По ту сторону

Эстония открыл глаза, почувствовав под собой твёрдую землю, однако Швеции, за которого он так крепко держался, уже рядом не было. Парень вытянул руки вверх, смотря на них и сжав пару раз ладони в кулаки, не веря в то, что сейчас рядом действительно никого. Он будто пытался нащупать в воздухе шведа снова. Но, к сожалению, ничего не менялось. Прибалт вздохнул и приподнялся на локтях. До этого, пока Швеция бегал по горящему дому, он был в роли наблюдателя, словно призрак, и всё видел, пока сам не стал частью того испытания, от которого не осталось и малейшего напоминания. А теперь его очередь мучиться. — «Швеция, наверное, где-то рядом, но я его не вижу», — подумал он и огляделся. Вокруг был сплошной лес. Такая знакомая картина, от которой он уже успел устать. Эст поднялся на ноги и отряхнулся. Скорее всего, без разницы, в какую сторону идти, так что парень пошёл, куда глаза глядят, не тратя время на то, чтобы выбрать путь. Эсти шёл несколько минут, как ему казалось, но ничего не собиралось меняться. И в чём заключается приготовленное ему испытание? Просто бродить без дела? Вряд ли это так. Если смотреть на это с точки зрения того демона, то это достаточно скучно и долго. Исходя из этого, что-то точно должно случиться. Знать бы ещё, что. К чему нужно готовиться. Только подумал парень о том, что лесная прогулка будет продолжаться вечно, как он вышел в город. — «Он так близко к лесу оказался», — подумал Эстония и обернулся, но сзади вместо деревьев уже были улицы и дома. Он снова посмотрел вперёд и понял, что находится не на окраине, а ближе к центру города, недалеко от «Дицентры». В округе не было людей, отчего становилось немного не по себе. И прибалт решил, что раз уж он недалеко от кафе, то мог бы пойти туда. Вдруг там будут ребята. Хотя бы кто-то из них. Эстония перешёл на тротуар, несмотря на то, что машины не ездили, и пошёл по нему прямиком к заведению. К счастью, в этот раз так долго ходить не пришлось, и парень вскоре оказался у дверей такого родного ему места. Он выдохнул и взялся за ручку, открывая дверь. До ушей сразу дошёл шум, означающий, что в зале есть посетители. Только он сделал первый шаг вперёд, как к нему подошёл Южная Корея. — Здравствуйте, — поздоровался он, как с обычным клиентом, улыбаясь, но потом лицо переменилось. Улыбка исчезла, кореец немного скривился. — А, это ты, — как-то презрительно произнёс он. — Чего хотел? — Корея был непривычно грубым сейчас. Он никогда так себя не вёл. По крайней мере, Эстония никогда не видел его таким. — А… эм, — Эст стоял и мялся, перебирая пальцами. Он не знал, что ему отвечать, потому что не ожидал такого. — Так и будешь торчать тут и издавать непонятные звуки? — Корея вскинул бровь. — Говори, чего хотел, или проваливай уже. Тебе здесь не рады. — Но почему? — наконец-то смог хоть что-то выдать Эсти. — Ты всем надоел. Неужели никак не поймёшь? На-до-ел, — по слогам произнёс Южа. — Ты не нужен никому. Смирись уже и иди своей дорогой. — Ч-что? — Он не мог поверить в услышанное. Сердцебиение участилось, а глаза расширились. — П-погоди, в смысле? Скажи, пожалуйста, что это просто шутка! — воскликнул эстонец. Корея тяжело вздохнул и махнул на него рукой, после чего молча ушёл. Эстония провёл его взглядом и после прошёл в зал, выискивая кого-нибудь ещё. На глаза попался Италия. Эст быстро пошёл к нему. Подойдя к итальянцу, который его не видел из-за того, что стоял спиной, Эст окликнул его. Ита повернулся к нему, но присутствие парня не вызвало у него никакой прежней радости. — Что хочешь? — спросил Италия. — Южа сказал, что мне здесь никто не рад. Но это же не может быть так, правда? — с надеждой спросил Эсти. — Это просто какая-то шутка или он сегодня не в настроении? — предположил он. Италия закатил глаза. — В который раз тебе повторять, что это реальность, а не розыгрыш? Я честно уже устал. Каждый раз одно и то же, — прорычал Италия. Эст стоял в ступоре. Если такой, как Италия, человек, который его так любит и всегда ему рад, говорит такие слова, значит, это всё чистая правда. — Эстония? — послышалось сзади. Парень обернулся и увидел Россию. Родной брат, он ведь не отвернётся от него, правда? — Я тебя не буду считать своим родным братом больше никогда. И не проси больше ещё одной попытки, второго шанса и тому подобного, что ты вымаливаешь каждый раз. Я всё уже решил и сказал. И даже не думай тревожить других братьев и сестёр этой темой. — Он устало вздохнул и потёр переносицу. — Уйди, пожалуйста. Не знаю, куда. Да хоть из жизни. — Он взмахнул руками. — Но оставь нас. Эстония вздрогнул и будто язык проглотил. Ком застрял в горле, слёзы скапливались в уголках глаз, но он старался держаться изо всех сил, чтобы не расплакаться прямо сейчас. Опустив голову и сжав руки в кулаки, Эстония развернулся и стремительно отправился к выходу. Почти дойдя до двери, он врезался в кого-то и, тихо ойкнув, отошёл на шаг назад. Прибалт поднял голову и встретился взглядом с Финляндией. — О, а вот и виновник всех моих страданий пожаловал, — сказал Фин. — А ведь, если бы не ты, то никто бы не погиб, а я бы жил спокойной жизнью. — Он сложил руки на груди. — Лучше бы тебе не попадаться мне на глаза. Не хочу тебя больше видеть. — Он фыркнул и отвернул голову. Эстония шмыгнул, потёр глаза и выбежал из заведения. Теперь улицы были полны людей. Людей, которые стояли и с насмешкой смотрели на него. На их лицах были широкие едкие улыбки. Кто-то показывал в его сторону пальцем, кто-то хихикал, прикрывая рот руками, кто-то смотрел с наигранной жалостью. Эстония на секунду застыл, смотря на весь этот народ, но потом сорвался на бег, чтобы поскорее оказаться в другом месте. И не важно, где. Лишь бы подальше отсюда. Он бежал вперёд, огибая прохожих, пытаясь игнорировать их усмешки и стараясь не врезаться в какой-нибудь столб, ведь из-за слёз всё расплывалось. Забежав в закоулок он остановился и упал на колени. Слёзы капали на асфальт, оставляя на нём мокрые следы. Эсти шмыгнул носом и сел у стены, упираясь в неё спиной. Парень обнял колени и уткнулся в них лбом, начиная тихо плакать. Вот он, тот момент, которого он боялся. Все отвернулись от него. Оставили загнивать в одиночестве. Он никому не нужен. Бесполезен. Даже семья, которая должна всегда быть на его стороне и поддерживать в трудную минуту, отвергла. И теперь у Эстонии нет никого, кроме самого себя. Он сам — единственный, на кого может полагаться и с кем может поговорить. Вот только долго плакать у него не получилось, так как в голове вихрем пронеслись воспоминания о том, через что пришлось пройти Швеции совсем недавно. Подняв голову, парень утёр слёзы рукавами одежды и глубоко вздохнул. Он не должен вот так поддаваться происходящим событиям. Нужно помнить, что всё это нереально и где-то сейчас находится его швед, которого нужно найти. Поднявшись на ноги, Эстония вышел из закоулка. Людей больше не было. Снова пусто. Такая неприятная пустота. И погода явно переменилась. Небо почернело, стало темнее, не предвещая ничего хорошего. Парень услышал чьё-то пение и пошёл на него. Голос очень был похож на его собственный. Но только похож, не правда ли? Эст ускорил шаг. Он завернул за угол и увидел большие лужи крови, в которых лежали бездыханные тела. Эсти пригляделся и понял, что все трупы — его знакомые, друзья и члены семьи. Он вздрогнул, осознав это. Глаза невольно снова заблестели от появляющихся слёз. Осматривая всех, парень заметил одного человека, выделяющегося из всей этой картины. Нет, не тем, что он был лишним, а тем, что был живым и сидел на земле рядом с кучкой очередных тел, что-то напевая себе под нос, покачиваясь и, кажется, что-то делая, если судить по движениям рук. Прибалт вышел из-за угла и стал медленно и тихо подходить ближе. Он наступал на лужи не засохшей крови, так как обойти их всё равно было никак. Вся картина вокруг вызывала только ужас и неприятное чувство в животе. Парень никогда не видел столько крови и мёртвых тел. Тел его друзей. Подойдя немного, Эст смог расслышать, что именно пели: Вы со мною навсегда. Все вы, все вы. Мы друзья… Я люблю вас очень даже, Знаю, что и вы меня… Навсегда друзья, друзья, С вами всеми навсегда. Не разлей вода, вода. Я люблю вас, вы — меня. Когда Эстония оказался совсем близко, парень, сидевший на земле к нему спиной, резко обернулся, чем напугал прибалта. Он отступил назад и, сам того не ожидая, поскользнувшись, упал. Перед ним находился… Он сам. Только что-то не то было в нём. — Ох, а вот и ты. — Другой Эстония сказал это с радостью в голосе и улыбнулся. — Я почти закончил, но неплохо было бы, если бы ты помог. — Он сел немного боком и подтянул ближе к Эсти труп Финляндии. — Смотри. — Другой Эст показал оторванную руку, которую пришил уже немного больше, чем на половину. — Видишь, какая проблема? — Он надул губки. — Нельзя так оставлять. Эстония шокировано смотрел на всю эту картину. Получается, что всех убил он сам. — Так ты мне поможешь? — спросил Другой Эстония и улыбнулся, склонив голову набок. — Чт… Н-нет! — выдал Эсти. — Почему ты вообще их всех убил?! — вскрикнул он. — Как это, ты не понимаешь? — Он похлопал глазами. — Всё очень даже просто. — Другой Эст аккуратно положил руку финна и нитку с иглой на землю, полностью разворачиваясь к Эстонии. — Они так не уйдут от нас. Никто из них не уйдёт. — Он сощурился и подполз ближе к Эсти, нависая над ним. — Они навсегда останутся с нами. Ты же этого сам хочешь, это я знаю. Так как я — это ты. — Парень ткнул пальцем в грудь напуганного эстонца. — Нет, нет, нет! Я не хочу никого убивать! — воскликнул прибалт. — Так нельзя поступать! — Ты не хочешь быть с ними? — спросил Другой Эстония, наклонившись немного ниже, отчего эстонцу пришлось чуть ли не лечь, чтобы отстраниться от него. — Хочу, но… — Эстония отвёл взгляд. — Но если они не хотят, то я не буду держать. — Он печально вздохнул. — Оо, они хотят, — уверенно заговорил Другой Эст. — Просто не понимают этого сами. Но если их немного подтолкнуть, то всё станет куда проще! — Он поднялся и отошёл обратно к телам, беря одно за руки, поднимая, облокачивая на себя и поворачиваясь с ним к Эсту, который тоже успел встать на ноги. Прибалт смотрел на Польшу, которого держала его вторая версия. Глаза того были прикрыты, но видно потускневшие зрачки, кожа побледнела, а губы растянуты в неестественной улыбке, никак не вяжущейся здесь. Приглядевшись, парень понял, что они пришиты так, чтобы поляк улыбался всегда. — Ч-что ты с ним сделал?! — Эсти подбежал ближе и встал на колени, беря руками лицо Польши. Он провёл пальцами по аккуратным швам, представляя, насколько это больно, и теперь надеясь на то, что это делалось не тогда, когда поляк был ещё жив. — Нам нравилась его лучезарная улыбка. — Второй Эстония пожал плечами. — Но улыбаться он нам перестал. Вот я и нашёл выход. — Пожалуйста, скажи, что ему не было больно. — Эстония поднял умоляющий взгляд на другого себя, чуть ли не плача. Тот подозрительно улыбнулся. — Ну ему точно не было больнее, чем нам. — Ты!.. — Эст вскочил, отпуская Польшу. — Ты… Ты монстр! Ты заставил их страдать! — Парень развёл руки в стороны. — Они сделали то же самое с нами, — спокойно ответил другой он и осторожно положил Польшу обратно на землю. — Но теперь никто не будет мучиться. Ни мы, ни они. И ты этого хочешь. Ты хочешь, чтобы они навсегда остались с нами. Навсегда, навсегда, навсегда! — Парень истерически засмеялся. — Мы вместе заживём счастливо. — Он вплотную подошёл к Эстонии и прошептал: — Навеки. — Другой Эстония хихикнул, прикрыв рот ладонью. — Ох, это начало прекрасного времени! — воскликнул он и вскинул руки, как девушка из приторно сладких любовных романов. — И я хочу, чтобы ты поскорее присоединился ко мне. К нам всем. — Он сощурился, беря руки Эстонии в свои и переплетая пальцы. — Я так старался создать этот чудесный мир для нас. Для нас всех! — Ты навеки одинок, ведь теперь никого из них нет. — Эстония вырвал свои руки из чужих и сжал в кулаки, нахмурясь. Ему было ужасно страшно, но парень держался. — Ты лишил всех жизни ради того, чтобы их бездыханные тела находились рядом с тобой. — С нами, Эсти, с нами. Но ты не прав. — Второй Эстония усмехнулся. Вдруг все тела начали медленно подниматься с земли. Эстонец прижал к своей груди руки и стал вертеть головой по сторонам, не понимая, что происходит. Пока он смотрел в сторону, на Латвию с Литвой, к нему спереди подошёл Польша и положил руки на его плечи. Парень вздрогнул и резко повернул голову к нему. — Польша? — дрожащим голосом спросил он, абсолютно не веря глазам. — Эсти. — Поляк улыбнулся и обнял его. — Я так скучал. Мне тебя не хватало. — Голос парня был таким добрым. Эстония машинально приобнял его в ответ. Взгляд упал на Другого Эстонию, который стоял и смотрел на него с широкой улыбкой на лице, чуть ли не хлопая от счастья от наблюдаемой им картины. Вдруг послышался стон боли, и оба посмотрели на Финляндию, который здоровой рукой схватился за раненную. — Ох, Финни, сейчас, погоди минутку. — Второй Эстония снова взялся за нитку с иглой и с улыбкой продолжил пришивать конечность. — Эстония, — позвали откуда-то сбоку. Парень откликнулся и повернулся, при этом он до сих пор обнимал поляка. А звал его Россия. — Прости, что всякого наговорил. Я совсем не подумал. — Он почесал затылок и ойкнул, отдёрнув руку, после чего тихо посмеялся. — Шов случайно задел, — объяснил он. — И нас прости, — сказали Украина с Беларусью, подходя ближе. — Мы всё-таки братья. — Нельзя было тебе говорить всего того, — сказал оказавшийся рядом Южная Корея и опустил голову. Все окружили Эстонию и стали говорить ему добрые слова и извинения. А он лишь мог смотреть по сторонам на всех и пытаться понять, что вообще происходит. Всерьёз он воспринимать ничего не хотел, а может и просто не мог. Но, противореча этому, он жалел всех, так как им пришлось пережить сильную боль и предательство со стороны его другой версии. Или они предали его? Во всяком случае, теперь им приходится быть такими хорошими и говорить всё это. Он их такими сделал. Вот и Польша отстранился от него и посмотрел в его глаза. — Ты останешься с нами? — спросил он с надеждой. Видно было, что ртом, зафиксированном в таком положении, было неудобно шевелить. И говорить наверняка было больно. Увидев, как на него смотрит Эстония, Польша сказал: — Не беспокойся обо мне. Я уже привык к этому. — Он притронулся к швам. — Но… — Прибалт хотел что-то сказать, хоть что-нибудь, но не нашёл слов. Неожиданно со спины его обняли. Эсти повернул голову и увидел Фина. — Привет, Эсти, — радостно сказал финн и поцеловал его в щёку. — При… вет, — заторможенно ответил ему эстонец. — Как твоя рука? — тут же поинтересовался он. — Всё прекрасно. — Он улыбнулся и уткнулся в макушку младшего, вдыхая его запах. — Ты же останешься со мной? — тихо спросил он. — Я не могу без тебя. — Я… Погоди. — Он вырвался из объятий. — Где другой я? — Он занят. Наша большая семья пока не в полном составе, но скоро будет, — сказал неизвестно откуда взявшийся Греция и радостно улыбнулся. — В смысле? — Эстония стал осматривать всех присутствующих, пытаясь понять, кого здесь не хватает. — О, нет, — Прошептал он. — Швеция… Швеция! — позвал как можно громче Эсти. Парень не сразу понял, что здесь нет его друга, и осознал это с такой болью в груди, что захотелось плакать. Он не хочет, чтобы швед тоже умер от его рук. — Эст! — отозвался тот, что было не так хорошо слышно из-за не прекращающих говорить остальных. Эстонец стал пробираться через людей в ту сторону, откуда был слышен голос. Пускать его явно не хотели, хватая за руки и края одежды, но при этом и не сильно держали. Он вышел из того круга, в котором находился, и увидел недалеко Швецию, который отступал назад, пока к нему медленно и хищно подходил Другой Эстония, кажется, что-то говоря и сжимая в руке нож. Парень рванул к ним, но его схватили за руку, отдёрнув назад. Он не удержался и упал, прошипев от боли. — Куда ты? — непонимающе спросил Франция. — Дорогуша, что-то не так? Ты не хочешь жить счастливо? — В его голосе слышалась такая жалкая надежда на то, что Эстония останется с ним, что прибалту снова стало больно на душе. Это же его друг. Да, мёртвый, но всё ещё очень дорогой друг. — Я хочу, но не так, — сказал решительно Эсти и быстро встал. — И вообще, вы все не те, кого я знаю и люблю. — Эти слова давались с трудом. — Что ты такое говоришь? Ты ранишь этими словами! — Француз приложил руку к сердцу. — Там и ранить-то нечего уже, — резко бросил эстонец, понимая, что сейчас нельзя терять время, и быстро побежал к Швеции, в этот раз не оказавшись остановленным. К этому моменту его другая версия была уже совсем близко к скандинаву. Парень вмиг оказался между ними, закрывая собой Швеца и расставляя руки в стороны. — Что ты делаешь? — спросил Другой Эстония. — Я почти уговорил его остаться с нами. — Хренушки! — вставил швед. — И это ты называешь уговорами?! — Парень не двояко намекал на нож. — Посмотри на остальных. — Он показал рукой за свою спину, обращаясь к Эстонии. — Мы никогда не чувствовали себя настолько важными и любимыми. Всё внимание только нам. Никакого негатива и ранящих душу слов. Мы будем так счастливо жить. Ты, я и все они. — Казалось, что парень улыбается картинам прекрасного будущего у него в голове. Эстония посмотрел на всех людей, оставшихся стоять в той толпе. Вся его большая семья, друзья и коллеги глядели на него, приветливо улыбаясь. Все были покалечены, но их уже подлатал другой Эстония. Если так посмотреть, то он очень бережно относился к ним. Несмотря на то, что перед этим причинил адскую боль. — Эсти, ты же не встанешь на его сторону? — со страхом в глазах спросил швед. Похоже, Эстония засмотрелся. — Хэй, ну же. — Второй эстонец протянул руку. — Пойдём со мной. В мир, в котором мы будем счастливы. В мир, где нас никто не оставит. — Знаешь… А это могло бы сработать, — сказал Эстония. Другая его версия победно улыбнулась. — Эсти? — спросил Швеция, напрягшись. — Это очень заманчивое предложение: жизнь, в которой я не буду одинок, и мои страхи никогда не сбудутся, — продолжил говорить прибалт. — Никто не повернётся ко мне спиной. Да, это могло бы сработать… Если бы к этому привело не насилие. — Он нахмурился, злобно смотря в глаза Другого Эстонии, уже всё для себя решив. — Это не выход. И я не хочу жить в таком мире. Уж лучше пусть я останусь один, пусть буду никому не нужен, — в глазах снова начали скапливаться слёзы, губы подрагивали, но он старался не сменять своего выражения лица, — пусть буду гнить в какой-нибудь канаве, полностью забытый всеми, вычеркнутый из их жизни. Но я хочу, чтобы они были счастливы. Даже если меня не будет с ними. — По щекам потекли слёзы. Эстония выдохнул. Он впивался ногтями в ладони, чтобы не сорваться, всё ещё закрывая шведа собой. Другой Эстония неожиданно для эстонца и для Швеции начал смеяться. Истерически смеяться. Из-за этого звонкого смеха по спине пробежал холодок. Почему он смеётся? Что именно его рассмешило? Слёзы и горечь эстонца отступили на второй план, пришло непонимание. — Как интересно, — выдохнув, сказал Другой Эсти, утирая выступившие слёзы. — Что ж, хорошо. Я понимаю. — Теперь его голос стал абсолютно спокойным. — Правда?.. — неверяще спросил прибалт. — Да. Только вот, смотри, чтобы будущее не привело тебя к печальному концу. — Он подставил к своей груди нож, целясь в самое сердце и улыбаясь. — Если ситуация когда-то доведёт тебя до самоубийства, то это будет весьма… — Он надавил на нож немного сильнее. — Прискорбно, но… Ожидаемо. — Он проткнул свою грудь, но этого Эстония уже не увидел, так как Швеция закрыл его глаза руками, предполагая, что сейчас произойдёт. Все те, кто стоял вдалеке, а также Другой Эстония, растаяли, не оставив после себя ничего. Швед убрал руки от глаз эстонца. — Вот и конец, — облегчённо выдыхая, сказал он ему. — А ты молодец. — Скандинав улыбнулся, несильно толкая Эсти в плечо. — Спасибо, — как-то грустно проговорил прибалт. — Только что-то мне подсказывает, что это не всё. Иначе мы легко отделаемся. — Даже если так, мы со всем справимся, правда же? — Эсти кивнул. — Всё ради мелкого, — сказал Швеция, усмехнувшись, имея в виду Фина. — Он нам будет до конца жизни должен, — в шутку сказал скандинав, чтобы разбавить атмосферу. Эстония улыбнулся. Мир вокруг них начал трескаться, словно зеркало, и в один момент разбился на мириады осколков, которые вместе с ребятами полетели вниз, в уже знакомую обоим пустоту.