Одно чудо

Спустя сутки с лишним Марко был практически спокоен за двух комдивов и лишь ожидал, когда братья ступят на борт Ред Форса. Их Моби хоть и пострадал серьезно, но его всё ещё можно было починить. Его утащили на буксирном тросе два других корабля и за его дальнейшую судьбу Феникс был спокоен. Но вот за братьев он всё равно волновался, ведь как раз пошло то самое время внезапных штормов и полной непогоды на море. Такое встречалось повсеместно, всё-таки Гранд Лайн в целом это совсем не то место, которое подчиняется привычным для многих людей законам. У него свои правила и оно никогда не подчиняется желанием тех, кто желает пересечь его. Если смог выжить — полный вперёд, не оглядываясь. Тех, кто оглядывается, море поглощает, уничтожает и ломает. Многие так погибали. И Феникс не желает такой же участи для его дорогих накама. Он верит, что скоро они действительно вернутся целыми и невредимыми. Но когда поступает заветный звонок на ден ден муши, на море как раз начинается сильный шторм. Марко едва может различить голос Изо из-за помех, но он разбирает его слова о том, что им требуется помощь, но потом связь обрывается и мужчину охватывают худшие опасения. — Иди, Марко. — кивает Рыжий, что параллельно раздаёт указания команде. Феникс смотрит на Шанкса почти благодарно и срывается в небо, прорываясь сквозь мощные порывы ветра. Несколько раз его едва не сносит в море из-за слишком разбушевавшейся стихии, но он упрямо летит вперёд, переодически поглядывая на кусочек библикарты, что дал Харута. Вскоре ему удается найти то место, где должны были быть оба командира, но он видит только обломки лодки, которую разрушило в стихийном бедствии. По спине у Феникса пробежался холодок ужаса. Он кружит по округе, высматривая хоть что-то, похожее на двух людей. Паника накрывает с головой, Марко отчаянно зовёт обоих, пока на его зов не откликается хриплый крик. — Ма-а-арко-о-о! Мы здесь! — Изо машет ему с небольшого каменного островка, что то и дело тонет под набегающими волнами. Мужчина отплевывается и отфыркивается от морской воды, крепко прижимая к себе бессознательное тело командира второй дивизии. Сам он едва ли выглядит лучше, но это сейчас не имело первостепенную важность. Марко опускается, берет обоих на свою спину и поднимается вверх, стараясь лететь максимально аккуратно, чтобы не нанести вреда и без того раненым товарищам. Изо подавленно молчит, крепко прижимая к себе Эйса. Он знает о том, что любое неосторожное и слишком резкое движение может привести к печальным и даже смертельным последствием, но... Кто же знал? Когда они достигают Ред Форса, то шторм практически сходит на нет. На палубе их ждут практически все оставшиеся на корабле дети Белоуса и люди Шанкса. Врачи, по приказу Йонко, уже подготовили все для оказания немедленной медицинской помощи. Не только у Марко было относительно дурное предчувствие в связи с такой погодой. Акагами прислушивается волей, старается уловить приближение Феникса, и с его губ срывается практически вздох облегчения, когда он наконец-то видит лёгкий лазурный отсвет от мифического зоана первого помощника Белоуса. Стоит Марко опуститься в центр палубы, как его обступают врачи и переносят бессознательного Портгаса на носилки. Мальчишка потерял много крови и он ужасно бледен. Изо пытается отмахнуться от осмотра, говоря, что с ним все хорошо, но его все равно уводят в медчасть. Если жизни Изо не угрожает ничего, кроме возможно, простуды от переохлаждения, то вот Эйсу требовалась срочная медицинская помощь. Вновь открывшаяся рана сильно попортила результаты почти двухнедельного лечения. Марко смотрит как уносят его брата и не сразу понимает, что его немного колотит. Только вот он не понимает, от холода или же от пережитого ужаса его так трясет. Он не слышит, как братья зовут его. Уши словно заложило слоем ваты. Сознание было в каком-то вакууме. Страх ли это был? Марко не знает. Но в себя приходит почему-то не на палубе, а в чужой каюте, когда глотку обжигает какое-то пойло. Инстинктивно он едва не выплюнул это, но чья-то грубая ладонь накрыла рот, не давая выплюнуть содержимое. Проглотив, мужчина понял, что это был ром. Крепкий. От него горело горло, но вот оцепенение сошло на нет. — Ну и напугал же ты нас, командир. — раздается насмешливый голос Шанкса где-то справа, — Ты так и не двинулся с места, как принес их. И глаза были такие стеклянные. Ужас просто. — Не издевался бы ты над человеком, капитан. Всё-таки у него был сильный шок. — голос Бекмана более глухой, но и его вполне можно различить. Марко щурится от света лампы и трет переносицу. Так вот что это было. Просто шок. Давно у него такого не было. — Спасибо... — выдыхает Феникс, слабо наклоняя голову вперёд, чтобы не смотреть на свет. Ответом служит неразборчивое бормотание Бенна и тихая усмешка Акагами. — Твои братья знатно перепугались. Видимо, даёт знать усталость. Отдохни немного, а лучше поспи. — Шанкс рукой надавливает на плечи, заставляя лечь. — Возражения не принимаются, пока считай это моим приказом, если уж это принципиально. — А ничего что... Ты оставляешь меня в своей каюте? — интересуется мужчина, не сопротивляясь. Телу действительно нужен отдых, иначе он рискует упасть в обморок от переутомления. Глаза закрываются сами собой раньше, чем он успевает получить внятный ответ. — Марко, Марко. Опять ты взвалил на себя слишком много. — покачал головой Рыжий, а потом вместе со своим старпомом покинул каюту. Бенн отправился узнать у накама есть ли повреждения после шторма, а вот сам Шанкс направился в лазарет. Он хотел удостовериться, что с мальчишкой все хорошо. В медицинской каюте всегда немного прохладно и это большое помещение, сплошь усеянное разными аппаратами, шкафами с различными лекарствами и койками, всегда сохраняло свой странный, немного режущий запах медикаментов. Находиться тут долго никто не любил. Место начинало давить и любой раненый всячески старался встать на ноги поскорее. Сам Шанкс тоже не особо любил тут находиться, место сразу словно бы возвращало его на двадцать лет назад, когда капитан Роджер был ещё жив и лежал в их лазарете, на Оро Джексон, а он, ещё совсем юнга, сидел рядом и ждал, когда очередной болезненный приступ капитана пройдет. Воспоминания были довольно неприятными. Но сейчас он старается не думать об этом, проходя в глубь помещения. Сначала он находит взглядом Изо, что сейчас сидит на одной из коек. — Как ваше здоровье, Изо-сан? — Шанкс приближается, осматривает мужчину, но кроме подвязанной руки и перебинтованной груди, не видит ничего серьезного. По крайней мере он почти не ранен, это хорошо. Но... — Повязали меня, как серьезно раненного. Подумаешь, вывих, я не сразу заметил, что с рукой что-то не так. Да и не до того было. — глухо отзывается стрелок. Йонко тихо усмехается, уходя дальше. Этот человек не ждал от него сочувствуя. Ему и без того сейчас не хорошо. Пройдя чуть дальше, Шанкс останавливается перед стальными дверьми. На его корабле они были единственными и отделяли операционную от остальной медчасти. Мужчина не входит, он снова прислушивается волей, улавливает каждого, кто находится внутри. Он сосредотачивается на одном конкретном человеке и пытается уловить отголосок души Портгаса. Только вот мальчишка совсем плох и даже его воля сильно меркнет, что заставляет пирата нервно сжать руку. В какой-то момент отголосок души совсем пропадает и в этот момент вскидывается даже Изо, что сидел метрах в десяти от него. — Эйс... — одними губами шепчет комдив. — Нет... Он же не... Не мог... Шанкс не реагирует, только сосредотачивается на остатке души, что все ещё ощутима его волей. И в какой-то момент он разбирает слова о том, что мальчишка выкарабкался, но теперь из-за слишком большой нагрузки и потери крови, а так же в следствии удара головой во время шторма, он впадает в кому. — Он в коме, командир, ваше путешествие едва не стоило ему жизни. Ещё бы немного и он бы умер. — тихо роняет Шанкс, когда покидает лазарет. Он еле различает, как стрелок тихо костерит себя за то, что согласился на это. Он знает, что винить себя в случившимся будут все, кто помог, но во всем был виноват лишь шторм...