Корреляция

Отпуск, как и все хорошее, промчался со скоростью голодного гепарда. Но Власова и Майский чувствовали себя прекрасно, потому что выспались, отдохнули, поплавали и еще больше сблизились. А сегодня должны были вернуться Илья с Денисом, поэтому Рита гипнотизировала мобильник. Впрочем, это не мешало капитану слушать то, что рассказывают о новом деле. Едва Рогозина закончила, как телефон зазвонил. Маргарита глянула на экран и поменялась в лице так сильно, что это заметили все. — Рита, ответь, — скорее на автомате разрешила Галина Николаевна. Понимала, что Власова и так это сделает. — Слушаю, — резковато начала разговор капитан. — Когда?.. Куда?.. Вот только плакать не надо, пожалуйста, я скоро. Женщина сбросила звонок, подняла глаза на встревоженных коллег и со скоростью Тины Канделаки выдала: — Бывшему мужу плохо стало, его увезли в больницу, с ним Денис, мне надо его забрать. — Знаешь, куда ехать? — получив утвердительный кивок в ответ, полковник дала добро. — Езжай, конечно. Звони, если что. Маргарита подлетела со стула как попрыгунчик и, поймав переживающий взгляд майора, сообщила: — С Денисом все нормально. — Это он звонил? — Жена Ильи.

***

Долго искать не пришлось — оранжевая маковка сына была заметна издалека. Денька тоже увидел маму и, с нескрываемым удовольствием вывернувшись из рук Насти — жены отца, кинулся к Рите: — Мам! — Ты мой золотой, — крепко прижала отпрыска к себе Власова, отмечая про себя, что за два неполных месяца сыночка почти сравнялся с ней в росте. — Что известно? — У папы бок еще до полета заболел, сильно. Но он же самый умный, — с недовольством высказался мальчик. — Сказал, что само пройдет. Ну а в самолете его совсем сплющило, хорошо, что врачи уже ждали. А у меня зарядка сломалась и телефон разрядился. Денис вел себя спокойно, но Рита слишком хорошо его знала. Как знала и себя, умудряющуюся быть уравновешенной в стрессовых ситуациях. Она поцеловала сына в висок и, не разжимая объятий, направилась к Анастасии. — Здрасьте. — Здравствуйте, Рита, — заплаканная девушка встала, и стало понятно, что она беременна. Небольшой срок, но уже заметный. «Странно, что Денис не сказал. Не знает?», — подумала Власова и, мельком глянув на сына, поняла, что тот как раз в курсе. Потому и терпел объятия благоприобретенной родственницы. Власова не совсем понимала, что ребенок думает на этот счет, но подозревала, что ничего хорошего. — Вы извините, что так, я просто растерялась совсем, — жалобно пояснила Настя. — Илья же упертый, вот и… И родители его не отвечают. — Не вините себя, вы ни в чем не виноваты. Родителям я дозвонюсь, — пообещала Рита. У нее сохранились хорошие отношения с бывшими свекрами. — А Илья просто врачей боится. — А мне говорил, что нет, — вставил Денис. Несмотря на ситуацию, Маргарита хмыкнула: — Конечно он тебе не скажет. Он никому не скажет. В лице Анастасии мелькнуло что-то, отдаленно напоминающее ревность: — А вы откуда знаете тогда? Власова мысленно закатила глаза, но снизошла до ответа: — В подростковом возрасте он гораздо хуже маскировался. И к медикам его родители практически силой таскали, — видя, что объяснение собеседницу не убеждает, Рита не выдержала. — Да сколько можно ревновать, блин. Илья с вас пылинки сдувает, а вы… В глазах Насти начала собираться новая порция слез. Маргарита застонала. Снова мысленно. К счастью, к ним наконец-то вышел врач: — Кто по поводу Андреева? — Мы, — одновременно ответили ему три голоса. Мужчина несколько опешил: — Все трое? А вы ему кто? Какой вопрос — такой и ответ: — Жены и сын, — невозмутимо произнесла Власова и, пожалев вконец ошалевшего доктора, пояснила. — Я бывшая, она, — указала подбородком на Настю, — нынешняя. Я вообще за сыном приехала. Объяснение медика удовлетворило: — Ничего страшного, нашли несколько камней в почках. Уже удалили, операция прошла нормально. Пациент сейчас спит.

***

Как только Рита с Денисом зашли в ФЭС, в лаборатории что-то незамедлительно взорвалось. Дежурный упал на пол, лаборантки замерли с открытыми ртами, Рогозина выглянула из кабинета, а Холодов с Антоновой — из буфета. Но Тихонов, через пару минут показавшийся в коридоре, выглядел почти привычно. От обычного вида парня отличали только грязь на лице и еще сильнее всклокоченная прическа. — Все нормально, все целы, лабораторию только помыть надо, — шмыгнул носом компьютерщик и втянул голову в плечи, увидев выразительный взгляд полковника. — Тихонов, — грозно возмутилась Галина Николаевна, — это выговор! Как минимум! Валя, осмотри его, — велела она патологоанатому. — М-да, — негромко прокомментировал Денис, обводя помещение выразительно-непроницаемым взглядом. — А я еще жаловался, что Настя на саксофоне играть учится. Тут же все взгляды обратились к прибывшим, и мальчик, почувствовав себя неуютно, шагнул ближе к маме. — Не переживай, — в тон ему отозвалась Власова, обнимая ребенка за плечи. — Тихонов у нас по жизни ходячее бедствие. Просто к лаборатории близко не подходи. — Учту. Здрасьте, — кивнул он всем сразу и никому конкретному. Полковник, успокоившись, кивнула: — Здравствуй, Денис. Я Галина Николаевна. Рогозину пронзили внимательные черные глаза: — Я узнал. Всех. Мне мама фото показывала.

***

Денис помылся в ФЭСовском душе, переоделся в чистую одежду из сумки, которую Рита предусмотрительно забрала из больницы, и теперь сидел в буфете, ожидая, когда привезут пиццу. — Мам, тебе что, выходной дали? — поинтересовался мальчик, удобно устроившись в материнских объятиях. — В смысле? — Ну, все работают, а ты филонишь, — с едва уловимой иронией уточнил он. Власова усмехнулась и потрепала сына по волосам: — Я напарника жду, он один на место происшествия поехал. Поэтому могу немного посидеть с тобой. А потом уж, извини, придется одному куковать. На нее уставились хитрющие глаза: — Не поверишь, но я как-нибудь переживу.