Долгая дорога

Когда Люцифер с Хлоей вернулись домой на пару с Церберусом, Трикси еще спала. На часах показывало десять утра, и Хлоя знала, что Трикси будет спать еще где-то до двенадцати. Пока овчарка двинулась в комнату девочки, дабы проверить ее и убедится, что все в порядке, Хлоя пошла разогревать завтрак, оставленный любимым со вчерашнего вечера. Пока они завтракали, Люцифер казался ей каким-то угрюмым и замкнутым, но когда она спрашивала его, что случилось, то в ответ получала лишь слабые отмазки или махание рукой. Она еще по пути домой заметила его нервозность, но не стала раздувать из этой мухи слона. Но сейчас его поведение стало заметнее… Мужчина весь притих, его взгляд был затуманен какими-то мыслями. Девушка на протяжении всего завтрака не слышала ни пошлых шуточек, ни комментариев по поводу его кулинарного умения. Он избегал ее взгляда и, кажется, был готов провалиться под землю. Такое поведение было весьма странным для вечно активного Дьявола. — Люцифер, ты в порядке? — Обеспокоено спросила Хлоя, видя, как он вздрагивает от вопроса. — Конечно. Все хорошо, Детектив. — Отмахнулся Дьявол, начиная усерднее ковырять блин в тарелке. Слишком странно для него. Слишком холодно. Девушка уже прикидывала варианты того, что могло так его расстроить, ведь если Люцифер чем-то расстроен, то это вполне может перерасти в подростковую депрессию. — Ладно, а куда ты ушел на ночь? Я проснулась, а тебя рядом не было…- Как бы издалека начала Деккер, зыркая в его сторону взглядом. Люцифер резко поднял на нее ошарашенные глаза. Как можно было попасть в яблочко с одного единственного вопроса?! Похоже, он забыл, что влюбился в лучшего детектива полиции Лос-Анджелеса. — Да так, ездил в Люкс по делам, — слишком тихо и взвинчено ответил мужчина, опустив глаза в пол, как провинившийся ребенок. С одной стороны, это было честно наполовину, но это была не все правда. Хлоя поняла, что попала в самую точку. А еще поняла, что он ее… Боится? На самом деле Люцифер, и правда, чувствовал себя не в своей тарелке после произошедшего ночью, ведь так или иначе, его угнетала мысль о том, что он убил человека. Да, он с самого начала времен карал грешные души. И да, Брендон этого, правда, заслуживал. Но что-то внутри все равно не давало покоя… На душе скребли кошки, а сознание сотрясали плохие мысли. Так или иначе, по натуре Морнингстар оставался все тем же Ангелом. И он не привык убивать людей, ведь одно дело карать души, которые уже отошли в мир иной, но другое дело — отнимать жизнь. С Пирсом дела также обстояли иначе, ведь тот был натуральным грешником, и для него смерть была скорее освобождением. Но больше всего Дьявола пугало не это. Со своими страхами он бы разобрался быстро. Сильнее всего был страх перед Хлоей. Она ведь рано или поздно заговорит о Брендоне или о том, что тот бесследно исчез. Люцифер никогда ей не лгал и все равно должен будет ответить на вопрос чистую правду. Но как она отреагирует? В глазах промелькнули воспоминания о ее реакции на дьявольское лицо, и он вздрогнул. Она опять посчитает его чудовищем? Как же теперь он будет находиться рядом с ней и смотреть в глаза, если она узнает о том, что он сделал. Будет ли она теперь доверять ему? Что-то подсказывало, что она его к себе и близко не подпустит. Эти мысли душили Дьявола пока он мыл посуду. Хлоя тем временем переместилась на диван, ожидая его. Им определенно нужно поговорить — она это чувствовала. Когда закончилась вся грязная посуда в доме, а стол был натерт до блеска, Люциферу ничего не оставалось делать, как идти к Хлое в комнату. Дьявол боялся того, что сейчас будет. А именно допроса. Он понимал, что рано или поздно придется рассказать любимой о своем поступке и лишь боялся ее реакции. Тихой походкой мужчина вышел из кухни и направился в гостиную, где, сидя на диване, его ждала Хлоя. Все еще безуспешно пытаясь скрыть свой страх и нервозность, Люцифер робко сел на другой край дивана. Голова повернулась, и глаза встретили беспокойный взгляд напротив. Руки вспотели, а кровь будто отхлынула от лица, глаза боязливо опустились в пол. Девушка видела, что с ее Дьяволом что-то определенно не то. Она подсела ближе к нему и осторожно провела рукой по мускулистой спине, касаясь пальцами лопаток. — Люци, что случилось? Я же вижу, что что-то не так. — Его глаза все также опущены в пол, а тело вздрагивает от ее прикосновения. Хлоя хмыкнула про себя, удивляясь такой закрытости. Ну, точно, как ребенок. — Посмотри на меня, пожалуйста. — Она берет его лицо в свои руки и мягко поворачивает к себе. Взгляд мужчины все еще опущен, а комнату пронзил нервный вздох. — Люцифер, посмотри на меня. Он повинуется ее сладкому голосу и поднимает виноватые глаза на нее. Девушка видит в них страх, отчаяние, боль и… Надежду? — Милый, ты можешь рассказать мне все, что угодно, слышишь? Не бойся открыться мне, прошу. Ее большие пальцы гладят его щеки, а взгляд прикован к родному лицу. Мужчина глубоко вздохнул, набирая больше воздуха в легкие, надеясь, что это поможет. Он тянет время перед тем, что неизбежно. — Хлоя, я… Речь обрывается. Ему не хватает смелости признаться ей. Люцифер хватает одну ее руку своей ладонью, словно спасательный круг. Он сжимает ее, набираясь храбрости. В голове пронеслись мысли о том, что, возможно, это последний раз, когда он ее коснется. От этого стало еще больнее, а сердце уже начало потихоньку рвать грудную клетку. Хлоя видела его внутреннюю борьбу и всеми силами старалась помочь. Она сжала его ладонь, кивая, как бы разрешая сказать то, что накопилось в душе. — Я приму все, что ты скажешь, любимый. Ты мне веришь? — Кивок с надеждой в глазах. — Хлоя, Брендон мертв. Я убил его этой ночью. Я… Он видит, как она вздрагивает всем телом, и вся надежда улетучивается. Он видит страх в ее глазах и сам отпускает ее руку, отодвигаясь еще дальше. Думает, что ей так будет легче, если он будет на расстоянии и продолжает говорить: — Я… Я хотел отомстить за тебя, ведь этот подонок делал с тобой ужасные вещи и… — Речь прервалась из-за страха, сковавшего душу. Легкие набрали в грудь больше воздуха, и он тихо продолжил. — Я бы не позволил ему просто так ходить по земле, зная, что он совершил. Я не знаю, правильно это или нет. Я не знаю, кем ты меня теперь считаешь, и подпустишь ли к себе вообще… Я знаю, что являюсь чудови… Люцифер не успел договорить, так как Хлоя подскочила к нему и, запустив пальцы в его волосы, прильнула к губам. Ее руки гладили его затылок, а губы медленно сминали в своей нежной ласке. Она успокаивала его, принимала и обещала никогда не бросать. Мужчина опешил от такого поворота событий, а когда очнулся, то услышал голос над ухом: — Не говори, что ты чудовище, родной. Я благодарна тебе за то, что ты сделал. — Его ошарашенный взгляд метнулся к ней, и она легонько потянула его за волосы, успокаивая. — Он заслужил это, Люцифер. — Но как же… Ты не боишься меня? — Не веря спросил брюнет, на глаза которого навернулись проклятые слезы. — Ты спас меня. Меня и Трикси. Я не боюсь тебя, и не буду бояться, слышишь? — Она наклонилась и прошептала ему в ухо, улыбаясь. — Я люблю тебя, дурачок. Стоило этим словам вырваться наружу, как на душе у Дьявола растеклась теплота. Улыбка озарила его лицо, а руки нашарили ее талию. — Я тоже люблю тебя. Слово Дьявола. С этими словами он прильнул к ее вишневым губам, чувствуя улыбку на сказанную реплику. И как он мог сомневаться в ней? Его девочка такая сильная, храбрая. Не убежала от него и все еще рядом. От таких мыслей в животе, кажется, появились бабочки. Мужчина одной рукой гладил ее по спине, другую запускал в волосы, слыша одобрительный вздох. Его губы сминали ее, ласкали, посасывали. Она в свою очередь сжала пальцами его волосы и потянула, на что мужчина издал тихий стон. Девушка перебралась к нему на колени и поставила ноги по бокам его талии, упираясь в уже заметное возбуждение. Мужчина лишь сдавлено выдохнул, когда она начала ерзать на нем. Они еще долго целовались, даря друг другу нежные прикосновения, постепенно все больше распаляясь. Его руки пробежались ей по спине, задевая основание шеи, и проходя обратно по позвоночнику, невольно посылали разряд. Хлоя в свою очередь проходилась пальчиками по его скуле, гладя колючую щетину. Дьявол губами медленно опустился ниже, раздвигая рамки дозволенного. Мужчина начал сладко посасывать бархатную кожу ее шеи, оставляя легкие следы. Пока губы проделывали свои манипуляции, руки нежно легли ей на ягодицы, лишь слегка сжав. Деккер издала одобрительный вздох и провела ноготками по мускулистой спине. Люцифер опустил свои руки ей на бедра, слегка поглаживая. Наконец-то он мог трогать ее тело. Проходится руками по спине, чуть сжимать ягодицы, проводить пятерней по ногам. Ласкать губами шею и ключицы. Это уже было большим прорывом в их отношениях. Она открылась ему еще больше, еще больше доверилась его рукам, не боясь, что те причинят боль. Губы снова столкнулись в поцелуе. Тот уже был более яркий, более страстный. Хлоя приоткрыла свой рот, впуская его язык внутрь, позволяя углубить поцелуй. Тот немедля прошелся острым кончиком ей по зубам и небу. Их языки сплелись в бешеном танце, наращивая обороты такого долгожданного соития. Хлоя все еще сидела у мужчины на коленях, слегка ерзая на нем. Ее ноги обвились вокруг его талии, а руки легли на шею, пока девушка наслаждалась поцелуем. Казалось, еще чуть-чуть и рамки спадут окончательно, но тут мозг девушки пронзили воспоминания. Резко вспомнилась недавняя боль и слезы. Вспомнились грубые прикосновения другого мужчины и то, что они принесли за собой. Все это нахлынуло на сознание быстрой вспышкой, и Хлоя распахнула глаза, отстраняясь. — Люцифер, — начала девушка, чуть не плача, пока Дьявол проходился губами по ее шее, довольно мыча, — я не могу. Остановись, пожалуйста. Дважды повторять не пришлось и Дьявол тут же отстранился. Мгновенно в глазах брюнета возбуждение сменилось беспокойством, а после пониманием. — Конечно, милая. Все хорошо, — глубоко вздыхая, ответил он на немой вопрос. — Точно? — Чуть виновато спросила Деккер, опуская глаза. — Конечно, Детектив. — Люцифер увидел то, как она виновато тупит взгляд и поспешил исправить ситуацию. — Ты итак сегодня дала мне очень многое. Я тебе благодарен и буду ждать столько, сколько попросишь. Помнишь? Она кивнула и он, улыбнувшись, притянул ее к себе в теплые объятия. Она свернулась калачиком на его груди, уткнувшись носом в рубашку. Хлоя вдыхала запах его парфюма и постепенно успокаивалась. Люцифер же, обвил ее своими руками и положил голову ей на затылок. Не известно, сколько времени они сидели вот так, обнявшись, но отстраняться никто не хотел. Им итак было хорошо в своем собственном мирке любви и заботы.