Подарок судьбы

Утром, уже когда всё стало поспокойнее, Арсений как-то боялся общаться с Шастуном. Некий страх того, что тот его наругает и выкинет к чертям собачьим, пугал Арса. Но всё же они были вынуждены пересекаться, ибо квартирка у Антона слишком маленькая, а такую шпалу, как Шастун тяжело не заметить. Антон встал довольно поздно и с неохотой направился на кухню. Хоть по расписанию у него сегодня был выходной, он всё равно знал, что его могут вызвать в любую минуту. Поэтому нужно быть на готове. Через некоторое время плетания по квартирке, наконец дошёл до кухни и включил плиту, чтобы сварить кофе. Шастун чувствовал душой, что его до сих пор непонятное кольцо ходит по квартире призраком, будто проглотив слова. Антона это раздражало, хотелось прикрикнуть на него, чтобы наконец заговорил, но тот всё молчал и молчал. Орать на него не стоило, потому что ещё испугается и вернётся в свою форму. Как его потом достать? Это всё так и оставалось загадкой для обоих. — Арсений? — спокойно начал Шастун, надеясь на чудо, что тот заговорит. Им, по-хорошему, нужно бы обсудить всё то, что произошло вчера. Он со вчерашнего дня так и не переоделся, всё ходил в том же кардигане, разве что нацепил на себя какие-то первые попавшиеся шорты. Шастун даже не был уверен в их чистоте. Парень-кольцо подошёл чуть ближе к Антону, но всё также молча. — С тобой всё в порядке? — спросил он, выглядывая из-за стойки. Вода уже нагрелась, так что пора было кидать молотый кофе. — Да, — как-то очень тихо произнёс Арсений, словно кошка подкрадываясь. Определённых планов на день не было, можно просто посидеть дома, отдохнуть, посмотреть сериал или ещё что-нибудь такое. Антон взял кружку свежесваренного кофе и сел на диван, вздыхая. Он не знал, что ему делать с Арсением, и на кой чёрт он всё ещё тут, но тот никуда не денется. Арсений же всю прошлую ночь думал. Вот просто сидел и думал обо всём произошедшем: «Почему на него орал Антон?», «Что же такого сделал он?» и тому подобное. Всё это поселилось в голове Арса и не выходило всю ночь. А так как ему не требуется сон, то и времени на раздумия было просто навалом. Он хотел лечь спать, также как это делал Антон, но у него вообще не получалась. Может, люди испытывали неимоверное наслаждение именно от того, что лежишь в кровати напротяжении восьми часов? Этого Арс понять не мог. Антон даже молча в ночи постелил ему на диване, но ничего не поменялось от этого. И вот Шастун уже сидит на диване и потягивает кофе, как будто в первый раз. Арсений неловко подсел на противоположный край. — Чего такое? — спросил Антон, немного отпивая. Он чуть вальяжно развалился на диване. — У меня вопрос. Антон слегка удивился тому, что сказал Арс, потому что совершенно не ожидал от него слов, а от вопроса вообще выпал в осадок. — Да? — Я не понимаю половины того, что ты делаешь, — Шастун уже было открыл рот, чтобы сказать, что это был не вопрос, но Арсений быстро прервал его и продолжил свой монолог. — Как ты спишь? Почему ругался на меня тогда? Зачем пьёшь кофе? И ещё много. Антон выпал. Шквал вопросов посыпался на него также быстро, как и град летом. — Как много вопросов. Ты же хотел задать всего один. Ну да ладно. Эм... — он замешкался и немного собрал свои конечности. — Давай по порядку. Итак, что за вопрос про то, как я сплю? Сплю и всё тут. Признаю, режим свой сбил, но всё-таки по семь часов стараюсь спать хотя бы в свои выходные, — недолгая пауза. — Вчера я не ругался на тебя, — прикрыв глаза, он изменил свой ответ. — Ладно, немного ругался. Но это потому, что ты стоял и сверкал своей пятой точкой посреди магазина. И ты, судя по всему, даже не понимаешь насколько это странно. Нам повезло, что тебя не закрыли или не заставили выплачивать штраф. И последнее, зачем пью кофе, — Антон придвинулся поближе к Арсу. — Этот напиток помогает проснуться и взбодриться. На, попробуй! — он протянул Арсению кружку хорошего и средней крепости Американо. Кольцо неспешно отпило из кружки, слегка обжигаясь. Как только напиток прошёл через его горло, Арсений скривился, показывая всю свою недовольную мордашку. — Фу. Антон, завидев всю эту картину, залился искренним смехом. — Это же невкусно. Как ты это пьёшь?! — Привычка. К этому привыкаешь. Особенно, когда тебя чуть ли не в любой момент могут вызвать на работу или же какой-нибудь стажёр позвонит с идиотскими вопросами. Поэтому кофе — иногда единственный двигатель тела. Арсений понюхал напиток ещё раз и, кривя лицо, вернул кружку Антону. — Фу, — это был весь его словарный запас. — Чем планируешь заняться? — спросил Антон, понимая, что Арсению стало более-менее комфортно в его компании. — Эм... не знаю. Эту идилию, которая образовалась у них, буквально, за считанные минуты, прервал звонок телефона. Закатив глаза, Антон встал, подошёл к барной стойке и поднял трубку. — Да? Что случилось? Не понимаю. Такое может быть? Да, он мой клиент, и… Хорошо. Да, нужно открыть тогда… Ага. Хорошо. Как скажете. Скоро буду. Шастун повернулся к Арсению, который всё также сидел на диване с немного встревоженным лицом. — Я не особо понял, что ты говорил и с кем, но, видимо, тебе нужно куда-то идти. — Именно так. — Тогда я, наверное, останусь тут. И просто найду чем бы позаниматься. — Хорошо. Я скоро вернусь, а ты постарайся ничего не натворить. Арсений слегка улыбнулся, и Антон, накинув куртку, ушёл на работу.

***

Идти до агенства недвижимости было недалеко, поэтому Антон очень быстро добрался, даже без проблем. Его клиент уже был в переговорной. Но был там не один. В стеклянной комнате, помимо семьи самого клиента, был также коллега Антона — Владимир, который выглядел крайне растреянно. Форму Шастун, естественно, не надел, ибо у него был выходной, и эта одежда была ненавистна ему по горло. Поэтому, вместо идеально выглажанной белой рубашки униформы, на нём была жёлтая в крупную клетку. — Доброе утро, — произнёс он, войдя в переговорную. — Доброе, — спокойно ответил Валентин. — Что у вас здесь случилось? — спросил Шастун, пожимая руку коллеге и клиенту. — Я хочу продать дом и на эту сумму приобрести четыре квартиры, но в другом районе. Чтобы впоследствии их отдать детям. Антон знал, что этот клиент является полностью нестандартным, и что не существовало регламента, по которому нужно было следовать именно с ним, по этой причине дело передали Шастуну из-за его опыта и умения работать в такой непростой схеме. — Данную информацию я знаю из вашего звонка, тогда не понимаю, по какой причине меня вызвали? Владимир должен был всего лишь выдать вам список документов, которые нам понадобятся. — Всё именно так, Антон, но возникла проблема с тем, что я не знаю, где лежат бумаги для единственного собственника. Если бы закатывать глаза можно было бы со звуком, то данную сонату услышал весь мир. — Можно тебя на минутку? — сохраняя спокойствее, произнёс Шастун. Владимир-стажёр, не извиняясь, поднялся и вышел за стеклянную дверь. — Во-первых, ты очень некомпетентно повёл себя. Во-вторых, из-за такой чепухи мог просто позвонить мне, а не вызывать средь выходного дня. И, наконец, в-третьих, бумаги для единственного собственника лежат на третьей полке в шкафу Лестова. Стажёр быстро скрылся в ранее упомянутом кабинете, а Шастун вернулся к клиенту. — Извиняюсь за моего коллегу. У вас есть ещё какие-нибудь ко мне вопросы, пока я тут? — В данный момент, нет, но если вы мне вдруг понадобитесь, то можно ваш номер? — Конечно, — Антон выудил лист бумажки, которые лежали на столе и, записав свой номер телефона, вручил клиенту. — Звоните, как только появятся вопросы. — Хорошо. Распрощавшись, Шастун вскоре покинул кабинет и направился обратно домой.

***

Когда Шастун дошёл до квартиры, там его встретил приятный и знакомый запах. Прям-таки до боли знакомый. Антон признает это блюдо безо всяких сомнений и ошибок. Арсений приготовил Жульен. Причин для этого не было никаких, просто он старался вспомнить всё то, что видел, и это являлось тем блюдом, которое узрел у девушки «в окне». Грибной Жульен было абсолютно несложно приготовить: просто нарезать ингридиенты и сделать небольшой соус. Главное, чтобы были огнеупорные горшки, а так всё было до смешного просто. Антон стоял напротив входной двери, вылупив глаза, погружаясь в воспоминания. Этот запах был знаком, и если то, о чём он думал было правдой, то это будет до ужаса великолепным. Неспешно провернув ключ в скважине, Шастун открыл дверь и вошёл в квартиру. Арсений тихо вошёл к нему, как бы встречая. Он улыбался уголками губ. — Привет. — Привет. Я тут решил сделать еды тебе, чтобы ты не голодал, и я хотел как-то отблагодарить тебя за всё, что случалось с нами за последнее время, — Арсений внезапно сказал чуть-чуть больше, чем хотел. — Без тебя я бы не справился. Спасибо тебе. Арс теребил кухонное полотенце в руках, выдавая немного своё волнение. — Ого. Неожиданно, — Антон, разулся. — Я сейчас тогда быстро переоденусь и сразу к тебе. Хорошо? — Арс кратко кивнул, а Антон скрылся в своей комнате. Пока Арсений его ждал, он аккуратно, потому что боялся обжечься, достал из духовки Жульен и оставил остывать. Это блюдо нельзя подавать прямо сразу после приготовления просто потому, что оно запекается при двухста градусной температуре, и это невозможно есть сразу —умрёшь и всё тут. Пока Антон наконец дошёл до кухни, уже всё давно дошло до нужной температуры и можно было есть. Он задержался, потому что не знал, что ему надеть. Когда Антон зашёл в комнату, то увидел там разбросаную на кровати половину его гардероба. Несколько рубашек, свитеров и джемперов. Видимо, всё это примерял Арсений. И, судя по всему, так оно и было, ведь когда Шастун зашёл на кухню, то увидел там Арсения, который спёр один его джемперов ярко-жёлтого цвета. Улыбнувшись этой картине, Антон сел наконец за стол, и они оба принялись вкушать сие чудó. Соус получился невероятным, а сыра сверху было настолько много, что только им можно наесться. Он всё ел и ел, чувствуя на языке знакомый вкус и ощущая в воздухе запах детства. Мама готовила ему Жульен в детстве. И её блюдо всегда было настолько вкусным, что хотелось есть ещё и ещё, пока желудок не лопнет. Но с тех пор прошли годы. Антон пробовал Жульены во всех ресторанах, в которых бывал, но ни один не мог повторить того же, что было когда-то. Зато смог Арсений. Его Жульен в коричневом горшочке был настолько приятен и притягателен, что Шаст без сомнения скажет — его мама также готовила в его юношеском возрасте. Арс не очень много съел, но его порцию быстро оприходовал Шастун, что являлось лучшим комплиментом для шеф-повара. Не зря его мама говорила, что её секрет заключался в ингредиенте под названием «Любовь».