Идеально убитые чувства: Новая жизнь

***

Уже в палате девушка думала, писать ли Дану или нет. Она понимала, что он должен знать, что у него только что появился на свет их с Тиной ребёнок, но слова Дана её повергли в шок и сильно обидели. Обдумав все, она все же написала краткое сообщение: «У тебя сын родился» Ответ пришел сразу же: «Хорошо шутишь, ты думаешь, что я не умею считать?» " Верь, не верь. Но я должна была сказать, ты имеешь право знать, что ты стал отцом. " " Ты сейчас серьезно?» Следующие сообщения девушка игнорировала. Неприятно было слышать такие слова в её адрес. — Кароль, на кормление, — Раздался громкий голос в палате, от чего она подпрыгнула. — Я даже не успела отдохнуть, сейчас обязательно? — Мамочка, ребенку нужно молоко, — успокаивающе произнесла медсестра, — Как только закончите кормление — пойдете отдыхать. — Хорошо, — кратко ответила Тина. Зайдя в комнату где находился их с Даном сын, увидела маленького мальчика, который размером 40 сантиметров. Такой маленький, красный, его головка помещалась в ладонь матери, не говоря уже об отце. Маленькие пальчики пытались ухватить девушку за руку. Расстегнув специальное белье для кормления, Тина поднесла специальную бутылочку Данечке, который уже жадно посасывал молоко матери. — Вам повезло, что ребёнок остался жив, — обратилась к Тине медсестра, — Обычно такие детишки умирают, — слова девушки в белом халате, знатно напугали певицу. — Мой маленький, прости меня, — глаза Кароль стали стеклянными, как стекло в их комнату где сидела Тина с ребёнком, и через которую уже поглядывал Дан. Тина подняла взгляд на окно, — там папа твой стоит, который очень ждал тебя, — продолжила девушка. Дверь распахнулась, в проёме появился, темноволосый с лёгкими завитками на голове, мужчина. В одной руке красовался букет красивых пионов, а в другой — пакетик с бодиком для их сыночка. — Привет, родная, — девушка взглянула на своего мужчину, и Тине уже хотелось накинуться к нему на шею, затянуть в поцелуй и не отпускать. Но есть два «но». Во-первых — сын, который всё также посмактывал молоко из бутылочки. Во-вторых — гордость. Гордость. Эта чёртова гордость, которой она не может изменить. Которая всегда усугубляла разные ситуации, где она выступала. Мужчина подошел, к кормящей малыша маме, и затянул в поцелуй. Не долгий, но такой искренний. Он как будто извинялся за свои слова перед девушкой этим поцелуем. — Как вы здесь? — продолжил мужчина. — Нужно остаться в больнице, пока наш сын окрепнет, — последние слова она прошептала на ухо мужчины, давая понять, что забирает свои слова обратно, — прости меня пожалуйста, за то, что вспылила и накричала на тебя. — Тань, — Дан очень любил её так называть. Ему даже больше нравилось Таня чем Тина, — это я должен просить прощения, что просил сделать ДНК нашему ребёнку. Я вообще об этом даже не думал, но после слов Даши, решил попросить об этом. — Что она тебе говорила? — в голосе была слышна нотка ревности.

***

— Ты хотела меня удержать свою беременностью и разрушить мои отношения с Тиной? — С недовольством взглянул на Дашу. — Да, я хотела вернуть тебя. Скажи мне, чем она тебя зацепила? Я моложе, симпатичнее, у меня есть фигура. Зачем тебе она с ребёнком, так ещё непонятно от кого залетела. — Во-первых она не занимается такой фигнёй как ты. Она не рушит семьи других. Во-вторых ребёнок мой. — Последний слова вызвали смех у девушки. — Ты серьезно думаешь, что у неё после тебя никого не было? Какой ты наивный. — смех не отступал. — Проверь, что ребёнок действительно твой. ДНК сделай и посмотри на её реакцию, когда попросишь его сделать, лицо всё покажет. — Я верю Тине, в отличие от тебя она не врёт, и всегда говорит правду. — Я бы на твоём месте проверила. — Она пошла к мужчине, положила свою руку ему на плечи. — Проверь, мало ли. Слова Даши заставили певца задуматься. Если окажется, что ещё и Тина соврала, он вообще потеряет доверия к женщинам.

***

Брюнет рассказал всю ситуацию от начала и до конца. — Тина Григорьевна, ребёнку пора в инкубатор, — отвлекла от разговора медсестра. — Хорошо, — грустно произнесла Кароль, целуя их мальчика в лоб. Уже в палате они продолжили разговор. — То есть, ты хочешь сказать, что это Даша натолкнула на эту мысль, — мужчина одобрительно кивнул. — Лучше бы я её вообще не слушал, так бы не случилось всего этого. Прости, малыш, что так вышло, — сел на край кровати, и поцеловал девушку в макушку. — Получается, что ты поверил какой-то левой бабе, а мне, матери твоего ребенка, — нет. Я от тебя такого не ожидала. — Малыш, прости пожалуйста, мне стыдно за это. — Уйди пожалуйста. Я хочу все обдумать — Ладно, я уйду, но вечером позвони, хорошо? — девушка положительно кивнула. Он ушёл. А она осталась наедине с мыслями. Наедине со своими тараканами.

Гордость — вечная помеха в любви человека. Как дорого порой обходится людям эта гордость. Бессонные ночи, мрачные раздумья, и, наконец, последняя, памятная на всю жизнь, встреча, когда глаза, руки, всё говорят.