Здравствуй, братик

Прошло три недели Кругом бушует пламя. Кругом пожар. Мои руки связаны, я валяюсь в лесу, окруженная огнём. Не добившись от меня слов о том, что я выпустила По и пятёрку и куда они пошли, Тай Лунг решил избавиться от меня. Он решил, что будет справедливо, если моё тело сгорит в алом пламени, которое любезно разжёг для меня любимый брат. Огонь подступал все ближе, я чувствовала его жар. Стеклянными глазами я смотрела на огонь. По щекам текли слёзы от дыма и запаха гари. Ещё совсем немного и я умру. В лёгких стало горячо, воздух обжигал изнутри. Интересно, отчего смерть наступит быстрее, от огня или от того, что мне не хватит воздуха? Я стала кашлять и задыхаться. Голова сильно болела. Стало невыносимо жарко. Мне уже казалось, что моя шерсть начинает загораться. Я теряла сознание. За секунду до обморока я услышала чей-то крик и касание на своих связанных руках. Спустя время Слабость во всём теле. Голова кругом, в ушах звенит. Разве после смерти я могу чувствовать боль? Или я живая? Я тяжело открываю глаза. Вижу потолок какой-то комнаты. я на кровати. Раны, оставленные братом, перевязаны. Что за нах… где я? кто меня спас? Зачем? За дверью слышатся шаги. Испугавшись, я закрываю глаза и притворяюсь, что без сознания. Кто-то входит в комнату. Их двое или трое. Слышится движение, затем чья-то рука ласково гладит мой лоб. - Бедняжка. – сказал один голос. Нет… это… это он… По… - Она-то бедняжка? – фыркнул второй голос – это из-за неё. Кажется, это Журавль. - Ну она же освободила нас и дала сбежать. – сказал голос Гадюки – может, она не такая и плохая? - Тай Лунг сильно бил её. Похоже, что он пытался узнать, как мы сбежали. – произнёс голос Обезьяны. - Она не сказала ему. Она спасла нас. – сказал По, гладя мою болевшую руку. К горлу подступил комок. Мне хотелось кинуться ему на шею и сильно обнять. Хотелось расцеловать и заплакать от пережитого и радости. Хотелось сбежать куда-нибудь с милой пухленькой пандой, где нас бы никто не нашел. - По, смотри. – сказала Гадюка. - Она… плачет? Во сне? – произнёс с удивлением Журавль. По щекам катились слёзы. Чёрт. Панда начал вытирать их, немного обнимая меня. Я не выдержала. Я распахнула глаза и обняла его, вскочив на кровати и всхлипывая. Воин дракона опешил на несколько секунд. Затем тоже меня обнял. - Я так рад, что ты жива. – сказал он тихо. Я шмыгнула носом. - Тебе больно? – спросила Гадюка, коснувшись моей руки хвостом. Я не отвечала. Я молча плакала, обнимая панду. - Мы выйдем. По, если что – зови. – сказал Журавль, выходя. Мы остались одни. Панда сел на кровать, немного разжав руки и посмотрел в мои глаза. Я всхлипнула, взяв его лицо в руки. Я не смела вновь его поцеловать, и просто таращилась в его красивые глаза. По несмело коснулся моей щеки губами. - Я так скучал. Я опустила взгляд, роняя на кровать слёзы. - Й-я тоже… я очень скучала… - Ложись, я принесу тебе еды и накормлю. Раны болят? Как ты себя чувствуешь? - Никак. Зачем вы меня спасли? Он удивленно распахнул свои красивые глаза. - Как зачем? Потому что ты тоже спасла нас. Я всхлипнула, содрогнувшись всем телом. - Нет… это из-за меня всё началось… это я во всём виновата… лучше бы я сгорела там… По приподнял мое лицо и вытер слёзы. - Тшш. Не плачь, слышишь? Сонь, всё хорошо. - Я ранила тебя… почему ты меня простил? Почему не злишься на меня? Я предательница, я такая сучка, я ужасна, я лгунья, я… Он заткнул меня любовным и нежным поцелуем. Затем отстранился и сказал: - Не говори о себе так. Это в прошлом. Я не злюсь, потому что я тебя люблю. Сердце бешено стучало в груди. Панда положил меня на кровать и убрал с моего лица волосы. Я схватила его запястье, когда он собрался уходить. - Что такое? – спросил По с беспокойством. - Я… я… ты не поверишь мне, но я… тоже люблю… т-тебя… - еле слышно промямлила я, пряча взгляд. Он улыбнулся и склонился надо мной, дыша в лоб. - Почему не поверю? Я верю. Я научился понимать, когда ты врешь, а когда нет. И ты не врёшь сейчас, Соня. - Ты самый добрый из всех, кого я знаю. – всхлипнула я. - Спасибо. Я сейчас. Он ушел. Затем вернулся с супом и стал кормить меня, как ребенка. Как тогда, в день знакомства. По не отверг меня. Почему он не отверг меня? Из-за любви? Но ведь я принесла столько бед… он даже слова плохого мне не сказал. Что за дурак. Панда накормил меня и убрал тарелку. Потом он поправил подушку и повязки на руках, шее, животе и ногах. Пихнув его в бок, дабы он пригнулся, я повалила его рядом с собой и сильно обняла, уткнувшись в грудь лицом. - Сонь? – спросил он немного удивленно, но с нотками радости в голосе. - Я люблю тебя, добрый милый пухленький панда. – сказала я в него, сильней прижимаясь к его телу. По обнял меня и улыбнулся. - Я тоже очень тебя люблю. - Знаешь, что? - Что? Я пожамкала его мягонький круглый живот. - Ты потолстел. Тебе даже идёт. Привычней видеть тебя толстеньким. – сказала я с тенью доброй искренней улыбки на губах. Он прикрыл глаза. - То есть, это именно то, что ты хочешь сказать после месяца, что мы не виделись? Я открыто улыбнулась. - Да. Зато я не вру. И я любя. По вздохнул и тоже улыбнулся. Весь этот день, и следующие он не отходил от меня и заботился. Обо мне никогда никто так не переживал. Даже брат. Так вот, что такое любовь. Настоящая. Если любить, значит заботиться, то мне нравится любить этого пухленького панду.