Корреляция

За два квартала до Ритиного дома разразился ледяной ливень. — Твою мать! — с чувством вырвалось у Власовой. Майский поддержал ее согласным уханьем. — Извини, Серег, но ты сам со мной вызвался. — Да я че, я ниче. На этих словах Майскому за шиворот попала капля, по консистенции похожая на льдинку, и мужчина поежился. Маргарита, увидев это, предложила: — Может, такси вызовешь и к себе поедешь? А то простынешь. — Не простыну, да и тебя надо проводить, — как должное сообщил Сергей. — Зачем? Сейчас светло. Да на меня и в темноте боятся нападать, — не поняла женщина. — Потому что я пообещал, а слово свое держу. — Кому ты пообещал? — Как минимум себе. Власова смерила его задумчивым взглядом и остановилась. — Ты чего, Рит? Капли зачастили так, что даже глаза не получалось открыть. Приходилось щуриться. — Обещаешь быть хорошим мальчиком? — Я всегда хороший, — начал, было, Сергей, но, увидев скептично взлетающие брови собеседницы, исправился, — обещаю. — Тогда бегом ко мне домой!

***

— А дома кто-то есть? — запоздало поинтересовался Майский, когда Рита открывала дверь. — Сейчас нет, — ответила Власова и первой зашла в квартиру. Сергей вошел следом. Маргарита нажала выключатель в прихожей, но свет не включился. — Что за черт? Майор не очень видел в полумраке, но почти на физическом уровне ощутил, как выразительно сморщилась женщина. Интересно, когда он успел выучить ее мимику? — Может, лампочка перегорела? В подъезде-то свет горит. — Может, — согласилась Власова, — ботинки снимай, будем разбираться, — она скинула с ног обувь и направилась в сторону ближайшей комнаты. Точнее, хотела направиться, но наступила на какое-то препятствие и покатилась прямо в стену. Если бы не реакция Майского, было бы как минимум сотрясение мозга. А так Рита шарахнулась ногой об угол, взвыла от чувства несправедливости и вернулась в исходное положение. Мужчина, кажется, испугался: — Ты как, Ритуль? — вырвалось у него. Женщина сделала вид, что не заметила этого обращения, и пошевелила пострадавшей ногой: — Нормально, вроде, спасибо за спасение. — Всегда пожалуйста. Нога сильно болит? — Вроде нет. — А что это было? — сощурился мужчина в попытке разглядеть злонамеренный объект. — Самокат. И его обладателю я ухи оторву, чтобы не разбрасывал, где ни попадя, — буркнула женщина, отодвигая средство передвижения к стене. — Это кому? — озадачился майор. — Сыну. — У тебя есть сын? — еще сильнее озадачился Майский. — А мы его не разбудили? — Он не дома, когда я в ночную, — наконец, Власова добралась до комнаты и нажала выключатель. Лампочка загорелась и стало намного проще жить. Или хотя бы ориентироваться в квартире. Сергей, наконец-то, снял ботинки и прошел в комнату: — А где он? Сколько ему лет? Как зовут? — закидал он Риту вопросами. Женщина усмехнулась: — Спокойно. Ты обещал быть хорошим мальчиком, помнишь? — Помню, а как это связано? — попытался понять майор. Вместо ответа Рита открыла шкаф и достала с верхней полки одежду. По внешнему виду — мужскую: — Держи. Оно, конечно, маловато будет, но все равно другого нет, а переодеться надо. Сергей посмотрел на предложенные вещи как арахнофоб на паука, и Власова поспешила объяснить: — Вещи отца, других все равно нет. А в Денисовы ты не влезешь при всем желании, ему 11. — Взрослый такой, — мужчина отмер и взял вещи. — А переодеться где можно? — В ванной. По коридору налево, вторая дверь. В дальнюю комнату не заходи, это владения ребенка. — Понял.