Жертва и Маньяк-Педофил

Серые стены, тусклый свет, холод. Подвал. Это место уже стало домом для Адольфа. Кроме четырёх стен, потолка и пола, мальчик уже ничего не видел. Ну кроме тех предметов, которые тут были. Мир, там за окном, где светило солнышко, пели красивые песни птицы, тот мир уже далек от него, очень. Как давно он его не видел? Даже не знаю. Здесь как будто время замедлилось. Стрелки на часах медленно двигались по циферблату. Очень медленно. Сколько он тут, Адольф сам не знал, сбился со счету. Хотя сейчас далеко было не день и не утро. Была глубокая ночь. Все жители городка спали в своих теплых кроватках в квартирах или домах, видя прекрасные и красочные сновидения. Тем временем же Адольф не мог сомкнуть глаз. Боль в примеси со страхом не давала закрыть глаз хотя бы на пол часа, чтобы спокойно выспаться. Мальчик как мышка, которую поймали в мышеловку. Стоит мышке отвлечься — и она может быть убита злым хищником, который вокруг да около ходит, охраняя свою любимую добычу. Кот уже знает все выходки Мышки, как ни как он хищник, знающий многое, а мышка была маленькой, и в безвыходном положении. Только один выход — надеяться на возможную свободу, которой уже и не быть. В полном мраке и тишине подвала, было слышно не ровное дыхание и частное сердцебиение. Адольф когда слышал хотя бы малейший шум или шорох сразу притихал, настораживаясь смотрел на деревянную дверь, которая вела в подвал. Адольф сжался и обнял себя за колени, прижавшись спиной к холодной серой стене, около которой стояла его кровать. На глазах появились очередные солёные слезы, которые потекли по щекам. Сейчас эту мертвую тишину прерывали всхлипы и шмыганье мальчика. Опять послышался шум за дверью. И он приближался к двери. Адольф поднял взгляд, и попытался стать тише, но всхлипы выдавали все. Он быстро лег и накрылся одеялом, притворяясь что спит, рот он закрыл своей рукой, чтобы всхлипы были не слышны. Опять звук, скрип двери. Адольф зажмурился, слегка сжав в руке одеяло. В подвале раздался эхом стук каблуков. Чарельд прищурился и остановился смотря внимательно на Адольфа, который лежал под одеялом и притворялся спящим. «Прошу уйди, прошу уйди, прошу уйди!!» - крутились мысли в голове, сейчас Адольф желал только этого. Мало ли что будет, если этот ненормальнный сумасшедший человек узнает, что он не спит. А вариантов, что Чарельд мог сделать - миллиарды. И причем большинство пугало, но никак не успокаивало мальчика. На плечо Адольфа упала тяжелая, холодная рука. Адольф вообще перестал дышать, боясь даже пошевелится. Прошло несколько секунд и Адольф вскрикнул от боли, потому что его плечо сильно сжали, а его тело всё ещё болело. Чарельд расплылся в улыбке, а Адольф уже пожалел что, крикнул. - ты не спишь, мой милый~ — Раздался голос с легкой усмешкой, в котором ещё читались некоторые нотки нежности. Опять слезы потекло ручьем - УЙДИ ОТ МЕНЯ!! НЕ СМЕЙ МЕНЯ ТРОГАТЬ — Адольф крикнул, пополз в даль кровати, весь дрожа. Он смотрел в эти черно-белые глаза, горящие в темноте, в них прямо была видна похоть, желание сделать больно или убить. - я никуда не уйду, и ты тоже~ — Опять сказал Чарельд усмехаясь, а потом он издал смешок. Псих взял Адольфа за кофту потянул того к себе. Адольф же вцепился в кровать хотя это было бесполезно. - ОПУСТИ ГНИДА — Адольф сделал попытку ударить Чарельда, но в тот же момент его запястье схватили, сжали очень крепко, заставив опять тихо вскрикнуть. Хищник знает все движения добычи, как будто выучил наизусть. - милый~, не советую тебе так делать, ты же не хочешь, чтобы было больно? — Чарельд ослабил хватку своей холодной руки, которой держал запястья Адольфа. Адольф всхлипнул, он не знал что ему делать. Одна мечта — убежать от сюда, и чтобы этот кошмар не возвращался. Чарельд внимательно смотрел на Адольфа и посадил его к себе на колени. Очередная попытка вырваться опять же закончилась тем ,что псих одной рукой прижал Адольфа к себе, уже не давая пошевелится вовсе. - я не хочу делать тебе больно, но ты сам заставляешь меня переходить черту, чтобы я причинял тебе боль. - Чарельд посмотрел на запястье мальчика которое он все ещё держал в руке, а потом он нежно поцеловал его руку, прсле положив её себе на щеку. Всё же Адольф прекратил брыкаться, во-первых это было бесполезно, во-вторых он не хотел чтобы было больно, ведь и так всё тело зудело и выло от невыносимой боли - Я же тебя люблю, и я не хочу чтобы моему золотцу было плохо Псих отпустил руку Адольфа и тот сразу прижал её к себе. Чарельд просто смотрел на это и улыбался. Такой маленький, бессильный комочек был у него в руках. Иногда Ади подрагивал и всхлипывал, но всё же молчал, сидя на коленях его, так сказать “хозяина”. Малыш боялся даже открыть рот и сказать что-нибудь. Тёмные и плохие мысли наводили безумный страх на него. Воцарилась мёртвая тишина. За окном трещали сверчки, а лунный свет лениво проникал в тёмный и холодный подвал. Никто не знал сколько это будет продолжаться, но было ясно, что псих не собирался уходить, пока полностью не убедится в том, что его любимый человек спит. Чарельд знал то, что Адольф не спит по ночам. Скоро это могло привести к плохим последствиям. Как раз это и давило ему на жалость. Адольф сидел и смотрел на Чарельда как будто ожидал от него каких то действий, но он потом отвел медленно взгляд в дальний угол подвала. Чаре тихо выдохнул и облокотился спиной об стенку, и аккуратно положил руку на голову Адольфа, начиная потихоньку поглаживать того по голове. Дыхание у малыша стало более глубоким и тот слегка встрепенулся, ему было приятно когда его гладили по голове. На удивление Адольфика, Чарельд начал тихо напевать что-то вроде колыбельной. Как раз это и удивило его, ведь он вообще не представлял тот факт, что этот ненормальный умеет петь, причём даже не плохо. Чарельд не прерывая своей песни посмотрел на Ади и погладил его по носику, как будто жестом показывая что бы он закрыл свои глазки, чтобы поспать. Глаза как будто сами закрылись. Оно и понятно, что из-за этой усталости и бессоницы. Адольф на минутку ощутил себя как дома. Когда он сидел на коленях матери и та пела ему колыбель. Печально конечно, что это вселишь побитое воспоминание прошлого. Прошлого, которое больно ранило. И вообще хотелось забыть всё, уйти в другой мир, край, вселенную, не важно куда, но главное подальше от этого жестокого и не справедливого мира. А потом просто забыть, и опустить прошлое, что бы оно не ранило. Спокойное и нежное пение потихонечку загоняло его в дремоту, проваливаясь в глубокий сон. Открыв глаза Адольф заметил, что его окружал мрак. А сам он как в невесомости. Повернув голову, малыш посмотрел на верх, мрак там рассеивался становясь белым светом. Адольф выдохнул и в верх поплыли воздушные пузыри. Он в воде? Да, но Адольф тут спокойно дышал, а при выдохе летели в верх пузыри. Логично, что это был сон, значит тут можно спокойно дышать под водой. Так же кроме воды и мрака везде раздавалось пение колыбельной, которое раздавалось в этом чудном месте эхом. Адольф попытался всплыть наверх, но тело его не слушалось, как будто это не его тело вовсе, и он не имел возможности им управлять. И тут возник вопрос: 《Что это за место, в чём его смысл?》. И все вопросы, которые из него вытекали. Мрак начал рассеиваться, становилось светлее с каждой секундой. Пение перешло на музыку, и эта музыка была как из музыкальной шкатулки. Такая спокойная мелодия окружила Адольфа, на душе опять стало легче. Он протянул руку ко свету и тут жу мелодия закончилась и он начал задыхаться. Стало ощущение того, что Ади тонет, как будто в его легкие начала проникать вода, не давая вдохнуть и капельку воздуха. Свет резко перешёл в мрак. И он снова окружил малыша, будто поглатив его. Ничего не было видно. Резко Адольф открывает глаза, уже нет того мрака. Вокруг на удивление приятная атмосфера. Светлая комната, свет проникал из двух окон, которые были закрыты шторами, не пропуская утренний свет. Адольф сразу понял - это не подвал, где он был, это совершенно другое место. И он лежит не на той неудобной и холодной кровати, а лежит на мягкой кровате, укрытый теплым одеялом. Это простая и не большая спальня. Адольф только сейчас услышал ту самую мелодию, которую слышал во сне. Около кровати,где лежал сейчас Ади, была тумба, а на тумбе черная коробочка с серебряными узорами на ней. Коробка была открыта и из неё доносилась та самая спокойная мелодия, правда она закончилась через несколько секунд. Около коробки стояла фотография в деревянной рамочке. Адольфа это заинтересовало и тот дотянулся до предмета взяв его в руки. Стекло было слегка побито, и на нём были трещины. На фотографии были несколько человек, Адольф узнал только одного, Чарельда, но то был маленьким, на вид ему было лет пять-семь. Около него стояла женщина, наверное его мать. Ещё было 4 других человека, но их лиц не было видно из-за того, что на том месте, где должны были быть из лица, сильно потрескалось стекло, как будто специально чем-то тяжёлым ударили. - утро доброе. И положи это туда от куда взял — холодный голос раздался в комнате. Адольф от неожиданности слегка подпрыгнул и задрожал, по-быстрому положив фотографию на то место, где она и стояла — благодарю. Чарельд слегка кивнул, подходя к кровати положил на тумбочку не большую коробку, и сел рядом с Адольфом. Малыш же опустил взгляд на одеяло. Чарельд вытащил из кармана серебряный блистер с таблетками. Адольф медленно перевел взгляд смотря что это. - открой рот — Сказал Чарельд, вытащил из блистера одну таблетку и посмотрел на Адольфа. - что это... - тихо и скромно спросил Адольф. Как никак он не доверял этому психу. - яд, отравить тебя хочу — Абсолютно спокойно сказал Чарельд. Адольф же слегка отодвинулся от того. - обезболивающие. Предыдущие слова я сказал с сарказмом — Чарельд фыркнул и отвёл взгляд. Адольф сразу не понял сарказма. Но у него уже мозги на эту тему не варят, ведь рядом с ним убийца. Адольф неуверенно приоткрыл свой рот и Чарельд дал тому таблетку - молодец Псих слегка улыбнулся, а Адольф молча выпил обезболивающие. Повисло молчание. - Мм да еще, я тут принес вкусняшку — Чарельд взял ту самую коробочку, с которой пришел, и открыл её, поставив между ними. Адольф из любопытства посмотрел туда. В коробке была голубика и клубника — бери, не стесняйся Повторил он, но Ади сидел молча и смотрел на Чарельда который взял голубику и съел её. Адольф не знал, что делать. То этот человек слетает с катушек по полной, то ведёт себя тихо и хорошо, как ни в чем не бывало. Два разных человека. Как раз этого и побаивался Ади. Перемены его настроения. Он боялся наступить не туда, что приведёт к ужасным последствиям. Псих видимо заметил, что его жертва сидит спокойно и не ест ягоды. Тогда Чарельд взял клубнику и посмотрел на Адольфа который уткнулся взглядом в пол - хочешь клубнику? - Спросил он. Адольф молчал, а потом тот поднял взгляд на его хищника. - слегка... - тихо, почти что пища, произнес Адольф подав хотя бы один звук. Чарельд сильнее улыбнулся. Он взял кончик ягоды и прикусил с одной стороны своими клыками, а затем слегка наклонился к своей жертве как будто давая тому. Адольф покраснел. А Чарельд ждал, улыбаясь и хищно смотрел на нено. Адольфик слегка подвинулся и просто не знал что делать, но все же аккуратно откусил с другого конца. Чарельд издал смешок, Адольф же по-быстрому отстранился и отвернулся покраснев. - ты такой милый ~ - Произнес нежно Чарельд когда прожевал свой кусочек клубники. Адольф опять притих, замолчав вновь, он так и сидел красный от смущения. Адольфа подвинул к себе Чарельд слегка приобняв того, а потом начал кормить его то голубикой, то клубникой. Адольф никогда не поймёт его, и кажется никогда не сможет понять.