Созданы друг для друга

Cause we've got tomorrow, we're the pages in the wind We've got tomorrow, we're the tale that lies within There's always another day, another night A bittersweet blessing in disguise “Tomorrow” Set it off (Потому что у нас есть завтра, мы – страницы на ветру. У нас есть завтра, мы – сказка, которая лежит внутри. Всегда есть другой день, другая ночь, Горько-сладкое благословение в тайне) ***

Было около пяти часов вечера, но из-за густых облаков улицы тонули в полумраке. Глэм стоял у фонарного столба и наблюдал за прохожими. Виктория немного опаздывала, стрелка на часах медленно, но верно ползла вперёд, мерно тикая в такт ударам сердца. Теряясь в шумном городе, где-то по пыльной дороге мчался мотоцикл. Заплетённые в пышную косу волосы развевались на ветру, по мере того, как девушка прибавляла скорость. Мельком увидев тощую фигуру Глэма, она резко затормозила и, не снимая шлем, крикнула: - Прости, задержалась немного. Глэм улыбнулся, показывая, что совершенно не злится, и безмолвно сел сзади неё. Мотор заревел, как испуганный зверь, и байк рванул с места, почти моментально набрав разгон. Чтобы не свалиться, Глэм вцепился в кожаную куртку Виктории так сильно, как только мог, поймав себя на мысли, что никогда ещё он не был к ней так близко. Почти уткнувшись носом в её золотые волосы, он ясно ощущал исходящий от них запах шампуня, смешанный с запахом выхлопных газов. Виктория была полностью сосредоточена на дороге, не дожидаясь зелёного света, она пролетала мимо светофоров, мимо недовольных водителей, словно не замечая их. Она была на своей волне, может, была счастлива, как никогда, в то время, как Глэм, уставившись на её затылок и слегка приобнимая её за талию, был ещё счастливее. Почти всё время они молчали, размышляя каждый о своём, пока байк петлял по перекрёсткам. Пейзажи проносились мимо с бешеной скоростью, жилые дома оставались позади. Когда дорога начала постепенно расширяться, и перед ними показалось большое здание концертного зала, Виктория легонько затормозила, завернув на парковку. Та была забита до краёв, что не удивительно, в городе творился настоящий ажиотаж из-за концерта. - До сих пор не верю, что тебе удалось достать билеты, - пробормотала Виктория, заворачивая в ближайший двор и паркуясь у детской площадки. - Да, просто повезло забрать последние, - равнодушно ответил Глэм, словно этот поступок ничего не стоил. На самом деле он несколько недель гонялся за этими билетами и в итоге перекупил их по двойной цене. Пусть это не самое разумное решение ударило по кошельку, Глэм был полностью уверен, что оно того стоило. - В любом случае, спасибо. – Вики слегка улыбнулась, - Пошли, а то опоздаем. - Да... Глэм торопливо побежал за девушкой, которая уверенным шагом направилась ко входу, сливаясь с целой толпой фанатов металла. Протискиваться сквозь эту толпу было непросто, Виктория бесцеремонно отталкивала людей на своём пути, чтобы занять место ближе к сцене. Глэм остановился рядом с ней и с предвкушением окинул взглядом зал. До начала концерта оставалось несколько минут, все вокруг галдели и толкались, недовольные доставшимися им местами или очень высокими зрителями перед собой. Вот сцену заполнил ароматный дым, на широких экранах загорелся свет. Глэм восторженно затаил дыхание и посмотрел на Вики, она с любопытством вглядывалась на пока ещё тёмную сцену, ожидая следующих действий. Она раньше не ходила на концерты, на это у неё попросту не было ни денег, ни времени, да и вся её жизнь была довольно приземлённой. А вся эта атмосфера концертного зала, мерцающий свет и оглушительная музыка создавали ощущение чуда. Внезапно послышался громкий хлопок, и все прожекторы, экраны и колонки вырубились. По утонувшему во тьме залу пробежал недовольный возглас. - Какого хрена? – спросила Виктория настороженно, но Глэм лишь пожал плечами и с тревогой оглянулся вокруг. В воздухе появился неприятный запах плавленной проводки. На сцену выбежала худощавая женщина с маленьким тусклым фонариком и взяла микрофон. Осознав, что он тоже не работает, она как можно громче крикнула: - Произошло короткое замыкание, концерт отменяется. Мы приносим свои извинения. Из зала на неё сразу же посыпался поток ругательств: - Блин, я мечтал об этом концерте пол года. - На хрен мы вообще сюда припёрлись? - У вас руки из жопы растут? Сразу по-нормальному не могли сделать? - За что я отдал свои деньги?! Виктория засмеялась. Сперва она тоже хотела что-нибудь крикнуть, но не смогла удержаться от внезапно нахлынувшего смеха. - Ты чего? – спросил Глэм удивлённо, касаясь её плеча. - Да так... Просто забавно вышло. Мой первый концерт, а его похерили. Я прям победитель по жизни. Глэм задумчиво кивнул, он ясно видел, что за этим смехом скрывалось большое разочарование. Виктория действительно хотела провести этот вечер на хайпе, впервые сходить на концерт, услышать любимую музыку в живую, а не просто на плеере. Она криво улыбнулась, словно это её совсем не расстроило, и сказала: - Ладно, поехали домой. Она уже собралась уходить, и Глэм бросил на неё печальный взгляд. Сколько ожиданий он поставил на этот концерт, а они все разбились за одно мгновение. Такая себе неудачная шутка судьбы. - Постой, - крикнул он неожиданно, цепляясь за новую идею. – Я устрою тебе собственный концерт. Поехали ко мне. Виктория посмотрела на него скептически, она не совсем поняла, что же задумал её новый товарищ. Тем не менее, она пожала плечами и направилась вслед за Глэмом к выходу, к припаркованному в соседнем дворе мотоциклу. - Говори, куда ехать. *** Старая пятиэтажка тонула в сумерках, освещаемая лишь одним фонарём, сиротливо стоящем на отшибе. Пока Глэм рылся в карманах в поисках ключей, Виктория смотрела по сторонам и размышляла, она по-прежнему была не уверена в правильности своих поступков. Ей не хотелось предавать Бага, и она не собиралась этого делать, так что рассматривала этот вечер как обычное дружеское времяпрепровождение, пусть Глэм и рассчитывал на обратное. Они поднялись на третий этаж, тяжёлая входная дверь тихонько скрипнула, впуская в квартиру гостей. - Вот, чувствуй себя, как дома, - проговорил Глэм с лёгкой неуверенностью, помогая Вики снять свою кожаную куртку и вешая её на крючок для одежды. – Хочешь чая? - Эм, нет. Спасибо. - Хорошо. Виктория опустила глаза от неловкости и пошла за Глэмом, тот провёл её в гостиную и усадил на диван, включил настольную лампу и сел напротив девушки. Какое-то время они просто молчали, Вики осматривала комнату, Глэм собирался с мыслями. Квартирка у него была тесная, со старым ремонтом, но за счёт развешанных на стене плакатов казалась уютной. Настольная лампа отбрасывала тусклый холодный свет, по полу потянулись две длинные тени: Глэм и Виктория сидели друг на против друга, не решаясь поднять глаза. Девушке было немного не по себе от смущения, она не переставала размышлять о своих чувствах к Багу и о том, что она здесь вообще забыла. Всё казалось ей таким сложным и запутанным. Рука Глэма потянулась за гитарой, висевшей на стене, той самой гитаре, которую Чес спёр из кабинета директора консерватории. С тех пор прошло довольно много времени, и этот музыкальный инструмент был свидетелем всех его взлётов и падений. Пальцы аккуратно, с особым благоговением коснулись грифа, нежно погладили струны. Хорошо знакомая мелодия сразу же всплыла в памяти, целая череда аккордов и нот. Стоило рукам ощутить свободу, как они сразу же понеслись творить, пальцы быстро перебирали струны, и из-под них вылетали звуки музыки. Виктория посмотрела на Глэма с удивлением и восхищением, все гнетущие мысли на мгновение исчезли, и их пустоту заполнили смешанные чувства. Вдохновение и воодушевление. Ритм сразу же подхватил её, и она даже не заметила, как начала в такт покачивать головой. Глэм не смотрел на неё, с крепко закрытыми глазами он ловил кайф от музыки, вспоминая каждый раз, когда играл её. В вагончике Чеса, на улице, где-то в парке, и постоянно у себя в голове. - We not gonna take it. No, we ain’t gonna take it… - Oh, we're not gonna take it anymore, - подхватила Виктория, хрипло подпевая. Глэм мельком взглянул на неё, едва заметно улыбнувшись, и продолжил играть. Пожалуй, никогда ещё эта песня не звучала так хорошо, на миг он даже представил, каким хорошим дуэтом они могли бы быть. «Сколько можно отдать за то, чтобы снова услышать, как она поёт?» - мимолётно подумал Глэм, прислушиваясь к громкому пению девушки, в котором то и дело проскакивал фальшь, но это было не важно. Важно то, что она была счастлива. Прошло около часа, Глэм всё продолжал играть, боясь потревожить эту идиллию, боясь, что стоит пальцам оторваться от струн, Виктория уйдёт и, быть может, никогда не вернётся. Её голос начинал всё сильнее хрипеть, но Вики не подавала виду, заметив это, Глэм чуть сбавил темп игры. На мгновение их глаза встретились, без слов понимая мысли. «Ещё одну песню?» - «Ещё одну». Спустя какое-то время музыка стихла, Глэм размял пальцы и налил Виктории воды. - Спасибо, - пробормотала она тихонько и жадно прильнула губами к стакану. Когда он опустел, она взглянула на часы, стоящие на столе, и удивлённо вскрикнула, - Половина десятого?! Бля, как же поздно. - Да... Что-то мы засиделись. Тебя проводить? – спросил Глэм с заботой и потаённой надеждой продлить этот вечер. - Нет. Не надо, - немного грубо ответила Виктория, не скрывая волнения. Глэм вздохнул и включил свет в прихожей. Недавно купленная лампочка рассыпала яркий белый свет по комнате, заставив обоих зажмуриться. - Прости, что так вышло с концертом, - проговорил Глэм виновато, неосознанно опуская глаза. Вики качнула головой и быстро ответила: - Нет, нет, это же не твоя вина. Это всё странная проводка... Но вечер всё равно удался, спасибо. - Тебе понравилось? - Да. Было весело, - ответила она с добродушной улыбкой и с чувством благодарности. Стоя в прихожей и натягивая на плечи кожаную куртку, она то и дело посматривала на Глэма. Её зелёные глаза немного поблёскивали в ослепительно ярком свете лампы, они как будто смеялись и с надеждой глядели в самую душу Глэма. В этих глазах можно было прочитать всё что угодно, но самого заветного Глэм в них не нашёл. Симпатии. «Интересно, о чём она думает?» - спросил он сам себя, окидывая девушку любопытным, оценивающим взглядом, словно пытаясь разгадать все её загадки. «Чёрт, уже так поздно. Баг будет злиться... Ну, и пусть злится. Может, не стоило засиживаться? Или стоило? Было же весело». Входная дверь хлопнула, и затем повисла тишина. Ещё какое-то время Глэм стоял в полном одиночестве посреди комнаты и прожигал взглядом дверной проём, в котором исчезла Виктория. Вроде бы всё прошло чудесно, это был один из самых весёлых вечеров в его жизни. Но всё равно в душе осталось едва уловимое горькое чувство недосказанности.