Письмо, которое ты никогда не прочтешь

      Холодный зимний ветер пробрался под куртку, заставляя слегка съежиться от его прикосновений. Элли глубоко вдохнула этот мерзкий морозный воздух, чтобы пробрало до легких, чтобы физические неприятные ощущения заглушили ту боль, которая на много глубже. Которая, засела где-то в глубине под ложбинкой, под грудной клеткой или где-то намного глубже.       А оно все еще бьётся. Чтобы не случилось, оно будет биться.       Мир не изменился, только слегка перевернулся у неё в голове. И на этом все. Реки также разливаются при обильных дождях, ветер также дует в разных направлениях, деревья растут, солнце также светит. Но от этого становилось только противней.        — Только одной ненавистью к миру ты не отделаешься ведь, — девушка сжала письмо, которое чертовски долго писала, останавливаясь на перерывы только, чтобы окончательно не размочить своими соплями бумагу. — Как только это поможет теперь ему? Ветер завыл сильней.       Стояло раннее утро, тишину на улицах нашего небольшого мирка разрушал только вой ветра, хлопанье крыльев птиц, которые резко сорвались и полетели куда-то вдаль. Подальше отсюда. Элли часто думала об этом — как было здорово… Уметь летать. ***        Девушка села за стол, она не могла спать, есть или думать о чем-либо. Личный дневник с записями открылся, как будто, сам, и мысли неистово просились вырваться на бумагу… Отодвинув его подальше и достав листы бумаги, она взяла ручку. Огромный ком подошел к горлу, и ей показалось, что ее сейчас вырвет. Плакать было уже как будто нечем.       С того самого момента прошло часа четыре... Может больше. Она не помнила, все было, как в тумане... Много крови — слишком много крови — подоспевшие друзья и глаза. Закрытые глаза, которые уже никогда не откроются.        Тошнота снова подступила к горлу, еще доли секунды и её вырвало, благо, около стола стояла мусорка, она успела в два прыжка, донести свое тело, прикрывая рот, и содержимое желудка оказалось в несчастной мусорке, непонятно, что это было, но точно не переваренная еда.       Сделав пару глубоких вдохов и выдохов и вернувшись за стол, она пересилила себя и начала. «Привет… Мне хотелось начать с приветствия, ведь мы так давно не виделись уже.»       Ручка со стуком упала на пол, Элли, сжав кулаки и ударив по столу, снова заплакала. Она ошиблась. Было еще чем. Склонившись пополам над столом, затыкая рот рукой, чтобы не закричать, она почувствовала его запах рядом и вспомнила, что из дома забрала часть его одежды…        — Боже, когда у меня уже глаза высохнут, чтобы прекратить это… — она склонилась над рюкзаком и достала рубашку Джоэла и, недолго думая, надела ее на себя, укутываясь, как в теплый плед. Стало и правда легче… На секунду — две. Листок с приветствием ушел в мусорное ведро, а ручка вернулась на стол.       «Если бы я, правда, знала с чего начать. Мне так многое нужно было сказать тебе… Именно сказать. Господи, Джоэл, я так хочу тебя увидеть», — слезы снова нахлынули с новой силой, но девушка смогла продолжить, отодвигая лист, чтобы не замочить его своей соленой водой…       «Я трусиха — столько времени пыталась признаться, что дотянула до того, что непонятные ситуации затянули нас в водоворот происшествий. После смены с Диной я хотела поговорить с ней, а потом с тобой. Мы собирались смотреть фильм… Ты ведь помнил об этом?» — девушка слегка улыбнулась, вспоминая то время, когда они были вместе, когда они были настолько близки, что сложно было в это поверить.       — Маленькая соплячка и взрослый… Почти старый мужчина. Хах… я слишком боялась, что ты меня не поймешь, — улыбка сошла с губ, — ты и не понял…       «Я забрала твои вещи, думая о том, что чем их у меня будет больше, тем ощущение тебя рядом будет сильней, ярче, но, да, я понимаю, что это не заменит тебя, никем и никогда.       Ты делал меня счастливой, несмотря на такие времена, ох, Боже, я ж восхищалась тобой, не просто потому что, ты многому обучил меня, не потому что оберегал, а потому что, ты еще чертовски красив, эрудирован и прямолинеен. Твоих качеств не счесть. Мир многое потерял. Мир просто этого еще не осознал…», — девушка снова посмотрела в пол, отодвигаясь на стуле, упираясь локтями в стол. Слезы капали на кеды.       «Всё, что произошло на вечеринке, было не… недоразумением? Как я могу такое сказать Дине? Ты ведь все видел? Или тебе сказали?       Я ведь могу это узнать, но что подумают другие… Другие… Все и привело нас к тому, что мы боялись осуждений.       Это ведь так? Я знаю, тут даже твоего ответа не нужно будет. Ты ведь специально двинул тому парню, за меня, за то, что он распускал. Но это… Это было недоразумением. А я тебе не смогла этого сказать.       Я прекрасно помню тот день, и его сложно будет забыть… ***       Утро стояло какое-то слишком солнечное, теплое, лучи проникали в комнату через плотно зашторенные окна. Девушка слишком долго провалялась в постели, и ее никто не будил. Был выходной, и можно себе позволить подольше понежиться в кровати. Элли стала крутиться, яростней распинывая одеяла и подушки, что те полетели на пол с огромной скоростью.       — Ох, черт! — подскочила она, взвыв, и взглянула на часы. — Уже обед! Элли, как ураган, подскочила и понеслась в ванную. Ей всегда было так-то все равно на внешний вид, но сегодня она хотела выглядеть хорошо, и не просто хорошо, а прекрасно. Сегодня был особый день. Девушка взглянула на себя и ахнула, синяки под глазами, взъерошенные волосы, след от подушки на щеке.       — Вот, черт… — снова завыла она, склоняясь над раковиной. Что ей только что приснилось? Что аж заставило подскочить с кровати — она пыталась настойчиво вспомнить, умывая лицо, сильней растирая его, чтобы кровь зациркулировала быстрее, и сошли отеки. После, быстро заскочила в ванну: в умывальнике, который заменял душ, было немного воды, и ей вполне хватило, чтобы освежиться.       Закончив с умыванием, она закуталась в полотенце и вышла в комнату, украдкой выглянула в окно.       — Как-то слишком тихо… — подумала девушка и, развернувшись, подошла к шкафу с вещами. — Что-то особенное?       Вещи уныло говорили о том, что не сегодня. Только джинсы, рубашки — темных — оттенков и миллион разных кед с разными шнурками.       — Надеюсь, что хоть что-нибудь чистое найду… — хмыкнула она и углубилась в свой гардероб.       На счастье Элли, нашлись чистые джинсы и светлая рубашка — тоже чистая. Вот, с кедами повезло не очень. Почему-то именно сегодня она решила, что хочется, чтобы шнурки сочетались с рубашкой. Да, такое у нее было впервые, но это желание перебивало даже чувство голода, поэтому, потратив еще немного времени, она все-таки нашла более-менее под цвет рубашки, вытащила из предыдущей пары кед и вставила в свои.       Осталась голова. А точней волосы. Элли, быстро вскочив с пола, снова направилась к зеркалу.       — Так, главное, как ты себя чувствуешь, а не выглядишь. Ведь так? — торчащий пучок над ухом говорил об обратном. — Ладно-ладно. У меня была расчёска где-то здесь.       Уложив волосы, которые отросли уже достаточно, она не решилась их собрать, убрала только одну прядь за ухо. Отеки уже сошли, и выглядела она прекрасно.       Улыбнувшись себе в зеркале, девушка ринулась к портфелю.       — Та-а-а-ак, подарок на месте, можно и выдвигаться. — она была в прекрасном расположении духа и предчувствие хорошего дня не покидало ее мысли. Выйдя на улицу и закрыв за собой дверь, она направилась по главной улице в сторону дома Джоэла. Было слишком тихо, хотя был обед, были, конечно, люди, которые работали, но большинство как будто испарилось.       — Я очень надеюсь, что они все не в его доме. — усмехнулась про себя Элли.       — Люди его любят, как не странно, отважный, смелый мужчина, который готов прийти любому на помощь, а еще мудрый и красивый, — девушка слегка закатила глаза от таких мыслей.       — Надо завязывать, сколько лет прошло, а оно не отпускает. И я снова как щенок бегу, срываясь с места в эту медвежью хватку его сильных рук. — Элли сильней затрясла головой, — хвати-и-и-и-ит…       Из мыслей её вывела Дина, которая подкралась и запрыгнула ей на спину, слегка неожиданно, так как Элли была увлечена воспоминаниями о руках Джоэла. <      Тело Элли, конечно, не удержалось от такого и, пошатнувшись, уже готово было распластаться на грязной — осенней земле, но Дина вовремя спрыгнула с шатенки на ноги и удержала ее, придержав за спину.       — Эй, ты куда улетела? — улыбнулась та, обходя девушку.       — Ох, ты меня напугала, — выдавила Элли.       — Извини, я тебя окрикнуть пыталась, несешься к Джоэлу?       — Конечно, у него ведь сегодня День Рождение.       — Ох, а пахнет от тебя приятно, и выглядишь ты чудесно. — Дина улыбнулась своей самой милой улыбкой из всех, что сердце аж немного замерло у Элли и, как поется: снова пошло.       — Спасибо, — она осмотрела ее с ног до головы и не смогла ничего выдавить как: — Ты работаешь сегодня?       — Ага, но я с утра Джоэла поздравила, у него уже тогда толпа была, сейчас не знаю. Он хотел выгнать всех, говоря, что не очень любит подобное внимание и вообще, больше всего он ожидает увидеть тебя. — Дина в своей манере наклонила голову, — поэтому, поторопись поздравить старика.       — Старика… — Элли задумалась, ведь она даже не помнила, сколько ему лет. Нет, он ей говорил и не один раз, но она как будто каждый раз хотела забыть об этой пропасти и забывала…       — А сколько ему исполнилось? Я так понимаю, юбилей, раз такой кипишь. Раз даже ты решила прийти к нему…       — Без понятия… — чуть тише ответила шатенка, чем хотела, но уж как вышло. На остальное девушка не ответила, лишь покачала головой.       — Оу, даже так? Подарок хоть есть?       — Естественно, — Элли махнула головой в сторону рюкзака. — Пришлось повозиться, чтобы его найти.       — Это же секрет? — та увидела прохожих и приложила палец к губам. — Потом скажешь, беги, а то вдруг не успеешь.       Дина проводила девушку взглядом и отправилась по своим делам.

***

      Около дома Джоэла, никого не было. Элли осмотрелась по сторонам, но в доме кто-то точно был. И не один.       — Так, вдох-выдох, — стоя перед дверью, девушка начала заниматься дыхательной практикой, ведь сердце, как она не пыталась его убедить, настаивало на своем и билось сильно и быстро от мысли, что она его сейчас… Дверь открылась, и на пороге стоял именинник. Чертовски счастливый, только от вида этой девушки.       — Ты чего застряла? — тот сделал шаг, и она была уже в его объятиях, таких горячих, крепкий, руки сами потянулись обнять в ответ. И она обняла. И это как будто длилось вечность, позади двери ходили люди, кажется, вовсе не замечая их. Сердце Джоэло стучало быстро, убаюкивающее. Немного, волнительно. Как самый приятный звук во всем мире, и ее голова, прижатая к груди… Мысли углубились, и хотелось просто раствориться в этом теле.       Это были их первые объятия за последние несколько лет. За последние несколько лет обиды и недопонимания… Но печаль в том, что все всё понимали, только, вот, эгоизм каждого душил по своему. Поодиночке.       Обрыв со временем сужался, люди вокруг и ситуации толкали их друг к другу. И сложно было не обращать внимания на человека, который так глубоко и давно засел тебе в сердце, тебе в душу. Вот, и Элли не смогла. Принятие ситуации так и не пришло, только она поняла одну очень важную вещь…       Будь на её месте он — она поступила бы так же.