I
30 июня 2020 г., 22:32
Ирука шел домой с работы поздно вечером. Он частенько задерживался в академии, хоть и не получал за это прибавки. Солнце уже скрылось за горизонтом, сумерки медленно опускались на город, небо было иссиня-голубым и стремительно темнело. Воздух был пропитан тишиной, покоем и теплом от нагретой за день земли. До Умино доносились запахи цветущих растений, травы и моря, слышались пение птиц и приглушенный гул машин, проезжающих вдалеке.
Сенсей зашел в подъезд небольшого дома на шестнадцать квартир, который был освещен лишь одной тусклой лампой, поднялся на второй этаж и открыл дверь в свою квартиру. Ему навстречу, как обычно, выбежала его кошка, которая живет у него уже около десяти лет.
— Ну что, заждалась? — начал Ирука разговор с кошкой, снимая ботинки у входа и переодеваясь в домашние тапочки. — Проголодалась, наверное.
Чунин прошел на кухню, включил прозрачный электрический чайник, который осветил темную кухню синим светом. За большим окном с белыми ажурными занавесками было видно изредка проходящих мимо прохожих, возвращавшихся с работы домой. Умино открыл холодильник и достал сверток колбасы, в то время как хорошо выдрессированная Рису подбежала к своей мисочке и смиренно начала ждать ужина, не сводя глаз с ловких рук сенсея. Взвесив порцию мяса и нарезав его на мелкие кубики, Ирука наконец вознаградил терпеливую кошку и направился в душевую.
Сенсею невероятно хотелось отдохнуть в ванне, полной горячей воды, но у него не было на это ни времени, ни сил. Поэтому он просто встал под живительный душ, наслаждаясь при этом каждой каплей и по-настоящему расслабляясь после тяжелого рабочего дня. Обвязавшись по пояс махровым полотенцем, Ирука вышел, вытирая длинные каштановые волосы. Перекусив тем, что нашлось в холодильнике и выпив чаю с пирожными, сенсей еще около двух часов просматривал рабочие журналы, внося необходимые правки. Закончив домашнюю работу, учитель младших классов наконец завалился на футон, думая о завтрашних планах, и не заметил, как уснул.
Проснулся Умино по будильнику, в шесть утра. Как обычно в летнее время, пробежался до пляжа и принял освежающую морскую ванну. Плавать Ирука любил с самого рождения — только в воде он чувствовал себя по-настоящему живым, в своей стихии.
Накупавшись вдоволь и греясь в лучах утреннего мягкого солнца, он вышел на берег и не сразу заметил сидящего вдалеке на уступе человека, всматривавшегося в горизонт. Обычно в такую рань здесь ни встретишь ни души — окраина деревни мало волновала горожан, погруженных в суматоху дней. В этот свой «тайник» Ирука приходил на рассвете, чтобы побыть в одиночестве и собраться с мыслями. Это было очень тихое, живописное местечко: кусочек пляжа, окруженный невысокими утесами. На рассвете вид был просто потрясающим: солнце медленно выплывало из-за горизонта, озаряя светом тихую водную гладь, пронзая первыми лучами морскую глубину и заполняя ее золотистым мерцанием, а сумерки постепенно рассеивались, сменяясь теплым рассветным сиянием. Сенсей давно обнаружил и выделил для себя этот уголок, и, конечно, он бы не хотел, чтобы о нем стало известно кому-то, кроме него. И вот появляется нарушитель покоя — Ирука невольно нахмурился.
Незнакомец неожиданно поворачивает голову, и Умино, опомнившись, понимает, что он все это время пялился в его сторону, затем резко отворачивается и начинает одеваться. Собираясь уходить, он подбирает с песка мешок, поворачивается и видит перед собой высокого, худощавого человека средних лет с седыми взъерошенными волосами.
— Йо, Ирука сенсей, — человек поднимает руку в приветственном жесте и улыбается одним глазом, другой — скрыт под хитаем.
Низкий бархатистый голос вводит чунина в транс, и он несколько секунд пялится на визави.
— Какаши-сан, вы, как всегда, подкрадываетесь бесшумно, — наконец выдал учитель, так как молчать дольше было бы неприлично. — Какими судьбами в этих краях? — с небольшой долей подозрения спросил Умино.
— Маа, Ирука сенсей, я здесь живу, сколько себя помню.
Чунин был удивлен. Он часто видел Хатаке-сана в штабе в центре деревни, но и подумать не мог, что тот живет в такой глуши. Хотя в этом не было ничего удивительного, ведь всем известно, что Хатаке Какаши, Гений Тысячи Дзюцу и «убийца друзей» — нелюдимый и замкнутый.
— Странно. Я бываю здесь каждое утро и вижу Вас впервые, — ответил Ирука, надеясь услышать объяснения, но Хатаке всего лишь пристально всматривался в его глаза, как будто хотел заглянуть прямиком в душу, чем смутил молодого чунина.
Заметив это, Какаши сощурил глаз в улыбке и со всей обворожительностью, как будто это абсолютно нормально и не выходило ни за какие рамки обыденности, предложил:
— Ирука-сенсей, давайте я вас провожу до работы, нам все равно по пути.
— Ну, эмм... я вообще-то собирался заскочить домой, остались кое-какие незаконченные дела…
— Угу, ясно, — произнес Копирующий, и в его холодном сером глазу нельзя было прочесть ни единой эмоции. — Тогда увидимся на работе, — опять поднял руку джонин уже в прощальном жесте и исчез так же стремительно, как и появился.
Чунин не до конца понимал своих чувств, нахлынувших на него от внезапного столкновения с этим странным человеком. Ирука был немного удивлен, озадачен, а из головы как будто вылетели все планы. Он столько раз бывал на этом месте, но ни разу не видел Какаши, а может, просто не замечал? Да нет, не может быть. Это особенно странно, если Копирующий сказал правду и живет в этих краях. Хотя, если Хатаке Какаши захочет скрыться от посторонних глаз — даже сенсорам из клана Яманака не удастся его обнаружить. С этими мыслями он дошел до дома, позавтракал, накормил Рису и отправился наконец на работу. Первый урок в его сегодняшнем расписании — история.
