All rights reserved.

I

      Тук. Тук. Тук. Омега насторожился и медленно подошел к двери, в ногах плёлся маленький альфа, тихим голосом спрашивая, пришёл ли отец. Омега с опаской глянул в глазок. За дверью раздался грубый требовательный голос.       — Открывайте, я знаю, что вы там. Это поручение правителя.       Земля тут же ушла из-под ног. Глупо было надеяться, что это не коснётся их дома. Омега мигом схватил ребёнка на руки и отвёл в спальню. Глаза закрыла пелена слёз, мужчина держался из последних сил. Он с теплом смотрел на своего мальчика, пытаясь запомнить его образ, запомнить его глаза и растрёпанные волосы. А малыш всё хлопал глазами, не понимая расстройства папы, он потянулся к нему, чтобы обнять, но омега собрал руки ребёнка в свои ладони, продолжая смотреть ему в глаза.       — Помнишь, мы учили с тобой считалочку? Закрой глазки и говори её, а потом считай, ты у меня умный мальчик и знаешь много чисел, правда?       — Да, я могу считать до бесконечности! — гордо заявил ребёнок ломанным детским языком.       Мальчик закрыл ладошками глаза и даже не увидел, как папа ушёл из комнаты. Он начал проговаривать заученные слова:       

«Злой военный, уходи,

      

Свою шайку забери,

      

Я же старый добрый зверь,

      

Я не трогаю детей,

      

Досчитаю до пяти,

      

Ты из дома уходи!»

      Затем тихим голоском мальчик начал считать, он настолько увлёкся, что совершенно не слышал спор двух мужчин в коридоре. Пусть он пропускал числа и произносил их не всегда так, как надо, он витал в своих облаках, что было на руку молодому омеге.       — Вы не имеете право! Он даже не запомнит своих родителей, он умрёт, а что делать мне?       — Меня это не волнует, отвечай, где ребёнок! — грубый голос военного не мог сломить инстинктов омеги, а инстинкт подсказывал ему любой ценой защитить малыша.       — Я не отдам его.       С этим кличем омега толкнул рослого бету и тут же получил прикладом по макушке и пал без чувств. Грохот из коридора наконец вывели мальчика из транса, и он засеменил в коридор.       — Пап? — он посмотрел сперва на бесчувственное тело, затем на военного и, подбежав к нему, стал пинать ногами.       — Чон Чонгук, не бойся, я заберу тебя кое-куда.