Бессознательная жизнь души

      Я опешила и неожиданно столкнулась с парнем.       Я успела на носочках увернуться, но волна моего кофе опрокинулась на какого-то парня.       Глупо, но первое, что я сказала было: — О, нет, мой кофе!       Я проснулась.

***

от лица Адама

*Вчера*       Я провёл Розу до дома и убедившись, что она зашла внутрь, я завернул на живописную улицу.       Плакучие ивы устало свисали над водным каналом. В нём же резвились утки с утятами.       Я вдыхал прохладу и ощущал себя облегчённо, так как рассказал обо всём Розе. Но оставалось одно нерешённое дельце, по этому поводу я и направлялся в противоположную сторону от своего дома.       Мои походы по школе в поисках Мэтта не прошли даром. Я разузнал, что он вдруг заболел, меня это смутило, поэтому я решил пойти к нему и наведать.       "Может он действительно заболел?" – подумал я и терпеливо ждал зелёного света на перекрёстке.

***

      Подходя к дому Мэтта, я услышал восторженный лай собаки. Это был Руби. Вечно счастливый золотой ретривер носился по лужайке и уже давно приметил моё присутствие. — Хэй, Руби! Соскучился? – за моими словами последовал ответный лай собаки.       Я погладил пса, а он старательно пытался залезть мне на руки и облизать лицо, но я не позволял ему этого сделать.       Я постучал в узорную дверь из красного дерева. Мне открыли быстро, видимо услышали Руби на улице.       Навстречу выглянуло добродушное лицо миссис Холл. — Здравствуйте, миссис Холл. – улыбнулся я. — Ой, это ты, мой милый Адам! Я рада тебя видеть, – освободив проход она пригласила меня, – проходи скорее. Родители Мэтта меня действительно любили.       Я прошёл внутрь просторной прихожей и приковал внимание мистера Холла.       В их доме было много антиквариата, в основном его собирал мистер Холл. Все эти причудливые вазы и торшеры не смотрелись лишними, а лишь добавляли особенно изыска и колорита в интерьер. — Добрый день, мистер Холл! — Здравствуй, Адам. – глава семейства любезно подошёл и протянул мне свою тяжёлую руку для рукопожатия. Я же в ответ протянул свою. — Ну что же ты стоишь, проходи в гостиную! – возмутилась миссис Холл. Её румяное лицо ещё больше покрылось краской, как наливное яблоко.       Из кухни манил приятный аромат творожного пирога с абрикосами, этот запах я узнаю всегда.       Пирог у миссис Холл всегда получался невероятно вкусным. Нежный творог и кислинка абрикоса – идеальное сочетание.       Я прошёл в уютную гостиную с панорамными окнами, из которых так и лился солнечный свет, и присел на глубокий мягкий диван. — Адам, может сделать чаю, кофе? – заботливо спрашивала миссис Холл, – я как раз испекла пирог. — Н-нет, нет, не стоит, я пришёл лишь проведать Мэтта. – стал отнекиваться я. — Мэтт болеет, – огорчённо проговорила миссис Холл, – нам бы не хотелось, чтобы ты заразился, но я предупрежу его о твоём присутствии. – она поспешила подняться на второй этаж, к Мэтту. — Адам, расскажи, как твои дела, как родители? – мистер Холл решил начать беседу и спокойно посмотрел на меня. — Мистер Холл, у меня и моих родителей всё просто прекрасно, лучше расскажите, про свою поездку в Перу. – я знал, как разжечь в нём искру и намеренно перевёл тему. Мистер Холл был ярым путешественником и имел в запасе сотни историй.       Его глаза сверкнули и рот зашевелился, готовясь начать, по его мнению, увлекательный рассказ.       Мы дружим с Мэттом давно, так же как и наши родители. Но говорить сейчас о своих родителях мне не хотелось вовсе.       Повествование мистера Холла о его грандиозном приключении, которое я и так слышал много раз, прервала его жена: —Ой, Том, прекрати, дети уже слышать не хотят о твоём Перу.       Мистер Холл обиженно цмокнул.       Резко сменив негодующий тон на максимально ласковый она сообщила мне: — Адам, солнце, Мэттью ждёт тебя у себя в комнате. — Спасибо, миссис Холл, – я легко встал с дивана и пошёл к другу.       Поднимаясь по лестнице, я который раз наблюдал детские фото Мэтта, что его мать так бережно вывесила на стенах. В голову нахлынули воспоминания: наши шумные ночёвки, дни рождения, глупые ссоры и смешные ситуации. Мэтт в самом деле хороший друг и единственный, кого не оттолкнула моя ориентация.       Я завернул по коридору, белая дверь с вывеской "ОПАСНО. Не входить!" в комнату Мэтта была приоткрыта, я распахнул её, чтобы свободно зайти.       Друг сидел на полу возле кровати, нелепо завёрнутый в одеяло, и увлечённо играл в плейстейшн на телевизоре. — Привет, Мэтт, как жизнь? – я подошёл к нему и сел у стены напротив.       В комнате был беспорядок, повсюду стояли кружки с недопитыми жидкостями и, хоть окно было открыто, стоял запах лекарств.       Мэтт откинул пульт управления и хрипло произнёс: — Хэй, чувак, рад, что ты зашёл, я тут помираю.       Было слышно, что покрасневший нос Мэтта забит, а потускневшие синие глаза устало смотрели на меня. — М-да, выглядишь фигово. – с жалость сказал я, – так ты реально заболел. — А ты сомневался? – друг удивился. — Ну, я думал, ты, как и учитель физики, никогда не болеешь. – я ухмыльнулся.       Мэтт посмеялся и из-за этого закашлял. — Кстати. – я схватил рюкзак и стал интригующе рыскать по нему.       Мэтт недоверчиво посмотрел на меня.       Я достал картонную коробку, друг сразу узнал её и его лицо засветилось в улыбке.       Я ухмыльнулся и протянул ему гостинец. — Брат, ты принёс мне мои любимые пончики из Ганкин Донатс, – он открыл коробку, чтобы полюбоваться на желанный десерт, – спасибо, конечно, но не стоило. — Ой, да ладно, я же знаю как ты их любишь.       Он взял пончик и стал с наслаждением уплетать его. — Вообще я хотел с тобой кое о чём поговорить. – начал я. — Выкладывай. — Письмо, что Роза нашла у себя в шкафчике. – я намекающе посмотрел на него. — Продолжай. – Мэтт сказал невозмутимо.       Меня это немного взбесило. — Чувак, я видел, что ты кинул письмо в шкафчик Розы, – я повысил голос, – письмо с признанием в любви. – я поднял брови и уставился на него в ожидании какой-либо реакции. — Чтооо? – друг удивлённо на меня покосился, – письмо с признанием в любви? – он недовольно произнёс, растягивая каждое слово, – я не писал никакого письма! – сейчас и Мэтт повысил голос.       Я замер в недоумении, потому что понимал, что Мэтт не станет мне врать. — Но кто тогда написал письмо?

***

      Я вернулся домой в компании плохого настроения. Родители уже вернулись с работы. — Ты поздно пришёл со школы, – отец строго заговорил, – где был? Он даже не смотрел на меня, просто сидел в своём коженом кресле и листал старый журнал об автомобилях. — Не твоё дело. – грубо отрезал я и поспешил в свою комнату. — Стой. – командующим тоном заявил отец.       Я остановился у лестницы, раздражённо прикусил губу и сжал кулак. — Следи за своим тоном, Адам. – он захлопнул журнал и, кинув его на кофейный столик, перевёл свой мрачный взгляд на меня. — Ты хотя бы задумывался куда будешь поступать? – он самодовольно положил локти на подлокотники кресла, – или ты способен только с мужиками обжиматься?       Я распрямил спину и ухмыльнулся. — Кх, интересуясь ты не только теми, с кем я сплю, не задавал бы таких вопросов. – я нагло двинулся по лестнице, не желая больше ничего выслушивать.       Отец недовольно оскалил зубы, словно хищник.       Я захлопнул дверь в комнату и кинулся на кровать.       Тяжело выдохнув, я на пару секунд закрыл глаза.       На улице поднимался ветер и яркое солнце прогоняли хмурые тучи, возможно пойдёт дождь.       Я услышал стук в дверь. — Дорогой, это я, – мама нежно сказала.       Я ничего не ответил и продолжил смотреть в потолок.        Мама тихонько открыла скрипучую дверь и подошла ко мне. — Адам, – она присела возле меня, – не обижайся на отца, – её брови жалостливо прогнулись, – он, как и я, тебя очень любит, просто волнуется за тебя, за твоё будущее. Ему трудно... — Мам, не продолжай. – я перебил её и привстал, – я всё это знаю.       Она слегка наклонила голову и улыбнулась. Я улыбнулся ей в ответ.       Вдруг мой живот предательски заурчал. — Хах, – мама откинула голову назад, – ты верно голодный, пошли буду тебя кормить.       Я надул губы, как ребёнок, и пошёл за мамой на кухню.

***

      С мамой мы всегда общались хорошо. Она поддерживает меня несмотря ни на что, интересуется моей жизнью и уж точно знает, куда я собираюсь поступать.       Когда я был маленьким, отец всегда был моим примером для подражания. Мы проводили много времени вместе, он весело играл со мной, а в другие моменты учил меня жизни.       Детство у меня было самое счастливое, и я думал, так будет всегда.       Но отец, узнав мою истинную натуру, охладел ко мне. Я стал для него неким разочарованием семьи.       Это нас очень отдалило и наше общение свелось к минимуму.

***

от лица Розы

*В одном из коридоров школы* — Адам, ты узнал, что с Мэттом? – я поинтересовалась. — Да, он заболел, – на наших с Афиной лицах проступило то ли удивление, то ли жалость, – я вчера заходил к нему. – Да? И как он? – мы с подругой произнесли это одновременно и смешно покосились друг на друга. — Ой, да нормально, выглядит, конечно, плохо, но он быстро выздоровеет. – Адам махнул рукой. — Ну, да. – мы потупили в стену. —Кстати, скоро же выпускной! – выплеснула Афина. — Но до него ещё экзамены, – грубо отрезал Адам. Честно говоря, в этот момент он напомнил мне своего отца. — Да, но после них выпускной! – Афина не унималась.       Она схватила нас за плечи и заблистала в улыбке. — Тебя уже кто-нибудь пригласил, Роза? – спросила подруга. — Нет, – я выдохнула, – на самом деле я даже не думала о выпускном. — Как так?! – воскликнула Афина, – а ты, Адам, уже пригласил кого-нибудь? – она хитро сощурила глаза. — Нет, Афина, – раздражённо высказал Адам, – я даже не собираюсь на него идти! — Да, ладно, ладно, успокойся, ковбой, – Афина подняла руки, как бы "сдаваясь".       Ковбой – была кличка Адама, данная ему Афиной из-за столь глубокой любви друга к головным уборам. Звучит кличка смешно, но Адаму она не подошла по вкусу, из-за этого Афине ещё больше нравилось называть его так. — А вот меня уже пригласили, – похвасталась Афина. — И кто же? – спросила я. — Итан Дэвидсон, – её глаза заискрились, а губами овладела широкая улыбка. — Огооо! – я, шокированная, накинулась на неё, – главный красавчик школы пригласил тебя! – мои глаза округлились от изумления, – я так рада, Афина! – я обняла подругу и мы завизжали как дети. — Пфф, – Адам закатил глаза, – Этот ваш красавчик Итан, – он специально искривила голос, – ищет наивных девочек, как ты, чтобы затащить их в постель, а потом забыть как об использованной игрушке.       Афина нахмурила брови и злостно посмотрела на Адама. — Адам, ты ничего о нём не знаешь! – она практически кричала на него, люди рядом стали оборачиваться, – неужели тебе так сложно просто порадоваться за меня?! — Тут нечему радоваться, Афина. – Адам холодно произнёс.       Афина на секунду замерла, а потом быстро развернулась и обиженно постучала каблуками по коридору. — Афина! – крикнула я ей в след. — Наивная девчонка. – произнёс Адам.

***

*После уроков* — Адам, иди сегодня домой один, – я трогательно на него посмотрела и обняла, – я хочу пойти за Афиной. — Ладно, цветочек, я понимаю, иди – он легонько толкнул меня в спину.       Я помахала ему рукой и побежала по коридору.       Я застала Афину в фойе, она направлялась к выходу, попутно крутя зонтик в руках, так как утром был сильный дождь. —Афина, стой! – я подбежала к ней и схватила за руку.       Она махнула своим каре и ласково посмотрела на меня. — Хэй, Роза. – улыбнувшись, она тихо произнесла и также взяла меня под руку. — Афина, я знаю, что ничего про Адама ты сейчас не желаешь слышать, – она кивнула, – но может поход в наше любимое кафе тебе поднимет настроение? – я улыбнулась. — Ох, да, Роза, пошли, отличная идея! – это действительно её оживило.       И мы поспешили в это прекрасное заведение.       Хоть утром и был дождь, но сейчас солнце одаривало нас тёплыми лучами. Но всё же кое-где на небе виднелись потерянные тучи.       Ветерок приятно обдувал лицо, а наши с Афиной непослушные волосы легко отдавались этому порыву.       Над нами гордо пролетали одинокие птицы, рассекая небесное пространство длинными и острыми, как нож, крыльями.       Мы перешли оживлённый перекрёсток и оставалось лишь распахнуть стеклянные двери в это месторождение вкусного кофе, нежных тортов и хорошего настроения.       Кафе находилось недалеко от школы, почти в центре города, окружённое уютным сквером с раскидистыми клёнами и маленькими столиками с укрывающими от палящего солнца зонтами для посиделок на свежем воздухе.       Интерьер был чистый лофт с графичными стульями из чёрного металла, большими клетчатыми диванами и кирпичными стенами. Также там был небольшой металлический стеллаж с различными книгами и настольными играми, которые, кстати, приносят сами посетили.       Кто-то приходит поработать за ноутбуком и чашечкой ароматного кофе, кто-то приходит в большой компании, беседуя и весело проводя время вместе, за одно наслаждаясь всегда свежими и лакомыми десертами, а мы с Афиной любим приходить сюда за неповторимой атмосферой и, конечно же, за вкуснейшими напитками.       Мы зашли внутрь, на нас сразу посыпались отдалённые разговоры посетителей, которые в целом доносились как неразборчивый гул.       Множество приятных ароматах вскружили голову, мы продвинулись к кассам.       Афина начала рассматривать неоновые вывески, предлагающие попробовать новые напитки. — Что возьмёшь? – спросила я у подруги. — А ты угадай! – она решила поразвлечься. — Фраппе с попкорном? – я будто точно знала ответ.       Её лицо чуть побледнело. — Да, – обескураженно произнесла она, – ты угадала с первого раза, ведьма.       Она щипнула меня за руку и подозрительно улыбнулась. — А ты что возьмёшь? – поинтересовалась Афина, – как обычно холодный кофе с миндальным молоком? – она хорошо знала мои вкусы.       Я подумала и решила, что в этот раз возьму что-нибудь другое. — Нет, раф с карамельным сиропом. — Ммм, что-то новенькое. – подруга оценила мой выбор.       Мы сделали заказ и пошли в поисках свободного столика. Людей как всегда было много, но всё же место для нас двоих мы нашли.       В ожидании мы слушали излюбленную хозяином заведения музыку в жанре инди и болтали на всякие произвольные темы.       Спустя небольшой промежуток времени наши заказы были готовы. И мы с подругой поспешили забрать их.       Держа чашки в руках, мы продвигались сквозь людей, не останавливая наш диалог.       Я загляделась на Афину. — Роза, берегись! – вдруг воскликнула подруга.       Я опешила.       Неожиданно я столкнулась с какими-то парнем.       Я на носочках успела увернуться, но волна моего кофе опрокинулась на какого-то парня.       Глупо, но первое, что я сказала было: — О, нет, мой кофе!       Внутри меня будто ударило током и я застыла как мраморная скульптура.       Я стояла неподвижно и осмысливала то, что это уже происходило, происходило у меня во сне. И это не просто дежавю, это полноценная ситуация, которую я ранее предвидела. Мне стало не по себе. По телу побежали мурашки.       "Как это возможно? – я недоумевала, – это просто совпадение. – был единственный адекватный ответ для меня." — Твой кофе? – послышался на удивление спокойный голос.       Эти слова будто вывели меня из транса.       Я словно заново распахнула глаза.       Передо мной стоял парень чуть выше меня, его бледно-голубая расправленная рубашка была испачкана коричневыми пятнами кофе, моего кофе. Такие же пятна были и на его белых кроссовках. Небольшие лужицы были и на чёрном паркете, множество брызг напитка разлетелось по кругу. Люди рядом оборачивались и обходили нас стороной.       Я медленно рассматривала последствия своей неосторожности, пока не взглянула на лицо парня.       Эти холодные голубые глаза я не могла не узнать.

***

от лица Адама

      Я сидел во дворе дома и читал книгу в жанре ужасов, которую одолжил у Мэтта. На улице уже темнело. Солнце катилось за горизонт и в прощанье устроило красочное шоу на небе.       Медленно подбирался холодок, чтобы сковать людей в свои уж точно не жаркие объятия.       Света стало не хватать, чтобы, не напрягая глаз, смотреть на мелкие чёрные печатные буквы книги, поэтому я отложил её, заранее положив закладку, откинулся в кресле и посмотрел на небо.       Серые облака быстро плыли по тёмно-синей небесной глади. Я вдохнул свежего воздуха и закрыл глаза.       В далеке послышался лай собак, громко включенные телевизоры и шумные ссоры соседей.       "Адам, нам нужно поговорить." – эта фраза вдруг всплыла в моей голове, как кубик льда в воде. Слова Леона меня насторожили. Я почувствовал небольшое волнение, созревавшее глубоко внутри. Я не стал с этим мириться.       Резко соскочив с кресла, я направился в дом. Внутри уже горел жёлтый свет. Я схватил свою джинсовую куртку и взял из гаража велосипед. — Адам, куда же ты?! – меня заметила мама и тревожно воскликнула. — Скоро вернусь. – я уселся на велосипед и помчался вдоль улицы.       Постепенно стали зажигаться фонари. Поток встречного воздуха бил в лицо и развевал волосы, мне это даже нравилось. Я почувствовал некий ажиотаж и будто поборол земное притяжение. Я мчался словно в погоне за ушедшим за горизонт солнцем.       Я проехал пару кварталов, ближе к центру. Людей на дорогах не убавлялось. Многие любят прогулки по ночному городу.       Машины и такси ослепляли фарами, вокруг горели манившие посетилей витрины магазинов, вывески, рекламы и окна жителей высоток.       Я заехал на одну жилую улицу. На ней находилось пару невысоких домов и детская площадка.       Кинув велосипед возле дома, я поднялся по паре ступенек и позвонил в нужную мне квартиру.       Заиграла нелепая мелодия ожидания, я отставил одну ногу и скрестил руки. Вдруг на вызов домофона ответили, я намного напрягся. — Леон! – я не дал сказать ему ни слова. — Адам? – он удивлённо спросил, – что ты тут делаешь? — Нам нужно поговорить. – я ответил ему его же словами.       Видимо его это смутило, он пару секунд помолчал, а потом сказал: — Я сейчас спущусь.       Так называемый "звонок" оборвался. У меня было смешанное чувство. Чувство облегчение и чувство ожидания чего-то плохого.       Я присел на одну из ступеней и сомкнул руки. Смотря на прохожих, думал о предстоящем с Леоном разговоре.       Пока я ждал Леона в доме напротив успело потухнуть несколько окон.       Я услышал резкий и громкий звук, дверь со знакомым скрипом открылась. Я обернулся и моё сердце участилось в ритме, теперь он походил на ритм жизни ночного города.       Который я наблюдал за этой фигурой, но так и не мог оторвать глаз. Я невольно улыбнулся.       Леон как всегда выглядел шикарно. Он был в бежевых брюках и в свитшоте горчичного цвета, сверху была свободно накинута рубашка в клетку, которая капризно металась от малейшего дуновения ветра. Свет жёлтых фонарей освещал половину его лица, давая чёткую границу его острым скулам. Тёмные волосы непослушно лежали и делали Леона более живым и непосредственным. — Адам.       Он подошёл ко мне ближе и мы обнялись. — Пойдём на аллею? – предложил я.       Он положительно кивнул. Я сразу заметил в нём некую печаль и и небольшое волнение, но не падал вида.       Аллея из старых и могущественных вязов ночью выглядела особенно атмосферно. Аутентичные фонари на длинных тонких ножках, покрытые со временем облезлой чёрной красной давали мягкий жёлтый свет. Из-за раскидистых ветвей и листьев вязов аллея будто покрывалась тёмной ажурной сеткой из множества теней. Дорожка была мощёная, это добавляло своего эффекта на полноценную картину.       Немного пройдя по ней в молчании, мы выбрали свободную скамейку и присели. Было достаточно тихо, послышался шум от разгоняемых ветром крон деревьев. — Леон, ты хотел со мной поговорить? – прервал я тягостное молчание. — Да, – он смотрел прямо, погружённый в какие-то размышления, – мне нужно кое-что тебе сказать.       Я насторожился. Почувствовал как по моему телу побежали мурашки и вдруг резко похолодало.       Я непрерывно смотрел на него, ожидая продолжения. — Мне предложили работу в другом городе, – холодно произнёс он, – условия контракта там лучше, чем здесь, я не знаю что мне делать. Он жалостно посмотрел на меня. Это меня немного испугало, я видел в нём ту растерянность, которую не встречал никогда прежде.       Эта новость меня на миг искренне порадовала, но пришло осознание того, что нам надо будет расстаться. Может некоторым отношения на рассмотрении не кажутся такой уж большой преградой, но мы оба понимали, что для нас это невозможно.       Леон рассказал об этом предложении подробнее, и я понял, что для него это действительно хорошая возможность в продвижении по карьерной лестнице, да и вообще город, в который его приглашали был больше, хоть и не сказать, что намного лучше чем наш. — Леон, ты должен принять предложение, – с какой-то подавляемой мной болью в душе я произнёс эти слова, – это же отличный шанс для тебя, разве такие предложения поступают каждый день?! — Адам, как я могу отпустить всё, что у меня есть здесь: семью, дом, друзей..., – его голос задрожал, –...тебя, – он поник, как угасшая спичка. — Тогда подумай, что для тебя важнее, Леон, больше я тебе ничем помочь не могу.       Я поцеловал его в губы и не попращавшись, направился вдоль аллеи. Постепенно отдаляясь, на глаза накатывались слёзы, больше я их не мог удерживать