Мое окно выходит на восток

В метро они расстались. Кид, отмахнувшись, сказал, что доберется до дома сам и что девушке не о чем волноваться. Что же, это ее порадовало, она спокойно доедет до кафе и переоденется, и даже попьет кофе в тишине. Красота, что тут скажешь? Особенно ее радовало предвкушение зарплаты за январь, от одной этой мысли тело тут же заряжалось энергией, которую она растеряла за время прогулки с невыносимым пиратом. По жизни Ника не любила торопиться, но эта же самая жизнь ставила ее раз за разом в такие ситуации, что приходилось нестись изо всех ног, чтобы успеть хотя бы половину. Да и работу она выбрала, где особо не насидишься. Вот оно, маленькое и уютное трехэтажное здание из красного кирпича прямо у выхода из метро. Кафе было на окраине спального района, поэтому что днем, что вечером столики были забиты до отказа. Люди это местечко любили: тут был дешевый вкусный кофе, а выпечка всегда свежая и горячая, оформленный со вкусом зал и вежливые официанты. Но те, кто работал в общепите, знают, что за своей ширмой скрывают такие заведения. Тотальное неуважение и рабский труд. Причем неуважение не только со стороны клиентов. Была тут пара стерв, что косо смотрели на нее. Две девушки, старше ее лет на шесть, наверное именно они представляются при слове "телки": всегда на высоченных шпильках, в коротеньких платьях, обтягивающих задницы, со стабильными уколами филлеров раз в квартал, нарощенными волосами и ресницами, больше похожими на оперенные веера. По внешности не судят, но когда одна из них свалила на тогда еще новенькую и наивную студентку полный зал и пропала на несколько часов... Ника все поняла. Но это были пустяки, вынужденный опыт. Настоящим испытанием оказалось начальство. На змей можно было не обращать внимание и не стараться делать вид, что она их уважает или питает приязнь, в отличие от босса. Зайдя в здание через служебный вход, Ника попала в раздевалку и погрузилась в рутину. Отметилась на терминале, переоделась ,убрала все в именной шкафчик, привела в порядок волосы, собрав их в низкий пучок, вымыла начисто руки. Зал в такое время всегда был полный, но ее смена начиналась только через пятнадцать минут. Засыпав пакетик кофе в свою кружку, которую она достала из шкафа, она залила его свежим кипятком, разбавила молоком. Горячий напиток всегда приводил в норму ее мысли и настраивал на нужный лад, вот что значит - заряд сахара. Снегопад за окном начал усиливаться и стена из крупных хлопьев за пару минут закрыла обзор на город. И грустно, и красиво одновременно... - Ника! - с кухни пришла молодая девушка, весело помахала ей рукой. Круглолицая кыргызка Нурсула - ее сменщица. Одна из немногих приятных составляющих этой работы. Она да Игорь. Наверное, их трио можно было назвать странным, потому они и спелись. Анимешник, гик и провинциалка. Каждый чудной по-своему. Черноглазая красавица, поправляя хиджаб, быстро забежала в раздевалку, на ходу снимая белый фартук. -Ну что, как обстановка? - проводила ее взглядом, сделав глоток кофе. -Руки отваливаются! Но я сегодня День Рождения трехлетки оттарабанила, так что забрала всю тяжесть. Не стоит благодарить! -Оох, черт... - от одной мысли ей стало плохо, и она сочувствующе закивала. -Сына ещё сопливит, я уж не знаю, что делать! - тараторила иностранка, переходя иногда на родной язык, - Я в сад его не могу отдать, с ним свекровь вторую неделю сидит, ругается, говорит, это оттого, что матери дома нет, представляешь? -Но ты же не можешь вот так все бросить... А что муж? -А вот молчит! Говорит, ну потерпи, мама тоже устала! Ба-а... - в раздевалке что-то звонко упало, зашуршало и снова грохнулось. -Тьфу! Как всегда, все на нас держится, Ника! Все на нас! Вот почему у свекровей невестки во всех грехах виноваты, а? Несправедливо! - а девушке только и оставалось, что устало кивать, да смотреть в стену, из-за которой доносился голос, потягивая кофе и пытаясь разобрать ее исковерканные слова. К такому Ника давно привыкла, и иногда даже завидовала ее неисчерпаемому объему жизненной энергии. С восьми утра на ногах да с подносами, а скачет, как стрекоза. -Ои-и, слушай, там шеф тебя ждал ещё со вчера. - Нура вышла из-за скрипучей двери, в привычном для неё длинном в пол религиозном одеянии, в котором было видно только ее лицо, и чёрном пуховике поверх, - Такой суетный. Ба, как не начало месяца, так пошло-поехало! Это напомнило Нике кое о чем. Точно. У нее еще было одно дельце, и его стоило решить до начала смены. -Тогда я побежала, - чмокнув сменщицу в щечку на прощание, она наспех вымыла кружку и вышла, направившись к кабинету шефа. Со стороны кухни доносились привычные звуки суеты: стук ножей о разделочные доски, шум бесперебойно работающих вытяжек, и праведные крики шеф-повара, который "ласково" указывает работникам на их ошибки. Свернув, она пересекла узкий коридорчик, в котором могли еле-еле разойтись два человека и остановилась перед самой дальней дверью. Что ж, попытка - не пытка. Отец всегда учил ее не робеть, стоять на своем. Она тихонько постучалась, а после приглашения вошла в маленькую каморочку. -Олег Игоревич, добрый вечер, - она натянула на лицо улыбку как можно более дружелюбную, убрала руки за спину, чтобы не мешались. -Чего стоите? - спросил начальник, не отрываясь от компьютера, махнул рукой на стул в пригласительном жесте. Девушка опустилась перед ним, мимолетно разглядывая рабочее место. Отчеты за последние три месяца, письма из налоговой, графики и обращения заполонили стол и даже соседние стулья. Стояла тошнотворная духота, пропитанная потом, и не спасал даже маленький дешевый вентилятор. -Олег Игоревич, не хотела вас лишний раз отвлекать, но все же хочу спросить... -Ника замялась, - По поводу дополнительных часов на этой неделе. Вам же нужны рабочие руки? Я с радостью поработаю, у меня каникулы до десятого числа. Не отрываясь, она следила за каждым его движением, а внутри готова была разорваться от напряжения. Хоть бы все получилось! Толстые пальцы прекратили бегло печатать, маленькие глазки направились прямо на нее. Тишина тянулась. Мужчина перекинул свой взгляд на отчеты, потянулся к ним подровнял и переложил на другой угол стола, мимолетом сказав: -Никуша Андреевна, я бы хотел вам предложить вот что, - достал из ящика ровную стопочку купюр, скрепленную бумажкой с ее инициалами, но не спешил отдавать ее. Серые глаза буравили девушку сквозь поблескивающие очки своим привычным едким взглядом. -Как насчет повышения ставки? С двухсот до трехсот рублей в час? У Ники чуть было челюсть об пол не стукнулась, а глаза загорелись счастьем. Так много! Для нее это были существенные деньги, на лишние пятнадцать тысяч она и кредиты будет спокойно отдавать, и жить не впроголодь, подсознание уже вовсю в красках рисовало девушке светлое будущее, однако... -Ох, это было бы замечательно! -Но вот условие, - прервал ее и хитро, похабно улыбнулся, хищно осматривая девушку с головы до ног, - Вы взамен сходите со мной поужинать куда-нибудь. От такого предложения она опешила, не сразу понимая, показалось ей или нет? Красочные фантазии разбились о скалы реальности и Ника поняла, к чему все идет. Пальчики нервно вцепились друг в друга, хрустя. -Кхм, Олег Игоревич... Вы меня, конечно, извините... но я откажусь. - еле натягивая на себя дружелюбную улыбку, она сидела, ощущая, что готова под землю провалиться от стыда и злости. И словами не описать, насколько это отвратительно. Но отвратительнее всего, что она не в состоянии уйти из этого кабинета, громко скандаля. -Никуша, Вы подумайте хорошенько, - улыбаясь, поправил свои очки на носу, не сводя с нее игривого взгляда, - Это не разовая акция, а стабильное повышение. Так сказать, за "полную отдачу работе". Вы у нас уже сколько? -...Восемь месяцев. -Вот! Я думаю, вы достойны прибавки! Просто для этого надо еще чу-у-уть - чуть постараться. - он протянул ей стопку кровно нажитой зарплаты, а когда девушка, дрожащей ручкой перехватила ее, тот невзначай провел пальцами по ладошке. Официантку словно разряд тока пронзил. Она отсела подальше, дернувшись и прижав к себе онемевшую конечность. К горлу подступил комок. Глубоко вздохнув, Ника холодно прошелестела: -Извините, Олег Игоревич, я пойду работать. Не дав шефу что-либо ответить, выскочила из кабинета, понесшись в туалет. На нее будто вылили ведро помоев. Глупая... Зачем она вообще пошла просить что-то? Зачем надеяться, зная, на что этот человек способен? Сама себе испортила все... Возмущение, разочарование, злоба - все чувства смешались, норовя вырваться из девушки потоком горячих слез, но позволить себе плакать она просто не могла. Он тронул ее... Заскочив за дверцу с надписью "Для персонала", она включила воду, принялась начисто мыть руки, почти бесшумно визжа. Все нормально, все нормально, ничего ведь не произошло, верно? Тогда почему у нее истерика? Мужчины... омерзительны. Особенно такие как он. Ника словно вернулась в прошлое, вновь переживая то, что стремилась забыть как страшный сон. Нет... не сейчас. Не в этом месте. Отхлебнув водички из кулера, она сделала пару глубоких вдохов, и вновь натянула на себя приветливую улыбку. За ней сегодня было шесть столиков. Кафе всегда работало до последнего клиента, поэтому девушка частенько задерживалась на пятнадцать, а то и тридцать минут. На часах было почти десять, и она, развалившись на кресле, неслась по тоннелю метрополитена, прямиком домой. Руки и ноги гудели от бесконечной беготни и таскания тяжелых подносов, за день нервы настолько атрофировались, что не было сил даже думать. И все равно назойливая мысль о сегодняшнем инциденте сверлила ее голову, снова и снова повторяя фразу "Полная отдача работе"...Она слышала, одна из тех стерв поднялась таким же путем и теперь получает в два раза больше положенного. И как после такого не перестать думать о себе, как о человеке? Поезд прибыл на нужную станцию. Еле переставляя ноги и зевая, бедная студентка спустилась по стоячему эскалатору и вышла через турникеты. На дворе давно стояла непроглядная тьма, рассеивающаяся лишь под редкими фонарями. Мельком девушка глянула в отражение окна у стучащих от ветра железных дверей метро, чтобы поправить пуховый платочек и закрыть им уши. И сквозь стекло увидела... Его. Аловолосую каланчу, что сидела на скамейке около выхода. Чуть завидев ее, он подскочил, схватив все пакеты, и направился к ошеломленной Нике быстрым шагом. -Ты... Что тут делаешь? - выпучила на него глаза, когда вышла наружу. -Гуляю. -... Около метро? Что-то она сомневалась, что пират гулял просто, чтобы подышать свежим воздухом, оглядела его с ног до головы: взмокшие штанины и голова говорили о том, что Кид попал под снегопад, который шел несколько часов назад, а те самые сумки с сегодняшними покупками не могли не вызвать на лице девушки ухмылку. Увидев ее реакцию, Юстасс поджал губы и развернулся, направившись к дороге. -Идем! Но студентка не шелохнулась, продолжая пялиться на него. Неужели он слонялся по улицам все это время, пока она работала? Боже...Хотя дом был расположен достаточно глубоко, в спальном районе, и чтобы найти проход через строения и ограды, да еще и в темноте, надо постараться, но он же ходил с ней здесь утром! Хоть бы в вещами все было нормально. От едких замечаний Ника решила воздержаться, по одним только вздутым венкам на лбу было видно, что пирата лучше не испытывать на прочность. Но что-то все равно да вырвалось: -Ты что, забыл номер дома? -Чего?? Нет конечно! Я же сказал, я просто смотрел город! - рыкнул пират, -Ну и еще решил тебя встретить. Ясно? Давай, идем уже! Они шли по узкой неосвещенной дороге, и Кид то и дело подгонял спутницу, недовольно ворча что-то себе под нос. А когда замолкал, до девичьего уха доносился отчетливый стук зубов. Такой, как Юстасс никогда не признается, что заблудился.