Корреляция

Через пять дней Сергей пришел в ФЭС. И не потому, что рвался работать — «в поля» он проситься не собирался вообще. Просто его ждала гора отчетов, свалить которые на Риту не позволяла совесть. Капитан была на выезде, поэтому, собрав листочки в кучу, майор направился в буфет. Там было удобнее корпеть над писаниной. И еда была всегда под рукой. Правда, все бумаги чуть не вылетели из рук, когда за спиной мужчины прозвучал детский голос с подозрительно знакомыми интонациями: — Вы же на больничном. Обернувшись, Сергей увидел Дениса, расположившегося на диване с планшетом для рисования наперевес. Майор так удивился, что даже забыл поздороваться: — Ты чего здесь делаешь? Мальчик изучил его черными глазами, которые на фоне белоснежной кожи и рыжих волос производили просто убийственное впечатление, и усмехнулся — точь-в-точь как его мать: — Могу тот же вопрос задать и вам. Денис смотрел так пристально, что у Майского появилось ощущение, что его взяли на прицел. — Отчеты пришел писать, это уже можно, — объяснил он, пытаясь понять, отчего стал объектом такого внимания. — Не могу же я еще и их на твою маму свалить. Денька будто того и ждал — подкинул следующий вопрос: — А что еще свалили? — Работу. Да и характер ей мой терпеть приходится. — Только в работе? — тут же уточнил мальчик. Сергей еще раз глянул на ребенка и понял, что тот все знает. А сейчас, видимо, спрашивает, чтобы получить дополнительное подтверждение из первых уст. — Не только. — И что, — Диса сделал паузу, не отводя от лица Майского недоверчивых глаз, — она вам правда нравится? Майор выдержал этот взгляд: — Правда. Твоя мама мне очень нравится, Денис, — мальчик посмотрел куда-то в сторону, и мужчина напомнил. — А на мой вопрос ответ будет? Деня пожал плечами: — Мама не хочет оставлять меня одного, а к бабушкам-дедушкам я сам не хочу. Ребенок собирался спросить что-то еще, но в этот момент в комнату зашли Маргарита и Константин Сергеевичи. — Здорово, Серег, а ты че здесь? — удивленно, но довольно поздоровался Котов. Впрочем, последнее относилось не к радости от встречи с товарищем, а к работе в паре с Власовой. И тот факт, что Рита за полдня отшила его трижды, уверенности в себе мужчине не убавил. Майор посмотрел на коллег ничего не выражающим взглядом: — И вам не хворать. Я пришел писать отчеты. — Написал? — ровным тоном спросила Маргарита, садясь рядом с сыном, который наблюдал за происходящим, даже не пытаясь скрыть интерес. — Нет еще, только пришел. С Денисом разговаривали. — О, — нездорово оживился Котов, — а я тоже хочу с Денисом поговорить. Можно? — уточнил он почему-то у Маргариты, будто мальчик был мебелью. — Нельзя, — резко ответил Денька и снова уткнулся в планшет, всем видом показывая, что никуда он с этого дивана не двинется. Только если вместе с ним. Власова посмотрела на ребенка, перевела взгляд на одного напарника, на второго и невозмутимо выдала: — Котов, иди Рогозиной доложись. — Почему я? — не понял Константин Сергеевич. — Ну, ты же Кондратьева задержал, тебе и докладывать, — едва заметно хмыкнула Рита. — Да можем оба доложить, — неловко предложил Котов. Маргарита подняла перед собой ладони: — Не смею забирать чужую славу.

***

Когда Котов ушел, пришла пора разобраться с Майским: — Шуруй отсюда, — сказала Рита, наливая чай. — Не понял. — Здесь люди от-ды-ха-ют, — припечатала Власова. — А уж если ты собрался работать, игнорируя собственный больничный, будь добр делать это в другом месте. Когда и Сергей удалился восвояси, Денис не удержался: — У вас всегда такие отношения? — Еще громче скажи, а то не все слышат, — женщина протянула сыну кружку. — Отношения у нас нормальные, когда никто не косячит. — А сейчас он косячит, что ли? Сказал, что не хочет сваливать на тебя еще и отчеты. — Какое благородство, — хмыкнула Рита, но как-то не очень уверенно. — Дис, у него сотрясение, а он так наплевательски к себе относится. Мне что, хвалить его за это? А если осложнения будут?

***

А еще через два дня Май вышел с больничного. На работу он пришел раньше обычного: во-первых, не спалось, во-вторых, хотелось увидеть Риту. По схожим причинам в ФЭС раньше положенного появилась и Власова. Многое хотелось сказать, но, когда оперативники увидели друг друга, необходимость в словах отпала. Убедившись, что вокруг никого нет, Сергей затащил Маргариту в буфет и крепко прижал к себе, зарывшись носом в ее волосы. Женщина же уткнулась лицом в плечо мужчине и начала привычно гладить его по шее. Сколько они так простояли — неизвестно, но шевелиться начали, только когда услышали голоса в коридоре. Не сговариваясь, напарники сели на диван, соприкоснувшись бедрами. — Что хочешь на день рождения? — спросил Майский. Власова по-доброму усмехнулась: — Угадай.* — Ну, а кроме? Рита чуть повернула голову в его сторону и тихо ответила: — Чтобы ты не влипал никуда больше. Понимаю, что с нашей работой это нереально, но можно же как-то снизить риски. И от врачей не сбегать. У Антоновой все-таки другой профиль. Вместо ответа Сергей взял ладонь Власовой в свою и поцеловал. Маргарита свободной рукой потрепала его по волосам: — У Деньки тоже день рождения, кстати, даже раньше моего. — Когда? — Послезавтра. Мужчина улыбнулся: — Какие мы все летние, — протянул он. — Слушай, я ему тоже хочу подарок сделать, примет? — Смотря, что подаришь, — ответила женщина, нехотя убирая руки. Майский вытянул губы трубочкой: — Требую помощь зала. — Краски хорошие. Или маркеры, — отозвалась «помощь». — Я скажу, какие, — быстро добавила она, слыша голоса приближающихся Константинов. Сергей только и успел сделать лицо кирпичом, как в дверях нарисовался Котов: — Не понял, — не понял он. — О, Костян, нас опередили, — бодрого Лисицына так и хотелось чем-нибудь стукнуть, чтобы он перестал быть таким бодрым. — Здорово, господа. — Привет, — хором поздоровались Рита и Сергей. — Мы вам не помешаем? — поинтересовался Котов, кидая на диван недовольные взгляды. Лисицын хлопнул его по плечу и хохотнул: — Да уже помешали, гля, как сидят. Власова выслушала Кость с отстраненным лицом, а Май, вспомнив, как Рита когда-то отбрила Ваню**, решил позаимствовать опыт: — А вы кого к кому ревнуете? Котов натурально запунцовел. Маргарита ранее и представить не могла, что смуглый капитан способен на такое. А Лисицын, продолжая радоваться жизни, захихикал: — Тебя, конечно, Серый. Того и гляди — уведут. — Да что ты, — фыркнул Майский, краем сознания отмечая, что его перестало задевать внимание Котова к Власовой. — А как Соколова к этому относится? — Во-первых, — Лисицын важно поднял указательный палец, — она давно Лисицына. А во-вторых, сказала, что ты — это святое. Майоры дружно заржали, и Котов не выдержал: — Рита, я не понимаю, честное слово, — важно начал он, — как ты выносишь эти шуточки, — не менее важно продолжил, даже не понимая, что нарывается. — Лучше бы в кино со мной пошла. Власова над ответом не раздумывала: — Знаешь, Котов, — протянула она, якобы оценивая предложение капитана, — я лучше шуточки послушаю.