Цвет твоей любви

      Щебетание птиц и какие-то звуки внизу студии разбудили Вики. Она сладко потянулась, сильнее натянув объёмное одеяло, укутавшись почти с головой. Даже сквозь слои синтепона до рецепторов доносился запах кофейных зёрен, перемешиваясь с запахом необработанного дерева, лака и краски.       Зевнув и откинув мягкое белоснежное облако в сторону, девушка села на край большой кровати, собранной из паллетов, окрашенных в молочный цвет. Пальцы ног приятно потонули в ворсинках ковра, отчего по телу пробежали мурашки.       Вики любила оставаться у лучшего друга: они могли, развалившись на полу, поедать жирную пепперони, часами обсуждать работы великих художников, рассуждать о талантливой операторской работе в кино, композиции и цвете, о том, как классическое изобразительное искусство оказало влияние на современность.       Каждый мог быть самим собой в этой просторной квартире-мастерской, принадлежащей Дино. Не соответствовать ожиданиям их высокопоставленных родителей, оплакивать неудачные романы друг друга и всегда находить утешение в их маленьком мире.       Дино вот уже год как избавился от тотального контроля отца, официально отвергнув роль наследника в его бизнесе и, наконец-то, полностью отдавшись тому, что так безмерно любил — живописи. За это время его мастерство заметили и оценили по достоинству: несколько работ уже выставлялись в независимых частных галереях.       Вики же активно снимала для глянца, то и дело затаскивая друга на фэшн-фотосессии в качестве модели и всё время умиляясь тому, как этот молодой мужчина, выглядевший как греческий Бог, в свои двадцать пять лет искренне стеснялся сыпавшихся на него как из рога изобилия комплиментов.       На съёмке между ними всегда была какая-то еле уловимая химия, но оба знали, что Вики видит его настоящего, и на её снимках взгляд голубых глаз проникал в самую душу смотрящего. Под натиском неуёмной подруги Дино был вынужден обвешивать холостяцкую студию собственными портретами, которые это милое и хрупкое создание притаскивала каждый месяц со словами: «Ты только посмотри, как тут на тебя свет упал роскошно!».       Их дружба была для обоих чем-то вроде святыни, которую оберегали от внешнего мира, никого не впуская. Они заранее договорились, что их отношения никогда не запятнаются одноразовым сексом, и все эти пять лет этот запрет соблюдался обеими сторонами беспрекословно. Хотя временами оба переходили эту тонкую грань: Вики завороженно смотрела, как друг, склонившись над мольбертом, размашисто наносил мазки, случайно оставляя на лице крапинки разноцветной масляной краски.       Пряди светлых длинных волос выбивались и струились по волевому подбородку с маленькой ямочкой — Вики не могла совладать с собой в такие моменты, и руки сами тянулись к слегка щетинистому лицу, убирая шелк волос. Дино же мягко улыбался краешком пухлых губ, прижимаясь к маленькой ладони щекой и тёрся об неё до лёгкой красноты, затем нежно целуя пальцы.       Этот, на первый взгляд, безобидный флирт был намного интимнее и глубже любых отношений, которые оба заводили на протяжении всего этого времени.       Привычка рано вставать преследовала Дино с самого детства — от этой муштры было не так-то легко избавиться, когда твой отец-тиран лепил из тебя идеального солдата и акулу бизнеса. Пользуясь преимуществом жаворонков, парень частенько любовался спящей девчонкой, чьи шоколадные волосы разметались по подушке, а идеальная фигура была скрыта под его футболкой. Она была совершенством: губы, мягкие и пухлые, словно лепестки роз, пушистые ресницы, миловидное, почти кукольное лицо с персиковой кожей, тонкая длинная шея, на которой мерно пульсировала небольшая венка, аккуратная грудь, идеальная линия бёдер, стройные, спортивные ноги — это не могло оставить равнодушным ни одного мужчину, которые роились вокруг неё постоянно.       И Дино не был слепым — всего лишь слишком любил её, чтобы испортить всё то, что между ними есть. Поэтому он просто закрывал глаза, досчитывал до десяти, выдыхал и доставал свой любимый скетчбук в обложке из телячьей кожи, хранивший все портреты спящей Вики, которые она никогда не увидела бы. Это было его признанием и страшной тайной — чувства, спрятанные за карандашными штрихами на шероховатой бумаге. На этих зарисовках она была по-настоящему прекрасная и естественна в своей первозданности.       Иногда они внезапно сталкивались, врезаясь друг в друга, пока оба кружили на кухне, готовя ужин. Оказывались слишком близко, соприкасаясь телами так, что замирало дыхание и электризовался воздух. Затем безумно долго извинялись, заедая неловкость мороженным прямо из банки, сидя на полу, привалившись спинами к духовке…       Девушка мягко ступала по деревянной лестнице с широкими ступенями, придерживаясь рукой за грубые чёрные металлические поручни. На стене над лестницей висели чёрно-белые портреты Дино, отпечатанные на стекле. Вики восхищенно смотрела на них: строгое, но в тоже время лучащееся каким-то ангельским светом лицо с точёными скулами и широко распахнутым взглядом цвета арктических льдин. Холодная, но одновременно магнетическая красота, которая притягивала людей к нему.       Вики знала о личной жизни друга всё: даже об одноразовых пьяных связях с парнями, за которые она его не осуждала — лишь до зубного скрежета ревновала, но никогда не показывала чувств, — принимая этого чертовски красивого и сексуально притягательного человека со всем его внутренним миром, который казался бескрайним…       В огромные панорамные окна бил утренний свет, проникая лучами прямо вглубь пространства, заливая шероховатый бетонный пол жёлтыми отблесками. По стенам, выкрашенным в чёрный и белый, плясали солнечные зайчики, отражаясь от светлых участков и бьющих по сонным глазам, не привыкшим ещё к яркости. Вики невольно поморщила носик, прикрываясь от солнца ладонью.       — Доброе утро, ангел! — Дино стоял возле кухонной тумбы, облокотившись и сжимая в ладонях кружку с ароматным напитком. — Будешь завтракать? — его волосы были распущены и ниспадали на широкие плечи, обтянутые футболкой. Контровой свет, бивший из окон, создавал вокруг этого красавчика солнечный нимб.       — А что у нас в меню, шеф? — Вики подошла к нему, невесомо дотрагиваясь губами до колючей щеки.       — Пока только кофе, но если порыться в недрах холодильника, то можно найти сливки, — он отпил из кружки, неприкрыто смакуя горячий напиток и подмигивая сонной подружке.       — Не густо, конечно, но к кофе подходит идеально, — она прошла за спину Дино, открывая шкафчик и пытаясь дотянуться до кружки, которая, как назло, висела слишком высоко.       — Когда ты уже перестанешь меня дискриминировать по росту, здоровяк?       — Я не виноват, что ты — коротышка, Уокер, — он подошёл и остановился в паре сантиметров от Вики, слегка задевая её лопатки своим телом, от которого исходило тепло и вкусно пахло грозой, словно зелень после дождя — Вики всегда удивлялась этому магнетическому запаху…       Дино протянул руку вверх, обнажая сильные предплечья, спрятанные под рукавами футболки, достал кружку и мягко вложил в ладони Уокер, глядя на неё чуть сверху. Она была такая смешная с этим бардаком в волосах и в его серой футболке с логотипом Йельского университета, стояла босиком на бетонном полу, поставив одну ступню на другую и глядя на Дино, словно оленёнок Бэмби.       Этот взгляд сводил с ума всех её мужчин, коих было предостаточно, и он не хотел становится очередной «жертвой», предпочитая быть ближе всех и оставаться другом. Но с каждым её появлением сделать это было труднее, чем раньше — Вики расцветала, становилась красивее, умнее, мудрее, женственнее, даже не подозревая об этом.       — Носи каблуки, Уокер, — он смотрел ей прямо в глаза, затем по-приятельски потрепал по волосам и невесомо поцеловал в макушку.       — Какие планы на сегодня? — Вики слегка зашлась румянцем от очередного слишком интимного момента и поскорее сменила тему.       — Хочу попробовать кое-что новенькое, — Дино уже отошёл в центр комнаты, указывая на подготовленный мольберт. — Нашёл новые краски, не терпится опробовать. Сегодня ещё и свет такой удачный, — парень одним отточенным движением собрал свои светлые волосы в низкий небрежный пучок, снимая резинку с запястья.       В этом его жесте таилась какая-то еле уловимая сексуальность: в движении рук, в том, как пальцы проходят сквозь волосы, зачёсывая и собирая их на затылке, как играют мышцы широкой спины под футболкой.       Вики наливала кофе в кружку и не могла оторвать взгляда от этого красавчика, который с каждым годом становился всё мужественнее, увереннее, обретал почву под ногами, восхищал женщин и мужчин, оставаясь при этом добрым и открытым человеком.       — Что будешь писать на этот раз? — отпивая из кружки, спросила Вики.       — На самом деле, ещё не решил. Может, есть идеи? — он задумчиво прикусил конец кисти.       — Раз тема свободная, пусть будет о дружбе. Слушай, правда, нарисуй нас с тобой, но в своей манере — через цвет и фактуру, заодно и проверишь материал, — девушка подошла к другу и взяла вторую кисть.       — Хочешь стать соавтором? — он шутливо вскинул бровь, улыбнувшись уголками губ.       — Считаю, я давно заслужила это право, дружище, — она несильно ущипнула Дино под рёбрами, от чего тот поморщился и мягко рассмеялся.       — Как всегда самонадеянно, но принято единогласно.       — Так, теперь решим с цветом — давай ты будешь вот этим мятным и вот этим белым, — Вики протянула тонкие пальцы к тюбикам, рассыпанным на деревянном столике рядом с мольбертом, выдавливая небольшое количество на палитру.       — Я что, вызываю ассоциации с жевательной резинкой?       — Ты вызываешь ассоциации с занудством, — Вики рассмеялась и толкнула друга в плечо. — Мятный цвет — это свежесть, прохлада, умиротворение, слегка холодноватое спокойствие, ну и белый — чистота. Из нас двоих художник — ты, а заставляешь объяснять очевидное.       Вдруг Вики поймала на себе внимательный и изучающий взгляд голубых глаз друга, в котором было что-то нетипичное — он смотрел с интересом. Мужским интересом. Вики знала этот взгляд: слегка расширенные зрачки, учащающееся дыхание.       Нет, Дино, только не ты! Не смотри на меня так!       Она быстро отвела смущенный взгляд, набирая краску на ворс кисти.       — Тогда ты, Уокер, будешь фиолетовым.       — Цвет безумия?       — Где ты этого нахваталась? Нет, это самый сложный цвет спектра, — Дино снял крышку с тюбика, выдавливая немного маслянистой субстанции. — Он сочетает в себе возбуждающий красный, — парень забрал несколько капель на кисть, — спокойствие и глубину синего. Это цвет вдохновения, Уокер, — с этими словами он широкими мазками нанёс краску, расписывая чистое полотно.       Парень спиной ощущал, как подруга смотрит на него, наблюдая за размеренными движениями рук. Повернувшись через плечо, Дино встретился с синими глазами, внимательно следящими за ним. Она стояла, сложив руки на груди и закусывая кончик кисточки в задумчивом молчании.       Сколько раз он видел этот взгляд — тихое желание, которое ощущалось физически.       Нет, Уокер, только не ты! Не смотри на меня так!       — Будешь пялиться или поучаствуешь в творческом процессе? — он играючи мазнул кистью по кончику милого носа.       — Эй, ты чего, мистер Мятная Жвачка? — Вики попыталась напасть так же дерзко, но атака была отражена крепкой хваткой на запястье одной руки.       — Дорасти сначала, — Дино засмеялся и, не выпуская руки девушки, снова мазнул краской ей по щеке, вызвав тем самым протестующий рык маленького львёнка.       Девушка была не из робкого десятка, и азарт вспыхнул в синих глазах быстрее, чем Дино смог понять, что картина, скорее всего, будет нарисована на нём. Вики поднималась на носочках и наотмашь отбивалась кисточкой, хохоча и попадая по абсолютно случайным местам на лице и теле широкоплечего блондина, получая новую порцию фиолетовых мазков в свою сторону.       Студия наполнилась задорным смехом и абсолютно детским весельем. Краска уже попадала не только на одежду и лица, но и крапинками оседала на бетонном полу, изредка попадая на холст.       — Ах ты так? — Дино в очередной раз отбивался, закрывая лицо руками от маленькой девчонки, прыгающей вокруг, словно Мохаммед Али. — Тогда пеняй на себя, Уокер, — он в пару шагов преодолел расстояние до окна, где стояли банки с водоэмульсионкой яркого красного и жёлтого цветов. Резко поддев пальцами жестяную крышку, он одним движением плеснул немного на неожидающую такой дерзости Вики. Под тяжестью краски футболка прилипла к девичьему телу, вызвав у Дино нехилое возбуждение от открывшегося перед ним вида запыхавшейся и раззадоренной подруги.       Их взгляды снова встретились, и Вики как-то странно улыбнулась, будто бы почувствовав эту секундную слабость в голове Дино. Она сильнее растянула ворот футболки, быстро и слишком стремительно скинув испорченную ткань с себя и швырнув в сторону, оставшись в одном белье.       — Вик? — нервно сглотнув, он сделал два широких шага вперёд, оказываясь почти вплотную к ней: в джинсах стало тесно, а спину обдало жаром, но не от солнца, светившего прямо в окно.       — Ты испортил мою броню, блондинчик, — она смотрит с вызовом, будто проверяет его на прочность, испытывает силу воли друга. Друга ли, если низ живота каждый раз наливается теплом и скручивает в тугой узел при виде его улыбки, а нутро выжигает напалмом от его пассий, которым хочется расцарапать лица?       — Да к чёрту, всё равно не лучшие воспоминания о Йеле, — и он не спеша берёт её хрупкое, вымазанное в краске лицо обеими ладонями, притягивая для поцелуя. Мягко касается полуоткрытых губ, пока её руки обнимают мужскую талию, поглаживая и опускаясь на бёдра. Когда пальцы поддевают край футболки Дино и проходят по напряженным мышцам, он невольно вздрагивает и улыбается в губы Вики.       — Мы же, вроде, договаривались, Вик, — едва сумев оторваться от сладких губ, тихо говорит он, хотя взгляд уже расфокусирован и полон решимости продолжать.       Руки Вики продолжают скользить вверх к широкой груди, стягивая футболку с парня, пропуская его вопрос мимо ушей.       — Просто заткнись, ладно? — она отбрасывает испачканную одежду в сторону кухни и вскидывает бровь, вопросительно глядя в потемневшие от желания глаза.       Дино подхватывает Вики, закидывает стройные ноги на свою талию и, быстро преодолевая расстояние, усаживает на островок, где всё ещё стоит кружка с давно остывшим кофе.       Всё так быстро, будто наваждение. Но то, что так долго и мучительно теплилось в обоих, вырывается наружу, заставляя сгорать от желания, почувствовать тепло тела и попробовать желанные губы на вкус…       Вики быстрым движением снимает резинку с волос друга, распуская каскад белых волос, зарываясь в них и прижимая за затылок ближе к себе. Она целует его так горячо, страстно, проникая в горячий рот языком, посасывая и втягивая в себя. Дино ловким движением руки легко справляется с застёжкой бюстгальтера, который летит в неизвестном направлении, та же участь касается и кружевных трусиков. Оставляя Вики обнаженной, с вкраплениями фиолетовых мазков на щеках и носу, но оттого более желанной, Дино сжимает аккуратную грудь большими ладонями, круговыми движениями больших пальцев очерчивая маленькие ареолы.       В штанах уже болезненно тесно, и Вики, словно читая его мысли, тянется руками к пуговице джинс и расстёгивает ширинку, проводя ладонью по возбужденному паху, слегка сжимая внизу. От этого Дино низко вздыхает, перемещаясь губами по девичьей шее, мягко прихватывая нежную кожу зубами, пока Вики впивается ладонями в сильные плечи и вжимается сильнее, требуя большего. Её губы прокладывают влажную дорожку поцелуев по его скулам и лицу. Языком она проводит по адамову яблоку, заставляя Дино наклонить голову, подставляясь ласкам самой любимой девушки на свете.       Он помогает Вики стянуть с себя мешающие джинсы и боксеры, пока её ладонь ложится на горячий член, порхая пальцами по бархату кожи, изучая каждую венку и неровность, проводя рукой от основания к головке, срывая хриплый стон с пухлых губ.       — Давно хотела это сделать…       Дино хищно улыбается, подаваясь бёдрами навстречу.       — И стоило так долго ждать? — он тяжело дышит, покрывая поцелуями её лицо, оглаживая хрупкие плечи и спину, придвигая за бёдра к краю тумбы.       — Это всё твои правила, зануда, — Вики обхватывает губами нижнюю губу парня, затем чуть оттягивает и снова впивается поцелуем в горячий рот.       — Оказалось, тело — мой предатель, — он берёт член в руку, плавно раздвигая им тёплые и влажные складочки, заставляя Вики в нетерпении двигаться навстречу и тихо поскуливать, запрокидывая голову.       Одним плавным, уверенным движением Дино входит в неё, придерживая за бёдра, размеренно двигаясь в ней, а Вики, задыхаясь от ощущений, подхватывает этот ритм, впиваясь тонкими пальцами в края тумбы. Она громко стонет от каждого толчка, молясь наполнить её всю, закусывая губы и закатывая глаза от удовольствия, которое дарит ей самый любимый мужчина на свете, обхватывая ногами его сильную талию.       Они так хорошо знают друг друга, что могут действовать вслепую. Дино укладывает Вики на лопатки, поднимая её ноги, закидывает тонкие лодыжки на плечи, меняя угол проникновения, тем самым доставляя необычайное удовольствие. Одной рукой Вики сжимает свою грудь, а второй спускается к чувствительному местечку, поглаживая себя под помутневшим взглядом Дино, у которого от такой картины просто крышу сносит, заставляя вдалбливаться до упора, срывая сладкие стоны с её зацелованных губ. Жар двух тел и хлопки бедёр разносятся по студии, наполняя её до самого потолка.       Толчки становятся сильнее и быстрее, а стоны уже трудно сдерживать обоим. Вики сдается первой, рассыпаясь пеплом под жаром рук и ласк Дино, сжимаясь так сильно внутри, что тот, не выдержав, следует за ней, хрипя от настигшего оргазма.       Спустя пару часов и нескольких раундов на диване и в ванной, Дино стоял, обнимая обнаженную Уокер сзади, пока та зачерпывала ложкой брусничное мороженое из ведёрка и кормила парня, периодически отбирая порцию себе.       Они смотрели на белый холст, на котором яркими пятнами смешивались в странные фигуры людей с крыльями бирюзовые и фиолетовые цвета.       — Ну, кажется, у меня минус один близкий друг, — с тоской произнесла Вики.       — И плюс любовь всей жизни, Уокер, — он нежно прижался щетиной к шее девушки, мягко целуя и порождая толпы мурашек.

***

      Переезд дался эмоционально тяжело, потому что было грустно продавать студию спустя столько времени, но их маленькой творческой семье хотелось открывать новые горизонты. Взбалмошная Вики решила, что им просто необходимо окунуться в мир античности на берегу Эгейского моря. Ей предложили стать штатным фотографом Греческого «Vogue», картины Дино приносили стабильный доход даже далеко от родного Нью-Йорка.       Первым, что они с Дино ввезли в двухэтажный пентхаус — картину с бирюзово-фиолетовыми мазками, изменившую их жизни.