джайна чуть не вскочила со своего места, уставившись на женщину, стоявшую в дверях. Она недоверчиво буравила ее взглядом, вцепившись руками в край письменного стола. - Вождь, - сухо произнесла она. - Не ожидала твоего общества. Сильвана некоторое время молча смотрела на нее, переводя взгляд с письменного стола на лицо Джайны. Ее нос сморщился, а глаза незаметно расширились, когда она искоса взглянула на кровать. - Извини, что прерываю, - медленно произнесла Сильвана, делая осторожный шаг от кровати к шкафам. - Я пришла забрать кое-какие вещи. Это не займёт много времени. Джайна наблюдала, как Сильвана складывала в сумку разные элементы своей одежды, которые, должно быть, перепутались с ее собственной одеждой во время переезда. Неловкое молчание заполнило пространство между ними. Джайна встала, скользнула рукой по письменному столу и направилась к алькову. Она прислонилась к стене, скрещивая руки на груди. - Мы всегда будем так себя вести? - устало спросила она. - Избегать друг друга, когда не хотим говорить о чем-то? Сильвана посмотрела на нее, аккуратно складывая тунику: - Я была занята. Джайна закатила глаза: - Мы всегда заняты. Но даже тогда, в Оргриммаре, ты все же находила время, - заметила она. Раздражение в собственном голосе заставило Джайну покраснеть, и она стиснула зубы. - С моей стороны было бы неразумно остаться, - натянуто сказала Сильвана, сосредотачиваясь на упаковывании вещей. - Тебе будет гораздо лучше спаться без меня. - Мне будет лучше спаться, есть я буду знать, что моя жена рядом со мной, - отрезала Джайна, а затем вздохнула, устало потирая висок. — Это... послушай, если тебя беспокоит то, что произошло... Сильвана вдруг повернулась к ней и прижала женщину к стене всем своим весом: - Меня беспокоит то, - прорычала она, и напряжение в ее голосе почти что заставило Джайну вздрогнуть. - Что сон станет последним, чем мы займёмся, если продолжим спать в одной постели. Джайна сделала резкий вдох, глядя на Сильвану с зарождающимся пониманием. - О-оу. - Да. - Но... Сильвана бросила на нее предостерегающий взгляд: - Ты этого не хочешь, - сказала она так тихо, что Джайне пришлось практически наклониться, чтобы услышать ее. - И неважно, как сильно ты пытаешься убедить себя в обратном. Прилив негодования вспыхнул в груди Джайны, и она с вызовом вздернула подбородок: - Ты понятия не имеешь, чего я хочу, - выплюнула она, поднимая глаза, чтобы поймать взгляд Сильваны. - Еще как имею, поверь мне, - холодно произнесла Сильвана. - Для меня это очевидно. - Тогда перестань трусливо переводить тему и скажи мне прямо в лицо, что тоже этого хочешь, - прошипела Джайна. Теперь они были так близко, что она могла чувствовать холод, исходящий от кожи вождя... могла бы снова поцеловать ее, если бы привстала на цыпочки. Сильвана сердито посмотрела на нее в ответ, не желая сдавать позиции под напором Джайны. - Осторожнее, Праудмур, - сказала она твердым голосом с лёгкими стальными нотками. - Если ты переступишь эту черту, то пути назад уже не будет. - Я знаю, чего хочу, - повторила Джайна. - А вот знаешь ли ты? Медленно и неторопливо Сильвана протянула руку и убрала прядь волос с глаз Джайны; изогнутый коготь перчатки слегка коснулся ее скулы. Затем она наклонилась ближе, касаясь холодными губами уха Праудмур. - Я хочу, - прошептала она. - Уничтожить тебя. Глаза Джайны закрылись, а по всему ее телу пробежала дрожь. Когда она открыла глаза, Сильваны в комнате уже не было.