По разные стороны баррикад

Давно спрятавшееся за облаками солнце, тускло освещало боле боя, открывая солдатам обзор. Ветер разносил боевой клич и отчаянные крики раненых по полю, на сотни метров вперед. Двое юношей уже несколько минут смотрели друг на друга, не решаясь начать разговор. Шатен болезненно держался рукой за правое плечо, крепко сжимая пальцами кровавое одеяние. Тяжелое дыхание друг друга и растерянный взгляд - все это смешалось в единую неловкую атмосферу, прерываемую лишь взрывами снарядов и звоном мечей. - Что ты здесь делаешь?- Кун первым нарушил молчание, заглядывая прямо в карие глаза, словно ища ответы на так долго копившиеся вопросы.- Только не говори мне, что ты с ними. - Именно так... - Черт, Баам, ты не мог опуститься настолько низко, чтобы присоединиться к этим крысам,- юноша пытался держаться спокойно и уверенно, однако внутри него словно проснулся вулкан, готовый извергнуться от любого слова этого парня. - Они мои друзья и каждый из них дорог мне! - Вы посмотрите на эту прелесть,- Кун презрительно усмехнулся, однако в следующее мгновение с силой сжал ногу, пытаясь хоть как-то притупить боль.- Дороги тебе, да? Хах, что ж, мы оба знаем, как ты относишься к близким. - Агеро...- Баам нерешительно протянул к нему руку, желая осмотреть рану. - Не смей меня так называть, жалкий предатель!- Собрав последние силы, юноша резко оттолкнул шатена, снова привалившись к стене, чтобы перевести дыхание. Упав на пострадавшую руку, Баам болезненно скривился, после чего решил больше не трогать старого друга. Они сидели в отдалении много часов, не проронив ни единого слова. Бой все не прекращался, не давая возможности вылезти из своего убежища. Через некоторое время парень услышал прерывистое дыхание Куна, аристократичная белая кожа которого теперь по цвету напоминала мертвеца. Проглотив свою гордость, Баам опустился на одно колено, с силой разрывая ткань чужой штанины. - Не прикасайся ко мне,- голос юноши был тихим, но все еще источал змеиный яд. - Можешь хоть ударить меня потом, но сейчас просто позволь помочь,- шатен достал из небольшой набедренной сумки маленькую склянку с лекарством, аккуратно обрабатывая рану. Нога распухла, кожа слезла, открывая вид на ужасающее зрелище: гнойная прослойка была тонкой, но если бы Баам промедлил еще чуть-чуть, то последствия могли стать непоправимыми. Аккуратно вытащив чёрный осколок снаряда из раны под измученное шипение юноши, Баам перевязал хоть немного обработанную ногу чистой тканью, истратив на это последние запасы. Парень продолжал сидеть напротив Куна, не решаясь поднять глаза. Рука все еще покоилась на ноге бывшего друга, заставляя сердце шатена болезненно сжаться. Все же решившись, Баам взглянул на него, однако увидел перед собой лишь прикрытые слегка подрагивающие веки. Быстро проверив пульс, парень облегченно выдохнул, присаживаясь напротив отключившегося юноши. Баам не ожидал вот так внезапно встретиться с главной тенью своего прошлого. Он просто хотел сделать мир лучше, но в итоге не смог даже одного дня продержаться против королевской армии. Он столько лет готовился к этому моменту, убил стольких солдат и освободил стольких людей, но все равно оказался слишком слаб для завершения миссии. Его идеалы и желания кричали о том, чтобы он сейчас же бросился в бой, защищая мирных граждан от тирании злого правителя, однако тогда бы ему пришлось бросить беззащитного юношу одного. Парень с грустью окинул взглядом старого друга, подольше задержавшись на расслабленном лице. Он столько лет не видел его, однако все равно с легкостью узнал бы среди толпы, едва пройдясь глазами. Лицо, которое в детстве всегда счастливо улыбалось ему нежной улыбкой, сейчас заметно изменилось. В глазах давно потух тот огонек, что так манил раньше, а сам юноша окреп и возмужал. Кун уже давно перестал быть тем маленьким мальчиком, который однажды протянул ему руку. Картины прошлого моментально ударили в голову парня, вызывая грустную улыбку на пересохших губах: те радостные деньки навсегда остались позади. Обида, копившаяся все это время внутри него, стала медленно нарастать, возрождая в сердце все те чувства, которые он пережил после изгнания и которые так старательно пытался похоронить внутри себя. Вдруг его мысли прервал тихий стон боли, резко подняв голову, он встретился с настороженным блеском синих глаз. - Почему ты еще здесь?- голос Куна был более спокойный, словно он решил просто смириться с ситуацией и не тратить энергию попусту. - Я не могу оставить тебя вот так,- шатен протянул руку, которая вновь была резко отбита в сторону звонким шлепком. - Хах, раньше что-то тебя это не остановило, так что же изменилось сейчас?- юноша прикрыл глаза рукой, устало выдыхая.- Валяй, убегай, я тебя здесь точно не собираюсь удерживать. - Я никогда не убегал от тебя,- Баам возмущенно поднял глаза на юношу.- Ты сам прогнал нас с Марией из дома. - Вот только не надо приплетать сюда мою сестру, мне и так уже давно всё стало ясно. - Что именно? - Я не имею ни малейшего желания это с тобой обсуждать. Я тебя еще не ударил только из-за того, что сейчас даже меч нормально держать не могу, однако я готов попробовать, если услышу еще одно слово из твоего лживого рта. - Агеро... - Я же сказал тебе, чтобы ты не смел меня так называть! Это позволено лишь членам семьи, а вы, два жалких предателя, уже давно перестали ими быть. - Мы не виделись семь лет...- голос парня звучал очень тихо, однако этого хватило, чтобы его слова повисли в воздухе, припечатывая их обоих к земле этим фактом.- Прошу тебя, давай поговорим. - Мне не о чем с тобой разговаривать,- юноша отвел взгляд, с силой пожав губы. Злость и обида с новой силой нарастали внутри него, грозясь вырваться наружу.- Особенно после того, как ты присоединился к Fug. - Что с тобой случилось? - Что случилось?! Это со мной что случилось?!- Кун не выдержал, срываясь на крик. Не обращая внимания на боль в ноге, он схватил Баама за грудки, припечатывая к стенке. Все его естество кричало внутри от боли, однако ярость и адреналин заглушили все.- Я обрел настоящую семью, вот что! Вы оба бросили меня гнить в этом доме одного, я закрыл глаза на ваши отношения, пусть мне и было больно, Баам, очень больно, я все сделал. Однако нет, вам этого не хватило, вы решили оставить меня, так что плохого в том, что я поступил с вами также? - Что? Но мы никогда не хотели бросать тебя... - Хватит лгать!- юноша вновь вжал парня в стенку, заглядывая ему прямо в душу. Его глаза горели от горечи и обиды прошлого, все те эмоции, что он так долго скрывал в себе, вырвались, сжигая все на своем пути.- Я слышал ваш разговор в тот вечер или ты совсем за идиота меня принимаешь? Я готов был смириться со всем, но предательства в нашей семье не прощают, жаль, что ты этому так и не научился, Баам. Кун отпустил парня, вновь приваливаясь к стенке, тяжело дыша от усилившейся боли в ноге. Синие глаза презрительно смотрели в недоуменные карие, выражаю всю ту боль и одиночество, которые он ощущал эти семь лет. - Кун, мы не собирались тебя оставлять...- Баам растерянно смотрел вперед, обдумывая услышанное.- Я бы ни за что не ушел без тебя, ты ведь знаешь. - В том-то и дело, Баам, что я уже ничего не знаю. Я думал, что всё то время, проведенное вместе, хоть что-то значило для вас двоих, но я ошибался. Вы готовы были оставить все ради вашей чертовой любви. - Ты не понимаешь, мы как раз шли к тебе, чтобы все рассказать, когда нас вдруг поволокли к выходу,- видя недоверчивый взгляд синих глаз, шатен разволновался.- Черт, Агеро, мы просто все неправильно друг друга поняли. Мы не собирались тебя бросать одного, просто ты опередил нас, раскрыв всю правду своей семье. Я бы ни за что не оставил тебя, ты ведь помнишь наше обещание, правда? - Я не верю тебе, Баам... Ты отвернулся от меня, отвернулся от семьи, ты присоединился к этим ничтожным крысам! - Почему ты на стороне Захарда?! Он же монстр! Черт, да они просто промыли тебе мозги! - Нет, Баам, промыть мозги мне сейчас пытаешься как раз ты, рассказывая подобную чушь. Ты действительно думаешь, что я тебе поверю? - Посмотри на меня... Агеро, посмотри на меня!- шатен резко подался вперед, поворачивая голову юноши на себя, заставляя поднять на себя взгляд синих глаз.- Ты же всегда видел, когда я пытался тебя обхитрить, именно поэтому ты всегда побеждал меня в битвах на мечах. Посмотри на меня и скажи: я действительно тебе вру? Взгляд Куна хаотично бегал по столь знакомым чертам лица, которого он не видел уже много лет. Внутри юноши все разрывалось, не зная, чему верить. Карие глаза уверенно смотрели на него, словно заражая каким-то давно побеждённым и забытым вирусом. Слова отца и его наставления, проведенное время с Баамом и Марией, долгие часы за переговорным столом в кабинете отца, а после и аудиенция у самого Короля, которому он поклялся служить - всё крутилось в его голове, не давая ясно мыслить. Горечь и обиды прошлых лет, подобно бушующему океану, разбивались внутри него, путая местами все мысли. Резко замахав головой, Кун оттолкнул от себя Баама, закрывая глаза руками. - Мне надо подумать, не трогай меня. Парень лишь сочувственно смотрел на юношу, внутри которого сейчас извергался настоящий вулкан. Баам откинул голову назад, приводя свои чувства в порядок. Все семь лет он жил с мыслью, что единственный его лучший друг предал его и отвернулся в последний момент. Шатен не мог спокойно спать в попытках найти хоть какое-то объяснение, однако каждый раз лишь снова и снова запутывался лишь сильнее. Он видел в каждой частичке этого мира отражение Куна: в голубом небе, в книгах, да даже попросту смотря на Марию, он не мог отделаться от саднящего в груди чувства. Однако теперь, когда они встретились спустя столько лет, Баам не смог даже нормально объясниться перед другом, вгоняя обоих в сильнейший стресс. Небо начало темнеть, предвещая наступление темноты. Баам жалел, что отсюда не мог увидеть хотя бы каплю закатных лучей, скрытых за густыми облаками. Окоп представлял собой небольшой тоннель, уходящий под землю, однако даже так парень все еще слышал душераздирающие крики солдат и звон клинков. Он с грустью посмотрел на брошенный Куном меч, вспоминая былые времена. Тогда они были действительно счастливы, были просто детьми, которые любили играть днями напролет. Баам тихо присел рядом с другом, слегка соприкасаясь плечами, однако юноша даже не поднял глаз, продолжая задумчиво смотреть себе под ноги. - Как твоя нога?- тихий голос парня успокаивал, погружая их двоих в мирную атмосферу хотя бы на пару мгновений. - Лучше, но я думаю, что без последствий это все равно не пройдет,- после стольких раздумий Кун наконец перестал впадать в агрессию, устало прислонившись к стене. - Я могу посмотреть?- получив в ответ легкий кивок, парень аккуратно размотал ткань, осматривая рану.- Тебе необходимо будет обратиться к лекарю. - Хах, а кто сказал, что я до него дойду?- Кун грустно усмехнулся, переводя взгляд на собеседника.- Мы все-таки враги, не забывайся, я не могу просто отпустить тебя восвояси, когда вы угрожаете моим людям. - Но я думал... - Что? Что я тут же забуду семь лет одиночества и брошусь к вам с Марией на шею? Этого уже никогда не случится: слишком много произошло за время, когда вас не было рядом. - Ты... - Я все еще такой слабый, Баам,- юноша откинул голову назад, облегченно выдохнув.- Даже после стольких лет я все равно хочу верить тебе. Правда хочу, но не могу: прошлое не изменить. - Ты уж точно сильнее меня, Агеро,- увидев резкий холодный блеск синих глаз, шатен слегка потупил взгляд.- Прошу, позволь мне хотя бы снова звать тебя по имени, о большем я просить и не подумаю. - Аргх, делай что хочешь. - Я ведь всегда восхищался тобой,- Баам тоже поднял голову, неосознанно копируя движения соседа.- С самого детства ты был для меня примером, я так мечтал стать похожим на тебя, почему все так обернулось? - Не знаю, Баам,- Кун раздосадованно выдохнул.- Вся эта ситуация слишком глупая: из-за простого недопонимания мы упустили семь лет, которые могли провести вместе, но хуже всего то, что я так ничего и не сделал тогда. - То есть ты все-таки веришь мне? - Не пойми неправильно, твоя версия произошедшего все еще кажется слишком идеальной, но именно сейчас я хочу тебе верить. - Я никогда не лгал тебе, ты ведь это знаешь. - Знаю, поэтому беги,- Кун внимательно посмотрел на Баама, заглядывая прямо в глаза.- Вам не победить против армии Захарда, но ты все еще можешь спасти себя и Марию. - Я не могу... У меня есть причины сражаться и я не могу просто так сейчас отступить. Но если бы ты пошел с нами, Агеро, правда, мы еще можем все исправить. - Нет, Баам, я принадлежу королевству и готов отдать жизнь за Короля и его народ. Как бы мне ни хотелось исправить прошлого, я не могу отречься от своей семьи. - Никто не вправе диктовать тебе, в этом и проблема! Шатен с силой сжал руку в кулак, стискивая зубы. Прошлое не отпускало ни одного из них, постоянно напоминая о случившемся. Баам твердо верил в свое видение мира, но не хотел отпускать дорогого друга, с которым только-только смог все прояснить. Однако он был не в силах контролировать свои эмоции. Слишком долго он терпел, пряча настоящие переживания даже от Марии, которая была рядом все эти семь лет. Ему хотелось поделиться с Куном своими чувствами, хотелось дать прочувствовать то, чем он жил все это время, хотел, чтобы он понял. - Хей, ты помнишь, как погибли мои родители?- голос Баама был тихим, однако такой неожиданный вопрос выбил Куна из колеи. Получив утвердительный кивок, парень продолжил:- Они погибли в пожаре, вот только я узнал, что пожар был вызван намеренно. Агеро, кто-то убил моих родителей! И этот кто-то действовал по приказу твоего излюбленного короля! - Откуда такая уверенность?- юноша медлил, осознавая услышанное. - Как ты думаешь, почему я присоединился к Fug? Мои родители не сделали ничего плохого, они не заслужили такого конца. Ты служишь убийце! - Вы тоже не святые, Баам!- Кун повысил голос, с силой стискивая зубы в попытках сдержать эмоции.- Вы убили моего отца! Вы убили много солдат, у которых тоже есть семьи! - Твой отец был монстром! - Не смей так о нем говорить. Мой отец был великим человеком! - Ты не хочешь видеть всей картины: он убил множество моих друзей, он разрушил нашу с тобой дружбу! - Он спас тебе жизнь, Баам,- они смотрели друг другу в глаза, пытаясь доказать свою точку зрения.- Он был не подарок, я лучше любого это знаю, но он все равно был моей семьей... Парни еще долго просто сидели в темноте, молча обдумывая слова друг друга. Два человека, которые однажды были неразлучны, оказались на двух разных сторонах. Однако, как бы сложно это ни было, они пытались понять друг друга, пытались прочувствовать. Кун смотрел на свою ногу, аккуратно забинтованную парнем, и думал о том, как они до всего этого докатились. Раньше они были так счастливы и беззаботны, но теперь это время осталось позади. Юноша вспоминал отца, который явно бы смотрел на него с холодным осуждением, даже за одну случайную встречу с Баамом. Однако он также помнил все те советы, которые глава семейства давал ему в детстве, помнил все, чему он учил его. Кун хотел еще раз ощутить то тепло, когда отец однажды приобнял его за плечо, представляя Королю. Кун хотел быть любимым, а теперь ему самому приходилось заботиться о семье, для которой он был воплощением ожиданий и требований главы семейства. - Скажи мне, за что вы сражаетесь? Я так сильно ненавижу вас, но всегда пытался найти ответ на этот вопрос. Ради чего вы устроили весь этот многолетний хаос? - Мы изменим мир к лучшему,- голос Баама звучал уверенно даже в подобной ситуации. - Хах, а что изменится?- юноша усмехнулся, слегка покачав головой. - О чем ты? - Вы просто посадите на трон нового правителя. Думаешь, что люди сразу вас примут и буду кланяться вам в ноги? - Нет, Ванг Нан не такой, он законный наследник, мы освободим народ от тирании злого Короля, мы сделаем мир лучше! - Вы лишь прокладываете дорогу младшему брату, который убьет старшего ради престола,- глаза Куна смотрели в пустоту, словно он ни на секунду не сомневался в своих словах, насмехаясь над наивным пареньком. - Нет, все не так, мы наладим экономику, проведем реформы, жизнь станет лучше. - Захард не настолько бесчеловечный, как ты думаешь. Ему не плевать на своих людей, он делает много для счастья граждан, пусть он и не показывает это. - Он монстр, который убивает даже собственных друзей, когда они ему не подчиняются,- голос Баама задрожал, выдавая его истинное волнение. - В этом и есть суть быть правителем: уметь принимать сложные, иногда бесчеловечные решения ради блага своего народа. - Нет, не обязательно быть жестоким для достижения своих целей!- шатен схватил друга за руку, заглядывая прямо в глаза.- Я тебе покажу, Агеро, прошу, идем со мной, я покажу тебе, что мир может быть другим. -Баам, ты такой наивный, в какой-то мере я даже рад, что ты не потерял эту черту, но я не могу пойти с тобой, я не могу отречься от своей семьи. За их тихими разговорами прошла ночь, сменяясь на все такой же хмурый день. Кун пробовал встать, однако нога болела слишком сильно, чтобы сделать хоть шаг. Ни один из них не знал, что делать, ведь они не могли просто пойти сквозь поле боя к главным воротам, а пробираться к Fug Кун категорически отказывался. В животе ныло, напоминая о длительном отсутствии еды и изнуряя уставшие израненные тела еще больше. Холодный ветер гулял по окопу, вызывая мурашки по всему телу. Кун ослабевал с каждым часом, стараясь не подавать вида, однако Баам слишком хорошо знал друга, чтобы не заметить истощенный вид юноши. Шатен не мог ни оставить его одного, чтобы сходить за едой и медикаментами, ни отвести в госпиталь. Они просто сидели рядом друг с другом, прижавшись холодными телами. Кун пару раз отключался, кладя голову на плечо парня, после чего вновь приходил в себя. Парни много разговаривали, постепенно начиная оттаивать за долгие годы разлуки. Судьбоносная эта была встреча или просто воля случая, но именно она воскресила в обоих то, что, как они думали, давно потеряли в себе, закопав под кучей отговорок и лжи. Под конец второго дня Баам не выдержал. Выждав наиболее подходящий момент, он подошел к юноше, закидывая его руку себе на плечо и приобняв за талию. Увидев удивленное, на секунду скривившееся от боли лицо Куна, парень лишь обнадеживающе улыбнулся. - Тебе становится все хуже, я отведу тебя к твоим. - Баам, это опасно, даже если нас и не заметят на поле битвы, но королевская армия тебя точно не отпустит. - Ничего страшного, я как-нибудь справлюсь, сейчас для меня важнее твое состояние. - У нас не получится. - Пожалуйста, Агеро, доверься мне. Кун не заметил, как его имя, звучащее из чужих уст, вновь стало приносить удовольствие, успокаивая. Тихонько кивнув в знак согласия, юноша покрепче сжал плечо парня, с силой стискивая зубы, чтобы не застонать от невыносимой боли. Нога распухла, не желая двигаться, каждое движение отдавалось резкой болью, даже несмотря на бережный уход Баама. Они медленно передвигались, подойдя к части без крыши. Стена была довольно высокой для раненного в ногу человека, так что шатен с сомнением окинул взглядом побледневшего Куна. Однако, увидев легкий кивок, шатен решительно выдохнул и помог юноше выбраться наружу. Картина была ужасающая: воины, большая часть которых бездыханно лежала на земле, еле стояли на ногах, но все равно продолжали сражаться, с силой сжимая свое оружие в руках. Звуки стали разносились по всей округе, прерываемые лишь криками солдат, а некогда зеленая трава сейчас напоминала кровавую реку. Парни шли в отдалении, стараясь держаться как можно ближе к деревьям, опасаясь каждого взгляда. Баам буквально тащил юношу, дыхание которого начинало сбиваться с каждым шагом все сильней. Это была явно не простая рана, а что-то гораздо хуже. Покрепче обхватив его талию, шатен с новой силой ринулся вперед, молясь о том, чтобы поскорее оказаться у стены. Вдруг они услышали взрыв, потом еще и еще. Снаряды подходили все ближе к ним, представляя наибольшую угрозу, ведь с солдатам любой из армий можно было договориться, а вот с пушками особо не поговоришь. Баам искренне верил, что они шли на достаточном расстоянии от поля битвы, чтобы их не задело. Однако в следующий миг недалеко от них приземлился снаряд, разрывая землю вокруг себя. Ребят снесло ударной волной, повалив на землю. После такого Кун не смог сдерживаться, громко закричав от боли, он с силой сживал ногу, катаясь на спине, чтобы хоть как-то отвлечься. Быстро придя в себя, Баам подбежал к юноше, вновь аккуратно ставя на ноги. Он с отчаянным волнением оглядывал друга, пытаясь придумать хоть что-то. До стены оставалась еще половина пути, так что их положение было не из лучших: назад идти бессмысленно, но сейчас они на виду у всех, а после падения Кун еле стоял, с силой хватаясь за друга. Сотни мыслей лихорадочно крутилось в синеволосой голове, пытаясь создать хоть какой-то план в данной ситуации, однако картинка перед глазами то расплывалась, то сходилась вновь, не давая сосредоточиться. Кун понимал, что шансы дойти целыми у них мизерные, а теперь он еще и ходить нормально не мог. Он не хотел рисковать жизнью Баама, который так отчаянно пытался помочь ему. Юноша тихо усмехнулся про себя, с грустью осознавая, насколько глупой была их ссора, которая забрала их лучшие годы. Ведь если бы не его глупое самодовольство и обида, то все могло сложиться по-другому: он бы не сражался против своего единственного дорогого человека, не плелся раненый через все поле, не предавал бы своих обещаний и идеалов. Он был бы счастлив. Кун с грустью посмотрел на шатена, встречаясь с ним взглядом. - Спасибо тебе за всё, Баам,- юноша слабо улыбнулся, стараясь изо всех сил показать свои чувства. Он действительно был счастлив в данный момент, ведь они наконец увидели друг друга, прояснили все, что терзало их на протяжении семи долгих лет. Кун снова мог смотреть на парня с теплотой и заботой во взгляде, которых не ощущал уже так долго. Он хотел, чтобы Баам понял все это, и шатен понял. - Агеро, не говори так, словно прощаешься со мной,- в глазах парня читался испуг и неверие в происходящее. Вот только Кун этого уже не видел: все расплывалось перед глазами либо от невольно выступивших слез, либо от раны в ноге.- Ты здесь не умрешь, не так, не сейчас,- Баам закинул юношу себе на плечо, чуть ли не срываясь на бег.- Не после того, как мы наконец встретились! - Баам...- голос юноши дрожал, ослабевая с каждой секундой. Он держался в сознании из последних сил, не давая себе закрыть глаза, потому что словно на подсознании знал, что этого нельзя делать ни в коем случае. - Держись, прошу тебя, Агеро, держи... Слова Баама утонули в невероятном грохоте. Всё будто замедлилось на пару секунд. Парень отчетливо увидел снаряд, упавший прямо перед ними, огонь, что начал разрастаться в гигантский взрыв, и звук настолько мощный, что казалось будто все пространство вокруг них рвется по швам. Он увидел перед собой голубые волосы, что словно засияли на фоне огня, обладатель которых резко закрыл его от взрыва. Ударная волна с силой прошлась по всему его телу, доставая до кончиков пальцев, и отшвырнула назад. Ударившись головой, Баам погрузился в сон. Баам медленно открыл глаза, пытаясь привыкнуть к ночной темноте. Его тело аккуратно накрывало толстое одеяло, доставая практически до носа. Лунный отблеск слегка освещал комнату, которую Баам не видел уже много лет. Это была та самая комната из поместья Кунов, а сам он был тем же маленьким мальчиком, которого однажды привел господин Эдвард. Баам чувствовал себя прекрасно, будто это не он сейчас отчаянно бежал по полю в попытках спасти Куна. Белая вспышка словно включила что-то в его мозгу: если он здесь, то юноша тоже должен быть в доме. Неожиданно в дверь кто-то постучал. Как он сам однажды пришел к своему дорогому другу ночью, испугавшись ночного кошмара, вот только он сейчас был в комнате, но кто тогда находится по другую сторону. Мальчик медленно встал и подошел к двери в попытке все разузнать, ведь за ней мог стоять Кун, терпеливо дожидаясь, пока ему откроют. Баам не помнил, чтобы в его комнате был глазок, однако сейчас он поднялся на носочки, чтобы дотянуться до заветной дырки. Неосознанно задержав дыхание, мальчик прислонился к двери, заглядывая в глазок: в коридоре действительно стоял Кун в своей голубой пижаме, сжимая в руках какой-то предмет, скрытый за широкой рубашкой. Вот только мальчик был даже слишком бледным, он продолжал размеренно стучать, отбивая маленькой ручкой ровный ритм. Вдруг рука Баама соскочила, проехавшись по двери. Услышав это, Кун мгновенно поднял глаза, всматриваясь пустым безжизненным взглядом в глазок. Он понял, что мальчик знает, что он тут и стоит за дверью. - Баам, это я, впусти меня пожалуйста,- голос был таким тихим, однако на фоне мертвой тишины ему казалось, что гость говорит ему прямо на ухо. Нечто внутри Баама кричало об опасности, что он ни в коем случае не должен открывать дверь, но Кун все продолжал стучать, постепенно ударяя все сильнее и сильнее. Баам быстро потянулся к ручке, чтобы задвинуть задвижку и запереть дверь. Оттого, что он успеет или не успеет запереть ее, зависело всё. Мальчик спешил, однако руки отказывались двигаться, и он знал, что не успеет запереть дверь, но все-таки использовал все свои силы. Мучительный страх охватывал все его маленькое тело, не давая даже возможности отвести взгляд от двери. - Баам, мне так холодно, пожалуйста, открой дверь,- на этот раз ему не показалось: голос Куна действительно стал громче.- Впусти меня, Баам, давай навсегда останемся вместе, мы ведь так этого хотели, да, Баам? Страх не отпускал мальчика, проникая все глубже в него. Этот страх и был страхом смерти: за дверью стояло оно. Баам безуспешно пытался справиться с засовом, пока это нечто с другой стороны ломилось внутрь, с силой надавливая и стуча. Нечто не человеческое — смерть — ломилось в дверь, и он знал, что должен чего бы это ни стоило удержать её. Он хватался за дверь, напрягая слабые маленькие руки. Запереть уже нельзя, но он мог хотя бы попытаться удержать её. Тело маленького мальчика было неровней потусторонней силе, что так отчаянно ломилась внутрь. Продавливаемая неизвестным, дверь открывалась и закрывалась вновь под весом прислонившегося Баама. Зажмурив глаза от страха, мальчик закричал, что было сил: - Убирайся прочь! Ты не мой Агеро, я не хочу быть с тобой, уходи! - Баам, но ведь я уже здесь,- мальчик резко распахнул глаза от ужаса: перед ним на корточках сидел Кун, слегка склонив голову набок. Жуткая холодная улыбка застыла на маленьком лице, а пустые глаза прожигали все внутри ледяным огнем. - У-уйди, прошу тебя,- его голос дрожал, а дыхание сбилось окончательно. Жуткий холод пробирал до костей, обездвиживая напуганную жертву. - Почему, неужели ты не рад меня видеть? Ты ведь сам обещал остаться вместе навсегда, так почему же ты меня прогоняешь, Баам? - Т-ты не Агеро, верни мне его! - Ах, то есть ты не пойдешь со мной? - Убирайся!- на щекам мальчика побежали слезы ужаса, отчего Кун усмехнулся. - Что ж, наступит день и тебе придется пожалеть о своих словах. Ну а пока,- Баам почувствовал, как ледяные пальцы коснулись его шеи, легко сжимаясь у основания. Страх сковал горло, мешая нормально дышать. Пустые глаза начали медленно приближаться, а рот растягиваться в широкой злой ухмылке. Мальчик не мог отвести взгляда, но боковым зрением он словно увидел сотни острых клыков, торчащих из черного рта,- думаю, я могу чуть-чуть поиграть. Баам резко открыл глаза, однако яркий свет заставил сразу же зажмуриться, постепенно привыкая к смене окружения. Парень резко сел на кровати, ощупывая себя с ног до головы, однако, осознав, что он в безопасности и снова в своем теле, облегченно выдохнул. Шатен не мог понять, что за кошмар ему только что приснился, ведь он чувствовался настолько реальным, что сердце Баама до сих пор бешено колотилось внутри. Наконец придя в себя, парень осмотрелся: он лежал на больничной койке, полностью обмотанный бинтами, рядом лежало еще пару десятков человек, но никто не обратил внимания на его пробуждение. Вдруг на его плечо легла рука, заставляя шатена в ужасе дернуться в противоположную сторону из-за недавнего кошмара. - Эй, ты чего?!- перед ним стояла девушка с короткими каштановыми волосами, сердито упершись руками в бока.- Тебя снарядом окончательно контузило, что уже меня не узнаешь? - Прости, Андросси,- Баам виновато потупил взгляд.- Я только пришел в себя, так что еще не до конца понимаю ситуацию. - Разумеется, ты проспал 3 дня, мы уже начали переживать, что ты не проснешься,- девушка облегченно улыбнулась, стукнув парня в плечо.- Ты бы слышал, как Мария ныла все эти три дня, я уже устала её успокаивать, так что ты мне должен. - Три дня?!- Баам в шоке посмотрел на свои руки, словно пытаясь увидеть какие-нибудь изменения, после чего резко поднял голову и спросил:- А что с Агеро? Вы его нашли? - С кем? Кто это вообще? - Эм, юноша чуть старше меня с голубыми волосами,- парень в панике начал показывать на себе, пытаясь показать подруге образ.- Вы помогли ему? - Ты говоришь про Командира отряда?- Андросси в шоке взглянула на парня.- Да даже если бы он на коленях меня умолял спасти его, я бы сама его и прирезала на месте. - Это важно! - Аргх, нет, Баам, ты был там один, по крайней мере я рядом с тобой никого не увидела. - Где же он может быть? - Может его забрали свои солдаты перед моим приходом?- девушка равнодушно пожала плечами, присаживаясь на край кровати.- Он ведь все-таки их лидер. - Да, наверное ты права...- парень озадаченно посмотрел вниз, задумавшись о чем-то своем.- Я очень на это надеюсь...

***

В пустом коридоре гулко раздавались шаги, эхом разносящиеся по всему тоннелю. Человек уверенно шел вперед, в пол-уха слушая слова синеволосой девушки, которая шла позади. Голова была накрыта капюшоном, скрывая большую половину лица человека, однако из-под него все-таки пробивался длинный локон. Наконец они подошли к большой деревянной двери, на которой слоями лежала пыль. С трудом открыв застрявшую дверцу, он медленно вошел внутрь, осматриваясь. Комната была маленькой, полностью заставленной книжными полками с тысячей книг. Поставив на небольшой столик ручной светильник, парень скинул капюшон, открывая вид на сосредоточенное лицо и длинные каштановые волосы, подвязанные тонкой лентой. - Ты знаешь хотя бы, как должна выглядеть эта книга?- девушка медленно подошла к парню, мягко кладя руку на плечо. - Нет, но одна должна содержать часть истории, которая произошла относительно недавно, так что ищи самую новую и чистую, а там уже разберемся. Спустя несколько часов тщательных поисков, девушка издала победный крик, передавая шатену толстую книгу. Легонько кивнув в знак благодарности, парень сел за стол поближе к свече и стал внимательно вчитываться в буквы. В книге описывались события пятилетней давности, когда повстанцы впервые вышли против королевской армии. Войны короля храбро сражались, защищая столицу и исполняя свой долг, но схватка были слишком ожесточенной. Много людских жизней унесла эта битва, однако с приходом подкрепления армии Юри Захард Король все-таки одержал победу. Fug пришлось отступить и перегруппировать силы, после чего они вновь ринулись в бой. В течение трех лет было еще несколько масштабных сражений... - Ну же, где то, что мне нужно,- Баам тихо бубнил себе под нос, не отрываясь от чтения. В течение трех лет было еще несколько масштабных сражений, которые каждый раз заканчивались тяжелой победой одной из сторон, однако это позволило Fug заявить о себе. Все больше людей стало тайно переходить на сторону оппозиции, повышая их шансы с каждым днем. Через три года после первой битвы Fug вновь вышла против королевской армии в битве за престол и одержала победу. Младший брат короля Захарда, Ванг Нан, который считался без вести пропавшим много лет, свергнул правителя и сам сел на трон. Два года они кропотливо налаживали жизнь в королевстве, свергая коррупцию, однако им удалось многое и они все еще будут развиваться. - Да я и так все то знаю,- Баам отчаянно листал книгу.- И то они многое переврали. - Историю пишут победители, ты ведь знаешь,- Мария успокаивающе сжала плечо парня, перелистывая в конец книги.- Оно должно быть здесь. На открытой странице большими буквами виднелась надпись "Герои, погибшие на войне". Значит Ли Су действительно не обманул их, сказав, что здесь они смогут найти ответ на свой главный вопрос. Баам нервно водил пальцем по именам, молясь про себя, чтобы не встретить тут такое знакомое сердцу имя. Он надеялся, что Куна все же забрали в госпиталь, и теперь он где-то блуждает по королевству, смотря на новый мир, которого так добивался шатен всё это время. Ему бы просто хватило знать, что Кун жив, он уже бы был счастлив. Палец медленно двигался по списку, сверяя каждое имя. Сердце с каждой секундой билось все чаще, радостно подпрыгивая от того, что он всё еще не нашел то самое имя. Улыбка непроизвольно начала появляться на губах, сбивая дыхание, как вдруг рука остановилась. Мария прикрыла рот рукой, в попытке сдержать шок и слезы. Карие глаза не моргая смотрели на аккуратно выведенное на бумаге "Кун Агеро Агнис". Сердце рухнуло вниз, забирая с собой частичку Баама. Внутри него что-то словно с треском оборвалось, не принадлежа починке. Еще никогда он не чувствовал себя так плохо, даже после изгнания из дома, даже после своего первого убийства. Баам знал, что пусть Кун и злится на него, пусть и презирает, но он жив и всё еще можно изменить, однако теперь всё было по-другому. В этом мире остались только они вдвоем, потеряв бесценную частичку их пазла. Бааму хотелось кричать, хотелось плакать, однако он просто смотрел на буквы, не в силах поверить в происходящее. Перед глазами все еще стояли кончики голубых волос, заслонившие собой огонь и мелкие частицы. Баам не мог поверить, что он потратил столько лет на бессмысленные обиды и переживания, когда надо было сразу же идти к Куну с объяснением. В глазах начали собираться слезы от осознания того, насколько всё было глупо. Если бы в тот злополучный вечер они вернулись в дом, то возможно Кун сейчас бы сидел рядом с ними, беззаботно улыбаясь и смеясь над очередной неудачей шатена. Всё могло быть иначе, если бы они просто поговорили, не утаивая ничего от него. Баам с силой стиснул зубы, безумно злясь на себя и на судьбу, которая решила так жестоко поиграть с их чувствами. Мария тихонько всхлипывала, прикрыв рот рукой, пытаясь сдержаться, но перед глазами стояли картины детства, когда они втроем играли и резвились, не задумываясь ни о чем на свете. Баам аккуратно приобнял девушку за плечи, после чего они оба уже не смогли сдержать эмоций. Слезы скатывались по щекам, унося с собой надежды на счастливое будущее. Баам хотел показать Куну новый мир, показать, что в мире действительно может быть что-то хорошее, хотел просто быть рядом, однако он лишь стоял посреди пыльной библиотеки, захлебываясь слезами. Солнце ярко светило над королевством, согревая жителей, как когда-то согревало трех детишек, что беззаботно играли друг с другом и клялись в вечной дружбе.