Мы снова встретились

Pov Reich:       Как же чёрт возьми больно. Кажется, я полностью опустошён. И морально и физически. За всё время здесь я так ничего и не видел, лишь темноту и колющую боль в глазах. Я уже не знаю, сколько здесь нахожусь. Каждый день какие-то пытки и не только физические, с психикой тоже развлекаются, как могут. То сделают вид, что вот меня спасают, то как будто сына моего похитили тоже. Ударом ещё стало то, что помимо этих издёвок меня то и дело, насилуют, что доходит аж до рёбер. Глотка вся изодрана в кровь. Не то что бы кричать, я даже говорить не могу.       Молчу уже о том, что питаюсь я какими-то отходами, а воду пью лишь тогда, когда мне на лицо кладут тряпку и выливают ведро жидкости. Из-за такого образа жизни я сильно похудел. На ногах уже не могу стоять. Пять пальцев на руках у меня сломаны, в коленях какие-то винты по ощущениям во всяком случае. Одного ребра меня лишили и в анальное отверстие то и дело суют всё, что под руку попало.       Дышать до безумия тяжело, поэтому снова сижу с этой чёртовой трубкой. Спину мне починили. Вернули кожу на место и кровь, только поэтому я и остался жив, хотя думаю, что лучше было бы если я подох. Ещё мне сломали одну ключицу, а цепи просто удерживают буквально кости. Мх..снова шаги, такие знакомые. Это отродье всё пытается меня сломить, как же я его ненавижу. Меня отцепили от стены и я больно шлёпнулся о пол, сипло прошипев о чём тут же пожалел и из рта на пол вытекло немного крови.       Оттащив меня за волосы куда-то я только лишь по одному запаху понял, что сейчас будет. Ах да, забыл упомянуть, я голый и всё это время мне ни разу не давали одежду, кажется я забываю о том, что это вообще такое. Бросив меня на середину пола уже через пару секунд в меня запихнули длинный и острый осколок стекла. Я чувствовал, как мой анус разрезает острый край стекла и как кровь стекает наружу. Но ощущения внутри не лучше. Тело напрягается от боли, но я не в силах сделать хоть что-то. Из-за жуткой боли, безысходности и моей подавленности из груди вырвался крик, а на пол упала одна слезинка. Стекло сломали напополам и часть осталась во мне, продолжая резать тело изнутри.       Мужчина подошёл и поднял моё лицо на себя. Как же омерзительно, я бы вывернул этого упыря наизнанку, но кроме боли я больше ничего не чувствую. Снова теряю сознание, но перед этим слышу       —Теперь твой предел нам ясен. Больше нет надобности тебя держать здесь       Что он имел ввиду? Предел? Впрочем, я не хочу просыпаться. И вновь привычное состояние. Как же я мечтаю просто сдохнуть и перестать чувствовать боль. Ну наконец-то я увижу Яи. Как же я по ней соскучился. Только она и понимала меня, могла поддержать, разделить все эмоции и переживания. Её поддержка была лучшим лекарством от всего. А объятия…когда вспоминаю всегда так тепло и умиротворённо. Прекрасная девушка, но так я до сих пор не знаю кто её убил. Я ведь обещал, что найду и обеспечу мучительную смерть этому придурку, но не смог. Прости меня, пожалуйста. Я не смог.       И снова чёртова боль в голове. Этот назойливый стук об металл. Я, приложив максимум усилий приоткрыл глаза и о чудо я что вижу?! Но лучше бы нет. Сижу в каком-то непонятном ящике из железа, а через секунду уже закрыли крышкой и заколотили её. И вновь мрак, что я ничего не вижу. Да сколько можно?! Я почувствовал, как меня куда-то несут, а через какое-то время кинули, и я сломал себе и руку. Чувствую, что дышать тяжелее всё с каждой минутой. Ну естественно здесь же нет доступа к кислороду. Нарастает паника и я...снова..сплю..       

***

      — ...Вот это клад конечно...       Коммунист вообще не понял, что сейчас перед ним, но смог узнать лицо немца и осторожно взял его на руки       — Что за чёрт? Эй? Ты живой?       Русский незамедлительно поехал в больницу и лишь только на следующие сутки ему разрешили забрать нациста. Он привёз его домой и уложил на постель. Говорить младшему немцу и кому-либо ещё он не спешил. Хотел выяснить всё самостоятельно. За всё это время ариец так и не просыпался. Но вот под ночь немец медленно приоткрыл глаза и в непонятках огляделся, когда же через пару минут он всё вспомнил и понял где находится, то в панике стал вставать, но понял, что на руке гипс, да и весь он в бинтах. Что уж говорить о остаточной боли внутри. Нациста передёрнуло, и он стал выдёргивать капельницу, а в комнату зашёл коммунист и эти двое уставились друг на друга. Так длилось около минуты.       — ...Рейх?       Всё же подал голос русский и поставил поднос с едой на стол. От чего Третий схватил книгу, которая лежала неподалёку и из всех своих слабых сил кинул в атеиста её. Книга прям так удачно попала в лицо Союза.       — Блять!..Тц..какого ты делаешь       — ..н..кх..       Ариец уже хотел закричать, но вместо этого закашлялся, не отрывая взгляда от стоящего напротив русского, зрачки бегали в разные стороны, а дыхание всё никак не приходило в норму. Наконец успокоившись немец поджал одеяло к себе и стал наблюдать за коммунистом       — Рейх, давай нормально поговорим. Я не знаю, что там с тобой делали, но сейчас всё в порядке и я тебя не трону, обещаю. Я тебе поесть принёс и чай сделал. Давай ты перекусишь и будешь спать       Тот осторожно подошёл и сел рядом на кровать, за что тут же получил штативом для капельницы. Немец стал буквально избивать его штативом в панике вжимаясь в стену. Союз стал закрываться, как только мог и в конце концов выхватил предмет и вернул на место.       — Да перестань!!       На крик ариец лишь сильнее спрятался под одеялом и стал кое как пинать русского, пока тот терпел и ждал, когда же немец наконец успокоится. Наконец спустя час Третий успокоился и стал тихо сидеть       — Отлегло?       Тот неуверенно кивнул и пнул его ещё раз       — Есть будешь? И кончай пинаться       Русский взял поднос с едой и стал кормить его, но он сильно упрямился и шипел, ведь рычать было ну уж слишком больно. Тот зажимался, но русский был сильнее из-за чего тот смирился и всё же поел, но после стал избивать его подушкой       — ..с...ско...скотина...       Шипел он, продолжая колотить его по лицу. Когда же русскому это надоело он оставил ему чай и вышел из комнаты       Немец посмотрел ему вслед и огляделся, а заметив костыли взял их и стал вставать. Поднявшись тот направился к выходу. Он пришёл на кухню и стал без промедлений рыться в холодильнике в поисках шоколада, но не обнаружив сладость скинул вазу на пол. И через пару секунд коммунист прибежал. Он глянул на осколки и на немца       —..ш...шоколадку..дай..       Сипло проговорил тот, невинно смотря на бывшего друга. А тот выдохнув подмёл всё и помотав головой достал ему шоколад       — И спать       —..да да..       Тройка выхватил шоколад и удалился обратно в комнату, где благополучно улёгся и стал уминать шоколад за обе щеки. К двенадцати часам тот захотел спать, но под одеялом было холодно, поэтому тот пришёл к русскому и в наглую стыбзил одеяло, после ушёл обратно. Союз проснулся и посмотрел ему вслед, вздохнув и приложив руку ко лбу.       — Ну я и влип