Операция: получить Драко

      К половине девятого нервы Драко были на пределе. Он не нашел времени вернуться в библиотеку, чтобы прочитать ту проклятую розовую книгу об устройстве женского тела, и он понятия не имел, что Грейнджер планировала на эту ночь. Может быть, у нее было для него еще одно задание, а может быть, все пойдет в том же духе, что и в прошлый раз, когда он посетил ее комнату.       Его сердце билось так громко, что он удивился, как Блейз и Тео не услышали его. Но они, как обычно, были глубоко погружены в очередную шахматную партию. Драко обтер влажные ладони о ткань джинс. Вернувшись вечером в общежитие, он переоделся в повседневную одежду. Он не видел Грейнджер с самого ужина, когда та полностью была сосредоточена на разговоре с друзьями по факультету.       Драко украдкой взглянул на часы и резко поднялся со своего места, делая вид, что хочет принести что-то из своей комнаты, хотя и не собирался возвращаться.       Он глубоко вздохнул, поправляя волосы перед зеркалом. Он выбрал простую футболку к своим магловским джинсам и в качестве последнего дополнения обрызгал себя одеколоном, решив прихватить с собой огневиски.       Драко уже выходил из своей комнаты, держа в руках бутылку с двумя стаканами. Затем он прошел по коридору в комнату Грейнджер и, украдкой оглядываясь по сторонам, тихонько постучал в ее дверь.       — Войдите! — ее голос звучал приглушенно, и он вошел.       Драко нахмурился, увидев Грейнджер, которая перекладывала несколько книг на полках. Она повернулась и натянуто улыбнулась ему.       — Ты в порядке? — спросил он, ставя виски на комод.       — Все хорошо, — ее глаза сверкнули, когда она повернулась к нему. Грейнджер издала тихий самоуничижительный смешок. — Я подумала, что ты, возможно, захочешь поиграть.       Драко посмотрел на нее, нахмурив брови.       — Игра.       — Верно, — она на мгновение уставилась на него. — Мне хочется поиграть в шахматы.       Он почесал затылок. На Грейнджер было надето около четырех или пяти джемперов, на голове же было несколько шапок, под свободными брюками, похоже, скрывались еще одни, а на ногах громоздились многочисленные пары носков.       Драко не был уверен, что именно происходит.       — И я подумала, — продолжала она, махнув рукой, — раз Нотт и Забини всегда играют, ты тоже должен уметь играть.       — Я умею играть, — ответил Драко, растягивая слова. Он прикусил внутреннюю сторону щеки. — Грейнджер, это что, какая-то шутка?       Ее губы растянулись в дразнящей улыбке.       — Конечно, нет. Мы играем в шахматы на раздевание.       Сердце подскочило к горлу.       — Шахматы на раздевание, — его взгляд упал на свой собственный скудный наряд, и он покачал головой, чувствуя, как юмор растягивает его рот в усмешке. — Это несправедливо, Грейнджер, меня не предупредили заранее.       Лениво пожав плечами, она подошла к туалетному столику, налила два стакана из его бутылки огневиски и сделала глоток.       — Ты просто обязан победить. И честно предупреждаю — я ужасно играю в шахматы.       Во рту у него пересохло, и он сделал глоток своего виски, когда кусочки пазла встали на место.       Он махнул рукой в сторону ее нелепого наряда.       — Значит, ты будешь… лишать себя чего-то каждый раз, когда я выигрываю?       — Да, — Грейнджер улыбнулась, подходя ближе. — Как и ты.       Драко быстро опустил взгляд вниз, пересчитывая.       — На мне… семь предметов одежды. Если считать носки и туфли по отдельности.       — Тогда тебе придется победить, — мягко сказала она.       Он улыбнулся, прикусив язык задними зубами.       — Я принимаю твой вызов, Грейнджер, — сказал он, понизив голос. Собравшись с духом и сделав большой глоток виски, Драко налил себе еще одну порцию, пока она превращала край стола в шахматный столик, а он сам отодвинул себе стул, пока девушка не скользнула на другое сиденье.       Было что-то милое в том, что она так неловко одета. Вещи совершенно не сочетались между собой, и он не мог дождаться того момента, когда она снимет их все.       Он помахал ей рукой, когда фигуры заполнили доску.       — Я даже позволю тебе ходить белыми.       — Спасибо, — ответила она, сделав глоток виски и загадочно улыбнувшись. Грейнджер передвинула пешку на две клетки вперед.       Сердце Драко подпрыгнуло и бешено заколотилось в груди, когда он выдвинул вперед одну свою. Он играл не так часто, как Тео и Блейз, но достаточно хорошо знал стратегию и теорию игры, и мог постоять за себя. Он только надеялся, что определение ужасного, данное Грейнджер, совпадает с его собственным.       Через несколько минут он побил первую фигуру — белую пешку, — и Грейнджер сняла с головы магловскую бейсболку, оставшись в зимней шапочке. Она с преувеличенным раздражением швырнула шляпу в угол комнаты и сделала еще один глоток из своего бокала.       Драко усмехнулся. Это было предпочтительнее, чем упорядочивать ее книги.       — Грейнджер, — пробормотал он, качая головой, — это была твоя лучшая идея.       Через двадцать минут Драко снял только ботинки, аккуратно поставив их у двери. Грейнджер сбросила несколько шляп, несколько носков и два джемпера. Но она находилась в хорошем настроении, несмотря на то, что проигрывала.       Он усмехнулся, сметая ладьей одного из ее слонов и наблюдая, как фигуры сражаются на доске.       — Грейнджер, тебе жарко, — объявил он, одарив ее улыбкой.       Она сняла последнюю шляпку, поправляя растрепанные кудри. Драко чувствовал жужжание алкоголя в своем организме и ему не казалось, что он выдумал этот блеск ее глаз. Но он, конечно же, не хотел, чтобы они были пьяны, потому что он был не уверен в том, что сделает с ней, когда станет трезв.       Он отставил пустой стакан в сторону.       — Интересно, а что будет, если я поставлю тебе мат?       Ее глаза сузились, обдумывая эту мысль.       — Две одежды.       — Три, — бросил он с вызовом.       Она на мгновение заколебалась.       — Две. Потому что тогда мы сможем сыграть еще один раз. Мне нужно отыграться.       Он уставился на нее, не моргая.       — Две, — согласился он, — и поцелуй.       Драко видел, как она зубами прикусила нижнюю губу.       — Договорились.       Отвлекшись, он пропустил ее следующий ход, пока не потерял коня. Ухмыльнувшись ей, он снял носок и бросил его к ботинкам у двери. А потом Драко вернулся в строй, прихватив с собой одну из ее пешек. Она отбросила свои спортивные брюки в кучу, оставив на себе что-то вроде эластичных спортивных лосин, которые слишком сильно облегали ее ноги, и Драко не мог отвести взгляд от ее задницы, пока она не откашлялась и не села обратно.       Через три хода Драко остался в рубашке и джинсах. Но он ухмыльнулся, двигая королеву на нужное место.       — Шах и мат, Грейнджер.       Ее нос сморщился, когда она посмотрела на доску, фыркнув.       — Верно. Наверное, ты прав.       Он усмехнулся, когда она бросила в кучу пару носков, ее глаза прищурились.       — Ты не врала — ты не сильна в шахматах.       — Вовсе нет, — Грейнджер закатила глаза. — Но у меня никогда не было особого интереса к игре, если честно. Гарри и Рон всегда играли без меня. Теперь я решила, что хочу исправить положение.       Драко заколебался, встревоженный случайным упоминанием о двух ее друзьях. Иногда было легко забыть о поразительной разнице между ними. Противостоящие стороны, на которых они были во время войны, и она буквально считалась героем для большинства людей волшебного мира.       Теперь, когда они проводили время наедине, было легко видеть в ней просто Грейнджер.       Морщинка пробежала по ее лбу, когда она посмотрела на него. Возможно, Грейнджер тоже заметила огромную пропасть между ними. Но все равно это был всего лишь секс, и как бы он ни был одет, она согласилась на это так же, как и он.       Если это беспокоило ее, она могла спокойно уйти.       Но он вспомнил о разговоре, который они вели несколько дней назад в гостиной, и ее слова эхом пронеслись у него в голове. Драко стряхнул с себя тревожные мысли и снова посмотрел на нее. Грейнджер все еще выглядела сомневающейся.       — Хорошо, — выдавил он. — В этом есть смысл.       Она вздохнула и наклонилась к шахматной доске между ними.       — Послушай, Малфой, если ты не хочешь продолжать в том же духе…       — Да, прости, — сказал он, качая головой. — Я отвлекся.       Грейнджер долго молчала, теребя зубами нижнюю губу.       — Я старалась, чтобы все между нами было весело и легко, потому что мы здесь именно для этого, верно? Но я понимаю, что есть определенные различия, которых мы на самом деле не касались…       Слабо ухмыльнувшись, Драко поерзал на стуле.       — Ты, должно быть, имеешь в виду огромную пропасть между нами.       Грейнджер прищелкнула языком, снова откинулась назад и скрестила руки на груди. Она отвела взгляд, чтобы посмотреть на фигуры, вновь собравшиеся на краю доски.       — Вот как я это вижу, Малфой. Ты обратился ко мне за сексом, основываясь на каких-то слухах, смысл которых я могу только представить, что ты слышал их от каких-то вторых или третьих лиц. Я согласилась, потому что меня заинтересовала идея провести год в Хогвартсе, когда моей жизни ничто не угрожает.       Их взгляды пересеклись, и она продолжила:       — Если у тебя есть сомнения, то нет абсолютно никакой необходимости продолжать.       — Я хочу продолжать, — выдавил Драко. — Я просто… есть так много других людей, раз ты только хотела немного повеселиться…       Ее губы скривились в легкой усмешке.       — Я знаю. Но твое предложение было таким милым. И может быть… я хотела дать тебе еще один шанс. Чтобы доказать, что в этом году ты другой. Чтобы доказать, что, может быть… война повлияла и на тебя тоже.       Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.       — На меня это тоже подействовало, — во рту у него пересохло.       — Так я и думала, — прошептала она.       В воздухе между ними повисло непреодолимое напряжение, и Драко разрывался между желанием не поднимать больше эту тему или же обнажить свою душу. Вместо этого он не сделал ни того, ни другого, пристально глядя на нее.       — Мне это нравится. То, что мы делаем.       — Мне тоже, — с легкой улыбкой сказала она. — Как бы странно это ни выглядело со стороны, — она отвела взгляд, поигрывая пешкой. — Но им и не нужно знать.       — Верно, — он никогда раньше не замечал красивого оттенка ее глаз. Драко задумался над этим.       — Однако мне любопытно, что из всех девушек в Хогвартсе ты услышал то, что заставило тебя обратиться именно ко мне.       Не в силах прочесть выражение ее лица, Драко положил ногу на колено и повернулся, чтобы посмотреть на ее книжный шкаф.       — Я же говорил… Я слышал, что ты любишь приключения.       — В общем смысле? — спросила она, приподняв бровь. — Или… сексуальном?       Он чувствовал себя неловко.       — Сексуальном. Да, я слышал это.       — Так вот что это значит для тебя? Веревки, наручники и все такое прочее? — она прищурила глаза, глядя на него. — Авантюристка. Интересно, кто это сказал?       Драко чуть не поперхнулся от ее легкомысленного упоминания о наручниках и пожалел, что не наполнил свой стакан. Он ничего не знал об этом — возможно, Блейз был прав, что он был по уши влюблен в такую девушку, как Грейнджер.       Он потер затылок и пробормотал:       — Мне этого не нужно.       Грейнджер снова отвела глаза и пожала плечами. Ее голос был намного мягче, когда она снова заговорила.       — Я не очень-то разбираюсь в таких вещах. Если это то, на что ты надеялся. Я менее предприимчива, чем ты того ожидаешь.       Было что-то в ее опущенном взгляде, в том, как она закусила губу, в напряжении ее плеч. Он открыл рот, чтобы признаться, но тут она снова заговорила:       — Мы должны это сделать…       Она нахмурилась, махнув рукой, чтобы он продолжал.       Драко глубоко вздохнул, его нервы не выдержали. Он не знал, уйдет ли Грейнджер, если он даже не знает основ.       — Ничего подобного я не ожидал.       Напряженная тишина повисла в комнате, пока она расставляла шахматные фигуры.       — Тогда мы должны продолжить.       — Верно. Вторая игра.       Он кивнул, радуясь, что разговор перешел на другую тему. Теперь он застрял здесь с мучительной мыслью, что должен быть честен в отношении опыта, которого она могла ожидать от него — но что-то удержало его язык. Он не хотел, чтобы она ушла.       Прежде чем он успел подумать об этом, Грейнджер наклонилась вперед, вставая со своего места. Кончики ее пальцев коснулись его щеки, когда он поймал ее взгляд, и она прижалась губами к его губам, слегка надавив.       Драко почти забыл о другом условии, которое сопровождало его мат. Его глаза закрылись, когда он вернул поцелуй, целомудренный и мягкий, но в нем было что-то затянувшееся. Она не сразу отстранилась, и он провел рукой по ее подбородку, убирая волосы в сторону от лица.       Когда она отодвинулась, он все еще чувствовал тепло ее дыхания на своих губах, пристальный взгляд на себе, и увидел намек на улыбку на ее лице, когда она вернулась на свое место.       В ее глазах блеснул огонек, который он не всегда замечал, и Драко подумал о нелепости ситуации. На Грейнджер теперь было гораздо меньше слоев одежды, чем раньше, но ее наряд все еще не соответствовал нужному; кудри в беспорядке топорщились в разные стороны, а на щеках появился румянец от выпитого.       Он рассмеялся, глядя на нее, чувствуя, как улыбка тронула губы, когда он попытался представить себе любую другую девушку, которую он знал, делающую с ним что-то подобное. Все остальные посмеялись бы над ее неприличием и тем фактом, что она поставила себя на кон, надеясь, что он поддержит ее игру.       Грейнджер никогда по-настоящему не заботилась о том, что думают другие — это была одна из вещей, над которыми Драко так насмехался в детстве.       Однако в этот момент что-то изменилось. Он понимал, что Грейнджер не такая, как все остальные девушки, и что она не боится быть собой рядом с ним, несмотря на то, о чем они договорились всего пару недель назад.       — Что? — прошептала она, напугав Драко. Он моргнул, поняв, что все еще смотрит на нее.       С тихим смешком он отвел взгляд.       — Ты не похожа ни на одну другую девушку в Хогвартсе, не так ли?       — Нет, — ее ответ был дерзким, но в то же время мягким, как будто она не была уверена, как он отреагирует. — Я думала, ты уже понял это.       Его пальцы нервно теребили одну из белых пешек, которые перешли на его сторону доски для второго матча. Он скользнул вперед на две клетки, после чего снова посмотрел на нее.       — Может быть, я только сейчас это заметил, — он заколебался, налил немного огневиски в пустой стакан и сделал большой глоток, хотя уже чувствовал избыток алкоголя в своем организме. — Может быть, я никогда раньше не смотрел достаточно хорошо.       — Мерлин, — выдохнула она, ее пальцы зависли над доской. — Это ведь не какой-то спектакль, правда?       Судя по ее тону, вопрос был риторическим, но Драко все равно покачал головой.       — Нет, — он заерзал на стуле, чувствуя себя неловко от этого разговора. — Не более того, что мы уже обсуждали.       — Конечно, — ответила она, и выражение ее лица стало нейтральным. — Насчет секса.       — Верно, — это слово показалось ему неправильным на вкус.       Грейнджер передвинула вперед свою первую пешку и эхом повторила:       — Верно.       Они погрузились в напряженное молчание, продолжая партию. Игривость исчезла из ее улыбки и движений, когда он выбивал одну фигуру за другой. Драко спросил себя, было ли это из-за того, что он сказал или сделал, но она колебалась, оставшись в топе и шортах. Он потерял брюки и рубашку и остался в одних трусах.       Она рассмеялась, когда он стягивал рубашку со своего тела, удерживая ее взгляд.       — Тебе лучше не терять больше одежду, — сказала она тихим, дразнящим голосом.       — Не буду, — заверил ее Драко, разглядывая оставшиеся на ней вещи. Он сделал ход своей королевой. — Мат.       Ее глаза сузились, когда она оценила положение фигур, после чего испустила преувеличенный вздох и поднялась со своего места. У него пересохло во рту, когда она сняла топ и шорты, оставшись только в лифчике и трусиках.       Драко был рад заметить, что напряжение между ними рассеялось, и он проглотил остатки своего напитка, вставая со стула.       Когда они виделись в последний раз, все произошло так быстро и горячо, что он даже не обратил внимания на ее фигуру. Драко понял, что смотрит на нее, только когда она подошла ближе, прикрыв глаза.       В боксерах стало неудобно и тесно, он почувствовал себя незащищенным, зная, что она может увидеть доказательство его эрекции, если посмотрит вниз.       Она скрестила руки на груди, улыбка тронула ее губы.       — Итак, я сказала тебе, что не очень сильна в шахматах.       Драко сглотнул.       — Думаю, нам придется поработать над этим.       Грейнджер рассмеялась, весело и искренне, после чего подавила зевок за своей рукой. Это действие подействовало на его рефлексы, и он тоже зевнул, понимая, что уже поздно, и что от огневиски мысли сильнее спутались.       Она сделала еще один шаг вперед, одна ее рука поймала его, и их пальцы переплелись.       — Наверное, придется, — пробормотала она.       Его сердце бешено колотилось в груди, и он с ужасом осознал, что понятия не имеет, что произойдет дальше, у него не было возможности разобраться во всех деталях. Возможно, Грейнджер ожидала, что он сделает шаг первым, но он не знал, сколько алкоголя она выпила.       Ее теплые губы встретились с его губами, прервав поток мыслей, бушующих в его голове. Ее язык дразнил его, и его свободная рука нашла ее шею, скользнув в кудри, чтобы приблизить к себе. Драко чувствовал шелк ее лифчика на своей груди, и он вспомнил то, насколько мало на них одежды, когда она прижалась к нему, касаясь твердости его члена.       Прикусив нижнюю губу, Драко отстранился, встретившись с ней взглядом.       — Твой победный поцелуй, — прошептала она.       Драко сумел выдавить из себя сдавленное:       — Верно.       Он чувствовал, что его нерешительность была очевидным ключом к его неопытности, и в данный момент ему хотелось бы иметь больше уверенности.       Но Грейнджер сделала шаг назад, ее пальцы скользнули по его рукам, и она наклонила голову, пытаясь скрыть очередной зевок. Она снова подняла голову и улыбнулась.       — Что ты имеешь в виду?       Он снова поймал ее пальцы своими, обнаружив, что ему нравится, как ее маленькие ладони ложатся в его.       — Ты выглядишь усталой.       — Немного, — призналась она, пожимая плечами. — Но это неважно. Если захотим, мы можем завтра лечь в постель, Драко.       Что-то в ее небрежном упоминании его имени в этом заявлении заставило его вздрогнуть.       — Я тоже устал, — признал он. — Нам не нужно ничего делать сегодня вечером, если ты хочешь.       Ее брови сошлись на переносице, Грейнджер прикусила нижнюю губу.       — Ты уверен?       — Да, — ответил Драко, чувствуя себя раздавленным. Ему очень хотелось заняться с ней сексом, но он не хотел разочаровывать ее и не знал, как она отреагирует, если он сейчас скажет ей правду. — Мы можем просто поспать. Может быть, завтра.       — Окей. Завтра, — она сжала его руку, после чего высвободила пальцы и нырнула в туалет. Грейнджер снова появилась в своей ночной пижаме, и Драко почти проклял себя, когда она потащила его к кровати, укладывая рядом с собой с отстраненной улыбкой.       Он устроился в ее постели, и Грейнджер снова прижалась к его груди. Убрав ее волосы с ее шеи, Драко притянул ее ближе, скользнув руками по ее талии. Она сняла лифчик, и он поймал одну из ее грудей через тонкую ткань ночной рубашки, дразня вершинку соска, и его член снова дернулся от мягкого стона, который она издала.       Драко хотелось спать, и он наслаждался тем, как затрепетали ее глаза, когда она прижалась к нему. И все же он не смог удержаться, чтобы не поцеловать ее в то место за ухом, схватив зубами ее мочку.       Приоткрыв рот, Грейнджер задрожала и прижалась к нему задницей, медленно и методично.       Просунув руку под ткань ее рубашки, Драко почувствовал себя экспериментатором теперь, когда его мгновенная паника по поводу секса с ней улеглась. Он скользнул вниз по изгибу ее плеча, взял ее грудь в свою руку и переместился так, чтобы он смог ласкать ее языком.       Тихие звуки, которые она издавала, были музыкой для ушей, и Грейнджер прижалась спиной к его торсу. Если он не будет осторожен, то кончит в свои боксеры.       Ее пальцы снова потянулись к его волосам, и она повернулась к нему лицом, нежно целуя его, дразня, в противовес медленному ритму ее задницы у его паха.       Сминая грудь одной рукой, он целовал ее, его сердце колотилось в груди, а кровь ревела в ушах от всеохватывающего ощущения ее тела. Ему потребовалось все самообладание, чтобы оторваться с резким вздохом, и Грейнджер затуманенно моргнула, ее грудь быстро вздымалась, когда он поправил ее топ.       Его стояку стало неудобно, почти до боли.       Лицо Грейнджер вспыхнуло, и она, заикаясь, кивнула и прошептала:       — Может?..       Драко хотел сказать, к черту все это — ситуация не была идеальной, но, возможно, она поймет и все еще захочет пройти через это, но остекленевший взгляд абсолютно мешал.       — Когда мы не пьяные, — пробормотал он.       На ее лице промелькнуло удивление.       — Верно. Звучит… здраво.       Устроившись рядом с ней, он слегка подвинулся, чтобы ее сочная задница не была так близко к его эрекции, и усмехнулся.       — И пристойно.       Ощущение ее в своих объятиях — этого он никак не ожидал.       Ее голос был тихим и хриплым от сна.       — Конечно. Спокойной ночи, Малфой.       Драко почувствовал, как его веки тяжело опустились.       — Спокойной ночи, Грейнджер.