Тяжёлое испытание...

Весь оставшийся день Киришима не оставался один ни на минуту. Эмма хвостиком ходила за ним по дому, просила сфотографироваться с ним или же дать ей автограф. Вскоре все ее рисунки и половина игрушек были в росписи Киришимы. Бакуго же наблюдал за всем этим с нахмуренным лбом. Ему явно не нравилась вся эта суматоха.  — Красный Бунтарь! А ты ни с кем не встречаешься? — весело спросила девочка, подбежав к нему.  — Нет, а что? Хочешь занять это место? — улыбнулся Киришима.  — Нет, просто мой мама свободен… — начала девочка.  — Так все! Пора спать! Идём мыться и мы спим сегодня в зале, — Бакуго говорил негромко, но лицо выражало слишком много эмоций и самым заметным было смущение.  — Да-да, а то тебе завтра в садик, — улыбнулся Киришима и тоже поехал к себе в комнату. Так они уже прожили три дня. Киришима уже ко всем привык. Каждый день ему звонили и говорили, на какой стадии разработки находится его протез. Спрашивали, что в него добавить и надо ли его как-нибудь усовершенствовать. Хоть парень и улыбался всем домочадцам, а сам он просто хотел плакать, ведь он не выглядит, как герой, он выглядит жалко. Ему было также стыдно перед Бакуго, из-за того, что он появился так неожиданно и тем более в таком виде.

***

Бакуго работал в зале, он сидел с большим количеством бумаг и графическим планшетом. Киришима медленно заехал в зал.  — Я могу что-нибудь приготовить на ужин? — посмотрел он на Бакуго. А ведь он тоже изменился. Черты лица стали более мягкими, рост не изменился, был все таким же мелким. Стрижка была уже другой, как сейчас модно — длинные волосы, а по бокам сбрито, ещё и эти очки. Где-нибудь в толпе он бы не узнал своего бывшего одноклассники и свою первую и не забываемую любовь.  — Не надо, я скоро освобожусь и все сделаю… — задумчиво ответил Бакуго.  — Ну в принципе, я не спрашивал, а ставил перед фактом, поэтому я на кухню, — весело сказал парень и исчез где-то в коридоре.  — Ладно, но это в последний раз! — пригрозил Бакуго не отрываясь от экрана.  — Да-да, — послышался смешок где-то на кухне. Прошло немного времени. У Киришимы уже что-то кипело и бурлило на плите. Вдруг появился сладкий цветочный аромат, словно в оранжерее или цветочном магазине. Эйджиро нервно сглотнул и повернулся — в дверях стоял Кацуки со сбитым дыханием.  — Киришима… — сладко протянул парень. — Ты чего? — «хозяюшка» изумленно поднял брови. — У тебя течка что ли? Тот ничего не ответил, а лишь выключил плиту лёгким поворотом рычажка и положил руки на плечи Эйджиро и игриво улыбаясь, посмотрел ему прямо в глаза. — Да. Намёк понят? — Принят, шеф! — и не спрашивая разрешения, впился ему в губы, держа руками за подбородок. Кацуки слегка опешил от такого напора, ожидая того, что потенциальный любовник сбежит под благовидным предлогом, но так как тот был не против, охотно ответил на поцелуй со всем присущим ему мастерством. А в это время альфа лихорадочно водил ладонями по его спине, иногда прихватывая ягодицы, отчего Бакуго выгибался змеёй и выдыхал ему в губы, пытаясь остановить этот несдержанный наплыв эмоций. — Кири, я так хочу тебя… — Скоро уже, потерпи немного. Спустя несколько минут парочка освободилась от одежды и теперь Эйджиро медленными толчками входил в омегу, цветочный аромат которого так въелся в память, что его уже невозможно, да и не хотелось вытравить. Тот лишь изредка поскуливал от удовольствия и не верил самому себе, ведь сейчас эти такие любимые красные космы были во власти его пальцев, а глаза смотрели только на него, сгорая от желания. Внизу живота уже скопился комок тепла, который вот-вот должен был взорваться. — Ммм… Кири, сильнее… Парень услышал его и ускорился, прекратив сдерживать свои порывы. Картинка перед глазами смешалась с разноцветными пятнами, а в голове вдруг появился тихий звон. Скоро должно было стать легче… Скоро… Кацуки кончил первым, окропив своими горячими соками пах Эйджиро, но и он, совершив несколько быстрых движений излился на живот парня и протяжно выдохнул. — Эмма ещё долго будет в садике, у нас полно времени, — нагло улыбаясь, сказал Бакуго. Продолжение следует…