Я верю.

      Конец. Долгожданный конец… Осознание приходит долго. Не могу поверить в то, что все закончилось. Все это закончилось. Конец бессмысленным смертям, конец страху и страданиям!       Вот только боль останется. Боль от потерь. И память. Память не подведет, постоянно подкидывая сцены сражений и смертей.       Слезы незаметно стекают по щекам, и я не понимаю, что их вызвало: счастье или горечь?.. Наверное все вместе.       Медленно оглядываю толпу, что также застыла, не до конца осознавая произошедшее. Цепляюсь взглядом за макушку, чья белизна режет глаза, выбиваясь из общей массы. Драко… Он и его семья жмутся друг к другу, опасливо оглядывая Большой зал, стоя в самом дальнем его углу.       Поворачивается. Смотрит. Прямо в глаза. Прямо в душу, пытаясь что-то найти, что-то разглядеть. В его взгляде облегчение, смешанное с настороженностью и даже, наверное, страхом.       Чего же ты боишься?       Как-будто услышав мой вопрос, резко срывается и торопливо, полубегом идёт в мою сторону, продолжая сверлить взглядом. Останавливается, оставаясь на расстоянии вытянутой руки, будто решаясь на прыжок в пропасть. Давай же, сделай последний шаг.       И вновь считав мысли по взгляду, приближается, рывком хватает за плечи и целует. Целует медленно, глубоко, отчаянно… Целует так, будто хочет обменять мою боль на свою. Не могу дышать. И не хочу.       Только не останавливайся, прошу тебя!       Сколько прошло времени? Минута? Две? Или час? Плевать. Абсолютно все равно.       Он также медленно отрывается от меня, жадно глотая воздух и все ещё не отводя глаз. Я вообще дышу?       –Грейнджер..,–шепчет, слишком тихо, но я почему-то слышу,– Это все? — быстро киваю несколько раз, как-будто сама себя убеждаю.       И именно в эту секунду до меня наконец доходит: Это действительно все. Волан-де-Морт мертв и больше не воскреснет, пожиратели больше никого не убьют и что мы победили. Победили… Мы победили!       –Да, –говорю также тихо, –Да! Это все. Конец, Драко! –добавляю уже громче, возможно даже слишком громко, но мне опять таки плевать. Губы невольно растягиваются в улыбке, и я прижимаюсь к нему, обнимаю настолько сильно, насколько могу. В ответ он обнимает ещё крепче. Счастье накрывает с головой.       Пожалуйста, только не отпускай.       –Никогда.–едва слышно выдыхает на ухо. Я сказала это вслух? — Я больше никогда не отпущу тебя, Грейнджер. Ни за что. Обещаю.       Я верю. Я как всегда тебе верю. И как всегда знаю, что ты не соврешь.