Милая глупость

Валери подумал, что влюбился. Угораздило же его! Причём… В птаху. В маленькую такую, по крышам снуëт с суровым видом, на элсенов страх наводит. Сказали бы, что Хранитель, не поверил. Хранитель Яфет — птица большая, даже Захари считал, что с ним лучше дел не иметь. А эта птаха казалась более приятной личностью. Такое занятое существо, как Хранитель, не стал бы распыляться для простых жителей. Но даже так, эта птаха не была лишена его благородства и красоты. Было что-то особенное в еë движениях, в трепете еë крыльев, в этом звучном, певчем голосе, который никто и никогда не смог бы повторить… Нигде, ни в одной Зоне, Валери бы не смог найти никого подобного. Ничего подобного. И вот это чудное существо он сам, своими собственными лапами хотел засунуть себе в пасть, разжевать и проглотить… Стыд. Стыд, и ничего больше! После такого ему следует запереться где-нибудь в глубинах подвала, и никогда больше не выходить на свет. И затыкать уши, когда они услышат пение, ведь такое животное недостойно сих прекрасных звуков. И когда Валери уж собрался спрятаться во тьму, их обладатель в самом натуральном смысле спустился к нему с небес. Валери распахнул глаза ещё шире, птица тоже не отрывала от него взгляда. Пауза затягивалась. — В-в-вам ч-чего-то нужно?.. — Просто ты не сводил с меня глаз, маленький зверь, — хихикнул… Птах? Голос его слов оказался мужским. — Как будто хотел съесть. — О-о-ох, что вы, что вы!.. Просто ваше пение такое… Такое красивое, что я оторваться не мог. Простите, я правда не хотел доставлять неудобств… — А ты интересный зверь, — издал Птах звук, похожий на смешок. — Интереснее элсенов. Те пугаются любого шороха, а ты ещё и его источник стал искать… Валери замолчал, задумавшись, не попросить ли ему прощения за нетипичное поведение. Но, наверное, это было бы в духе элсенов, так что он молчал. — Ты мне понравился. Нарекаю тебя своим помощником! — И что я должен делать?.. — пискнул Валери, не в силах до конца осознать, что ему предложили. — Оставайся со мной, и выгляди мило. Большего от тебя не требуется. О, нет! И смотри только на меня. У тебя такие выразительные глаза… Так приятно читать в них восхищение к себе. — Н-но как мне следовать за вами, если вы будете в небесах, а я — на земле? Мне никогда не дотянуться до вас… — Ты так очарователен в своей ограниченности! — хохотнул Птах. — Хоть что-то роднит тебя с остальными моими подданными. Валери захлопал глазами. Смысл сказанного и теперь проскочил мимо его сознания, но что-то в его интонации заставило душу содрогнуться, а глаза — закрыться. Но даже так чувствовался свет, который Птиц вдруг начал источать. И когда Валери открыл их, перед ним предстал тот самый Хранитель… Смотрящий на него сверху вниз с какой-то неподдельной ласковостью. Валери задрал голову так высоко, что чуть не упал. И подивился сам себе, как он смог что-то разглядеть. — Не пугайся, маленький зверь. Голос тот же, но… Звучнее. Бархатнее. Нет, Валери и раньше его слышал, но сейчас не признал. Он никогда бы не подумал, что Хранитель может быть… И таким. — Взбирайся на меня. Полетаем вместе. Валери перевëл взгляд на свои лапки с коготками. — Я… Я вас поцарапаю… Он даже подумать не мог о том, чтобы его лапы навредили Хранителю. Который, к тому же, оказался так добр к нему… — Моë тело не так просто повредить, — ответил тот. — Ты нисколько не обидишь меня. — Раз вы так говорите, то я не могу отказать. Хранитель не обманул. Взбираться на его могучую спину оказалось удивительно легко. — Ну что, полетели, Валери? Валери помнил, что он своего имени не называл. — Так странно, — вдруг проронил он, не отдавая отчëта: говорит он или ещё мыслит. — Я — подданный, вы — Хранитель. И всё равно мы теперь вместе… — Что же странного? — хихикнул Яфет, и у Валери вновь побежали мурашки по коже от звука его голоса. — Если так, то тебя ждëт ещё больше странностей. Наслаждайся ими. «А может, и буду», — подумалось Валери, когда он лëг на мягкие большие перья. Они были такими тëплыми, что в них хотелось уснуть, даже когда звук хлопающих крыльев начал достигать его. Но он пока так и не решился открыть глаза и взглянуть вниз, не слыша милых глупостей, которых он никогда не ожидал услышать в свой адрес от Хранителя. Но Валери чувствовал: это было начало чего-то прекрасного.