Только Стэну не говори

      Стэн никогда не любил подобного рода вечеринки. Сидя в углу у барной стойки и наблюдая, как кого-то из многочисленной толпы вырвало прямо на пол, он размышлял, как вообще дошло до того, что весь клуб неудачников оказался в этом второсортном грязном местечке под сопливым названием «Сердце купидона».       Кажется, они планировали только тихо посидеть в кафе, кино или погулять по вечернему Дерри, но неугомонный Ричи, лишь только завидев название клуба, затащил всю компанию внутрь, чтобы «просто посмотреть».       Урис перевел взгляд влево. Вот и он, авантюрист. Парень развалился на соседнем месте, удобно устроив голову на деревянной поверхности стойки и сжимая в руке недопитый стакан какого-то, вероятно, алкогольного напитка. Стэну даже думать не хотелось, какое содержимое там находится. Весь вечер Тозиер только и делал, что смешивал всевозможные варианты коктейлей и давал на пробу всем желающим неудачникам, (и откуда только у него взялись деньги на все это?) коих оказалась только половина. Эдди сомневался в пригодности для питья любой жидкости, находящейся в этом месте, поэтому решил не рисковать. Бен, кажется, единственный волновался о том, что завтра рано утром придется топать на учёбу, так что тоже отказался от этой задумки. Он остался тут только за компанию и чтобы помочь Беверли, которая на спор заливала в себя непонятно какой по счету шот ликера, дойти до дома. Сам Стэн просто скривился после предложения Ричи попробовать коктейль из рома, молока, ягодного сиропа и банки энергетика, так что его быстро оставили в покое.       Остальные.. Урис задумался, какое описание больше подходит: «бухие в хлам», «в стельку» или «в усмерть»? «Культурно выпившие», как предпочел высказаться Ричи, перестало подходить после третьего стакана. Впрочем, можно было обойтись и одним обобщающим словом – «перебравшие». Сильно перебравшие. Было ясно, что те неудачники, которые не были против выпивки, переоценили себя и свои возможности. Так, Стэн несколько раз силой удерживал Билла, чтобы тот не залез на стойку с навязчивым желанием станцевать, потому что «на танцп-поле слишком т-тесно». Даже Билл..       Стэн представить не мог, что Большой Билл, как его прозвали в их компании, имел такие проблемы с алкоголем. Он уверял, что "только попробует", в итоге продегустировав чуть ли не все виды предложенных напитков. Сложно было сказать, что Денбро плохо себя чувствовал: прямо сейчас они с Майком, которого Ричи все же смог уломать на «пару стаканчиков», увлеченно подпевали какой-то иностранной песне, совсем не зная слов. Весело, наверное..       Хоть Билл, Ричи, Майк и Бев знатно наделали проблем остальным неудачникам, которым предстояло провожать их до дома, но Стэн понимал их. Нечасто удавалось вот так вот беззаботно оттянуться в компании друзей. Особенно в последние дни, когда учеба отнимала почти все свободное время.        Урис задумался. Эта тема его совсем не радовала. Может, стоило принять приглашение Балабола? Тогда он не сидел бы сейчас где-то на отшибе, отдельно от веселящихся людей, раздумывая о чем-то неприятном, а веселился в центре толпы, вместе с остальными. Вместе с Биллом. Ну или украшал бы внутренние стенки унитаза своим ужином. А такая перспектива его нисколько не прельщала.       — Стэн! — пробиваясь сквозь громкую музыку, до него долетел крик Эдди. Урис повернул голову, спрашивая, в чем дело. Следующую часть Каспбрак уже прокричал ему в ухо. — Мы, наверное, пойдем! Я провожу Ричи, так что не теряйте!       Урис только кивнул, помогая другу разбудить Балабола. Тот отчаянно не хотел открывать глаза и опрокинул на себя остатки напитка, когда пытался отмахнуться от назойливых рук парней. Кое-как ему удалось подняться и послушно последовать за Эдди, все ещё в полудрёме. Что ж, на один пункт доставки меньше.       Стэн достал из кармана телефон, чтобы проверить время. На дисплее ярко высветилось «0:42» и «1 входящее сообщение». Парень открыл его. Оказалось, Бен и Беверли тоже покинули клуб, судя по времени, где-то двадцать минут назад. Пора было и им собираться.       Юноша обернулся, чтобы взглядом выловить из толпы две знакомые макушки, которые остались под его присмотром и на его совести. Однако в разносортной толпе он не увидел ни Билла, ни Майка. Паника начала медленно ползти по его горлу. Неужели, потерял? Или они сбежали? Как в таком состоянии они доберутся до дома?       — Скучаешь, Стэнни? — довольно промурлыкал кто-то за спиной. Юноша обернулся, чуть не сталкиваясь носом с Биллом. Так близко. Сердце быстро-быстро застучало, пока взгляд тонул в темных зрачках напротив. Блики от диско-шаров мелькали в них, словно звёзды на черном ночном небе. Ну и кто из них ещё пьян?       — Билли, где Майк? — наконец спросил Урис, надеясь, что Денбро знает ответ. — Пора домой.       — Уже? — с толикой разочарования протянул парень. Грустный взгляд больших тёмных глаз чуть было не подкупил Стэна, но тот справился, выжидающе смотря на друга. — Он в ту-уалет отошёл. Скоро вернуться д-должен.       И правда – через пару минут к ним подошёл Майк с тем же предложением покинуть клуб. На удивление, он был вполне вменяемым. Похоже, Стэн ошибся, думая, что Хэнлон набрался так же, как, например, Тозиер. Нет, он действительно культурно выпил. Чего нельзя было сказать о Билле. Ещё полчаса назад Урис был уверен, что тот сможет дойти до дома, ни разу не упав, но, похоже, за это время парень успел ещё где-то перехватить пьянящего напитка. Вздохнув, Стэн с Майком взяли его под руки и чудом протеснились через толпу в гардероб.        Впереди ожидали новые проблемы: на месте, где Урис оставил пальто, его не было. Парень пересмотрел все вешалки а радиусе метра, но поиски не обвенчались успехом. На месте, где они с Ричи повесили верхнюю одежду, (гардероб слишком забит, давай на один крюк повесим?) осталась только черная куртка Балабола. Пара секунд раздумий – Стэн ударил ладонью по лбу, догадавшись, в чем дело. Похоже, Тозиер по ошибке схватил его, Уриса, пальто вместо своей куртки. Что ж, выбора не оставалось, и юноша снял с крючка одежду, накидывая на свои плечи. Завтра надо будет обменяться.

***

      — ..а она ему и гов-ворит: «Я слишком стара для вс-сего этого дерьма»! - по пустой улице разносится громкий смех парня над собственной шуткой. Стэн улыбается, чтобы показать хоть какую-то реакцию, когда Билл оборачивается, впечатленный своим чувством юмора. Урис считает, что в трезвом виде тот шутит куда лучше.       Он вообще многое делает лучше в трезвом виде. Стэн сомневается, что Билл может сделать что-то неидеально. Ну, разве что говорить. Но Урис никогда не считал его заикания чем-то отвратительным или постыдным, хоть к этому в средней школе так часто цеплялись некоторые одноклассники. Наоборот, это кажется ему милым. (посмотрим ещё, кто из вас будет больше заикаться, когда ты решишь наконец сказать ему.) От неожиданной мысли он останавливается, но быстро приходит в себя и догоняет друзей, которые даже нетрезвые идут слишком быстро, держась друг за друга, чтобы не упасть. А он планирует признаться? Юноша горько усмехается своим мыслям. В фильмах, которые они часто смотрели с матерью, все было таким простым: подойти, сказать «я люблю тебя» и через минуту сжимать в объятиях возлюбленного, который точно ответит взаимностью. Вот только жизнь – не кино, в ней все не так просто. Совсем не просто. Особенно, если ты по уши втрескался в лучшего друга.       Как такое вообще произошло? Юноша не помнит. Ему казалось, что эта влюбленность была в нем всегда, затаившаяся глубоко внутри с самого их знакомства, и с годами только укреплялась в его сердце. Забота, внимание, умение вытащить клуб неудачников из очередной нависающей проблемы, холодная рассудительность (но зато такая теплая улыбка) Билла – все подкупало Стэна в его личности. Сердце предательски громко стучало каждый раз, как Денбро оказывался ближе расстояния вытянутой руки: случайно засыпал у друга на плече, когда фильм казался слишком скучным; постоянно, черт возьми касался его кожи, вызывая разряд молнии по всему телу, когда неудачники тесным кругом садились провести время за настольными играми; брал его за руку холодными зимними вечерами, когда во время прогулки с друзьями ладони Стэна сильно мёрзли, а перчатки все это время были в кармане были забыты дома; иногда диктовал ответы на контрольной в самое ухо, заполняя голову парня своим медленным вкрадчивым, нежным, до ужаса возбуждающим шепотом, а совсем не заданиями теста; а ещё неизменно, в любой ситуации, в любой игре или простой беседе с клубом, садился рядом, точно магией приковывая взгляд Стэна к своему чертовски идеальному профилю..       Урис поднимает голову, смотря на Билла, который искренне хохочет, соревнуясь с Майком в выдуманном конкурсе «у кого смешнее выражение лица».       Интересно, как бы он отреагировал?       Перед глазами возникает сразу несколько сцен: в каждой из них Стэн смущённо выталкивает из себя признание, отчаянно краснея, только реакция Билла везде разная. В первом варианте он кричит и злится, недоумевая, разочаровывается в своем друге и, возможно, даже заезжает ему по носу своими красивыми острыми костяшками. Урис помотал головой. Нет уж, Билли не стал бы такое вытворять. Он наверняка отнесётся к этому более спокойно. Например, просто кинет молчаливый презрительный взгляд и удалится, навсегда разорвав их дружбу и унеся с собой половину разбитого сердца юноши. Стэн очень надеялся, что есть место для третьего варианта, в котором Денбро все выслушает и поймет, и даже если не ответит взаимностью, (об этой возможности Урис даже думать не смел. Слишком..нереально) то они хотя бы смогут остаться друзьями. Да, это, пожалуй, был лучший вариант из всех возможных.       Но случится это только если юноша решится рассказать обо всем другу. А он не планировал этого делать, пусть в груди каждый раз тоскливо пульсировало от чувств.       Но о чем это мы? Ах да, Билл практически всегда делает все идеально. Но самое лучшее, что он может в трезвом виде – ходить. Стэн не успел заметить, как они подошли к дому Майка и тот, попрощавшись, (— тебе точно не нужна помощь? Он же на ногах не держится. — точно. Все в порядке, спокойной ночи) ушел. Теперь они остались вдвоем с Биллом, медленно продвигаясь под мерцанием звёзд и тусклым светом фонарей маленького городка. Романтичная атмосфера, не правда ли?       Юноша часто представлял себе их ночные свидания прогулки. Они только вдвоем ходят по городу, спускаются к реке или залезают на крышу дома, чтобы полюбоваться созвездиями. Билл вновь находится очень близко, и Стэн теряется в его теплых объятиях и ласковом взгляде..       Сегодня они тоже идут только вдвоем, да. Денбро приобнимает его за плечи и его лицо всего в нескольких сантиметрах.. но это все лишь потому, что парень с помощью друга пытается не растянуться посреди дороги.       Стэн вдыхает приятный аромат его парфюма, незаметно перемещая руку на талию Билла, чтобы удобнее было держать, чего тот не замечает из-за толстого слоя теплой куртки.       Урис ежится от налетевшего холодного ветра. Черт бы побрал этого Тозиера, который даже поздней осенью ходит в легонькой джинсовке. Сам спёр теплое пальто Стэна, из-за чего тому пришлось надеть куртку, в которой и души-то не было, только чтобы не замёрзнуть насмерть. Он недовольно натянул капюшон, прикрывая шею и с усмешкой думая, что сейчас он очень похож на Балабола. Словно прочитав его мысли, Билл поворачивает голову, растягивая губы в счастливой улыбке.       — Р-ричи, это было классной идеей – привести нас т-туда!       — Ричи Эдди увел, Билл, — юноша совсем не разделял мнение друга. Он предпочел бы простую прогулку вместо этой взбалмошной вечеринки. — Я Стэн.       — Да-да, Стэн, — кивает Денбро, отворачиваясь на звук кричащей птицы. — Стэ-эн, — задумчиво тянет он. Возникает минутная пауза. Юноша уже думает, что друг задремал, но тот вдруг вполне спокойным голосом заявляет: «Ох, Ричи, я н-не выдержив-ваю. Я т-так влюблен.»       — Тише, Билли, люди спят, — шипит Урис, нахмурившись. Он чувствует, как что-то больно колет в груди. Беверли. Наверняка Билл говорит о ней. Стэн замечал, как Денбро на нее смотрит, ещё с седьмого класса. И он точно не хотел слушать это. Пожалуйста, только не сейчас. Только не в его присутствии.       — Я не знаю, чт-то мне делать, — кажется, Билл его совсем не услышал, продолжая свой монолог, — к-каждый день, понимаешь? Каждый день я п-просыпаюсь с мыслью, что с-сегодня! — юноша ударяет кулаком о ладонь, после чего снова поникает. — Сегодня точ-чно расскажу обо всем! Н-но в итоге отсиживаюсь, как жалкий т-трус.       — Билли, пожалуйста, — Стэн пытается заставить его замолчать, но все тщетно. Друг еле связывает слова между собой, но упорно продолжает говорить, говорить, говорить..       — Помнишь, как я р-расказвал тебе про Бев? — не дожидаясь ответа, он продолжает. — Как-кие у нее чистые и св-ветлые глаза, похожие на море, огненные кудри, в которых можно з-запросто сгореть, прелестная россыпь вес-снушек, словно одуванчиков на п-поле, тонкие руки, которыми хоч-чется вечно любоваться.. — Денбро заходится кашлем, подавившись воздухом.       — Да ты романтик, — грустно усмехается парень, еле сдерживая напрашивающиеся слезы, и хлопает друга по спине. Последние хрупкие надежды развеваются прахом над тем самым морем, которое Билл так удачно сравнил с глазами Беверли.       — Н-но сейчас мне кажется, чт-то мое с-сердце трепещет в несколько раз сильнее, — юноша глубоко вдыхает, чтобы продолжить, — эт-то все равно что с-сравнить ветер с ураганом..       Стэн жмурится и зажимает уши, предпочитая не продолжать слушать все эпитеты и метафоры, которыми Билл, как будущий писатель, щедро сдобрил описание своей любви к Марш. Надо же, даже с заплетающимся от алкоголя языком он все ещё сохранял способность красиво изъясняться. Предательская капля скатывается по щеке, остановившись на уголке губ. Парень тут же слизывает ее, рукой вытирая влажную дорожку. Этот микс из обиды, злости и разочарования на вкус ужасно горький. Урис оторвал ладони от ушей только когда друг опасно наклонился в сторону, рискуя упасть. Он быстро вновь притягивает его к себе – так удобнее контролировать положение в пространстве.       — ..зн-наешь, если сравнивать его с Бев-ви, — тем временем продолжает юноша, — т-то можно увидеть раз-зницу. Его глаза больше п-похожи на бескрайний океан, в кот-тором я утопаю каждую секунду зрительного контакта. Его аккур-ратные кудри напоминают лучики солнца. Они не обжигают, а только приятно сог-гревают. Знаешь, я всегда чувствую себя уютно рядом с Ним, даже ес-сли мы находимся в полном дерьме от проблем. О чем это я? Так вот, веснуш-шки на Его мягких щеках – словно звёз-зды. Я постоянно пытаюсь их сосчитать, но в-все тщетно. Пока что остановился на 45.. или 54? Ну вот, уже не п-помню. Мне бы очень хотелось д-дотронуться хотя бы до одной этой звёздочки, но она, хоть и кажется такой близкой, на самом дел-ле очень далеко.. ни за что не дотянуться руками. Руки! Его руки.. ес-сли на пальцы Беверли хочется люб-боваться, как на музейный экспонат, то Его пальцев хочется бес-спрерывно касаться, переплетать со своими, сжимать в лад-донях, чтобы согреть..       Дальше Стэн уже не слушал. Точнее, не слышал. В его голове медленно вращаются шестерёнки, прокручивая «Его..Ним..Нему..». Что же это получается? Урис продул в любви какому-то пацану? От этого стало ещё обиднее. Ладно бы Беверли. Влюбиться в натурала и получить отказ не так обидно, как в случае того же отказа от би (или кем там Билл себя считает). Кто вообще такой этот Он? Неужели кто-то смог втереться в доверие к Биллу, проникнуть и остаться в его сердце быстрее, чем это мог бы сделать Стэн за все 13 лет знакомства? Парень просто не мог понять, за что жизнь его так ненавидит.       На горизонте уже маячит дом Денбро. В одной из комнат до сих пор горит свет – похоже, родители решили дождаться возвращения блудного сына. Урис дал себе мысленную пощечину, чтобы не расплакаться от обиды снова. В голове все ещё витали обрывки сладких фраз друга, посвященных какому-то непонятному Ему.       — Билли, мы пришли, — оповещает Стэн, прерывая монолог, который, похоже, как раз подходил к концу. Билл поднимает голову, всматриваясь вперёд и резко останавливается, придерживая юношу за плечи и разворачивая к себе.       Стэн только сильнее натягивает капюшон, чтобы друг, который был уверен, что разговаривает с Ричи, не увидел настоящую личность того, кто провожал его до дома.       — Ричи, — Билл неожиданно хлопает того по плечам, заставляя выглянуть из-за края черной ткани, а потом и вовсе прислоняется лбом ко лбу друга, переходя на довольно громкий шепот. — Я, ч-черт возьми, без-зумно люблю Стэна.       — Что?! — срывается с языка быстрее, чем Урис успевает подумать хоть о чем-то. Сердце пропускает удар за ударом. Он сказал «Стэна»? Парень очень боится того, что ослышался или что это попросту хороший воскресный сон из разряда его фантазий. Билл тем временем слегка хмурится и пытается сфокусировать взгляд, заставляя друга и вовсе задержать дыхание от волнения. Проходит секунда, вторая, третья..       — Ну да, Стэна, — невозмутимо повторяет Денбро. — Ты мен-ня не слушал?       — Слушал, но..— юноша не может подобрать слов даже для одного коротенького предложения, — я думал, ты говоришь о ком-то другом.       — О к-ком, например? Никт-то больше не вызывает во мне так-ких чувств, как Стэн, — лепечет Билл, снова едва различимо, но с таким недоумением, словно объясняет очевидные вещи. И Урис все понимает. Он вылавливает каждое слово, наполняясь счастьем, как копилка – монетками. — Т-только вот он ни за что не ответит м-мне взаимностью.       — Откуда же ты можешь это знать? — радостно спрашивает Стэн, совсем позабыв о том, что недавно думал точно так же. — Ты ведь не спрашивал его напрямую.       Как долго они, два влюбленных придурка, скрывают свои чувства друг от друга?       — Ну-у, — тянет Билл, отводя взгляд. — Это же Стэн. Он же чер-ртовски правильный мальчик. А тут я с этими неп-правильными чувствами..       — Ты считаешь, лучше отмолчаться? — ну уж нет! Только что сбылась мечта юноши – его любовь, за которую он регулярно ругал себя, но ничего не мог поделать, оказалась взаимной! И Урис этого просто так не оставит. Если судьба даёт шанс на счастливое будущее, то стоит им воспользоваться. Пусть и слегка нечестным способом. — А если.. если он тоже тебя любит? Если также ощущает всех этих бешеных бабочек в животе? Если каждую ночь мечтает о том, чтобы оказаться в твоих (не просто дружеских) объятиях и наконец перестать винить себя за эти чувства..       — Ст-тал бы он это скрыв-вать, — недоверчиво хмыкает Денбро.       — Стал бы, — Стэн не задерживается с ответом. — Это же Стэн. Он всегда во всем сомневается.       — Тогда, — Билл бросает неуверенный вопросительный взгляд на друга, — с-стоит рискнуть?       Урис молча кивает.       — Нав-верное, ты прав, Ричи, — выпрямляясь и натягивая капюшон на голову, произносит парень. Он уже направляется по дорожке к дому, но тормозит и оборачивается. — Только Стэну не говори. Я сам.       — Не скажу, — шепчет Урис, тепло улыбаясь Биллу. Он уже не дрожит под тонкой курткой, ведь внутри все просто плавится. Стоит признать, Стэн впервые благодарен Балаболу за его невнимательность. — Обещаю.