Корреляция

А сразу после завершения дела их поймал Лисицын. — Господа-товарищи, важное объявление, отказы не принимаются. — Константин Львович выразительно поднял указательный палец. — В эту субботу, в два часа дня, жду на своей даче, будем отмечать мой день рождения, — он увидел, что Власова хочет возразить, и безапелляционно сказал. — Это приказ. В противном случае я обижусь. Майский и сам был бы рад уговорить Риту, но знал, как она относится к своему отсутствию в жизни Дениса. — Я не могу оставить сына, — ожидаемо ответила женщина. — А сколько ему? — заинтересовался Лисицын, который до этого момента и понятия не имел о том, что у Власовой есть ребенок. — Одиннадцать. — Так бери с собой! — тут же предложил он. Майский хохотнул, а Рита, усмехнувшись, отрицательно покачала головой: — Он не заслужил такого наказания. Львович почесал бровь: — В смысле? — Он не очень общительный, а куча новых людей, еще и взрослых, еще и тех, кто будет пить, — это стресс. — Кто будет пить? — возмутился Лисицын. — Я не буду! Сергей фыркнул: — Тебе Юля не даст потому что. Видя, что Костя собирается вступить в перепалку, Власова перебила: — Не уверена, что смогу. Может быть, приеду на пару часов. Лисицын кивнул: — Пусть так. И можете не одни приезжать, если хотите, места всем хватит. У Сергея и Риты сделались одинаково неврубающиеся лица, и Константин решил пояснить: — Ну, если вы кого взять с собой хотите, дуэт я имею в виду, — майор почесал нос в легком смущении, надеясь, что его поймут правильно. Маргарита среагировала раньше, чем успела подумать, стоит ли это делать вообще и делать именно таким образом в частности: — А чем тебя наш дуэт не устраивает? — В смысле, — не на шутку озадачился Костя, и Майский понял, что ситуацию надо спасать: — Рита — девочка, я — мальчик. Если ты имел в виду, что лучше парой, чтобы Юлька не ревновала, то будем считать, что, на твой день варенья, мы — это они.

***

Рита вырвалась всего на три часа. Но не пожалела. Во-первых, Костю поздравили очень творчески: Тихонов ходил на руках, Амелина перетекала из шпагата в шпагат, Холодов жонглировал, братья и сестра Лисицына устроили настоящие цыганские пляски, а Майский и Круглов аккомпанировали им на гитарах. Рогозина и Антонова пели и подбили на это дело Власову, которая во время подготовки к сюрпризу проговорилась, что когда-то занималась в хоре. Лисицыных она видела впервые, поэтому периодически сбивалась и начинала хохотать — такую клоунаду они устроили. Впрочем, ржали во время представления все. Даже товарищ полковник. Во-вторых, она познакомилась с той самой Соколовой, о которой все ей говорили. Точнее, уже давно Лисицыной. В-третьих, очень вкусно поела. А потом с прогулки вернулась мама именинника с годовалым внуком, который был Костей в миниатюре, только рыжим. Естественно, народ тут же «поплыл», а Майский, который последний раз видел Лисицына-младшего перед Новым годом, выдал: — О, Рит, прям конкурент твоему Денису. Власова хмыкнула, а вопросы от коллег полились как вода через дуршлаг: — Кто такой Денис? — В смысле конкурент? — Кто конкурент? — Вы о ком? Маргарита даже смутилась слегка, но, с достоинством выдержав бомбардировку, объяснила: — Денис — это мой сын. И он тоже солнышко, — она ласково глянула на сына Юли и Кости. — Я бы сказал — апельсин, — не удержался Сергей и усмехнулся, когда получил несильный, но ощутимый тык по ребрам. Комментарии, которые, по идее, должны были завершиться, посыпались с новой силой: — Сколько ему лет? — Он тоже рыжий? — А в кого? — А фотки покажи, покажи фотки! — Майский, а ты-то откуда знаешь? Напарники одновременно закатили глаза, после чего Сергей шутливо возмутился: — Че началось-то, нормально же общались. Я фотки видел, — выдал он свою часть информации. Власова, зыркнув на майора исподлобья, открыла галерею и протянула телефон Тихонову, как самому любопытному: — Денису скоро двенадцать, рыжий в деда со стороны отца. И да, я в курсе, что мы очень похожи. Можно не озвучивать.

***

После они сидели у костра и наслаждались вокалом Сергея: — Когда молодыми мы были богами — Нас не волновало, что станется с нами! И в том, что мы делали — не сомневались, Все двери — одна за другой — открывались… Мы к солнцу летели, рискуя сгореть, Рискуя прославиться — начали петь!* И пусть песня не подходила под тематику праздника, но ФЭСовцам было хорошо… И Рите тоже было. В том числе и потому, что она, впервые за время работы, почувствовала с коллективом полное единение.