История Грея и Касуми - (Часть 28)
17 августа 2025 г., 20:00
Ледяное напряжение повисло в воздухе. Грей и Касуми замерли, наблюдая, как незнакомка небрежно гладит свою кошку, которая теперь удобно устроилась на её плече. Длинные чёрные волосы ведьмы колыхались на вечернем ветру, частично скрывая её лицо, но не маскируя пронзительный зелёный взгляд.
— Я искала вас обоих, — её голос звучал неестественно мелодично, как колокольчик с трещиной. — Вы ведь говорите на местном, да?
Касуми непроизвольно сжала кулон на шее, её голубые глаза сузились:
— Эм… Мы вас знаем? — её голос дрогнул между вежливостью и настороженностью.
Грей стоял как вкопанный, его лицо превратилось в непроницаемую маску. Только слегка подрагивающий уголок рта выдавал внутреннее напряжение.
Ведьма улыбнулась, и это было похоже на то, как волк скалится перед атакой:
— Нет. Но я знаю вас. Довольно долго наблюдала за вами.
«О нет… Она сталкер». — мелькнуло в их головах одновременно. Касуми инстинктивно шагнула ближе к Грею, их плечи соприкоснулись.
Неожиданно ведьма резко выпрямилась, её палец с длинным ногтем указал на Грея:
— Ты. Идёшь со мной. — Её голос потерял всю прежнюю игривость. — Я избавлю тебя от этого злого духа.
Как по команде, над плечами Грея материализовался призрачный чёрный кот с белыми, бездонными глазами. Мальчик вздрогнул, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.
— Нет, спасибо, — его голос звучал неестественно ровно. — Мне не нужна ваша помощь.
Касуми резко повернула голову к другу, её бровь поползла вверх. Как эта незнакомка могла знать о проклятии? Её взгляд метался между ведьмой и Греем, пытаясь понять ситуацию.
Ведьма сделала шаг вперёд, её шляпа отбросила тень на лицо:
— Извини, я забыла упомянуть, — её голос стал опасным шёпотом, — у тебя нет выбора. Эта тварь опасна. Она навредит не только тебе, но и всем вокруг. Разве ты этого хочешь?
Грей напрягся. Его глаза на мгновение встретились с белыми пустотами фамильяра над его плечом, затем он резко схватил Касуми за руку:
— Нет… Это не ваше дело… Мы разберёмся сами. Пойдём.
Они развернулись, но не успели сделать и шага, как ведьма вздохнула и приложила ладонь ко лбу:
— Шарлотта.
Кошка спрыгнула с её плеча, и в воздухе её тело начало трансформироваться. Зелёное свечение окутало животное, его контуры расплылись, а затем —
Касуми, уловив движение краем глаза, резко толкнула Грея в сторону:
— ГРЕЙ, ОСТОРОЖНО!
Через то место, где они только что стояли, с рёвом пронеслась огромная пантера. Её золотой ошейник с зелёными камнями звенел при каждом движении. Зверь приземлился и развернулся, низкое рычание сотрясало воздух.
Лицо Касуми исказилось — голубые вены проступили под кожей, зрачки сузились в вертикальные щели. Она оскалилась, обнажив острые клыки, и ответила кошке шипением.
Но фамильяр даже не дрогнул. Его жёлтые глаза холодно сверлили их.
Касуми медленно вернула себе обычный облик, но её пальцы в перчатках сжались в кулаки. Теперь она понимала — это не просто животное. Это оружие ведьмы, закалённое магией и преданностью. И оно не отступит.
Ведьма склонила голову, её шляпа отбросила тень на лицо:
— Вы двое, сдавайтесь. Просто пойдёмте со мной, и никто не пострадает, ладно?
Грей стиснул зубы так сильно, что на скулах выступили кости:
— Эта женщина сумасшедшая… — прошипел он сквозь сжатые губы.
Касуми метнула к нему тревожный взгляд, её голубые глаза расширились:
— Что нам делать, Грей?
Он резко схватил её за запястье, его пальцы впились в кожу даже сквозь перчатку:
— Бежим!
Они рванули в узкий переулок, их ноги в такт бились о асфальт. За спиной раздалось раздражённое:
— Эх. Шарлотта, схвати их.
Чёрная молния промчалась за ними. Когда они упёрлись в тупик перед высоким забором, пантера уже настигла их, золотые подвески на ошейнике зловеще позвякивали.
— Что теперь? — выдохнула Касуми, разворачиваясь к угрозе.
Кошка прыгнула. В воздухе тело Касуми преобразилось — она выросла на полголовы, голубые вены проступили под кожей, а когти выросли на несколько сантиметров. Она поймала кошку в полёте, вцепившись клыками в загривок — не чтобы убить, а чтобы остановить.
— Касуми! — голос Грея дрогнул от ужаса.
Шарлотта вывернулась с неестественной гибкостью, её когти блеснули — одна полоса крови появилась на щеке Касуми, другая на руке.
Грей бросился вперёд, его глаза дико блестели. Он осторожно коснулся раны на её лицу:
— Касуми, ты в порядке?
Она вытерла кровь тыльной стороной ладони, её демонические черты смягчились:
— Всё хорошо. Это всего лишь царапина. Чёрт, прямо по лицу.
Грей вдруг выпрямился, его лицо стало необычайно серьёзным:
— Прекрати драться.
Касуми моргнула, её брови поползли вверх:
— А? Что ты имеешь в виду под «прекрати драться»? Грей?
В этот момент из тени вышла ведьма:
— Шарлотта, достаточно. — Её голос звучал устало. — Вы двое уже сдались? Это хорошо. Вы знаете, когда не надо сопротивляться.
Грей и Касуми переглянулись — в его взгляде читалась решимость, в её — вопрос.
— Ну что, пойдём? — ведьма сделала шаг назад, приглашая следовать.
Касуми зарычала, её демоническая форма ещё не исчезла. Но ведьму это не впечатлило — её кошка уже сжалась до обычных размеров.
— Я как бы не пытаюсь навредить вам, — вздохнула незнакомка. — Я просто хочу помочь.
Касуми сжала кулаки:
— Вы заставляете его делать то, чего он не хочет.
— Только потому, что это необходимо, — ведьма покачала головой, и её подвески зазвенели. — Мне надо очистить его от злого духа до того, как он станет слишком опасным. Ты же чувствуешь, как вредно находиться рядом с ним, не так ли?
Касуми опустила голову, её демонические черты начали исчезать. Она сделала шаг вперёд, но тут Грей резко схватил её за руку.
— Грей? — она обернулась, увидев его необычайно серьёзное выражение лица.
Он глубоко вдохнул, его зелёные глаза сверкнули:
— Знаешь, я всегда хотел спасти принцессу.
Касуми замерла, её щёки порозовели, а голубые глаза расширились от непонимания.
— А сейчас встань немного в сторону, — мягко сказал Грей.
Её брови сомкнулись в растерянности, но она послушно отступила на шаг, её пальцы всё ещё сжимали его руку. В этот момент Грей выпрямился во весь рост, и что-то в его позе изменилось — будто тень его отца вдруг проступила в его чертах.
Ведьма уже отошла на несколько шагов, когда за спиной раздался оглушительный грохот. Она резко обернулась — её ослепила вспышка изумрудного пламени, вырвавшегося из-под земли. Из клубов дыма вылетела Касуми в своей демонической форме, неся на спине Грея. Его лицо было бледным как мел, а из уголка рта стекала алая нить.
— Почему ты сделал это?! — голос Касуми дрожал от ярости и страха, её когти впились в его ноги, чтобы не уронить.
— Ну а что нам ещё оставалось?! — Грей кашлянул, и на ладони осталось кровавое пятно. — Сдаться этой психопатке?!
Они пронеслись мимо разрушенной магическим взрывом ограды. Камни под ногами Касуми превращались в лёд, давая ей дополнительное ускорение.
— Ты не должен был использовать магию! — её голубые вены на висках пульсировали. — Ты снова заболеешь!
— Я… буду в порядке, — он обхватил её шею слабеющими руками. — Просто… беги…
Когда дым рассеялся, ведьма отряхнула свою одежду. На её лице читалось скорее раздражение, чем гнев.
— Не думала, что они зайдут так далеко, — она покачала головой, поправляя шляпу. — И всё из-за одного духа… Идём, Шарлотта.
Заброшенный район встретил беглецов тишиной, нарушаемой лишь каплями воды, падающими с прогнивших труб. Касуми, уже вернувшаяся в обычную форму, осторожно выглянула из-за угла.
— Что нам теперь делать… — она прошептала, осматривая местность. — Мы оторвались, но она найдёт нас. Грей? — обернувшись, она замерла.
Дух кота на плечах Грей больше не напоминал безобидного питомца. Чёрные клубящиеся щупальца обвивали его тело, а белые глаза горели неестественным светом. Сам Грей сидел, прижав колени к груди, его зелёные глаза были пусты.
— То, что сказала та леди… это правда, — Касуми опустилась перед ним на колени. — Этот дух вредит тебе. Ты же сам признал это в больнице.
Её пальцы осторожно вытерли кровь с его подбородка. Прикосновение к духу вызвало мурашки — теперь она явственно чувствовала его удушающее присутствие.
— Почему… — её голос дрогнул, — почему ты не хочешь изгнать его?
Грей поднял на неё глаза. В них читалась такая глубокая боль, что Касуми едва не отпрянула. Без слов он уткнулся лбом в её плечо, его пальцы вцепились в её куртку.
Касуми обняла его, позволив своей демонической форме частично проявиться — голубые узоры засветились на её коже, создавая защитный барьер. Она чувствовала, как дрожит его тело, и крепче прижала его к себе, словно пытаясь защитить от всего мира.
***
Подвал был погружен в густую, почти осязаемую тьму. Лишь слабый свет от заклинания-фонарика, вызванного Каллой, выхватывал из мрака очертания окружающих вещей. Брюнетка шла впереди, её длинные пряди скользили по кожаной куртке при каждом резком повороте головы. — Тут явно кто-то был… — прошептала она, зеленые глаза сузились, словно пытаясь пронзить темноту. Элайджа нахмурился. Его карие глаза отражали тревогу. — Может, уже ушли? Или… Он не договорил. Внезапно его взгляд упал на пол — там, между трещинами в каменной кладке, лежал листок бумаги, испещренный странными символами. — Калла, стой! — он рванулся вперёд, но было поздно. Её ботинок уже наступил на пергамент. Лиловые искры взметнулись вверх, как змеи, обвивая её ногу. — Чт— ПУФ! Фиолетовый дым заполнил подвал, едкий и сладковатый, словно гниющие цветы. Элайджа закашлялся, глаза слезились, а в горле першило, будто он наглотался пепла. Когда дым рассеялся, перед ним лежало… что-то маленькое и чёрное. — К-Калла?! На полу, без сознания, лежал зверёк, похожий на тушканчика. Мех — угольно-чёрный, лапки тонкие, как спички. Элайджа рухнул на колени, пальцы дрожали, когда он осторожно поднял её. — Что… что мне делать…? — его голос сорвался. За спиной раздался смех. Лёгкий, почти музыкальный, но от этого ещё более леденящий. — Не могу поверить. Она и правда попалась в эту ловушку. Шаги. Медленные, чёткие, как отсчёт секунд перед казнью. Из тени ступеней вышла женщина. Белоснежные волосы, ниспадающие до пояса, красные губы, растянутые в улыбке, и зелено-голубые глаза, холодные, как глубины ледников. — И ты зовёшь себя ведьмой, малышка? Ха-ха-ха… Её ногти, длинные и острые, постукивали по перилам, словно когти хищницы. Элайджа прижал зверька к груди, сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот разорвёт ребра. — Кто вы?! — его голос прозвучал громче, чем он ожидал. Ведьма склонила голову набок, будто разглядывала интересный экспонат. — Разве не я должна задавать вопросы? — её тонкие брови приподнялись. — Вы следили за мной. Вошли в мой дом без приглашения. — Ваш дом?! — Элайджа вскочил на ноги, но тут же шатнулся — в висках стучало. — Я видел, как вы ворвались в дом Грея! Он и Касуми пропали… Вы знаете, где они! Губы женщины искривились. — Вообще-то нет. Не имею ни малейшего понятия. Она сделала шаг вперёд. — Какая досада… Я надеялась, что вы будете знать, если мой план провалится. Ещё шаг. — Но ладно уж… Её рука протянулась к мальчику. — Возможно, вы всё же будете немного полезны. Страх. Густой, липкий, как смола. Он отпрянул, но спина уже упёрлась в стену. Бежать некуда. А ведьма смеялась, и этот звук звенел в костях.***
Касуми резко подняла голову, услышав четкие, размеренные шаги. — Оу? А вы точно далеко не убежали, — раздался медовый голос. В проеме показалась высокая фигура в лиловой шляпе с золотыми подвесками, которые мелодично позвякивали при каждом движении. Зеленые глаза ведьмы изучающе скользнули по сонной Касуми. Локсар мгновенно преобразилась. Ее черты застыли в ледяной маске, когда она осторожно переложила Грея на холодные камни и встала перед ним, расправив плечи. Пальцы сжались в кулаки, а ледяные узоры на теле стали ярче. — Наконец закончили бегать? — ведьма сделала шаг вперед. Касуми лишь прикусила губу, чувствуя, как кристалл на лбу начинает слабо пульсировать. «Она не лжет о духе… Но стоит ли ей доверять?» — Вы двое готовы пойти со мной? Или планируете другой взрыв? — ведьма склонила голову набок, длинные черные волосы скользнули по плечу. Касуми бросила взгляд на Грея. Его худая фигура казалась такой хрупкой, сам он был без сознания. Она должна была решить за него. — Если вы избавитесь от духа… это на самом деле поможет Грею, верно? — голос Касуми звучал не по-детски серьезно. — Да. Как я и сказала до этого, это злой дух, и он причинит вред всем, кто рядом. Избавиться от него — к лучшему. Касуми почувствовала, как по ее щекам пробежали ледяные узоры — веснушки-снежинки засветились ярче. — Вы действительно должны сделать это силой? — Было бы лучше, если бы твой друг сам согласился, — ведьма внезапно стала серьезной. — Насильное избавление может быть болезненным. Касуми на мгновение закрыла глаза, вспоминая, как иначе ощущался дух в последнее время. Она опустилась на колени рядом с мальчиком. — Тогда не могли бы вы подождать, чтобы он сам согласился? Ведьма резко выдохнула. — И сколько времени это займет? Судя по виду мальчика, этот дух у него уже давно. Нужно избавиться от него как можно скорее. Также, похоже, он совершенно не умеет справляться с нагрузкой от использования магии. Хотя не похоже, что это вызвано одним лишь духом. Это… это кровь?! — Она резко замолчала, заметив алую струйку, вытекающую из уголка рта мальчика. — С Греем всегда так после использования магии… — Касуми нежно вытерла кровь краем перчатки, оставив алый след на голубой ткани. Ведьма внезапно сжала кулаки. — Хорошо, хватит. Достаточно спорить. Вы идете со мной прямо сейчас. — Но Грей еще не может идти! — Касуми инстинктивно прижала мальчика к себе, чувствуя, как его худенькое тело дрожит в лихорадке. — Не стоит беспокоиться об этом. Мы не пойдем пешком. Шарлотта, иди сюда! Пора уходить. — Ведьма устало провела рукой по лицу, затем щелкнула пальцами. Из тени вышла огромная черная кошка, ее желтые глаза светились в полумраке. Последнее, что увидела Касуми перед тем, как зеленый свет ослепил ее — это как ведьма наклонилась к ним, и странная тень пробежала по ее лицу. Что-то похожее на печаль.***
Подвал окутывала густая тишина, нарушаемая лишь шелестом перелистываемых страниц. Ведьма, чьи длинные, как снежные нити, волосы спадали на плечи, пока она лихорадочно рылась в стопках книг, с раздражением швырнула очередной фолиант в сторону. Том с грохотом ударился о пол, подняв облако пыли. — Нет, нет, нет… — её тонкие пальцы вцепились в собственные виски, глаза сузились от напряжения. — Где же записано это чёртово заклинание… Золотой волк, свернувшийся у её ног, лениво поднял голову. Его медные глаза отражали тусклый свет. — Полагаю, твой план провалился. Хреново. Стоящая на столе железная клетка скрипела при малейшем движении её обитателей. Внутри Калла — маленький чёрный тушканчик с выразительными зелёными глазками-бусинками, развалилась на боку, подперев мордочку лапкой. Рядом съёжился Элайджа — его коричневая шерсть взъерошилась от страха. — К-Калла… — он бросил взгляд на ведьму, — Не зли её ещё сильнее… Чёрный зверёк фыркнула, острые ушки дёрнулись: — Заткнись, Элайджа. Не убьёт же она нас. — Как ты можешь быть так уверена? — его хвост нервно дёргался. — Иначе она бы не заморачивалась с нашей поимкой. — Наверное, но… — Не будь таким трусом. — Я не… Просто… Резкий удар книги о стол заставил их вздрогнуть. Ведьма стояла, красные губы подрагивали от ярости, а бледные щёки покрылись румянцем. — Да заткнитесь уже, наконец, вы двое! Калла лишь грациозно перевернулась на спину, сложив на груди маленькие лапки: — Оу? Мы тебя напрягаем? — её голосок звучал нарочито сладко. — Может, надо было держать свои книги упорядоченно. Вот что случается, если так не делать. Ты это заклинание искать будешь до следующей недели. Элайджа съёжился ещё сильнее, его карие глазки расширились от ужаса: — Ой! Но ведьма уже махнула рукой, длинные ногти сверкнули в полумраке: — Книга не здесь… Мы возвращаемся. — Обратно? — волк насторожил золотистые уши. — Здесь нет нужного заклинания. В поместье может быть копия. Уходим завтра утром. Элайджа робко просунул лапки между прутьями: — Вы… вы возвращаетесь в дом Грея? — он, запинаясь, попросил подбросить их по дороге. Ведьма повернулась, её белые волосы как саван окутали лицо: — И с чего бы мне это делать? — Не знаю… — он опустил голову, — зачем спросил… Калла фыркнула, перекатившись на живот: — Идиот. Мы же ещё должны найти Грея и Касуми, забыл? Не удостоив их больше ответом, ведьма направилась к лестнице. — Иду спать. Оставайся здесь, — она кивнула волку, — и следи за этими двумя. Как только её шаги затихли, Элайджа вжался в угол клетки: — Она оставляет нас с волком?! Калла лишь скрестила крохотные лапки: — Расслабься. Он нас не съест. — затем повернулась к золотому зверю: — Эй, оборотень. Разве тебе не надоело слушаться эту ведьму? Почему ты вообще на неё работаешь? Элайджа потянул её за хвост: — Не думаю, что он ответит. Но Калла не унималась: — Разве здесь не душно? Не хочешь на свободу? Волк медленно поднялся, его массивная лапа с когтями размером с кинжал ступила на камень. Без единого слова он перешёл на другую сторону подвала и снова лёг. Лишь когда тень уже почти поглотила его силуэт, донёсся низкий, полный горечи голос: — Для нас, оборотней… Нет такой вещи… Как свобода. По крайней мере, больше нет.***
Касуми осторожно переступила порог, ее ботинки мягко ступили на деревянные половицы. Глаза скользнули по хаотичному интерьеру: разбросанные книги, стеклянные банки с причудливыми травами и переливающимися жидкостями на полках. Шарлотта, черная кошка с янтарными глазами, тут же устроилась на потрепанном диване, свернувшись в бархатный шар. — Так это ваш дом, мисс Камилла? — голос Касуми прозвучал настороженно, ее пальцы непроизвольно сжали край куртки. Брюнетка в зеленой футболке повернулась. — Ага. И можно просто Камилла. Чей же еще? — Ее губы растянулись в усталой улыбке. — Ты можешь превратиться обратно. Я не опасна для тебя. Тело Касуми окутал голубоватый свет. В воздухе закружились снежинки, смешиваясь с полупрозрачными лепестками роз. За несколько мгновений ее демоническая фигура преобразовалась в знакомый облик — стройную девочку с голубыми волосами в хвосте до талии. — Грей будет в порядке? — в голосе прозвучала едва уловимая дрожь. Камилла кивнула, указывая на соседнюю комнату: — Да. Сейчас ему лишь нужно как следует отдохнуть. — Ее зеленые глаза смягчились, заметив, как Локсар украдкой бросает взгляд в указанном направлении. — Можно я… использую немного магии? — Касуми перебирала край перчатки. — Хочу отправить послание Сэре. Чтобы она не волновалась. — Ты можешь забрать его домой, — Камилла скрестила руки, — хотя я бы предпочла оставить его на ночь здесь. Касуми закусила губу. — Если это важно… пусть останется. — Она подняла руку, и из ее ладони вырос хрустальный лепесток розы. — Это дойдет до нее. Когда голубой лепесток исчез в ночи, Касуми неловко улыбнулась: — Извините за неудобства… Вы… мне кажетесь хорошим человеком. Как наш опекун, когда мы впервые встретились. Камилла неожиданно склонила голову: — Доверие принцессы для меня большая честь. Касуми резко подняла руку к кристаллу на лбу, глаза расширились от удивления. Прежде чем она успела что-то сказать, теплые пальцы с зеленоватым свечением коснулись ее щеки и плеча. Раны затянулись, исчезли следы крови. — Прости за Шарлотту, — Камилла отступила на шаг, — она иногда слишком рьяно выполняет приказы. Касуми коснулась зажившей щеки. — Спасибо… Я и сама виновата, я ведь ее укусила. — Улыбка получилась виноватой, на мгновение сделав ее похожей на обычную двенадцатилетнюю девочку. Она подошла к кровати, где лежал мальчик. Его черные волосы растрепались по подушке, бледное лицо казалось еще моложе во сне. Касуми села на край, ее пальцы осторожно прикоснулись к его волосам. Тихая мелодия полилась из ее губ — знакомая колыбельная. — Прекрасно поешь, — Камилла прислонилась к дверному косяку. — Ты очень о нем беспокоишься. Касуми не сразу ответила, ее пальцы замерли в черных прядях. — Он… сейчас единственный, кто у меня есть. А я — у него. — Голос сорвался. — Его отец стал мне как родной… хотя мы не брат с сестрой. Камилла подняла бровь: — Он твой парень? Касуми резко обернулась, щеки вспыхнули румянцем. — Чт-что? Нет! Мы… мы лучшие друзья! — Ее руки замерли в воздухе, словно пытаясь поймать правильные слова. — Он бывает невыносимым — ворчит, язвит, не доверяет… но если узнать его лучше… — Голубые глаза вдруг засияли. — Он замечательный. И я хочу видеть, как его глаза светятся от счастья. Мы… нам нравится быть такими, какие мы есть. Ведьма наблюдала, как нити голубого и зеленого света переплелись между спящим мальчиком и взволнованной девочкой, образуя в центре алую вспышку. Она мудро промолчала, вернувшись к своим банкам с зельями. Касуми осторожно взяла руку Грея в свою. Когда его лицо исказила гримаса, их пальцы сплелись — и он успокоился. В углу комнаты Шарлотта приоткрыла один глаз, наблюдая, как голубые волосы Касуми мягко колышутся в такт ее дыханию, а тени от огня играют на стенах этого странного, временного убежища.***
Тишину комнаты нарушало лишь ровное дыхание Грея. Его длинные ресницы подрагивали — сон был неглубоким. Касуми осторожно опустилась на край кровати, ее ладонь мягко скользнула по его щеке. — Прости меня… если я была слишком властной. Я просто… — Она замолчала, собираясь с мыслями. Ее челка скрыла выражение лица. Грей сквозь дремоту чувствовал, как ее пальцы дрожат. Он хотел открыть глаза, но что-то удерживало его — нужно было услышать это до конца. — Мне больно видеть тебя грустным, — продолжила девушка, ее голос стал тверже. — Позволь мне больше помогать тебе. Ты… ты никогда не был обузой. — На миг ее губы дрогнули в улыбке. — Тот взрыв был действительно крутым, хотя… — она сжала его руку, — я ненавижу, когда ты используешь магию, зная чем это закончится. — В полутьме комнаты светились лишь ее глаза — два голубых озера, полных решимости. — Я всегда мечтала быть той, кто спасает принца… но в этот раз это ты спас меня… как и хотел… — Ее пальцы сжали его ладонь крепче. — Я хочу, чтобы ты был счастлив. В безопасности. Я… — голос сорвался, — я не заменю отца, но клянусь быть лучшим другом, о каком ты всегда мечтал. Тем, кто никогда не предаст. Не осудит. — Грей почувствовал, как что-то теплое и мокрое упало на его руку. Слеза. — Этот дух… — Касуми сглотнула. — Если он причиняет тебе боль, может… может стоит отпустить его? Но я не буду решать за тебя. Просто… подумай об этом. — Если ты… — ее дыхание перехватило, — если тебя не станет, как Сильвера… как моей матери… — Голос превратился в шепот. — У меня станет на еще одну причину жить меньше. Ее губы дрожали, когда она наклонилась и коснулась его лба — легкий, как снежинка, поцелуй. — 'Билл…' — В памяти мальчика всплыл образ черного кота с белыми горящими глазами. Дух, который когда-то был его единственным другом в темные времена. Но теперь… Теперь у него есть она. Касуми Локсар. Та, что сидела рядом, сжимая его руку так крепко, будто боялась, что он исчезнет. — 'Отец хотел, чтобы я жил. А я… я не могу оставить ее одну. Пора прощаться. — Он мысленно пообещал себе — будет мягче. Будет говорить о своих чувствах. А когда все закончится… может, наберется смелости сказать ей то, что давно крутилось в голове. Может, устроят праздник… чтобы подсластить прощание с частью своего прошлого. Касуми, не выдержав усталости, опустилась на колени у кровати. Ее голова упала на сложенные руки, а пальцы все еще сжимали его ладонь. Последнее, что видел Грей перед тем, как снова погрузиться в сон — как Камилла в дверном проеме улыбается этой картине, прежде чем тихо удалиться. Глаза Локсар тяжелели, но мысли продолжали свой хаотичный танец. «Завтра… завтра нужно спросить его об этом духе…» — Пальцы непроизвольно сжали ладонь ведьмака крепче. — «Почему он держится за него? Кто он на самом деле?..» Ее дыхание стало глубже, но сознание еще цеплялось за реальность. «Он так мало рассказал о своей жизни до меня… Может, этот кот… был единственным, кто…» — Мысль оборвалась, превратившись в горячий комок в горле. Сквозь нарастающую дремоту она почувствовала, как его пальцы слабо ответили на ее прикосновение. «Просто… будь в безопасности. Будь со мной…» — Губы сами собой сложились в улыбку. — «Так вот каково это — по-настоящему заботиться о ком-то… о семье, друге…любимом человеке…» Образ Грея всплыл перед мысленным взором — таким разным, противоречивым, живым. «Ты можешь быть таким надменным… но потом вдруг цитируешь старые книги…» — Внутренний смешок. — «Ворчишь, что я слишком рискую… а сам бросаешься в бой без плана…» — Сердце сжалось. — «Я люблю тебя. Всем сердцем. Даже когда ты невыносим…» — Грудь пронзила острая боль. — «Но что если… что если твои чувства — лишь мои чары? Если я…не твоя настоящая любовь…?» — Она резко вдохнула, почти проснувшись от этой мысли. Ее рука автоматически потянулась к кулону. «Мама… ты ведь тоже боялась, что отец…» — Снежинки на щеках замерцали слабее. — «Я не могу сказать ему. Не сейчас. Не когда он… — вздох. — «Хоть бы не забыть спросить про духа… завтра…» Голубые пряди хвоста немного щекотно скользили по шее. Ее дыхание было неровным, а в груди будто застрял острый осколок льда, колющий при каждом вдохе. «Я не могу сказать вслух… не могу признаться… Когда я прошу просто быть рядом… это ложь. Ложь во спасение, но ложь. Я молюсь всем духам, всем забытым богам… не только о его присутствии. — Она украдкой провела пальцем по тыльной стороне руки Грея, ощущая подушечками тонкие вены. — «Я жажду безопасности… простой, обычной жизни, где мы могли бы… — Губы задрожали, когда перед мысленным взором всплыл образ — они с Греем в лагере, окруженные такими же, как они. В их числе и ее семья. — Отец обещал… что мы поедем туда. Где не будет проклятий, где мы сможем просто…» — В горле встал ком, когда она представила Грея, свободного от призрачного кота, смеющегося на солнце и использующего магию без страха кровохарканья. — Если я потеряю это… если потеряю его…» — По щекам покатились ледяные слезинки, оставляя на коже мерцающие следы. — «Я сломаюсь. Совершенно. Окончательно.» — Внезапный вздох Грея заставил ее вздрогнуть. Она замерла, наблюдая, как его черные ресницы трепещут во сне. — «Моя идеальная жизнь…» — Мысль пронеслась как зимний ветер. — «Он снова использует магию — но без боли. Мы возвращаемся домой. А потом… потом просто живем. Вместе.» — Ее мизинец осторожно сплелся с его, создавая хрупкую связь. - «Это все, о чем я прошу. Просто… дайте нам этот шанс.» Касуми прикрыла глаза, позволяя мечтам раскрашивать темноту под веками яркими образами. Ее пальцы бессознательно перебирали край одеяла, будто пытаясь ухватить неосязаемые видения. «Когда всё закончится… Я буду стоять за стойкой его кафе, украшая торты ледяными цветами… В воображении всплыла картина: Грей в поварском колпаке, с привычной язвительной ухмылкой, но глаза… его изумрудные глаза сияют спокойным счастьем, без привычной боли. Она представила, как демонстрирует трюки посетителям — создает изо льда миниатюрных зверьков, которые танцуют между бокалами с горячим шоколадом. «А вечерами…» — Ее дыхание участилось, когда мысленный взор обратился к другому образу — величественному тронному залу. — «Он будет рядом. Не как слуга, не как страж… а как равный.» — Как кристалл на ее лбу излучает легкое тепло, откликаясь на эти мысли. — «Как сестренка Хошино с Нацу… как сестренка Наоми с Эриком…Если останется жив. Если мы..." - Она резко открыла глаза, впиваясь взглядом в спящее лицо Грея. Ее рука дрожащей ладонью легла на его грудь, ощущая под пальцами слабый, но устойчивый ритм сердца. "Первые шаги..." - Касуми мысленно представила их завтрашний день - не героический поход, а простые моменты: совместный завтрак, глупые шутки, случайные прикосновения. - "Мы начнем с этого. С умения просто... быть." Ее взгляд упал на их сплетенные пальцы - ее голубоватые перчатки контрастировали с его бледной кожей. "Я научусь печь," - внезапно пообещала она себе. - "Чтобы помогать ему. Чтобы..." - Голос в голове дрогнул. - "Чтобы у нас было это будущее." В последний момент перед сном ей привиделась странная картина - она и Грей, в королевских одеяниях, старше чем сейчас на пару лет, стоят на балконе ледяного дворца, а внизу раскинулось сияющее огнями кафе. Две мечты, слившиеся в одну. Две жизни, переплетенные навсегда. Ее губы шепнули беззвучное заклинание, создавая над спящим мальчиком мимолетную голубую снежинку - обещание, талисман, молитву. Она медленно таяла в воздухе, оседая на его ресницах, словно слеза.
