Сопротивление бесполезно

Проснувшись рано утром от непривычно рано прозвеневшего будильника, звук которого Марта ненавидела ещё с начальной школы, девушка встала, протянулась во весь рост, не открывая глаз, и по обычаю хотела сунуть ноги в тапки, всегда находившиеся где-то рядом с кроватью. Однако, открыв глаза, Марта долго прибывала в состоянии лёгкого шока, ведь местность была незнакомой и проснулась она не в своей комнате, а в каком-то шалаше, на кровати из сухих листьев. Вдруг её сердце замерло от одной жуткой мысли, неожиданно закравшейся к ней в голову: она медленно посмотрела сначала на свои ноги, которые почему-то теперь казались длиннее, чем раньше; оглядела тело; волосы, цвет которых теперь был рыжим, и с диким криком выбежала на улицу, очутившись в каком-то лагере сомнительных личностей. — Не-е-е-ет! О, этого не может быть! Неужели я снова очутилась в этой дурацкой игре! Нет, я точно сплю, ведь других объяснений на это у меня просто нет!! – кричала она, поначалу даже не обращая внимания на ходившихся рядом людей. Вдруг сознание Марты потихоньку начало проясняться, когда оглядевшись, она увидела вокруг себя байкеров, в основном мужчин. «Неужели я...» – подумала девушка, как сзади кто-то подошёл к ней, пронизывая своим леденящим взглядом. Марта, дрожа от страха,  оглянулась и увидев перед собою того, кто когда-то был виною всех её ненавистных приключений, замерла в ужасе. Ван Пелт, собственной персоной, смотрел на неё как-то странно, не то, чтобы со злобой, а наоборот. Девушка шарахнулась в сторону, пытаясь не показывать излишних эмоций. Однако злодей и не думал нападать, медленно приближаясь к ней, заложив руки за спину. — Приветствую вас, Руби Роундхаус.– вдруг начал Пелт, заставляя Марту отходить всё дальше и дальше к стене, — Что привело тебя ко мне? — Я… Я… – заикаясь начала девушка, смотря ему в глаза. «И почему я хочу смотреть на него вечно..? Нет, Марта, не думай об этом! Он же злодей!» – однако мысли её отнюдь не совпадали с её странными действиями. Вдруг девушка резко отлипла от стены и уверенно подошла к нему. «Зачем я это сделала..?» – вновь пронеслось в голове у Марты. — Оставайся со мной, милая Руби. Я подарю тебе власть и богатства. – сказал Пелт, явно испугавшись своих же слов. По лицу его пробежала искорка непонимания и даже, в какой-то мере, боязливости, что обычно было несвойственно для него. — Ты… вы… Послушайте, как мне вас называть? — Давай общаться на «ты». Мне так проще. Учитывая то, что ты останешься со мной навсегда. — Что? Я?!  – вспылила Марта, подойдя к нему, — Да, я останусь... То есть, нет! Ах, почему я сегодня себе будто не принадлежу. — Да, я тоже подметил, что сегодня мои руки и ноги меня словно не слушаются и разум мой явно кем-то захвачен. Марта подумала несколько секунд, немного постояла и ещё раз взглянув на Ван Пелта, с трудом произнесла, ведь сказать она хотела вовсе не это: — Пойдём, прогуляемся вокруг лагеря. Мне нужно кое-что тебе объяснить, если, конечно, я сама правильно проанализировала ситуацию. Пелт без всяких отрицаний согласился на прогулку, покорно последовав за Мартой, будто послушная и верная собака. Конечно для него позор это был страшный, ведь он никогда не слушал даже своих подчинённых, а сейчас он исполняет приказы женщины, тем более из вражеского лагеря. — Послушай, Пелт, – начала девушка, нервно потирая руки, — Возможно я ошибаюсь, но может и нет. Я читала про такой мир… про такую вселенную.., когда писатели могут, как бы, управлять персонажами, заставляя их делать что угодно и где угодно. И герои, словно безмолвные марионетки, обязаны исполнять любую авторскую прихоть. Конечно это бред полный, но лишь этим я могу объяснить наше странное поведение, неподвластное нам же самим. Пелт замолчал, видать пытаясь принять ту информацию, которую предоставил ему бывший враг. А Марта продолжала: — И единственным способом хоть как-нибудь повлиять на сюжет рассказа, в котором мы участвуем, это сделать то, чего хочет автор раньше, чем он успеет написать об этом. Пелт удивлённо посмотрел на девушку, не понимая, к чему она ведёт: — К чему ты клонишь? — К тому, что если автор поместил меня к тебе  в лагерь, заставил тебя быть добрее ко мне, следовательно он хочет, чтобы... мы... были вместе..? — Но мы разные! Я – главный злодей, ты – одна из команды героев. Как здесь может что-то получиться?! Марта усмехнулась, и невольно положив голову ему на плечо, в пол-голоса произнесла: — Писателей это не волнует. Нужно предпринять что-нибудь раньше, чем будет продолжение этого шедевра. — И что же?? — Чем быстрее будет развязка, тем скорее мы порвём эти невидимые нити, приклеенные к пальцам автора. Нужно самим, не дожидаясь очередного помутнения рассудка, взять и сыграть свадьбу. Пелт попятился в сторону. По его лицу было явно видно, что предложение он не одобряет, мало того, он против. Девушка вздохнула и вновь подойдя к своему новоиспечённому будущему мужу, произнесла: — Знаю, идея бредовая, но без этого нам не освободиться. Мы должны это сделать завтра же утром, если не сегодня днём. С горем пополам Пелт согласился на её предложение, как бы странно это не звучало. На следующее же утро в лагере была праздничная суета, чего там не бывало почти никогда. А вот подчинённые злодея косо смотрели на девушку, никак не понимая радушия хозяина и его резкого решения (или не совсем его...). С чего он вдруг решил впустить на свою территорию врага, и тем более завязать с ним отношения. Может это часть какого-то гениального плана, познать суть которого они не достойны? Всё может быть. *** Прошло много лет после свадьбы самого коварного человека во всех джунглях и очаровательной каратистки. Марта созванивалась с родителями через мобильный телефон, ведь милостивый автор наделил эти непроходимые дебри связью. Как не понимали они этого ужаса, поначалу кажущимся какой-то фантастикой и небылью, но со временем привыкли и к новому облику их дочери и к неизвестному месту жительства, и к своей внучке. Да-да, к тому времени у них уже была десятилетняя дочь, названная Хлоей. От матери она унаследовала непреодолимую тягу к приключениям, отвагу и способность к карате. А от Пелта ей досталось некое хладнокровие, иногда проявляющееся в самых неожиданных ситуациях и стремление ко власти, тягу к которой имела с малых лет. Все подчинённые злодея  преклонялись перед девочкой, в лицо называя её маленькой госпожой, а та и не отрицала. «Вот тебе и раз…» – иногда думал Пелт, стоя вечером на обрыве, и наблюдая прекрасный летний закат, – «Как странно всё начиналось. Ведь когда-то я искренне ненавидел Руби и уж тем более не мог даже помыслить, что когда-нибудь так сложатся обстоятельства. Но я душевно благодарен этому неизвестному кому-то, кто построил такой сюжет в своём произведении».