Is this a sin?

На улице зима. Смотря в окно можно заметить как медленно падают снежинки, создав ощущения бесконечности. Юна любила это время года. Ей нравится этот холод. Все изменилось после смерти родителей. Никто не ожидал этой аварий. Тетя всегда ненавидела её. С самого детства обвиняла в их смерти. В подростковом возрасте она впервые накричала на нее. С тех пор они всегда ссорятся. И вот очередная ссора заставила её приехать к нему. К своему лучшему другу. В эту ночь Юне не спалось. Она то раскрывалась, то снова укрывалась. В очередной раз раскрывшись, она решила посмотреть, что делает её друг. А если и он не спит, то можно поговорить, как когда-то раньше. Когда были ещё школьными. Сейчас Юне 20. Из маленькой, слегка полной девочки, она превратилась в милую девушку с четкими взглядами на мир. Она не позволяла себя обижать, за что и получила некую популярность у окружающих, хотя не такую, как у Чонгука. Кстати, о нем. Чонгук тоже вырос, занимаеться спортом, меньше хулиганит, но все равно такой же озорник как и в школе. Все девушки из универа сходят с ума, мечтая о нем. И стараются сделать все, чтобы он обратил на них свое внимание. Юна устала слышать каждый день о просьбах ее, якобы, подруг. «Юна, а что любит Чонгук? А какой его любимый цвет? Какое любимое телешоу?». И она всегда отвечает. Порой, ради смеха говорит ложную информацию, наблюдая, как Чонгук даже не скрывает отвращение. Потом, Чон конечно, он будет мстить девушке, рассказывая своим друзьям какой-нибудь детский секрет своей лучшей подруги. Потом они извиняются друг перед другом, давая обещание не делать так. Но эти обещания никто не будет сдерживать. Они сами не понимают, почему. Просто так хочется. Так удобно. Встав с кровати, она ощутила босыми ногами весь холод ледяного пола. Юна была одета в легкие шорты и майку, которые дал ей Чонгук, ибо не успела ничего захватить из дома. Из-за легкой одежды холод комнаты быстро охватил её тело, как будто ледяные колы вонзились в нем все сразу. Юна заглянула в комнату к Чонгука. Как ни странно, он тоже не спал. Он смотрел через окно на звезды. «Бессмысленно» — так он говорил себе, но все равно смотрел. — Тебе тоже не спится? — вдруг спросил он, не отрываясь от своего занятия. — Да. Холодно… Что делаешь? — тихо проговорила девушка, скрывая смущение неожиданным вопросом. — На звезды смотрю, — произнес парень, усмехнувшись. О, этот смешок. Юна много слышала о том, как Чонгук это делает. Вроде бы обычный смешок, что такого. Но некоторые дамы считали и пытались доказать, что это особый смешок. Юна в ответ только кивала. На деле она думала, как можно произносить слова так, чтобы по телу забегали мурашки, а по органам словно пустили ток. Сейчас она поняла, как это. У нее сжалось все внутри. Чтобы как-нибудь отвлечь себя от этих мыслей, она села на кровать рядом с другом и стала смотреть на звезды. — Юна? — шепнул парень, нарушая тишину в домике. — Что, Чонгук? — так же, шепотом, спросила девушка. -Ты помнишь, когда впервые приехала ко мне? — Аха, да, помню. Твоя мама тогда так разозлилась приняв меня за твою очередную девушку. И снова молчание. Юна начала винить себя за то, что сказала слишком много. А Чонгук думал. Думал, какая взрослая стала эта девушка. Впервые они познакомились в средних классов. С тех пор они неразлучны как брат и сестра. И теперь его «сестра» стало большой и ее надо защищать от парней, что бы те, упаси их господи, не начали приставать к ней. Хотя, какое ему дело? И вроде, он сам не прочь поиметь других подруг, не интересуясь, что ему скажут, но что-то в нем говорило о том, что её надо защищать и беречь. Он это знал. И хотел спасти. От других. От самого себя. Ведь он понимал, что настанет момент, когда он не сдержится, и тогда защищать Юну надо будет от него. Он вздохнул. — Юна… У тебя есть парень? — вдруг спросил чёрноволосый, повернув голову в сторону девушки, которая, было видно, покраснела. — Н-нет… — А ты…когда-нибудь целовалась…с парнем? — последнюю фразу он проговорил особенно четко, как бы выделяя ее. — Ну, пару месяцев назад. И в детстве, даже не представляешь с кем, с Ынхо, о Боже — произнесла девушка более спокойным тоном, чем до этого. — О, я представляю, как тебе было неприятно. — произнес Чонгук, сдерживая смех, что так и просился. — Да, ахах. Это было забавно. — хихикнула Юна в ответ. Затем, помолчав еще немного, девушка спросила: — А ты любил кого-нибудь из своих девушек? Этот вопрос, на который не стоит отвечать. А если и отвечать, то лучше ложь. Так думает Юна, что всю свою жизнь старалась говорить только правду. И безжалостно презирала обман. — Нет, Юна, я никого из всех не любил, — твердо произнес он, смотря прямо ей в глаза. Тишина. Эта ужасная, невыносимая тишина, что так бьет по всему! О боже, Юна, не молчи. Скажи, что рада этому. Или нет, скажи, что это неправильно. Тогда у меня будет еще один пункт, чтобы не наброситься на тебя, не снять с тебя эту одежду, что скрывает все, все что я хочу трогать, целовать, отмечать… о, бедная моя Юна. Как хорошо, и в тоже время, невыносимо жить с тобой под одной крышей! Хочу сбежать. Туда, где не будет тебя. Не будет тебя в моих снах, не будет тебя в тех лицемерных потаскухах, не будет, не будет, не будет! О боже, о чем я думаю? Она ведь моя лучшая подруга. И я обещал её родителям что оберегу её. Она ведь такая хорошая, красивая, добрая… а я… — Не любил… — тихо повторила Юна, прерывая Чона и нарушая тишину. — А я люблю тебя. Да…люблю. Все вокруг твердят как один какая я счастливая, имев такого друга, который видит во мне не какую-то шлюху, а друга, который всегда поддержит, и даст хороший совет, поможет в трудной ситуаций. Но от этого мне не становилось лучше. Ведь я давно уже люблю тебя, и не как друга. — смотря куда-то за горизонт сказала девушка и слезы полелись у нее из глаз. Нет, она не вытирает их. Они потом просто высыхают у нее на щеках. А утром она умоется, и всем опять скажет, что долго сидела за книгами и от того не выспалась. А она любит. Любит его шутки. Любит его дерзость. Она любила его хулиганом в детстве и любит таким, какой он сейчас. Просто любит. Она пыталась забыть, обнулить эти чувства к нему. Но не вышло. — Любишь? — он удивлен. — Классика жанра, правда? Я влюбилась в лучшего друга… — продолжает говорить девушка, так же смотря куда-то в даль. «Сейчас или никогда, парень!"-кричит разум Чонгука. Улыбка не сходит с его лица, ведь теперь он знает, что она его тоже любит. — А знаешь, Юна. Я люблю одну девушку. Да-да, очень люблю. Она посмотрела на него. Непонимание в её глазах говорит больше, чем слова. Надежда, так тщательно скрываемая, рвется в наружу. В её глазах он читает немой вопрос -"Кто она?»… — Это ты, Юна… Он притягивает ее к себе и целует. Этот поцелуй, нежный, но в тоже время требовательный. Этот поцелуй как воздух для него. Этот поцелуй как глоток воды для нее. Она хватает его за футболку руками, тянет на себя, будто давая знак, что хочет большего. Просить не нужно. Разрывая поцелуй, он улыбается. Эта улыбка больше похожа на оскал, но ей все равно. Она помогает ему снять его футболку, а затем снимает свою. Он снова целует ее, ведя дорожку поцелуев к шее, а оттуда еще ниже. Она запрокидывает голову назад, прикрывает глаза и тихо шепчет его имя. Он осторожно укладывает ее на кровать, продолжая целовать каждый сантиметр ее тела. А она извивается. И повторяет его имя… Чонгук старается войти осторожно, чтобы не причинить боль. Он видит, что она напугана, и поэтому целует ее. И ей снова сносит крышу от этих поцелуев. Она не почувствовала, как он вошел в нее, замерев, чтобы она привыкла. Он заботится о ней. А она дрожит. Не от холода, нет. Ей просто хорошо. Сейчас есть только Он и Она. Он вдыхает ее аромат. Теперь аромат взрослой женщины, познавшей, что такое страсть. Он шепчет ей в губы слова любви. А она охотно их ловит, пытаясь снять прямо с губ. Она стонет при поцелуе, при каждом его движении. И ей хорошо. Просто хорошо. Она закрывает ему рот поцелуем, когда они вместе кончили. Он нависает над ней, улыбаясь и целуя ее. Эти легкие поцелуи-самое лучшее, что есть у них. И они никогда это не отдадут. Они лежат и смотрят в белый потолок комнаты. Говорить не хочется, да и незачем. Ведь все так понятно без слов.