Зарождение

***

      Марина сидела на последней парте и оживленно, но с совершенно непричастным лицом беседовала с этим нахальным Витевским. Периодически слушала, периодически писала, но мешала своими разговорами, продолжая их даже после замечаний. Бывают у неё такие периоды. Вот вроде прилежная ученица, но пацанское поведение в ней проскакивает.       Я, как и все учителя, не переношу, такого рода неуважение в свою сторону. Ведь я веду урок, а какой-нибудь умник мешает. Конечно, всегда делаю скидку на то, что они дети и им не всегда интересно сидеть 45 минут и слушать, но сегодня я уже четверым сделал замечание. -Селезнёва, может быть поделитесь, чем вы так увлеченны? — продолжаю пристально смотреть. Она на мгновение впала в ступор, но спокойно встала. Хорошо, что хоть помнит правила поведения при ответе. -Извините, Алексей Викторович, но это сугубо личное. — и даже не смотря на меня садится обратно. -Я ещё раз попрошу вас, Селезнёва, и вашего соседа прекратить разговоры на уроке. — встав, чётко произнёс я, стараясь показать свои намерения.       Она, в свою очередь, ничего не ответила, старательно делая вид, что пишет в тетради. Я позволил себе ухмылку, ведь произвёл нужное давление, отрезав любые пререкания, хотя на моей памяти Марина не часто позволяла себе такое.       Весь класс в это время заинтересованно наблюдал, будто такое не происходит каждый урок, правда без участия Селезнёвой. -А что это мы собственно сидим?! Все уже изучили карту и готовы сделать вывод? — все, как по щелчку, уткнулись в атласы, а я начал записывать даты на доске. -И так у нас есть пять близлежащих государств. — после нескольких минут тишины начал я — Выходим по одному и рассказываем как проходило развитие одного из них. Все понятно?       После унылого положительного ответа, оглядев класс и не заметив желающих, открыл журнал. Сделав общий анализ оценок в классе, выделил двух отстающих и нескольких нуждающихся в дополнительных оценках и вызвал первых отвечающих.       Ожидая ответа от очередного двоечника, искал следующую жертву и остановился на Селезнёвой. Она с измученным видом сидела подперев рукой голову. И одним лаконичным жестом ответила на какой-то очередной вопрос Витевского. Мне, скорее ради приличия, пришлось, встретившись с ней взглядом, неодобрительно покачать головой, хотя эта картина была забавной. А Селезнёва в ответ закатила глаза и отвернулась. Видимо скачки настроения из-за переходного возраста, потому что обычно она довольно весёлая и культурная.       До конца урока оставалось чуть больше десяти минут и по традиции я спрашивал домашнее задание. Как обычно пол класса были не готовы. И вот список дошёл до Марины Селезнёвой. -Селезнёва, ваше домашнее задание? — было видно, что она волнуется, хотя девочка всегда делала почти все задания, и сейчас я ожидал от неё выполненный тест. -Я не сделала. — тихо ответила она, чем вызвала удивленный гул ближних парт. -И что мне тебе ставить? -Ставьте, то что заслужила! — было явно видно, как Селезнёва пытается скрыть, подступающие слёзы. Выглядело глупо, плакать из-за оценок, да ещё и в 9 классе, но то как она старалась спрятать от всех свои истинные эмоции, вызывало простое человеческое уважение.       Прозвенел звонок и она не церемонясь схватила рюкзак и спокойно, насколько могла, вышла из кабинета.       Я лишь улыбнулся. Какие все-таки они эмоциональные. И продолжил спрашивать домашние тесты.