Письмо, которое ты никогда не прочтешь

Добежав почти до дома, Элли вырвало около порога.       — Вот, черт… — она оттерла уголки губ и, пошатнувшись, зашла домой. Слезы нахлынули через какое-то время, морем стекая по щекам, но молча, кричать хотелось очень, но сил уже не было — она устала. Непонятно от чего, но устала так, что сил уже не было ни на что… Девушка сидела на кровате, немного шатаясь из стороны в сторону, думая о происходящем. Она никогда бы не подумала, что подобное может с ней произойти. Перед глазами всплывали их тела, полностью голые, страстные.       — Да кто, вообще... кто может влюбиться в своего опекуна? Черт возьми, — она начала рассуждать о том, что мог чувствовать Джоэл, но то, что она застала, не давало ей думать рационально. — Ненавижу, ненавижу тебя! Утро настало незаметно, так же как и Элли незаметно для себя и своих слез — уснула.       — Элли! — в дверь настойчиво постучали. — Элли, вставай, нам нужно идти уже. Девушка открыла один глаз и вспомнила слова Дины… Тошнота снова подступила к горлу, в дверь снова постучали…       — Иду! «Вдох, выдох, я ничего не видела и ничего между нами не произошло, нужно просто притвориться, что я забыла, это было…», — в дверь снова постучали…       — Элли, если не хочешь меня видеть — я понимаю, мы можем не видеться… — Миллер уставился в землю, думая, к чему это вообще может привести.       — Я сейчас! — та второпях начала собираться. — Это наша работа, я не буду отлынивать. Джоэл молча ждал её около двери. Девушку лихорадочно затрясло, только увидев его силуэт через окно. Но она глубоко вдохнула, выдохнула:       «Я должна довести начатое до конца, иначе, я пожалею». Дверь распахнулась, и она с уверенностью, какой только могла, шагнула навстречу чему-то устрашающему и сильно колючему. Как борода мужчины, которого так любила.       — У нас осмотр части заброшки вокруг поселения, чаще всего это занимает около двух дней, — мужчина мялся, как девушка на первом свидании, не смотрел на Элли, только вскользь… Элли старалась тоже не смотреть на него, вели они себя, со стороны, чертовски скованно и странно, что проходя до конюшни, собрали на себя максимум взглядов.       — Готовы? — подошел Миллер младший и начал раздавать распоряжения.       — Как всегда, — Джоэл пожал плечами, Элли молчала и в упор смотрела на Томми, думая о том, что скорей всего их вдвоем решили отправить именно Томми с Марией.       — Можно мне другого партнера? — слишком резко выскочила девушка из общего круга, — я думаю, что Джоэл и я слишком сильная команда, может, кому-то нужна более опытная помощь.       — Нет, — твердо ответил Миллер младший и кинул взгляд на старшего, — в другой раз. Уильямс промолчала и села в седло, Джоэл прикрыл глаза на секунду, глубоко вдыхая осеннее утро.

***

«Я тогда струсила, вновь, что-то сдавило в груди, и я просто забоялась оставаться с тобой наедине. Целых два дня — эта цифра сводила меня с ума, как мы жили с тобой столько времени вместе… Я, конечно, тогда не совсем понимала, что чувствую, поэтому было проще. Когда начинаешь принимать свои чувства, становится тяжелей, ведь ты не знаешь, как отреагирует твой оппонент. И твоего подобного поведения, мол :«мне показалось, ничего не было», я боялась больше всего…»

***

Первый день осмотра прошёл без происшествий, они молча слазили с лошадей, осматривали здания, подавали сигналы руками или короткими фразами, прикрывали друг друга, садились на лошадей и ехали молча дальше. Как, и о чем говорить, они не знали, и, на самом-то деле, они наслаждались просто обществом друг друга, хоть молчание и давило.       — Разобьем лагерь на заправке? — Элли дернулась от его голоса, который неожиданно сделался каким-то обыденным…       — Угу, — податливо ответила девушка. Всё о чем она думала, как сказать ему, сказать и всё закончить, но закончится ли это? Столько времени, а оно не проходило, как бы больно не было, это чувство не уходило, оно давило как огромный груз на сердце и душе. Было больно, боли было больше, чем благодати от этого чувства. Люди эгоисты и им больно от того, что их любимый человек может быть счастлив без них. Джоэл спешился, подошел к двери заправки, достал новый револьвер и осмотрелся.       — Никого, — тот взглянул на девушку, которая прикрывала его чуть позади, держа лошадей, — можем располагаться… Она кивнула, робко и снова так податливо. Они завели лошадей в здание и привязали к небольшой полке, в отдельной комнате, где для них уже давно было уготованы места: немного сена лежало на полу.       — На ночь им хватит, утром траву еще пожуют, — Миллер снял сумку с лошади и пошел в комнату, Элли поплелась за ним. Ком в горле подступил у обоих, когда те зашли в комнату: был один диван и кресло.       — Хм, странно, неделю назад тут была кровать, — Джоэл почесал бровь и прошёл вглубь комнаты, — ну, ничего, я на кресле посплю или, в крайнем случае, на полу.       — Я могу на полу, — Элли осталась стоять позади, перебирая пальцами ремень от рюкзака.       — Ладно, решим ближе к ночи. Темнело, они молча занимались какими-то своими делами, особо старались не обращать внимания друг на друга. Первым не выдержал Джоэл:       — Кэрол нам собрала небольшой ужин, — тот достал небольшой пакет из сумки, — но, думаю, нам хватит.       — Вы давно вместе? — выпалила Элли невпопад и даже не покраснела, уставилась в глубокие карие глаза напротив.       — Знаешь, — Миллер отвел взгляд, — недавно. И тишина, Элли снова уставилась в найденный по дороге журнал, Джоэл достал еду и положил на небольшой кофейный столик около дивана.       — Давай покушаем.       — Аппетита нет, — коротко ответила девушка, понимая, что кушать то она хочет, но какая-то злость и ревность ей просто не позволяли взять хотя бы один кусочек от того человека, который… Который просто полюбил того же человека, что и она.       — Элли… Девушка дернула головой, уставившись снова в глаза напротив.       — Что, Джоэл?       — Почему ты злишься?       — У тебя с памятью проблемы? — слишком жестко, слишком прямо, но ей просто надоело сидеть как на иголках, и в определенный момент она вскипела.       — Пока, нет… — тот снова первый отвел взгляд и уставился на разложенную еду, — детка, я…       — Не называй меня так, — бросила девушка снова резко и в груди у мужчины, что-то ёкнуло, слишком больно. Мужчина тряхнул головой, приходя в чувство.       — Ладно, давай, — тот настроился и серьезно начал, — давай поговорим о том, что произошло.       — Что-то произошло, по-твоему? — снова прыснула Уильямс, пытаясь вывести Джоэла на эмоции.       — Хватит играться, — тот поднял взгляд исподлобья, намекая, что он серьезен как никогда.       — Знаешь, как ты поступаешь… — та оступилась на слове и, слегка покраснев, отвернулась, пытаясь забыть картину его соития с Кэрол. Тошнота снова подступила к горлу…       — Боже… — та выдохнула, — прости.       — За что?       — За то, что так получилось…       — Как так? — Джоэл наклонил голову набок, изучая лицо Элли.       — Это допрос с пристрастием будет?       — Да, — слишком коротко и ясно, ей некуда будет бежать, как бы она не хотела…       — Джоэл, это слишком сложно, и объяснить, что произошло — я не смогу, потому что, сама не понимаю, что произошло толком, — девушка отвела взгляд, откладывая журнал, чтобы было незаметно, что она лжет… Снова.       — Как давно? — но Джоэл слишком хорошо знал эту девушку, что смог по интонации понять, что она все прекрасно понимает, и что это не секундное...       — Что как давно?       — Ты испытываешь ко мне что-то давно? — у обоих сердца пропустили удар, болезненный, с опаской.       — Я не знаю. Мужчина снова тряхнул головой…       — Прости, я, честно, не знаю, как теперь с этим жить, — Миллер похлопал на диван около себя.       — Я…       — Посиди рядом, пожалуйста, потому что потом, я не знаю, будет ли еще возможность у нас или нет…       — Хорошо…       — Опрометчивые шаги, могут сделать еще больней, если ты не хочешь, то не стоит.       — Хочу. Девушка поднялась с кресла и медленно подошла к дивану, за окнами слышался шелест листвы, за дверью фырканье лошадей, и казалось, сердце Элли вот-вот заглушит все эти звуки. Миллер протянул руку, она взялась кончиками пальцев за шершавую ладонь, легкая дрожь пробила с головы до ног. Она присела на край, между ними поместился бы еще человек, руки разомкнулись. Джоэл думал, Элли ерзала чуть ли не на одном месте, меняя положения тела, как бы устраиваясь поудобней.       — Элли, понимаешь… — слова потерялись где-то в глубине сознания, стало душно.       — Я всё понимаю, — она кивнула, смотря на свои ладони, — абсолютно.       — Не думаю, что до конца… — он не знал, как сказать, что любит её, полюбил чуть ли не с первой минуты общения, но боялся сблизиться, боялся за неё, за себя. Всё о чем он только мечтал это уберечь эту девчушку от проблем этого жестокого мира, но не заметил, как сам стал для неё большой опасностью.       — Сердцу не прикажешь… — тихо просипела Уильмс, наклоняя голову в его сторону, — Джоэл, это, и правда, больно. Он вздохнул, слишком тяжело, задержал дыхание, аккуратно подсел ближе и приобнял за плечо…       — Я понимаю… Я просто, я не заметил, как ты выросла, как стала такой взрослой, но, черт, как… Я ж тебе в деды гожусь.       — Не правда… — та расслабилась в его объятиях, опустив голову на плечо, — ты первый, кто так мне понравился, поначалу я не понимала, что это за чувство, а потом…       — Это чертовски странно…       — Ещё бы… — усмехнулась девушка в плечо, аккуратно вдохнув запах тела Джоэла.       — И что нам теперь делать? — Миллер потер плечо Элли, как будто пытаясь разогреть, но он всего лишь пытался успокоиться сам. Она слышала, как бьётся его сердце, волнительно, часто, но этот звук успокаивал её… « — Я люблю тебя…», — произнесла Элли губами, но казалось, что он понимал это, даже без слов, произнесенных про себя. Вопрос остался без ответа, лишь желание, расползающиеся по всему телу, от волосков головы до кончиков пальцев… « — Глупое, глупое сердце, прошу, не стучи так, как будто ты…», — горло сдавило спазмом, Джоэл замер, осознавая происходящее… « Я ведь никогда в ней не видел дочери, никогда, сам это ей говорил и не раз, я полюбил её как друга, товарища, а… видя как она взрослеет, что произошло? Что поменялось то? Это же не…», — взгляд затуманился, голова слегка начала кружиться от волнения, но волнение это расплывалось теплом по сердцу… « Почему, я решил дать шанс Кэрол после случившегося с Элли? Я ведь… Я использовал её? Моё сознание блокировало чувства? Потому что, я всегда знал, что Элли всецело, всегда, владела мной, я всегда был в её власти…». Осознание, как удар молнии, бьёт внезапно, страшно, резко и при этом всегда неизбежно…       — Что с тобой? — Элли отпрянула, чтобы взглянуть в глаза мужчине, слегка успокоившись.       — Ничего, — он снова избежал взгляда.       — Тебе неприятно?       — Скорей, наоборот, — это прозвучало странно или скорей, неожиданно, что девушке пришлось вновь приложиться к плечу, ощущая приливающую кровь к лицу.       — И как это понимать? — рука Элли скользнула по спине, обхватывая мужчину за талию.       — Не знаю… — Джоэл наклонил голову, опуская щеку на лоб девушке.       — Ты колючий, — Элли чуть помахала головой, отстранившись, пытаясь найти удобное положение, в этот момент Джоэл прикрыл глаза и как бы невзначай с плеча девушки соскользнул на талию, чуть ближе прижимая к себе.       — Прости… Кто-то мне сказал, что мне с бородой лучше. Давно ещё…       — Ты бы без неё выглядел не так сурово и помолодел бы, на лет пять точно, — Элли усмехнулась, — хотя, ты и так прекрасно выглядишь.       — Ага… — тот полностью повернул лицо к девушке, — я в замешательстве.       — Да, я поняла уже.       — Нет, я… я о себе.       — В смысле?       — Я не могу понять, что происходит и почему, меня так... Тянет.       — Что? Минуту назад ты утверждал, что не знаешь как вести себя со мной, из-за меня же… — Уильямс снова начала потрясываться от волнения, думая, что всё закончится быстрей, но нет… — Зачем, Джоэл? Мне и так…       — Прости, я стараюсь быть искренним. И говорю, о том, что чувствую, — тот снова погладил её по руке, чувствуя как её трясет.       — Никогда бы не подумала… Ты никогда не был сторонником подобных тем. В голову девушки залетела просто «гениальная» идея, как всё можно «завершить» и понять, достаточно быстрым способом… Но могло быть больно от того, что надежда, которую только что снова дал Миллер, испарится.       — Хватит играть со мной! — Уильямс вскочила с дивана и повернулась к мужчине, сложив руки на груди.       — Я не играю, — Джоэл выпрямился и уставился в ответ на девушку.       — Такое ощущение, что играешь, — та набрала в легкие полные воздуха и выпалила, — я привлекаю тебя как женщина?       — О Боже, — по спине пробежали мурашки, — я думал об этом, только после того поцелуя…       — А до этого ни разу?       — Нет, Элли, чтобы обо мне подумали?       — Джоэл, у нас апокалипсис, всем всё равно.       — Увы, — тот посмотрел себе в ноги, — всем не всё равно, особенно, на взаимоотношения взрослого мужчины и девочки.       — Я не девочка.       — Уже, нет, когда мы пришли сюда — была, и кому как доказать, что у нас ничего не было до этого? Меня же могут обвинить в…       — Фу, Джоэл, — та развела руками, — мы же все взрослые люди, никто бы так не подумал.       — Ты слишком мало общаешься с людьми.       — Мир меняется.       — Я знаю… — тот снова поднял глаза на девушку, и она опустилась на корточки рядом, взяв его за руки, аккуратно сплела пальцы рук…       — Что нибудь чувствуешь?       — О, ты решила проверить всё здесь и сейчас? — Джоэл не сопротивлялся, хотя мысленно ругал себя…       — Жизнь одна, мне надоело чего-то ждать, — Уильямс старалась строить из себя снежную королеву, тон голоса её не выдавал, только слегка дрожащие руки, говорили, что она не настроена особо серьезно.       — Ты, правда, этого хочешь? — Миллер поддался вперед, оказываясь рядом с лицом девушки.       — Да, — ком сглотнула быстро, вот только красные уши и лицо спрятать было сложно. Хорошо, что уже стемнело, только свет восходящей луны, освещал комнату, притягивал взгляды, как и находящихся в комнате людей друг к другу. Их тянуло неимоверно друг к другу и сделать, что-либо, было нельзя, чтобы помешать этому. Здравый смысл и осуждения, стыд, заблуждения, домыслы — всё ушло. Остались чувства, достаточно искренние и теплые. Джоэл встал перед Элли, потянув её за собой. Место, учитывая, что они стояли напротив друг друга, было мало, они стояли впритык друг к другу и молчали.       — Джоэл? — задевая своим телом, торс мужчины, жар стал распространяться по низу живота медленно, плавно. Чувство было знакомым, но не таким томным как сейчас…       — Элли? — тот приподнял брови, слегка улыбнулся, смотря девушке в глаза. Минута, вздох, руки сами тянулись к телу напротив. Казалось, что есть этот момент, и эти ощущения были у обоих… Они обнялись, на грудь мужчины легла голова девушки, талию обвила крепкая хватка, руки Элли скользнули по лопаткам, остановились на талии…       — Так приятно… — тихо проговорила та, потираясь щекой, как кошка, о грудь Джоэла. Миллер молчал, сильнее, притягивая к себе молодое тело, одной рукой скользнув по плечу взял кончиками пальцев подбородок и поднял на себя, взглянул мягко, с огромной любовью, что было внутри и огромной грустью… Он слегка наклонился и, задержавшись на секунды около губ Элли, заволновался, сердце уже готово было выпрыгнуть. Девушка ждала… Ждала терпеливо, закрыв глаза, ощущая его дыхание на тонкой коже губ. Ещё секунды… И он отстранился, достаточно резко, отпрянул, немного потерял равновесие и плюхнулся назад, на диван, запрокинув голову назад и закрыв лицо руками. В голове крутилось только одно: «Что же мы делаем…» Девушка стояла еще минуту, стараясь проглотить все те слезы, которые пытались нахлынуть и показать всю её боль… Сердце было разорвано, но это было ожидаемо, но от этого не менее болючим.       — Прости, я… — начал Миллер, протягивая руку к Элли.       — Я понимаю, — та прикрыла глаза и подала руку…       — Это неправильно. Элли не ответила, только села рядом, Джоэл ещё раз притянул её к себе, уже пытаясь лечь… Девушка не сопротивлялась, уместившись на одной половине дивана и уложив голову на груди мужчины, она прикрыла глаза… Мужчина же долго не мог заснуть, думая о правильности всего происходящего, что было страшно, так это то, что чувства говорили вместо здравого смысла, пугало это его больше всего на свете. Он чувствовал, что вернулся в то время, когда влюбился в свою жену, так быстро, искренне, что она поработила его всего… И то, что происходило сейчас было очень похоже, но возраст ведь был не тот, не то время, сказать Элли было бы ошибкой, она молода, давать надежду будет так же больно, как лишать её. «Я не могу… Я просто, не смогу», — он обнял её крепко, поцеловал в лоб, понимая, что такой близости, у них не будет больше никогда…

***

«Наши «игры» продолжались, пока меня не поцеловала Дина, это было, если честно, очень приятно, я ощутила себя на минуту такой желанной… Я знала, что ты увидишь нас, наверно, я ответила на поцелуй специально, чтобы ты понял, что чувствовала я, когда ты был… с Кэрол. Ах, да, я же всё видела… Спасибо, что заступился после, это было… Круто, в любом случае. Прости, ещё раз, что наорала потом. Тогда, стоя на крыльце, мы стояли так далеко, что между нами поместилась бы толпа, наверно, это было неудивительно, что после всего, у нас не находились слова обо всем поговорить нормально. У нас была только та ночь, но понять всё за такой короткий срок достаточно сложно? Но те часы были лучшие в моей жизни, я спала у тебя на груди и ощущала тепло, невиданное раньше, я бы хотела, чтобы те дни остались с нами навсегда. Наверно, рано или поздно всё решилось бы… Хах, ты сказал, что Дине повезло бы со мной… А тебе? Я понимаю, что в жизни ничего не бывает просто. Я понимаю, чего боялся и опасался — ты. Поняла только, если честно, сейчас. На что сложно решиться любому человеку, несмотря на возраст или пол, всегда тяжело пустить в свой мир, в своё сердце другого, потому что, ты не знаешь, чего ожидать, что будет дальше, чего именно ты хочешь, что именно ты чувствуешь… Ощущения всегда смутные, путаются, но оно того стоит. Стоит рисковать, спрашивать, идти навстречу, что-то делать. Мои чувства к тебе неустанно останутся, будут тянуться из года в год, я не смогу тебя отпустить, забыть, заменить, потому что, это ты, потому что, это письмо для тебя должно было быть только с одним смыслом… Я люблю тебя».