Черёмуха

Нет. Нет, нет, нет и ещё раз нет. Бакуго не мог такое сказать и обещать. Ему ведь наплевать... Правда ведь? Аааарргх, кого он обманывает? Итак понятно, что ему не плевать. Но вот почему? Этого он не знал. Он видел изуку от силы раз пять, он толком и не знал о нём ничего, только то, что он похож на Деку, правда более взрослого и красивого, но глаза у них совсем не похожи, у Деку глаза яркие и светлые, на их дне всегда плескалась радость и нежность, а у Изуку они темнее и будто какие-то потерянные, грустные, ладно с этим он ещё разберётся, а сейчас нужно как то придумать как бы это самое обещание превратить в жизнь. Вот с этими размышлениями Бакуго направлялся в регистратуру, что бы узнать всю информацию о Мидории Инко. - Эй, Пикачу. - Бакуго! Что привело тебя в столь ранний час? - Что за лексикон? У двумордого понабрался?- Усмешка тут же сменила собой задумчивость и серьёзность. - А что не так с моим лексиконом? Крупная ладонь Шото, с на удивление тонкими и длинными пальцами, слишком неожиданно легла на плечо Бакуго, который аж подпрыгнул. - ЁБ ТВОЮ МАТЬ! ДВУМОРДЫЙ! - Извини, не хотел напугать тебя. Бакуго что то ещё проворчал, в ответ на это ворчание Тодороки только вежливо улыбнулся и занялся тем, за чем собственно и пришёл. - Каминари-кун, дай пожалуйста карту Мидории Инко. - Тодо-кун, я уже просил называть меня по имени, не чужие же люди в конце концов! - Каминари улыбается своей знаменитой улыбкой, от которой так и исходит энергия и радость, почти буквально ослепляя людей вокруг себя. Тодороки хотел что-то ответить, но ему этого сделать не дали. - Как-как ты сказал? Мидория Инко? - Да. Ты знаком с ней ? - Неважно. Ты можешь провести меня? - Да конечно, но ... - Отлично, погнали. Палаты, которыми заведует Шото, всегда чистые и опрятные, даже самые, казалось бы, буйные пациенты поддаются атмосфере спокойствия и умиротворения, на постояной основе царящей рядом с Шото. Запах зеленого чая и мяты часто перебивает даже запах спирта и зеленки. - Мидория-сан, к вам посетитель. Шото пропустил Катсуки в палату и закрыл за ним дверь. Инко удивлённо смотрела на него, пытаясь понять знакомы ли они. - З-здравствуйте, извините, но мы знакомы? - Нет, но я знаю вашего сына, он просил навестить вас. Сам он пока из палаты выйти не может из-за переломов ноги, но он скоро поправится и уже сам вас навестит. - Вы его лечащий врач ? - Да. - Ох, как хорошо, что вы зашли! Как он? В порядке? Хорошо кушает? Никто его не обижает?... Инко всё продолжала и продолжала свой волнительный монолог, пусть и выглядела она усталой и измотанной, но говорила и жестикулировала довольно энергично, почти как Пикачу. Бакуго ожидал увидеть самую ужасную картину, зайдя в эту палату, например кому или полуживую, измотанную женщину, так что очень удивился столь энергичному и живому общению с её стороны и отчасти успокоился, ведь Изуку незачем переживать. Пообещав Мидории-сан приглядывать за сыном, он вышел из палаты, собираясь навестить кудрявого, передать ему слова матери и заверить его в том, что всё в порядке и беспокоиться не о чем. Тогда он сможет забыть об этом странном,для него, обещании и эти изумрудные глаза больше не будут занимать все его мысли. *** Изуку не находит себе места. Неужели он и правда плакал перед Бакуго-самой, нет, нет, нет, как же стыдно. Он теперь по-любому думает, что Изуку тряпка и плакса. Как же в глаза то теперь ему смотреть?! С другой стороны, он теперь узнает как там мама, Бакуго-сама ведь сказал , что проведает её, а Изуку уверен, что он из тех, кто всегда держит слово... Ааааааа, не помогает, всё равно ужасно стыдно, как он мог быть таким, таким, таким размазнёй ?! От стыда Мидория залез под одеяло, надеясь, что никто его не найдёт и он остаток жизни будет прятаться, лишь бы не смотреть в глаза Катсуки. Но утренние процедуры окончательно разрушили его надежды, заставляя вылезти из под довольно жалкого укрытия. Было лето, так что солнце светило с самого раннего утра не давая Мидории заснуть, в попытке побега от реальности, избегать то он Бакуго не может, он в конце концов его лечащий врач. Вот же блин. Так что оставалось только лежать и пытаться сконцентрироваться на книге, которую ему принесли из их с мамой сломанной машины, эту книгу он читал уже раз третий, если не больше, но что ему остаётся, кроме этого просто делать нечего, телефон он грохнул в аварии, а телевизор в палате, как на зло сломался дня два назад из за какого-то особо буйного пациента. Правда, концентрироваться получалось плохо, во-первых из-за переживаний о маме, а во-вторых из-за жгучего стыда, обжигающего щеки и нос. Мидория любил лето, ему хотелось выйти погулять на улице, но его не пускают, правда через неделю он уже сможет выйти подышать на воле, но от этого менее тоскливо не становилось. Он хотел открыть форточку, что бы хоть как то приобщиться к этой летней природной симфонии. Для этого нужно кого нибудь попросить, в палате был он и ещё одна девушка, кажется её звали Момо. Момо-сан довольно красивая девушка, она всегда заплетает волосы в высокий не тугой хвост, несколько прядей всегда выпадают из под резинки, обрамляя белоснежное лицо своей смоляной чернотой и кажется у неё был перелом ребер из-за чего её дыхание было неровным, то медленные и размеренные выдохи, то быстрые вдохи и постоянное чувство нехватки воздуха. Она часто переписывалась с некой Джиро-чан и постоянно улыбалась во время их телефонного разговора, волнительно трясущимися руками спешила просматривать новые сообщения от неё. С Изуку они были знакомы, Момо часто приносила ему чай, когда заваривала его себе. Изуку постоянно намеривался вернуть ей долг, но та лишь отнекивалась. Они были на той стадии знакомства когда ещё иногда забывали имена друг друга, обращаясь на "вы". - Момо-сан, не могли бы вы открыть форточку, пожалуйста, уж очень хочется подышать летним воздухом. - Конечно, не хотите чаю ? - Н-нет спасибо. - Ну что вы, не отнекивайтесь, я же вижу, что хотите. - Момо всегда подмечала такие моменты в поведении людей - Зелёный или со смородиной? - Со смородиной, если не затруднит.- все ещё, будто виновато отвечает Изуку. - Хорошо, вернусь через пару минут. Она открыла форточку и, надев тапочки, выпорхнула из палаты в направлении кухни. Пока Изуку размышлял о Момо и их знакомстве он на миг забыл о жгучем стыде и неловкости перед Бакуго-самой, но его появление в палате за секунду вогнало Мидорию в краску и с большей силой вернулось желание спрятаться навечно в одеялобурге. К сожалению Катсуки уже заметил, что Мидория не спит, вот же блин, значит спящим прикинуться уже нельзя. - Хей, как ты сегодня? - поняв что только что сказал Катсуки решил переделать всё так , будто он интересуется с врачебной целью - Аппетит в норме? Не появилось головокружение или тошнота? - Единственная его ошибка, он слишком быстро это сказал, выказывая этим, что он просто пытается выкрутиться. - Всё хорошо , аппетит, пока что полностью в норму не пришёл, но мне уже лучше. - Мидория решил сделать вид будто не заметил. "БЛЯТЬ, БЛЯТЬ, БЛЯТЬ! ЧТО СУКА Я ДОЛЖЕН БЛЯТЬ СКАЗАТЬ ЕМУ?! А ВДРУГ ОН УЖЕ ЗАБЫЛ О ТОЙ НОЧИ?! ПОЧЕМУ Я ВООБЩЕ СКАЗАЛ ЧТО ТО ПОДОБНОЕ? ! НУ ЗАЧЕЕЕЕЕМ! ?" - Кхм, эм... В общем я... Я ходил к Мидории-сан и... - Мама? Как она там?! С ней все хорошо? ! Катсуки невольно приметил схожесть Изуку с матерью. - Тише, тише! Господи, в порядке она, в порядке! Хахаха, передавала, что с нетерпением ждёт когда ты к ней заявишься. Катсуки будто снова вернули солнце, словно он снова в детстве. "Этот Деку" и его задротские привычки были будто тем, чего ему всегда не хватало. Он напрочь забыл о всех своих проблемах и комплексах, просто становясь счастливым. Господи, как же давно он этого не чувствовал. Здесь в палате 221 рядом с Изуку, горячим чаем и Момо болтающей за компанию, нет ни прошлого ни будущего, есть только сейчас. В глазах кудрявого промелькнула та самая нежность и детская радость, как в глазах Деку, и Катсуки уже уверен, что они один и тот же человек, как же все таки он изменился, сначало это было незаметно, но теперь, рассматривая их как одного человека Катсуки увидел как сильно он вырос и он бы не смог сказать, что это плохо. Катсуки решает не говорить о прошлом с Деку, будет очень неловко, если он не помнит. В это же время Изуку решает то же самое. * * * Киришима бежит со всех ног. Он постоянно ненароком кого то толкает, а потом на ходу извиняется, белый халат похоже летит от него почти отдельно, волосы тщательно собраные в пучок смешно подпрыгивают, а выбивающиеся пряди сдаются под напором ветра и прижимаются к основной массе волос. И вся эта рыжая катастрофа чуть не сбивает с ног бедного курьера, в руках которого был небольшой букет розовых орхидей. - Простите! Сколько с меня? Недовольно зыркнув на парня своими поросячьими глазками мужчина назвал цену. Быстро расплатившись Киришима ломанулся дальше в свою сумасшедшую гонку со временем. Бакуго всё утро ходил с улыбкой на лице и часто проходил мимо палаты Изуку, иногда заглядывая так что бы сам обитатель не заметил. Он на радостях даже обнял бедного Тодороки, опешившего от такого поворота. Пациенты блондина шарахались от него, ведь кто знает по какой причине у него такое хорошее настроение, может убийство хорошо прошло или ещё что нибудь такое. Так что лишний раз никто подходить к нему не решался, что ещё сильнее радовало его. И от зоркого глаза Киришимы это конечно же не укрылось, как и то что Бакуго часто ошивается возле палаты 221. Так что сейчас он нёсся в палату с букетом цветов, что бы поближе узнать того кто заставил Бакуго улыбаться, выполнил задачу с которой маялась вся их команда вот уже не первый год. Постучав в тяжёлую белую дверь одной из своих палат он зашёл внутрь. В палате была девушка с распущеными черными волосами, блестевшими на солнце, она сидела напротив милого парнишки с чёрными кудряшками отливающими зеленым блеском и веснушками на бледных щеках. Они пили чай, что очень кстати ведь Киришима принёс пачку печенья. Он немного смущенно зашёл внутрь и поставил печенье на стол. - Прошу прощения за вторжение. - П-простите, но кто вы? - Я лучший друг и коллега Кацуки, - не без гордости произнёс Кири. - и сегодня он весь день ходит так будто он выиграл миллион. Думаю тут не обошлось без женской руки, да мем ? Яойорозу покраснела настолько, что пожалуй могла слиться с волосами Эйджиро. А Изуку немного удивился такому раскладу. Неужели Каччану приглянулась Момо? Хотя она очень красивая и умная, и вежливая. Она бы любому приглянулась. Он поэтому с ним общается? Что бы сблизиться с Момо? Что то больно кольнуло Мидорию в сердце. Ну конечно, как он мог подумать, что такой как он может кому то понравиться, как только Момо и Кацуки сблизятся он просто выкинет его из своей жизни. Посчитав румянец шатенки за верный знак, поттверждающий его догадки Эйджиро довольно улыбнулся, у него есть ещё полчаса до того как Кацуки придёт осматривать Изуку, значит есть немного времени познакомиться с потенциальной девушкой его лучшего друга. Их беседа была в основном со стороны Киришимы который уже успел и поженить и понянчить детей Бакуго в воображении. Красная как помидор Момо молчала, пытаясь справиться с диким смущением. Изуку рассматривал кружку с чаем и выглядел так будто бы всю его семью жечтоко убили. Они совсем не заметили как прошло пол часа. - Добрый день, я немного поз.... Дерьмоголовый ты чё здесь забыл? - Знакомлюсь с твоей девушкой, что странно, потому что как мне кажется это ты должен был нас познакомить - он шуточно надул губы. - Что? С какой такой девушкой? - Как с какой? С Момо - сан разумеется! Бакуго ошарашено глянул на собеседников Киришимы. Момо смотрела на него с виной мол: извини я не могла и слова вставить. Мидория вообще не смотрел на него, помешивая остывший чай. - С чего это ты блять взял, что она моя девушка? - Ну, ты все время заглядывал в палату Момо-сан и Изуку - сана и постоянно улыбался. Ты вообще весь день выглядел подозрительно счастливым. Бакуго начинал злиться, это плохо кончится. - Во первых он для тебя Мидория - сан, - зло зашипел Кацуки - во вторых невежливо вот так блять врываться в чужую палату, - голос становился громче - и в третьих что ты блять сказал Изуку, что он сидит как в воду опущенный, говнюк ты безмозглый! - о господи, он кричит. Киришима беги, а нет Бакуго стоит у дверей, в таком случае варианта всего два, либо умри, либо прыгай в окно. - Ну а как мне нужно было разузнать про твою пару, если ты мне про неё ничего не сказал! - Она не моя девушка! Я заглядывал что бы проверить Изуку! - Мидория поднял на него глаза и густо покраснел, собственно как и сам Кацуки. - В м-медицинских, разумеется ц-целях. Глаза Момо и Эйджиро наполнились пониманием. Все встало на свои места. И счастливый Бакуго и красный от смущения Мидория. Понятно теперь чего это он так возится с пациентом Киришимы, хотя вполне мог отдать его обратно на попечение красноволосому. - Вот оно как. Ну ладно не буду мешать твоей работе. - заговорщически подмигнув Киришима скрылся за дверью, пока ему не прилетело от Бакуго. - Придурок. Прошу прощения за него, совершенно нет чувства такта. - Н-ничего всякое в конце концов бывает. Будете чай Бакуго-сама? Киришима - сан принёс ямомоти и чай вот только что заварили. Бакуго обожал сладости. Хоть и мало кому об этом рассказывал. Но Момо и Изуку он вполне доверяет. Так что отказываться не стал, сев рядом с Деку. У них как раз перерыв на обед, так что можно не спешить. Пока Момо ходила подлить воды в чайник, что бы закипятить. Бакуго все же решил спросить у Изуку то что его интересовало больше всего в сегодняшней ситуации. - Изуку, что тебе Киришима сказал? Этот придурошный обидел тебя? - Нет, нет! Ничего такого, Киришима - сан замечательный, просто не с той ноги наверно встал. - Мидория искренне и ласково улыбнулся. Он действительно рад тому что Каччану нужна не Момо. Что он общается с ним потому что ему нравится с ним общаться. Ласковая улыбка Мидории успокаивает. Это маленькое солнышко кажется способно заглушить в нём любую ярость и обиду. Бакуго медленно сходит с ума.