Лицемерные грешники

      Вечер тянулся неимоверно долго. Не помогали ни постоянные шуточки Александра, ни алкоголь, ни что-либо другое. Щеки уже болели от постоянной натянутой улыбки, хотелось пойти в комнату, смыть макияж, переодеться в джинсы и пройтись по парку. Агата еле сдерживалась, чтобы не бросить бокал с шампанским на мраморный пол и не сбежать. А еще ей хотелось высказать тетушке все, что она думает об этом цирке, браке и… почему-то на Нильсена она больше не злилась. Он не был врагом и в момент когда девушка узнала об этой фикции, но, после того как он поддержал ее в минуту слабости, швед стал чем-то вроде друга, нет, союзника.       За этот вечер он вообще не раз ее выручал, помогая увиливать от неудобных вопросов, подсказывая и намекая на правильные ответы. Они были почти не знакомы, но, что удивительно, легко понимали друг друга. Видимо, все же их характеры были схожи.       Алекс же в свою очередь все больше поражался тому, что видел. Агата была сильнее кого-либо из его знакомых, умнее и выносливее. Он весь вечер обнимал ее за талию, но, не потому что так было нужно, хоть он и прикрывался этим, а потому что хотел. Нильсен даже был готов признать, что эта брюнетка начала ему нравится, и дело было вовсе не в выпитом виски. — Александр! — из толпы к ним вышла прекрасная девушка с длинными белоснежными волосами и карими глазами. — Я так рада тебя видеть! — не обращая внимание на Харрис, она поцеловала мужчину в щеку, хоть он и не горел желанием это делать. — Вероника, — шатен сдержанно улыбнулся. — Я тоже рад. Думал, ты сейчас в Сингапуре. — Как я могла пропустить такое! — блондинка обвела рукой огромный зал. — А это?.. — она покосилась на спутницу Алекса. — Моя невеста Агата Харрис, — кивнул мужчина. — Дорогая, это Вероника, моя старая знакомая. — Это мягко сказано, — многозначительно протянула девушка. — Не знала, что ты так погряз в отношениях. — Так бывает, Вероника, — зеленые глаза Харрис хищно блеснули. — Вы, наверное, не помните, но мы с Вами уже пересекались. — Да? — удивленно вскинула брови знакомая Нильсена. — Да, — Агата лучезарно улыбнулась. — Вы разве не помните скандал, который разразился после того, как Вы у всех на глазах в Риме поцеловали Финеса Колберна? Он был тогда парнем моей подруги. Я сидела прямо рядом с ним. — Ах вот оно что… — глаза Вероники стали острыми и колючими. — Занятно. Что ж, прошу меня простить, но я должна еще с многими поздороваться… — Конечно, — кивнула Харрис. — Мне только одно интересно, — Алекс повернулся к девушке, заглядывая в ее хитрые зеленые глаза цвета свежей травы, — ты серьезно там была? — Была, — кивнула брюнетка, — но я была только рада. И это я была той, кто подтолкнул твою… знакомую к этому поступку, — Нильсен удивленно распахнул глаза, смотря на свою «невесту». — Упс. Финес изменял моей подруге, а мне… каюсь, было скучно. — Наверное, я восхищен. — Наверное? — она вопросительно выгнула бровь, пригубив шампанское. — Еще не решил, — хмыкнул шатен, опуская взгляд на ее пухлые губы, а потом снова возвращаясь к глазам.       Они еще говорили, когда взгляд Алекса зацепился за нескольких мужчин, которые недоверчиво поглядывали на «влюбленную парочку». Их можно было понять. Парень и девушка явно вели себя не как молодожены, скорее, как друзья. Хоть они и отлично ладили, сдерживая свои колкие высказывания, но на любящих до безумия они не были похожи. Группа мужчин о чем-то тихо перешептывалась, сверля взглядами спину Агаты и иногда косясь на Аннет и Фредерика. — Поцелуй меня, — перебивая брюнетку, сказал Нильсен. — Прости? — девушка вскинула брови и поджала свои прекрасные губы. — Нам не верят. За твоей спиной четверо партнеров по бизнесу, и, судя по их перешептываниям, сплетники они еще те, — закатил глаза Алекс, но сразу посерьезнел. — Просто поцелуй меня, — прорычал он.       Секунду Агата медлила, явно борясь с самой собой, а потом решительно посмотрела на Нильсена. Нужно с чего-то начинать. Мне все равно придется это делать и не раз… Мягко улыбнувшись, она как можно привычнее зарылась пальчиками в его густые волосы. Александр не ожидал от нее такого жеста, но ему понравилась, как острые коготки царапнули его кожу, и как в улыбке дрогнули ее губы. Он сам подался вперед, целуя девушку, но не слишком настойчиво, а будто спрашивая разрешения. Ему не хотелось спугнуть Харрис или разрушить то подобие доверия, что начало зарождаться между ними. Играть мужа и жену — сложная задача… Он обнял ее за талию, притягивая к себе, чувствуя, как из напряженной, девушка становится податливой и мягкой, будто тает.       Агата ощутила, как по всему телу пробежал слабый разряд тока, а колени дрогнули. Никогда прежде обычный поцелуй не действовал на нее так, но самое страшное — ей хотелось больше. Забывая о том, что вокруг сотни людей, она приоткрыла губы, позволяя его языку коснуться ее, что Алекс тут же сделал. Мужчина несильно надавил на ее поясницу, заставляя выгнуться навстречу, а потом отстранился, закрывая ее губы, будто запечатывая, проводя по ним языком.       Агата открыла глаза и чуть вздрогнула, встречаясь с голубыми льдинками напротив. Нильсен усмехался краем губ и даже не думал выпускать ее из своих рук, а сама девушка постаралась сделать самое расслабленное выражение лица, продолжая обнимать его за шею, которая стала единственной ее опорой. — И что это сейчас было? — промурлыкала брюнетка, невинно улыбаясь. — Это я у тебя должен спросить. Хотя, ты, вроде, не была особо против, — заметил Александр, чуть выгнув бровь. — Если хотим, чтобы люди поверили, что мы правда любим друг друга, нужно чаще это показывать. — А ты у нас профессионал, да? — девушка тихо рассмеялась, а потом снов чуть наклонилась вперед, дыша ему в губы. — Не стоит играть со мной, — она отстранилась, положив руку ему на грудь и уже хотела уйти, но он поймал ее за запястье, заставляя снова посмотреть ему в глаза: — Кто сказал, что я играю?       Весь мир для Агаты в эту секунду замер. Были только его льдистые голубые глаза, которые говорили, что он не врет, тихий, но уверенный голос и хитрая полуулыбка. Она знала, что его слова искренни и что им можно верить, можно верить ему. Александр был совершенно незнакомым, чужим ей человеком, но девушке вдруг захотелось снова прижаться к его груди, чтобы он обнял ее и улыбнулся, положив голову на ее макушку. Такое странное и совершенно незнакомое чувство… — Поговорим позже, — выдавила из себя Харрис, а потом скрылась среди гостей, все еще чувствуя на себе взгляд шведских льдов.

***

      Часы показывали пять десять, когда Агата скинула с себя одеяло не в силах больше ворочаться в кровати. Она так и не смогла уснуть, хоть это и требовалось ее измотанному организму. Прорычав проклятья себе под нос, девушка ринулась в душ, смывая остатки дремоты и сонливости. Натянув обычные джинсы, майку и кроссовки, Харрис взяла в руки планшет и, читая последние новости, двинулась на кухню.       Весь дом еще спал, поэтому брюнетка могла сполна насладится тишиной и уединением, а вероятность столкнуться с Александром, которого она избегала после того поцелуя на приеме вот уже неделю, сводилась к нулю. Легко ориентируясь в пространстве, она достала кружку и поставила ее к кофемашине, нажимая «волшебную кнопку», а потом вслепую начала шарить в холодильнике, изредка поглядывая на содержимое полок поверх планшета. Достав авокадо, лосось и лайм, девушка кинула пару кусочков хлеба в тостер и принялась готовить незамысловатый завтрак, включив новости.       Александр листал ленту в телефоне, когда услышал приглушенный хлопок холодильника. Я думал я один встал в такую рань… Мужчина зашел на кухню и прислонился к косяку двери, наблюдая за тем как его будущая «жена» готовит себе что-то на подобии завтрака. Кофемашина последний раз заурчала, роняя последнюю каплю напитка, и кружка сразу оказалась в руках Агаты. Шатену стало искренне любопытно, когда девушка наконец его заметит, но, как оказалось, он просто призрак. Харрис даже не подумала сесть за небольшой стол, а продолжала смотреть на статистику роста и падения акций за последние десять часов, при этом поедая тост с авокадо и лососем. — Что, вчера с горя напилась, а теперь от похмелья маешься? — поинтересовался Нильсен, подкравшись к брюнетке сзади и нагло выхватив из ее рук кружку. — Скорее от бессонницы, — девушка вздрогнула, но постаралась скрыть испуг за злостью, смотря на то, как он пьет ЕЕ кофе. — Свари себе свой кофе, а мой не тронь! — рыкнула она, возвращая кружку. Еще мокрые волосы упали на красивое лицо, но Александр убрал прядь ей за ухо, от чего Харрис отпрянула. — Ты что делаешь?! — Не шипи так, каттен, — усмехнулся Александр, ставя новую кружку для кофе. — Простая забота. Или не привыкла? — Не спала ночь, — отмахнулась девушка, возвращаясь к работе, чувствуя, как сердце начинает биться чаще, а кончики пальцев покалывает маленькими иголочками. — Я тебе не каттен, и только попробуй тронуть мой завтрак. — Сама советовала подумать над уменьшительно-ласкательной формой твоего имени, — шатен отхлебнул кофе, а его голубые глаза хитро засверкали. — Завтрак трогать нельзя, а тебя можно? — Прости? — от такой наглости Агата поперхнулась. — Извинения приняты, — Нильсен за одну секунду отставил кружку и прижал девушку к столешнице, поставив руки по обе стороны от нее, отрезая пути к отступлению. — Я спросил можно ли трогать тебя? — Конечно же нет, — брюнетка гордо вскинула подбородок, чтобы смотреть ему в глаза, и скрестила руки на груди. — Придержи коней и подбери слюни. Мы знакомы без года неделю.       Александр был не сильно выше, но сейчас, когда он навис над ней, как коршун, девушка чувствовала себя невероятно маленькой и беззащитной по сравнению с ним. И это было совершенно непривычно, недопустимо, неправильно… и приятно. Мужчина хитро улыбался, смотря ей в глаза, и явно получал удовольствие от всего происходящего. Она была невероятно милой, когда злилась. Возможно, других Харрис и пугала, когда была не в духе, но ему казалась забавной. Сейчас, с еще не высохшими волосами, от которых пахло ванилью и корицей, в домашней майке, потертых джинсах и кроссовках, без капли макияжа, Агата стала походить на самую обычную девчонку. Силу выдавал только этот уверенный взгляд изумрудных глаз. — У тебя так шея затечет, — усмехнулся Нильсен и, подхватив ее на руки, посадил на столешницу. Девушка ахнула от неожиданности и невольно схватилась за крепкие плечи, заставляя шведа улыбнутся еще шире. — Так-то лучше. — Теперь шея затечет у тебя, — фыркнула брюнетка, стараясь скрыть непрошеную улыбку и убирая руки с его плеч. — Неужели заботишься обо мне? — Констатирую факт. Что тебе нужно, Алекс? — она выгнула левую бровь, скептически смотря на него. — Минимум? Завтрак. Максимум? — мужчина расплылся в довольной улыбке, осмотрев девушку с ног до головы. — Придется довольствоваться едой, — Агата попыталась соскочит на пол, но Нильсен наклонился вперед, не давая ей этого сделать. — Ладно, — она шумно выдохнула, — о чем ты хочешь поговорить? — Ты избегаешь меня уже неделю, — шатен с интересом следил за выражением ее лица. — Почему? — Тебе кажется, — голос Харрис предательски дрогнул.       О да, она избегала его. И причиной был тот спонтанный и совершенно ненормальный поцелуй. Девушка не могла не думать об этом и о том, что рядом с Александром ей придется провести еще не один месяц и даже год. Им придется целоваться, обнимать друг друга, жить в одном номере в отеле, а ей так и хотелось снова ощутить вкус его губ, горячие и сильные руки на своей талии… Нет! Я не могу в него влюбится! Я же его на дух не переношу! Но сердце кричало об обратном, начиная биться быстрее, когда этот нахал рядом.       Мужчина будто прочитал ее мысли и нахально усмехнулся, облизнув губы. Он и сам не раз думал о том, что случилось, почему он решил, что те мужчины судачат именно о фиктивности брака, но, наконец, признал, что просто захотел поцеловать красивую и строптивую девушку. И сейчас, не давая ей встать на пол, Нильсен снова смотрел на ее приоткрытые от волнения губы. — Мне не кажется, — хмыкнул шатен, снова поднимая взгляд на ее глаза. — Так почему? Боишься, что не сдержишься и снова поцелуешь меня? — Не неси чепуху! Я сказала, что ты не идиот, и не хочу забирать слова назад.       Александр ничего не ответил, а только продолжил смотреть на нее, будто гипнотизируя. Он видел, как тяжело вздымается ее грудь, как участилось дыхание… Брюнетка нервно облизнула губы, и у него просто снесло крышу. Резко подавшись вперед, мужчина впился в ее губы, не принимая отказа, а его рука легла на тонкую талию, притягивая стройное тело девушки ближе. Агата попыталась отстраниться, но он ей не позволил, продолжая требовательно целовать. Секунда, и тело девушки предательски расслабляется в его руках, подаваясь вперед. Нет! Что ты творишь! Но здравый смысл и логика давно покинули эту комнату. Одним движением колена, Александр раздвинул ее ноги, вставая посередине и вплотную прижимая девушку к себе, а его руки забрались под тонкую майку. Он чуть прикусил ее губу, оттягивая назад, а потом с новой силой впился в ее губы, срывая еле слышный стон. Пальцы девушки уже запутались в густых каштановых волосах, а одну ногу она закинула ему на бедро, вплотную притягивая мужчину к себе.       Они потерялись в чувствах и ощущениях. Казалось, температура в комнате подскочила до сорока градусов по Цельсию, а воздух искрился от напряжения, потрескивая и шипя. Здесь бы вспыхнуло пламя, но прохладные влажные волосы девушки остужали их разгоряченные тела.       Отдаленный голос, который стремительно приближался к кухне, вырвал их из этого сладостного небытия. Из последних сил Агата оттолкнула от себя шведа и соскочила на пол, одергивая одежду. Сделала она это как раз вовремя, потому что в комнату вошел Карлайл с телефоном в руках. Мажордом осмотрел с головы до ног парочку, но по его лицу нельзя было что-либо прочитать. — Да, — старик все еще говорил по телефону, — я обязательно передам, — и сбросил вызов. — Агата, звонил Сэм. Он в городе и жаждет встречи. Попросил передать тебе. Кто бы мог подумать, что ты уже не спишь… — протянул он, скосив глаза на Александра. — Спасибо, — Харрис пригладила растрепавшиеся волосы и снова одернула майку. — Я сейчас же перезвоню ему и… — взгляд девушки зацепился за шведа, голубые глаза которого все еще блестели. — Подготовьте для него комнату. Пусть поживет недельку у нас, а не в очередной гостинице. В конце концов, он здесь почти вырос. И попросите Марту принести завтрак мне в комнату, — сказала Агата, а потом почти выбежала из кухни. — Вы как всегда вовремя, — усмехнулся Нильсен, беря в руки уже немного остывший кофе. — Не думал, что кто-то уже проснулся. Кухня — не самое популярное место в нашем доме, — дворецкий улыбнулся краем тонких старческих губ. — А кто такой Сэм? — будто невзначай спросил шатен. — Уже ревнуешь? — не скрывая иронии рассмеялся Карлайл. — Сэм — старый друг нашей семьи. Они с Агатой выросли вместе и… очень привязаны друг к другу, если ты понимаешь о чем я. — Мне показалось, или Вы мне сейчас помогаете? — Александр удивленно приподнял брови. — Агата мне как дочь, — старик перестал улыбаться и расправил плечи. — По большей части воспитал ее я. То, какой она стала — моя заслуга и гордость, и я хочу, чтобы она была счастлива. От этого брака ей не сбежать, как и тебе, а, значит… — он многозначительно посмотрел на шведа. — Ты идешь верной дорогой, мой юный друг, но, предупреждаю, Агата может быть жестокой. Советую не переходить ей дорогу. Она, как и ее тетушка, пережует и выплюнет, не пощадив тебя. — И что же мне делать? — обычно, Алекс делал так, как считал нужным, но в случае с этой брюнеткой совет такого приближенного к ней человека, как мажордом, мог быть очень полезен. — Вот что я тебе скажу… Будь честным с собой и с ней, — Карлайл осмотрел Нильсена с головы до ног, а потом опустил взгляд на телефон. — Я знаю только одного человека, который смог запасть ей в душу.