Глава 46.
27 сентября 2020 г., 13:58
Примечания:
Глава большая, приготовьте попкорн или огнетушитель…
— Мэй, — восторженно встречает меня Макс, как только я спускаюсь по лестнице. — Привет.
Оглядываю помещение и замечаю, как все расселись по кругу: Макс, Анна, Дэвид, Ви, Чинджу, а в центре внимания Чимин, который держит в руках гитару. Кажется, все снова вернулись домой, решив все свои проблемы. Осталось всего пару дней до нового года, естественно, у всех была предновогодняя суета. Сейчас же все спокойно, расслабленно собрались вместе и дружно беседуют. Своего драгоценного соседа я снова не заметила, впрочем, как обычно.
— Привет, — наконец подаю голос и прохожу вглубь помещения. Диван свободный, поэтому занимаю его, чуть поодаль от друзей.
Когда ловлю любопытный взгляд всех, улыбаюсь, как бы говоря, что со мной всё отлично, при этом удобно располагаюсь на диване.
— Ты проснулась позже всех, — начинает Ви, приближаясь ко мне. — Это непохоже на тебя.
Действительно, я сама была удивлена не меньше, чем остальные находящиеся здесь ребята. Обычно всегда просыпалась очень рано или просто раньше всех, а сегодня, кажется, я спала так, будто не бодрствовала целую вечность. Я настолько выспалась, что полна сил и счастья, чтобы совершать любые подвиги. Я действительно спала как убитая, меня ничего не терзало, просто блаженно отдыхала. Удивительно, но мне кажется, это связано с моим ненаглядным соседом, который вчера раскрыл мне свои чувства, а от этого у меня словно с плеч упал целый груз печали. Такое спокойствие и равновесие в душе, что я готова улыбаться целому миру, но не могу, потому что не вижу свой источник счастья.
— Я выспалась, — улыбаюсь своему другу, который любопытно оглядывает меня.
— Я заметил, — ехидно отвечает Ви.
— Чёрт возьми, — неожиданно повышает голос Дэвид. — Его всё равно что за смертью посылать.
Не знаю, о ком он говорит, но понимаю, что он явно зол на этого человека. Его взгляд обращён в сторону кухни, словно он кого-то ждёт. Направляю взор в сторону его очей и вижу неожиданно для себя в дверном пролёте Чонгука. Он идёт, уткнувшись взглядом в свои руки, в которых держит, как я поняла, несколько бутылок пива. Такой милый ребёнок, в домашних тёмных штанах и белоснежной футболке, позволяющей мне увидеть его рельефную грудь.
— Наконец-то, — ворчит наш друг.
Слежу за тем, как Чонгук, услышав его, поднимает глаза на всех и с таким непонятливым взглядом на них смотрит, что у меня готов разорваться мимиметр. Сосед оглядывает всех, затем замечает меня. Как только мы встречаемся взглядами, я вижу, как он меняется. Его глаза блестят и словно улыбаются мне. Парень не говорит ничего, отворачивается и смотрит на своего друга.
— Не ворчи, — спокойно произносит сосед и, подойдя к нему, протягивает сразу все бутылки.
Тот с удовольствием забирает и наигранно ему улыбается. Чонгук лишь издаёт еле уловимый смешок и отходит от своего друга, после чего движется по направлению ко мне. Неожиданно ловлю его пристальный взгляд и смущаюсь. Когда друзья остаются позади, уголки его губ расплываются в улыбке, а очи просверливают во мне дыру. Рефлекторно улыбаюсь ему в ответ, понимая, что мне нравится видеть его в таком радужном настроении. Да и в целом, рада просто его видеть.
— Привет, — слышу его мягкий и тихий голос, когда он садится рядом со мной. На секунду он подходит слишком близко к моему лицу. Позже, поняв, что здесь мы не одни, отстраняется. — Как дела?
— Нормально, — улыбаюсь ему, пытаясь скрыть своё смущение.
— Как спала? — парень задаёт вопрос и пристально на меня смотрит, не обращая внимания на друзей.
— Как убитая, — мой голос звучит тихо. — А ты?
— Он проснулся раньше всех, — встревает в наш разговор Ви и хитро улыбается.
— Серьёзно? — спрашиваю и смотрю на Чона, который отвернулся к друзьям. Он что, только что смутился?
— Ага, — звучит с его уст. — Не мог уснуть.
Неожиданно для нас двоих Макс сел рядом со мной, заставляя нас чуть отойти друг от друга. Взгляд Чонгука тут же оказывается на помешавшем друге.
— Мэй, — радостный голос назойливого друга отвлекает меня от мыслей. — С наступающим новым годом!
Он протягивает рождественское печенье. Но я не успеваю забрать, как его тут же хватает Чон и быстро засовывает к себе в рот.
— Чонгук, — злится Макс.
— Очень вкусно, спасибо.
Меня это заставляет лишь улыбнуться. То, как Чонгук пытается жевать полным набитым ртом. Неужели милый кролик ревнует? Разочарованный Макс бросает на него злой взгляд и встаёт с места, а я ловлю на нас взор Тэхёна и улыбаюсь ему. На что он показывает большой палец вверх, затем отворачивается к своему другу Чимину.
— Зачем ты вообще с ним общаешься? — вмешается в мои переглядывания Чон.
— Он же наш друг, — говорю и поворачиваюсь в сторону своего соседа. Он щурит глаза и подходит чуть ближе ко мне.
— Он не считает тебя другом, — добрый голос Чона приобретает серьёзный тон.
— Ты уверен? — я продолжаю смотреть на то, как он приближается, не обращая внимания на окружающих.
— Я знаю, — наконец, он понимает, и останавливается в паре сантиметров от меня, продолжая изучать моё лицо.
— Ну и ладно, — говорю я и смотрю на друзей. Они увлечены друг другом, и даже если бы Чон прямо здесь поцеловал меня, они, возможно, не заметили бы. Возвращаю взгляд на Чонгука и вижу округлённые глазки своего любимого кролика.
— Что значит «ну и ладно»? — губы начинают произносить слова, оголяя его передние выступающие зубки, и я снова отвлекаюсь на дурные мысли. Мне хочется поцеловать его в полуоткрытые губы.
— То и значит, — шепчу я и, откашлявшись, продолжаю. — Мне без разницы.
Пока я борюсь с мыслями о том, как на него не наброситься при всех, он борется с привычкой злиться на пустяки.
— Перестань с ним общаться, — повелевает Чонгук.
От удивления смотрю на него с непониманием, а он в свою очередь убирает свой взгляд на друзей.
— И как ты себе это представляешь?
— Всё просто, — спокойно произносит он, не смотря на меня. — Просто перестань.
— Я не могу, — мой голос звучит уверенно. — Это странно.
Я действительно так считаю. Ведь это странно, если я так оборву общение. Для этого нужна причина.
— Ничего странного в этом нет, — его голос повышается, но окружающие этого не замечают.
— Ты ревнуешь? — задаю вопрос и в ожидании рассматриваю Чонгука.
На этот раз я вижу, как прежде чем ответить мне, он открывает и закрывает рот при попытке придумать мне явные оправдания, но спустя мгновение сосед поворачивается в мою сторону и смотрит прямо в глаза, вызывая у меня смущение от резкого поступка.
— Да, — коротко соглашается, и при этом ни одна мышца на лице не дёргается. — Не хочу, чтобы он флиртовал с тобой.
— Но я-то с ним не собираюсь этого делать, — неожиданно для себя понимаю, что я пытаюсь его успокоить тем, что мне никто, кроме него, не нужен. — Почему ты переживаешь?
— Потому что не доверяю ему, — он спокоен и пристален ко мне. Не отрывает взгляд, словно одним взором пытается до меня донести все озвученные слова. Мне нравится такой милый и проницательный парень.
— И что мне ему сказать? — спрашиваю от реального непонимания того, как сделать то, что он просит.
Чонгук молчит пару секунд и убирает взор в другую сторону, после чего продолжает:
— Скажи, что у тебя есть парень.
Удивляюсь и замираю, но решаю немного прояснить, к чему он клонит, хотя догадываюсь. Просто нуждаюсь в более чётком ответе, который он мне не даёт.
— А у меня есть парень?
Чонгук возвращает взгляд и таращит на меня глаза.
— Ты серьёзно? — удивлённый голос доносится до моего мозга.
— Да, — я спокойна, пока. — Просто понять не могу.
— Скажи ему, что я твой парень, — неожиданно он так быстро это говорит, что я не сразу соображаю. Мне остаётся потерять на долю секунды дар речи. — Сразу отстанет.
— Я не соглашалась с тобой встречаться, — говорю я. Мой защитный механизм сразу срабатывает. Ну или же моя упёртость. Ну или игривость. Не знаю.
Я не могу понять ещё вот чего: мне ответить так только Максу или всем? Что он этим хочет сказать? Где нормальное предложение встречаться, Чонгук?
— Мне не нужно твоё соглашение, — Чонгук чуть приближается к моему лицу, после чего улыбка украшает его лицо. — Потому что я вижу ответ в твоих глазах, и уже давно.
Неожиданно это так приятно и обидно одновременно. Не знала, что могу испытывать такие противоречивые чувства одномоментно.
— Если видел так давно, то почему делал вид, что не замечаешь? — мой голос меня подводит, чуть хрипит от накопившейся обиды. — Глумился надо мной?
— Нет, — он всё так же продолжает смотреть прямо в глаза. — Просто не мог до конца это принять.
***
— Мэй? — я вижу растрёпанные волосы и прищуренные глаза удивлённого парня и хочу на него наброситься. Ну что за чёрт? Меня даже это уже умиляет. — Ты что тут делаешь? — он усаживается на кровати, и одеяло сползает с его туловища, оголяя торс. Даже в полумраке полюбуюсь его голым телом. — Что-то случилось? Я вижу в его глазах всё сразу: и удивление, и страх, и нежность, и заботу, поэтому готова умереть от передозировки чувств. — Всё в порядке, — тихо произношу, дабы для начала успокоить Чонгука, а сама осторожно приближаюсь к краю кровати с другой стороны, ловя на себе снова удивлённый взгляд парня. — Мне просто не спится, — останавливаюсь у кровати. — Прости, что разбудила. В моих планах не было разбудить спящего парня, мне хотелось просто прокрасться и осторожно лечь рядом, но почему-то он среагировал слишком быстро на моё появление. Тем не менее менять свои планы я не собираюсь. Я в кои-то веки набралась смелости прийти к нему сама, а тут ещё и давать заднюю — нет. — О чём таком думаешь, что до сих пор не спишь? — сонный голос парня такой хриплый, что у меня от него тело покрывается мурашками. — О тебе. Не знаю, как так получилось, что мои мысли оказались на моём языке, но это произошло, и моё стыдливое лицо готово сгореть от неловкости. Ибо глаза парня снова округлились на долю секунды, но он сумел совладать с эмоциями. Кажется, он окончательно проснулся. Но во мне откуда-то ещё берутся силы. Я даже не жалею о том, что сказала, скорее радуюсь тому, что хоть таким образом рассказала ему о своих чувствах. Усаживаюсь осторожно на край кровати. — Неожиданно, — слышу еле уловимый голос Чонгука, всё так же удивлённо смотрящего на мои действия. Его взгляд блуждает по моим ногам, которые я расположила на кровати, а затем просунула их тут же под одеяло. — Ты здесь собираешься спать? — А нельзя? Чонгук, не удивляйся, я сама не понимаю, что творю! Парень неуверенно на секунду замирает, а мне становится очень неловко. Наверное, всё-таки было глупо заявляться к нему и ложиться рядом? Что же я творю? Чего добиваюсь? Но не могу я контролировать свои действия. Захотелось — пришла, и не может мне ничего помешать, разве что его отказ. В то время, как я пыталась усмирить свои мысли, Чонгук полностью повернулся в мою сторону и, кажется, только сейчас понял всю суть происходящего, потому что до этого присутствовал его сонный взгляд. Сейчас же взор яркий и «трезвый» с интересом меня оглядывает. — Ты хочешь спать со мной? — хриплый и тихий голос парня в тишине проносится эхом в моём сознании, отчего по телу будто пробегает ток. Боже, Чонгук прекрати сводить меня с ума. — Рядом с тобой, — вдруг мой уверенный голос меня удивляет, и я решаю выделить интонацией и передать смысловую нагрузку. После своих слов замечаю, как его уголки губ расплываются в сдержанной улыбке. — Разве есть разница? — Конечно, — говорю уверенно, полагая, что он меня поймёт и не будет снова дразнить. — Спать с тобой и спать РЯДОМ с тобой. Большая разница. Я вижу, как сонные глаза парня суживаются оттого, что он улыбается. — «Спать со мной» ты в каком ключе понимаешь? — Эм, — я снова мямлю, как идиот, потому теряюсь в собственном ответе. — Ну… — Когда я говорил «ты хочешь спать со мной?» я имел в виду рядом со мной, — нежный тихий голос парня такой успокаивающий, однако такой тон ещё больше заставляет смущаться собственным словам. — А ты что напридумывала себе? Господи, как стыдно! Он что, сейчас специально дразнит? — Ничего такого. Чонгук приближается, вызывая ещё большую неловкость. — По тому, что я вижу, я понял, о чём ты думала. Опускаю взгляд, не выдержав его зрительного напора. Это смущает, да и к тому же он слишком близко. Не осмеливаюсь глянуть на него, пока не чувствую, как его пальцы касаются моего подбородка и поднимают мою голову, заставляя смотреть только на него. Причём настолько близко, что у меня перехватывает дух. — Не знал, что ты такая милая, когда смущаешься, — говорит мягким тембром. Я смотрю на то, как горят его глаза при разговоре, а сама таю от сказанных им слов. Снова готова опустить взгляд, но парень не позволяет этого сделать. — Я тоже хочу, чтобы ты осталась. Моё сердце замирает от последнего предложения, и мне кажется, что оно уже перестанет биться, но оно тут же начинает свой бешеный ритм. Окружающее для нас больше не существует. Взор Чонгука такой проницательный и такой мягкий, что я готова отдать этому человеку напротив всю себя полностью, без единого остатка. Он продолжает смотреть так долгое время, ну или же время замирает рядом с ним, и мне кажется, что сидим так целую вечность. Я готова быть с ним всегда, как бы это банально ни звучало. Даже не подозревала, что так сильно буду желать человека и сердцем, и душой. Не отстраняя своего взора от меня, он касается моих губ, а от прикосновения его мягкой кожи закрываю глаза, благодарная тому, что не прогнал из комнаты, и в то же время удивлённая его откровению. Его мягкие губы начинают меня медленно терзать своей нежностью, заставляя сходить с ума от его чувственных действий. Но с каждым разом я ощущаю, как нежный поцелуй приобретает более напористый характер, словно в нём страсть нарастает с каждым разом. Когда его язык начинает вырисовывать узоры на моем нёбе, я чувствую, как его рука перемещается с подбородка и охватывает мою шею под свою власть. Чуть сжимает её, и тем самым ещё больше углубляет поцелуй. От этого моё желание возгорается с новой волной. Я ощущаю ритм своего сердца не только в ушах, но и во всех частях тела. Парень осторожно приближается ко мне, после чего заставляет своими напористыми движениями положить голову на подушку, а сам нависает сверху и терзает мои губы. На секунду он отстраняется, дабы получить дозу кислорода, так как мы так долго нежились, что чуть не задохнулись от переизбытка углекислого газа в лёгких. Затем снова возвращается к своему занятию. На этот раз я чувствую не только его губы, но и то, как он стягивает одеяло с моих ног и осторожно перекидывает свою конечность через меня, таким образом, что накрывает моё тело своим могучим и сильным. Мой бешеный ритм сердца на секунду замедляется, так как тяжесть, нависшая надо мной, даёт о себе знать. Мне становится тяжело дышать сразу по нескольким причинам: оттого, что парень такой нежный и напористый одновременно, оттого, что своими поцелуями он сводит меня с ума и перекрывает кислород и, наконец, оттого, что он нелёгкий, и моя грудная клетка не сразу адаптируется. Чонгук оставляет в покое мои губы, и я жадно глотаю воздух. Так приятно, и я осознаю, что парень тяжело дышит, когда чувствую, как двигаются его лёгкие. Я вижу, как Чонгук смотрит пристально, и ощущаю всю страсть в его горящих глазах. Понимаю, что он хочет того же, что и я так долго жаждала. Я словно смотрю в зеркало, так как вижу в отражении его очей тот же накал страстей, что и чувствую сама в данный момент. Волосы спадают на лицо парня, и мне это так нравится, что я высвобождаю одну свою руку и тянусь к его шевелюре. Чонгук на секунду отвлекается на мою конечность, которая только что оказалась у него в волосах, а я, в свою очередь, осторожно поправляю выбившуюся прядь за ухо. Как только завершаю свою часть, вижу, как сосед демонстрирует свою очаровательную кроличью улыбку, от которой я без ума. Сама того не замечая, улыбаюсь и тянусь к этим сладко приоткрытым губам. Оставляю невесомый поцелуй на его передних выпирающих зубках, так как я поймала тот момент, когда он оголил зубы при улыбке. Так приятно попробовать на вкус части тела Чонгука, что от эйфории я плюхаюсь обратно на подушку и снова встречаю его удивлённый взгляд. Кажется, кто-то не ожидал. Всякий раз, когда он демонстрировал кроличью улыбку, мне так хотелось это сделать, что сейчас, кажется, сама удивлена нереальности происходящего. — Ты очень вкусный, — неожиданно для себя я говорю то, что думаю. Последнее время я сама стало намного откровеннее с ним, чем раньше. Мы вместе с ним меняемся с каждым разом. Чонгук молчит, лишь снова демонстрирует свою прекрасную улыбку, и мне на секунду кажется, что он смущён. Господи, парень, ты что такой милый-то, а? Разве таким можно быть? Из-за суровости и серьёзности соседа я никогда не обращала внимания на его другую сторону. Сторону, в которой он добр, отзывчив, смущён и до чёртиков мил. Пока я задумалась о прелестях Чона, неожиданно он наклонился близко к моей шее и оставил на ней свой влажный поцелуй. На несколько секунд так замер, после чего хриплый голос эхом раздался у меня в ушах: — Ты понятия не имеешь, насколько ты приятно пахнешь, — при каждом слове я чувствую его горячее дыхание у себя на шее и возгораюсь всем телом. Я обнимаю его за шею и продолжаю так лежать, чувствуя его приятный аромат. Аромат мужчины, от которого я без ума. Я ощущаю каждый его участок тела, каждую мускулистую часть его организма, так как он лежит на мне, и уже совсем не обращаю внимания на то, что он тяжёлый. Наоборот, мне хочется притянуть его к себе намного сильнее. Чонгук поднимает свою голову, освобождая мою шею и, прежде чем поцеловать, оставляет на мне продолжительный яркий взгляд, полный любви, и понимая, что я снова отдаюсь ему полностью. Его мягкие и нежные губы продолжают окутывать меня в свою власть, и я рефлекторно поддаюсь каждому движению парня. Мне хочется его, полностью и прямо сейчас. Как только эта мысль оказывается у меня в голове, я чувствую, как рука парня оказывается у меня под футболкой. Я вздрагиваю оттого, как он ладонной поверхностью кисти изучает мой живот, затем осторожно поднимается выше и оказывается у края моего бюстгальтера. Я чувствую, как сходит с ума моё сердце оттого, что он так близок ко мне, и одновременно оттого, что он всё страстнее целует меня, мучая изнутри. Как только его рука продвигается внутрь к чашечке нижнего белья и нежно покрывает мою грудь, я прерываю поцелуй и томно выдыхаю. Мне не хватает воздуха, одним действием он лишил меня и кислорода, и разума. Закрываю глаза и чувствую, как воспламеняется огонь внутри меня, когда его рука сжимает мою грудь. Я снова жадно хватаю воздух, не в силах контролировать себя. Моя кисть от напряжения сжимает его шею. Кажется, Чонгук понимает, что мне не хватает воздуха, так как он оставляет в покое мои губы. Но берёт во власть на этот раз мою шею, наивно полагая, что это позволит мне дышать полной грудью. А вот и нет. Такой жест его больше убивает меня, так как он для меня намного интимнее, нежели поцелуй. Я чувствую, как его мягкие губы оставляют след на моей шее, осторожно перемещаясь вниз, ближе к ключице. Когда он проводит языком по костяшке, неожиданно для себя я издаю стон. Услышав его, я смущаюсь с новой силой оттого, что меня возбуждает даже такое. Да меня в целом существование Чонгука возбуждает до предела. Пока он терзает мою шею, руки его осторожно смещаются вниз к краю моей футболки и начинают поднимать её вверх, оголяя мой торс. Как только я подчиняюсь ему, поднимаю туловище, чтобы он стянул с меня одежду, Чон решает оторвать свои губы с моей шеи. Поднимает голову, и я вижу его улыбку прежде, чем он целует меня в область моего пупка. Я снова резко вздрагиваю и дёргаюсь от неожиданного действия, рефлекторно хватаю его за волосы. Как только он начинает меня дразнить своим языком, который оставляет следы на моём животе, я цепляюсь за локоны. Не знаю, больно ли ему от такого моего жеста, но кажется, ему это даже нравится, потому что он продолжает мучить меня. Всё моё тело дёргается от его любого действия, и как только его губы оказываются у края моих штанов, я понимаю, что между ног у меня горит таким воспламеняющимся огнём, что если он так продолжит спускаться вниз — обожжётся. Но Чон не продолжает то, что начал, он снова отстраняется, вызывая у меня разочарованный стон. Парень вновь возвращается и нависает надо мной на уровне моих глаз, и я вижу, как горят его глаза в азарте чувств. Уголки его губ растягиваются в улыбке, когда я томно вздыхаю. — Мэй, — звучит неожиданный хриплый голос Чона, смотрящего на меня. — Ты ошибаешься, полагая, что я вкусный, — дыхание парня прерывается. Он тоже напряжён, и длинные предложения говорить ему трудно. — Ты не знаешь насколько вкусная ты. Прежде чем до моего бедного мозга доходят его слова, он снова касается моих губ, и я от наслаждения вновь отвечаю ему, и в этот раз с большим напором. Пока мы нежимся в поцелуе, его шаловливая рука снова оказывается у меня на животе, и на этот раз она движется вниз, вызывая у меня дикое напряжение между ног. Я чувствую, как сильные руки осторожно приближаются к краю одежды. Моё сердце начинает биться как сумасшедшее, когда он касается моей подвздошной кости, и я чувствую приближение того, что он хочет сделать. Пока он терзает мои губы и моё тело, я схожу с ума изнутри. Такой накал страстей я не испытывала никогда, ни с кем прежде. Всегда было дикое животное желание, а сейчас это совсем не то, что было раньше. Сейчас я словно нахожусь в нирване, не испытываю этот животный инстинкт, чувствую, что это желание пропитано другими эмоциями. Мне настолько это нравится, будто я оказалась в раю, где оголяются все твои эмоции и всё подстраивается под тебя. Я чувствую эту теплоту в груди, чувствую этих порхающих бабочек в животе. Я ощущаю сразу всё. Улыбаюсь своим мыслям и прижимаю Чонгука ближе к себе, боясь того, что он сейчас испарится. Но нет, он продолжает меня дразнить, и на этот раз я издаю резкий стон прямо при поцелуе, так как его рука оказалась у меня на трусиках и продвинулась вниз, охватив меня между ног. Чонгук прерывает поцелуй, так как мне сложно дышать, но при этом рука его продолжает меня мучить. Он поднимает голову и смотрит прямо на меня, а я от смущения готова отвернуться, потому что я чувствую не только то, как горит моё тело изнутри, но и то, как краснеют мои щеки от такого его пристального рассматривания. Он продолжает смотреть, и я осмеливаюсь взглянуть на него. На горящий взгляд, полный страсти, понимания и любви? Как только я ему улыбаюсь, я замечаю, как меняется его взор, словно в нём гаснет свет — он резко становится тёмным. Я томно вздыхаю, когда он, словно по щелчку, быстро убирает свою руку. Тяжело дыша, смотрю на то, как он привстаёт с меня. — Что случилось? — мой голос дрожит непонятно от чего. Меня обдаёт холодом, как только он встаёт с меня. Чонгук не смотрит, он лишь садится на свою сторону, и я в тусклом ночном свете вижу, как поднимаются его плечи, словно ему тоже тяжело дышать. — Я что-то не так сделала? Мне кажется, что я в чем-то виновата, потому что, посмотрев на меня, он резко изменился. Иначе я не знаю, как это объяснить. — Нет, — слышу хриплый голос соседа и встаю с места, противясь тому желанию, которое он вызвал. — Прости, я слишком… — он затихает, обрываясь на полуслове. — За что ты извиняешься? — я действительно не понимаю. Это ранит и ошеломляет одновременно. Он молчит, лишь ложится на край кровати, вызывая во мне обиду. Что происходит? Почему он такой спокойный, когда я так напряжена? — Давай спать, — говорит тихо Чонгук, чем вызывает во мне ещё большую обиду. Как можно вот так вот просто взять, оборвать на таком моменте и просто лечь рядом со словами «давай спать»? Серьёзно? Неужели он так спокоен? Когда моё сердце чуть ли не разрывается? Когда я так возбуждена? Неужели я ни в коем разе его не устроила? Или же вообще ни разу не вызывала мужского желания? Чонгук, что не так? Обида переполняет меня, тем не менее, я хочу знать, по какой причине я его не устроила. С полной решимостью продвигаюсь ближе к нему и замечаю, как он прикрыл глаза. Ну хорошо, Чонгук, раз так, то получай. Чуть привстаю с места и осторожно усаживаюсь прямо на его паховую область. Ответ не оставляет себя долго ждать — парень резко открывает глаза и выдыхает, после чего чуть привстаёт с места, опираясь на локти. — Что ты делаешь? Я не обращаю внимания на его вопрос, так как удовлетворена полностью тем, что почувствовала. Мои догадки о том, что я его не устроила и не вызвала никакого желания, разбились в пух и прах. И к моему великому счастью, я понимаю, что это не так, я даже вижу в его удивлённом взгляде, что эта страсть его никуда не ушла. Он пытается всеми силами её погасить. Я чувствую выпирающее напряжение между ног парня и окончательно осознаю это. С новой волной радости приближаюсь к нему и толкаю на подушку, а ответ получаю вновь удивлённый и растерянный взгляд. Затем, как он ранее поступил со мной, ложусь прямо на него. Я чувствую, как тут же напрягается каждое его мышечное волокно, и удовлетворяюсь от такого жеста. Тело не умеет врать, Чонгук. — Что ты задумала? — вдруг задаёт вопрос он, когда моё лицо оказывается в паре сантиметров от его. — То, что и ты несколько минут назад, — говорю и, приблизившись к его лицу, оставляю лёгкий поцелуй и снова смотрю на него. Я вижу, как его взгляд приобретает краски, вижу, как они вновь горят, но и так же замечаю то, что он почему-то колеблется. — Почему ты остановился? — я спрашиваю тихо, дабы его не спугнуть. Мне хочется хоть раз, чтобы он признался мне, что его так гнетёт. Осторожно обхватываю его лицо руками, чтобы не потерять его взгляд. — Пожалуйста, ответь. Он молча смотрит на меня, затем накрывает мою кисть своей ладонью, и я понимаю, что сейчас он расположен ко мне и не оттолкнёт как раньше. — Мне показалось, — хриплый голос прерывается, так как у него сбивается дыхание, как у меня. — Прости, что потерял контроль. Я удивлённо оглядываю его лицо и пытаюсь понять, серьёзен ли он, но парень действительно растерян. Он извиняется за то, что мы зашли так далеко? Почему? Если я не противостояла, почему он просит прощение за это? — Пожалуйста, не извиняйся за это, — искренне прошу я. Только что окутавшая меня обида и разочарование испаряются, но на место приходит мольба в голосе. Мне не хочется, чтобы он жалел или извинялся за то, за что извиняться не стоит, делая ситуацию ещё сложнее. Сейчас это желание обоюдное, тогда к чему эти непонятные разговоры? Смотрю на его прекрасное растерянное лицо и всеми силами пытаюсь внушить, что я хочу этого сама. — Но, — я слышу, как колеблется его голос, и не могу понять, откуда эта неуверенность? Почему именно сейчас? Чонгук никогда не выделялся нерешительностью, но почему сейчас такой? Я не хочу слышать и видеть то, как он колеблется, поэтому несколько раз целую его в губы. — Ты забыл свои слова? — спрашиваю я, смотря на кроличьи милые глазки парня снизу, который всё так же нежно сжимает мои руки, удерживающие его за щёки. — «Я не воспользуюсь ситуацией, пока ты не попросишь об этом в трезвом состоянии». Я озвучиваю его слова и смотрю на то, как округляются его глаза от удивления. Кажется, сегодня моё откровение ошеломляет не только меня. — Ты запомнила мои слова? — слышится более-менее расслабленный голос Чона, и я понимаю, что к нему вновь постепенно возвращается былой азарт. — Именно, — улыбаюсь ему и целую ещё раз. Мне так давно хотелось иметь возможность его целовать, сейчас же даю волю своим чувствам и желаниям. Считаю это правильным, так как на данный момент мы желаем именно этого. Чонгук убирает с моих ладоней свои руки и перемещает их на моё лицо, обхватывает и нежно гладит, вызывая тысячу мурашек. — Ты уверена? — голос серьёзный и хриплый, а взгляд такой заботливый, будто он боится, что я сейчас сломаюсь или исчезну. На секунду я сомневаюсь в своих действиях, когда вижу в его глазах непонятную для меня неуверенность. Мне кажется, я совершаю большую ошибку. Ещё больше я боюсь, что вся эта симпатия с моей стороны была только потому, что я сильно желала его тела, желала его как мужчину. И, возможно, сейчас у него похожие чувства. По этой причине его неуверенность отражается немного и во мне. Однако есть и другая причина, по которой нам стоит переступить через этот порог. Если это действительно так, то я могу понять, любовь ли это на самом деле. Если я перестану чувствовать эту симпатию по отношению к нему после этой ночи, это будет свидетельствовать о том, что это было просто моим диким желанием и недостаточно удовлетворённым состоянием. Возможно, стоит это проверить и решить до конца. С другой стороны — это так страшно. Я уже свыклась с мыслью, что он мне нравится, что даже не представляю, что буду чувствовать завтра. А что самое страшное, что будет чувствовать он? Тоже буду очередной его игрушкой? — Прекрати задавать вопросы, — говорю так уверенно, словно только что совсем не думала о другом. Сказав это, я набрасываюсь на его губы. Теперь моя очередь терзать их. Парень ни секунды не медлит. Он тут же отвечает мне взаимностью и охватывает за волосы. Пускай будет то, что будет. Мы живём с ним здесь и сейчас. Нам хочется обоим именно этого, так к чему же противиться и сомневаться? Сейчас я хочу сделать то, что желала все месяцы, и уже неважно, что будет завтра. Чонгук на этот раз меняет свою тактику. Он словно воодушевляется и отвечает мне с такой живой страстью, что я забываю, как дышать. Мои руки опускаются на его шею, следом на плечи, и меня дурманит мысль, что я могу почувствовать его кожу. По этой причине опускаюсь ниже и начинаю нежно дотрагиваться до его рельефного тела. Так как у него оголено туловище, мне удаётся воспользоваться этим в полном объёме. Сосед не противостоит и позволяет мне насладиться этим великим моментом, когда я наконец позволяю себе чуть больше. Как только останавливаюсь, парень вновь возвращается и охватывает губами мою шею, отчего я томно выдыхаю и наслаждаюсь тем, что мои руки соприкасаются с его кожей. Я ощущаю, как сокращаются его мышцы на туловище, позволяю себе дотронуться до его голого торса, и от этого возгораюсь. Его рука движется к краю моей футболки, и я понимаю, что он намеревается сделать, поэтому отстраняюсь от него, дабы позволить ему всё, что он захочет. Я выпрямляюсь, сидя у него на паху, ощущая твёрдую часть тела парня, который тут же стягивает с меня футболку, чуть привстаёт, охватывает меня за талию и смотрит прямо в глаза. Взгляд, полный страсти и нежности одновременно. Пока он так пристально на меня смотрит, ощущаю, как его сильные руки осторожно движутся в направлении моих застёжек на бюстгальтере. У меня горят щеки, когда я понимаю, что он с ловкостью справился с замком и освободил мою грудь от обтянутой ткани. Чонгук так же пристально наблюдает за мной, а сам касается моих плеч и осторожно опускает бретельки. Он ловит мой смущённый взгляд, когда бюстгальтер бесшумно спадает с меня. Меня тут же окутывает неловкость, но она какая-то приятная. Почему именно перед ним я так робею? Ощущаю себя такой беззащитной? Пока я задаюсь вопросами, парень быстро меняет наше положение: если до этого я была на нём, он сменил позицию. Снова нависает надо мной и осторожно, придерживая за голову, кладёт на подушку. Затем поправляет мои выпавшие на лицо локоны, после чего наклоняется ко мне вплотную. От такого действия меня тут же покрывают тысячи мурашек, так как наши туловища с ним оголённые, и я первый раз чувствую прикосновение наших тел. Моё сердце снова замирает, когда он охватывает мою шею под свою власть, снова дразнит губами и спускается всё ниже и ниже. На этот раз его движения быстрые и страстные, но в то же время сохраняют в себе нотку нежности. Ощущаю, как влажные губы уже оказываются в области моей груди, и вздрагиваю, когда он проводит языком по моей оголённой части тела. Цепляюсь за его спину, так как не знаю, куда деть свои напряжённые руки. Могучая спина парня такая сильная, что мне кажется, он даже не почувствует того, что я сжимаю её каждый раз, когда возгораюсь с новой силой. Чон протягивает свою руку вниз, осторожно опускает край моих штанов и вновь покрывает своей ладонью лобок, а я от этого в очередной раз издаю стон, который не в силах держать в себе. У меня горит всё: и сердце, и душа. Чонгук же вновь начинает дразнить меня. Мне становится тяжело дышать, и я скрючиваюсь и верчусь от его движений. Парень на этот раз напористее и, не дожидаясь меня, снимает мои брюки. Он привстаёт немного и проводит взглядом по моему телу. Я понимаю, что остаюсь перед ним совсем без всего, лишь в трусах, и ощущаю, как горят мои щёки. — Мэй, — слышу тихий голос Чона, который успел вернуться к моему уху. — Ты прекрасна. Так как он лежит на мне, я чувствую, как нарастает напряжение в его штанах, с каждым разом всё сильнее, и от этого горит у меня между ног. Сейчас, когда я практически голая, я чувствую каждым участком оголённой кожи его крепкое тело. Я обнимаю его и начинаю блуждать руками по его спине. Мне нравится трогать его туловище, ведь оно такое рельефное и сильное, что возбуждает ещё сильнее. Когда мои руки оказываются на его ягодицах, я не понимаю, когда он успел снять с себя штаны. Я настолько отдалась своим чувствам, что даже не заметила, как он оказался в равных со мной условиях. Я вздрагиваю, когда его рука скользит по моему бедру и оказывается у края моего нижнего белья. Рефлекторно моё тело напрягается. — У тебя такая нежная кожа. Я слышу, как он говорит такие приятные вещи, но не слушаю: я слишком возбуждена и до конца не понимаю реалии. Лишь ощущаю то, что он, как и я, часто и громко дышит. На этот раз он возвращается к моим губам, и я растворяюсь в страстном поцелуе с ним. Обхватываю его за плечи, прижимая к себе. Не успеваю прийти в себя от прикосновения его губ, как его рука тут же оказывается у меня под единственной одеждой, которая на мне осталась. Я вздрагиваю, когда его ладонь охватывает меня между ног. Господи, Чонгук, почему ты так дразнишь? Он проводит пальцами про интимному месту, заставляя меня корчиться от мучения. Я отвечаю на его поцелуй ровно до тех пор, пока не чувствую его палец внутри себя. Из меня выходит возбуждённый до предела стон прямо в губы парня. Я пытаюсь всеми силами набрать в лёгкие больше воздуха, но он не даёт мне времени. Пускает вход второй палец, от чего я «взрываюсь» и сильно обхватываю его за плечи от наслаждения. Чонгук, прекрати так мучить меня. Я понимаю, насколько готова по тому, как легко его пальцы входят и выходят благо моей влажности между ног. Пока его шаловливые руки мучают меня, он сглаживает это тем, что начинает оставлять поцелуи на моих щеках, шее, ключице, груди и так по всему телу, вызывая во мне взрыв эмоций. Никогда не было так приятно. Мне хочется его прижать к себе и не отпускать никогда, раствориться в этом моменте навсегда. — Тебе хорошо? — еле слышу, как он говорит, так как я ощущаю лишь своё тяжёлое дыхание. — Прекрати, Чонгук, — я издаю мольбу в очередной раз, когда его пальцы начинают терзать меня изнутри. Я возгораюсь для другого, пожалуйста, не дразни меня, Чон. Чувствую, как на секунду его действия замедляются. Мне настолько хорошо и блаженно, что давно перестаю следить за ним, просто отдаюсь ему полностью. Мне нравится абсолютно все, что он делает со мной. Но сейчас он слишком увлёкся тем, что дразнит меня. — Ты готова? — спрашивает парень, а выдыхаю, когда его палец выходит из меня. Прекрати задавать столько вопросов, Чонгук! — Да, — выходит очень томно и тихо, потому что у меня пересыхает в горле от такого напряжения. Вижу на себе взгляд Чонгука, такой тёплый и красивый, что снова хочу наброситься на него с поцелуями, но он опережает меня. Парень нежно касается моих губ и осторожно углубляет. Как приятно его целовать. От наслаждения обхватываю его за плечи, а он осторожно стягивает с меня единственную оставшуюся часть одежды, оголяя перед собой полностью. Но я не обращаю внимания, так как сосед отвлекает меня своим поцелуем. Чонгук останавливает поцелуй, так как нам не хватает воздуха. Я ощущаю его губы у себя на шее как раз в тот момент, когда что-то твёрдое входит в меня. Из меня тут же выходит громкий стон, так как я не в силах сдерживать то, что чувствую. Я ощущаю, как Чонгук осторожно входит в меня полностью, и разрываюсь от скопившихся эмоций, и цепляюсь со всей силой за спину парня. Мне так хорошо, что я не обращаю внимания на свой собственный голос. Я слышу, как громко дышит парень у моего уха, и снова наслаждаюсь тем, что ему так же приятно, как и мне. Сердце набирает обороты, и мне кажется, что вот-вот я умру от нарастающей тахикардии. Я слышу, как бьётся не только моё сердце, я чувствую работу сердца парня, который входит в меня с новой волной страсти. Чонгук двигается во мне осторожно, продолжая дразнить дальше, но так же я понимаю, что его движения набирают обороты, так как он сам напряжён до предела. Я издаю громкие стоны, как только парень начинает ускорять темп, при этом возвращаясь к изучению моего тела рукой. А его горячие губы скоро сожгут мою кожу в области шеи. Ощущения того, как он двигается во мне, не передать и не описать. Это что-то с чем-то, во мне словно взрываются тысячи фейерверков. От наслаждения я закрываю глаза и поддаюсь тому, как он ускоряет ритм своих движений. Я слышу на этот раз не только свои стоны, но и тяжёлое дыхание парня возле уха. — Мэй. Хриплый томный голос Чона меня дурманит. Я ощущаю, как он двигается во мне, одаряя лучшими чувствами на свете. Во мне тысячи порхающих бабочек заставляют обнять его крепче. Мне настолько хорошо, что я готова в этом моменте жить вечность. И прежде чем мы закончим, мне хочется сказать ему то, чего я так хотела всё это время. — Чонгук. Начинаю я и останавливаюсь, так как его движения внутри меня вызывают стон, потому что он меняет немного угол проникновения. Я чувствую, что оргазм близок, поэтому мне становится тяжело дышать, моё сердце разрывается. Я хочу сказать ему, но не могу, потому вот-вот и «взорвусь». Чонгук настолько ускорил обороты, что я не выдерживаю. Мои стоны окутывают комнату, за что мне завтра, возможно, будет очень стыдно. Последний рывок — и я сдаюсь, издаю окончательный громкий крик, так как дохожу до завершающей точки взрыва, затем откидываюсь на подушку, тяжело дыша. Парень делает ещё несколько движений, и я слышу, как он издаёт стон. Одурманенные происходящими событиями, мы смотрим друг на друга. Его глубокий и проницательный взгляд направлен на меня. Гляжу на него снизу вверх и вижу, как напряжены его скулы, как он прерывисто дышит, как капельки пота подступили ко лбу и несколько его прядей прилипли к коже из-за влажности. Осторожно, не отрывая взгляда, тянусь к его волосам и медленно заправляю их за ухо, вызывая у него улыбку. От такой реакции мне становится так приятно и тепло, что я продолжаю держать его за напряжённые скулы и осторожно провожу пальцем по шраму. Такое наслаждение — позволять себе всё то, о чём мечтал прежде. Я продолжаю чувствовать его в себе, так как он не вышел из меня, отчего сердце блаженно отдыхает, оно сейчас в эйфории, а парень, который так пристально на меня смотрит, вызывает у меня мурашки. Никогда, наверное, не привыкну к такому прекрасному взгляду соседа. Чонгук приближает своё лицо к моему, и наши глаза и губы становятся на одном уровне. Очи парня так блестят, что мне кажется, будто в сумрачном свете смогу разглядеть в них своё отражение, которое будет свидетельствовать, что он смотрит только на меня. — Ты прекрасна. Я чувствую, как его губы при разговоре соприкасаются с моими, он говорит мне в них, продолжая изнурять напористым взором. Ох, Чонгук, ты всё ещё сводишь меня с ума, и я готова снова возгореться новым пламенем страсти. Прежде чем ответить ему, я издаю сдержанный стон прямо в губы парня, который только что вышел из меня. Смотрю на него и вижу его довольную улыбку, от которой моя крыша улетает со скоростью света. Я готова пролежать с тобой так вечность, Чонгук, а ещё больше я хочу, чтобы ты знал об одном моменте прежде, чем наступит утро и, возможно, мы изменимся. — Ты мне нравишься, Чонгук, — начинаю я и прерываюсь оттого, что тяжело дышать и говорить такое одновременно. Не осмеливаюсь сказать те три слова, которые считаю слишком серьёзными, но именно сейчас почему-то я хочу их озвучить. — Я тебя… — Тише, Мэй, — прерывает мою смелость парень, отчего я тут же замираю. Он продолжает смотреть на меня, а я все ещё хочу поделиться тем, чем так давно хотела. Но Чон неожиданно резко целует меня в губы, дурманя своим действием и одновременно отвлекая от того, что я собиралась сделать. Мне ничего не остаётся, кроме того как ответить на этот глубокий и чувственный поцелуй. Может, и к лучшему, что я не сказала те три слова? Ведь я не знаю, что будет завтра. Прежде у меня такого никогда не было. Сейчас чувства не пропали, он мне начал нравится ещё сильнее, но я ничего не могу сказать о завтрашнем дне. Ведь я так желала этой ночи с ним и, возможно, удовлетворение сменит мои чувства. Но есть одно большое «но»: я не хочу, чтобы мои чувства менялись…
