Созданы друг для друга

A face on a lover With a fire in his heart "Last Christmas" Wham! (Влюблённый, я прятал за маской равнодушия Пламя своего сердца.) ***

Время летело на удивление быстро, и вскоре дождливая и мрачная осень сменилась не менее мрачной зимой. Снег в их городке был настоящей редкостью, однако этот год, похоже, стал исключением. В предновогоднюю неделю он засыпал все улицы, покрыл тротуары белоснежной пеленой, толщиной по колена, что довольно сильно затрудняло всяческие прогулки. Виктория не любила зиму. Постоянный холод и пасмурная погода, тёплая одежда, что весила несколько килограмм и сковывала движения, обледенение на дорогах не позволяло ей гонять на своём мотоцикле, и, в придачу ко всему этому, дополнительная платёжка за отопление. Этот год был для неё особенно тяжёлым - слишком уж много перемен он принёс. Расставание с Багом выдалось очень тяжёлым, и порой, приходя в пустой дом, где они когда-то были счастливы вместе, Вики едва сдерживалась, чтобы не раздаться плачем и ругательствами. Такие приливы эмоций у неё, конечно, случались нечасто, ведь Виктория не была до боли сентиментальным или ранимым человеком, но к переменам она привыкала мучительно долго. В последние несколько дней она размышляла, стоит ли ей вообще праздновать Новый год. Находиться в шумной компании ей сейчас не хотелось, но и сидеть в одиночестве так же было не комильфо. Единственной альтернативой было устроить тихий праздник в небольшом кругу друзей. Первым делом Виктория написала Анне, с потаённой надеждой на то, что она согласится прийти. Ответа долго ждать не пришлось, однако он лишь раздосадовал Вики. "Прости, подруга, я сейчас не в городе. Уехала в байкерский тур по Европе. Разве я не говорила тебе?" Девушка устало вздохнула и напечатала ответ: "Не говорила. Ок, хорошего отдыха." Какие ещё у неё оставались варианты? Макс, с которым она тесно общалась ещё со школы, наверняка будет закатывать большую тусовку, он всегда так делает на любые праздники и иногда даже без особого повода. Кандидатуру Бага она даже не рассматривала, это было бы определённо плохой идеей. После расставание ей не хотелось с ним общаться, тем более, что любой праздник он мог превратить в катастрофу. "Помнится, на прошлый Новый год он разбил люстру, когда открывал шампанское... Хотя это было скорее весело." Вики внезапно захотелось завыть от тоски. Где же шляются все её друзья, когда она в них так нуждается? Где же те времена, когда между ними всё было просто и ясно? Виктория снова взяла в руки телефон и написала Глэму: "Привет. Есть какие-нибудь планы на Новый год?" Не успела она погасить экран, как прозвучало оповещение о новом сообщении. "Никаких. А у тебя?" "Аналогично. Го отметим у меня? "Давай. Во сколько?" Девушка призадумалась. Ей предстояло ещё убрать весь срач в доме, поставить ёлку и, на худой конец, приготовить что-нибудь съедобное. "В десять," - написала она, ощущая новый прилив сил. Как ни странно, ей даже хотелось заняться уборкой, чтобы отвлечься от мрачных мыслей и, может, создать праздничное настроение. Порывшись в шкафу, она нашла немного расклеившуюся и пыльную коробку с ёлочными игрушками, старыми, но всё ещё красивыми. Вымыв гору посуды, на которую она два дня назад забила, и вычистив каждый уголок, она с чистым сердцем пошла за ёлкой. Благо, далеко идти не пришлось, перед праздниками эти деревья продавались везде, в каждом дворе, подворотне или площади. Вики, конечно, догадывалась, что срублены они были скорее всего нелегально, но сейчас это волновало её меньше всего. Запах смолы и мягкие ветви были отличным преимуществом живых ёлок. Но покупать их каждый год было как минимум не выгодно, а как максимум - плохо для планеты. Но у Виктории в любом случае пока не было денег на искусственную, поэтому она выбрала более-менее приличную ёлку и впихнула продавцу деньги за неё. - А вы донесёте сами? - спросил тот с доброжелательной улыбкой. - Может, вам помочь? - Справлюсь, - выплюнула она, закинув ёлку на плечо и отправившись домой. Установив зелёную красавицу в гостиной, девушка принялась неспешно её украшать. В детстве она, как и многие, любила это дело, но тогда и смысл этого праздника был другим. Ожидание чуда, наивная нетерпеливость - вот ты проснёшься, а добрый дедушка Мороз принёс тебе заветный подарок. Печально, но с годами это прекрасное чувство улетучивалось, уступая место обычной рутине. Виктория решила не заморачиваться на счёт цветовой гаммы игрушек и просто нацепила на ёлку всё подряд. Гирлянда оказалась всего одна, немного подратая и заклеенная в некоторых местах изолентой, но это не сильно бросалось в глаза, так что она тоже пошла на ёлку. Закончив, Виктория отошла к выходу из гостиной и осмотрела результат, довольная своей работой, она хлопнула в ладоши и, наконец, решила отдохнуть. За окном уже стемнело, и всяческое желание что-либо делать по дому сразу же исчезло. Но и за сегодня она сделала достаточно, так что приготовление ужина было решено отложить на завтра. *** Глэм, как обычно, вышел пораньше, чтобы ни в коем случае не опоздать. Это была одна из тех привычек, которые у него выдрессировал отец, ибо же в высшем обществе даже малейшее опоздание было непозволительно. Тем более, что погода была просто ужасной: снег, не прекращаясь, шёл уже который день, и, благодаря ветру, не просто меланхолично опускался на землю, а бил в лицо острыми иголками. Глэм с трудом пробирался через эту бурю, буквально откапывая себе путь на автобусную остановку. В придачу к этому ему приходилось тянуть за собой ящик инструментов для ремонта мотоциклов и автомобилей в подарок Виктории. На самом деле он не был до конца уверен, что она оценит это, однако к своему неприятному удивлению он понял, что совершенно ничего не знает о других её интересах. Ровно в 21:55 он уже стоял во дворе у Виктории. Девушка открыла ему дверь с радостной улыбкой, из дома доносились приятные запахи еды и тепло. - Привет, - сказала она, встав в дверном проёме. - Привет. С наступающим тебя. - Хех, и тебя. Заходи уже, всё тепло из хаты выпускаешь. Глэм снял с себя шапку и обтрусил с неё снег, его волосы, наэлектризовавшись, забавно торчали во все стороны. Вики тихо хихикнула, глядя на него. - Слишком страшно? - спросил Глэм. - Поэтому я и не люблю носить шапку. - Та нет, почему же. Праздник начинался просто замечательно. Пока Глэм копался в прихожей, снимая куртку и разуваясь, Вики успела вытащить из духовки рыбу, достать тарелки и приготовить подарок для Глэма. Протянув ему маленькую коробочку, она пробормотала: - Я, если честно, в душе не ебала, что тебе подарить, у меня ж никогда не было друзей-музыкантов. Так что вот. Возможно, слишком скромно… Глэм аккуратно разорвал подарочную упаковку и приоткрыл коробочку. Внутри была горсть медиаторов разных цветов. - Вики, - проговорил он воодушевлённо, - это лучший подарок. Если бы только знала, как сильно гитаристы нуждаются в медиаторах – они постоянно теряются, стираются или ломаются. Спасибо тебе. Виктория улыбнулась, мысленно обрадовавшись тому, что не прогадала. Глэм, конечно, приукрасил свою радость, ибо же медиаторов у него было полно. Но он и не ждал подарка от Виктории, само её внимание уже было приятно. - Я тоже приготовил подарок для тебя. Вот, это набор инструментов. Глэм показал девушке большую коробку в оригинальной упаковке, украшать её подарочной фольгой он не стал. - Тебе нравится? - Спрашиваешь ещё! Я как раз недавно думала о том, что нужно купить такой комплект, но денег не хватало. - Тогда я рад. Повисло недолгое молчание. Глэм застыл в прихожей с коробкой медиаторов в руках, глядя на по-детскому счастливую Викторию, что рассматривала новые инструменты. Для него было приятной неожиданностью, что девушка решила пригласить его на праздник и, как он понял, лишь его. Он не знал, было ли это знаком её симпатии или чего-то ещё, но ни секунды не сомневался в том, что обязательно придёт. И сейчас он наслаждался каждым моментом, не обращая внимание ни на что вокруг. - Надеюсь, ты не имеешь ничего против рыбы? - прервала его размышления Вики. - Нет. Мне нравится рыба. Девушка засмеялась: - Но только не та, которую готовлю я. Пока Глэм взялся открывать шампанское, девушка разложила по тарелкам запечённую в фольге рыбу, что испускала чудесный аромат и выглядела тоже аппетитно. Этот рецепт она вычитала в интернете, потратив весь вчерашний день на приготовления. - Вики, мне кажется, ты недооцениваешь свои способности. Твоя рыба выглядит лучше, чем в некоторых ресторанах, поверь мне. Раздался хлопок, и пробка от шампанского осталась у Глэма в руках. - Как будто ты был во многих ресторанах, - ехидно ответила Вики, но без намерения обидеть. Сейчас у неё было хорошее настроение, которое можно было охарактеризовать одним словам "ржать". - Я ведь не готовлю. Вообще. - То есть, ради моего прихода ты решила научиться? Великий подвиг, - ответил Глэм, разливая шампанское в бокалы. - Ой, ты как скажешь, - пробормотала она смущённо. Глэм приподнял бокал, чтобы сказать тост, но Виктория в один присест выпила шампанское и сразу закусила его рыбой. - Чёрт, ну и говно! - крикнула она, попробовав своё творение. Глэм улыбнулся и, сделав лишь один небольшой глоток алкоголя, принялся размеренно есть скумбрию, что оказалась немного пересоленной, но всё же съедобной. - Очень вкусно, - сказал он в итоге. Виктория взглянула на него скептически и усмехнулась. Она знала, что Глэм ей льстит, чтобы ей было не так обидно, но его попытки всячески ей угодить были такими забавными, даже милыми. Так что Вики не стала с ним спорить. - Впервые встречаю Новый год в такой маленькой компании, - сказала она после недолгих раздумий. - А я вообще впервые встречаю Новый год, - непринуждённо ответил Глэм, махнув рукой. - Ты щас серьёзно? - Вполне. Когда я жил с семьёй, мы в основном праздновали Рождество, так как родители были рьяными христианами. А потом... как-то не пошло. - Что ж, с этого года будешь праздновать. Да и вообще... знаешь такую примету: с кем новый год встретишь, с тем его и проведёшь. - Я не верю в приметы, - покачал головой Глэм. Виктория засмеялась и воскликнула: - То есть, тебе не нравится моё общество? - Я этого не говорил, - отрезал мужчина, улыбнувшись. Поскольку Виктория оказалась не очень хорошим кулинаром, ужин закончился довольно быстро, а вот весёлые беседы под спиртные напитки - продолжались ещё долго. В какой-то момент послышался хлопок и свет в квартире потух. Виктория напряжённо посмотрела по сторонам. От внезапно упавшей на глаза темноты её захлестнула минутная паника. - Пробку выбило, - заключил Глэм, встав из-за стола. - Надо пойти проверить. - Тебе присветить? - Было бы неплохо. Они наощупь добрались до коридора, где находился электрический щиток, Виктория включила фонарик на телефоне, пока Глэм с умным лицом начал рассматривать поломку. Он включил обратно автомат, и свет снова зажёгся, но ненадолго. Стоило Виктории радостно хлопнуть в ладоши, как со звонким щелчком пробку выбило снова. - Это странно, - проговорил Глэм, размышляя над возможной причиной этой проблемы. - Глэм, - Виктория схватила его за плечо. - Слышишь, гарью завоняло. Ты тоже это слышишь, или мне мерещится? - Я тоже это слышу. Без паники, возможно... Вики начала ходить вдоль коридора, и взгляд её упал на стоящую в гостиной ёлку, от которой исходил дым, и начинало заниматься пламя. Не успел Глэм договорить о том, что проблема несерьёзная, и что не стоит впадать в панику, как Виктория закричала: - Блять, пожар! Горим! Пока девушка, выкрикивая маты, убежала на кухню, Глэм в полном спокойствии пошёл смотреть на ёлку. Благо, настоящего пожара там пока что не было, но это был лишь вопрос времени. Единственное, что могло стать источником возгорания, была старая гирлянда, поэтому Глэм, недолго думая, полез за ёлку, чтобы выдернуть её из розетки, которая находилась на стене прямо за деревом. - Ты с ума сошёл? - проорала Виктория, забежав в гостиную с кастрюлей воды. - Вылезай оттуда, быстро. Глэм не торопился этого делать, он знал, что ситуация была пока что под контролем, и ничего запредельно опасного не происходило. Он выключил гирлянду и только тогда позволил Виктории выплеснуть всю воду на ёлку. - Какого хуя ты туда полез? - всё ещё кричала она. - А если бы всё загорелось? Глэм вздохнул и, чтобы её успокоить, тихо сказал: - Виктория, тебе не стоит так волноваться, я же знаю, что делаю. Ель ещё свежая, поэтому она не вспыхнула бы моментально, она просто начинала тлеть. Но выключить гирлянду было необходимо, в противном случае мы оба могли пострадать, понимаешь? - Понимаю... Но больше так не делай! - сказала она строго, как разозлённая и взволнованная мать. - А больше и необходимости нет. Глаза уже немного привыкли к темноте, поэтому Виктория могла отчётливо видеть Глэма или, по крайней мере, его силуэт, но она была уверена в том, что он улыбался. - Прости, - пробормотала она. - Это был мой косяк. Зря я решила повесить эту старую гирлянду. Я опять всё испортила... Глэм покачал головой и к удивлению девушки толкнул ёлку, чтобы та неуклюже повалилась на пол. - Виктория, ты просто зажгла этот Новый год, во всех смыслах. К чёрту эти формальности - наряженная ёлка, гирлянды, серпантин, нам ведь и без того весело. - Глэм, - девушка почувствовала, как её захлёстывает внезапная радость и спокойствие. Она подошла к нему и обняла. Глэм, не ожидавший этого, судорожно вздохнул, пробормотав: - Вики, ты меня раздавишь. - Прости. Несмотря на то, что крепкие объятия девушки реально душили, Глэм всем сердцем хотел, чтобы этот момент никогда не кончался. - Клянусь, это самый весёлый Новый год в моей жизни, - воскликнула она. - Заметь, как и все наши встречи, он пошёл через жопу. Традиция? - Да к чёрту, я привыкла. Постояв так в полнейшей темноте ещё несколько минут, Глэм пошёл обратно в коридор, к электрическому щитку. Причина короткого замыкания теперь была устранена, так что свет мгновенно озарил все комнаты. Виктория облегчённо выдохнула и сказала: - Отлично. Можно бухать дальше. - А ещё есть чем? Девушка хихикнула и открыла кухонный шкаф, показывая ему две доверху забитых полки с различным алкоголем. Могло создаться впечатление, что Виктория была зависима от спиртного, но Глэм знал, что это не так. Он ни разу не видел её до чёртиков пьяной, разве что после расставания с Багом, но тот случай был не в счёт. Они снова уселись за стол, продолжив дружеские беседы. Случай с горящей ёлкой они, конечно, ещё вспоминали, как неудачную шутку, однако напряжение начало спадать. Пока Виктория воодушевлённо рассказывала о том, как сумбурно у неё прошли выходные, Глэм мысленно собирался с силами. Он больше не хотел откладывать этот разговор, но пока не знал с чего начать. - Виктория, я хотел кое-что сказать. Мы познакомились не так давно, и время с тех пор пролетело очень быстро. Я много думал над всем, что происходило, честно говоря, это не давало мне покоя не одну бессонную ночь. Девушка вскинула бровь, пытаясь угадать, к чему он клонит. Глэм, как обычно, зашёл слишком издалека, из-за чего суть беседы было сложно уловить. - И я довольно долго не решался начать этот разговор, как минимум из-за того, что не мог предугадать его последствия. Но в итоге пришёл к выводу, что этого стоит, тем более, что не сказав этого, я был бы крайне несчастен. - Ну так что ты хочешь сказать? - не выдержала Виктория. - Я хотел сказать, что ты мне очень нравишься, Вики. Девушка удивлённо моргнула, едва не подавившись шампанским, которая она всё это время распивала. Для неё эта новость не была открытием века, она и раньше догадывалась о нежных чувствах Глэма, но не придавала этому особого внимания, считая, что всё пройдёт само собой. И сейчас она была крайне растеряна. - Ну, слушай, я не знаю, что ответить, - честно призналась она. - Тебе не обязательно что-либо отвечать. Я просто счёл нужным, что ты должна знать об этом. Глэм пытался сохранять спокойствие, но на его лице промелькнуло смущение. И молчание Вики в ответ только сильнее его напрягало. Девушка сидела напротив, немного опустив голову, она вообще не знала, что ей теперь делать с этой информацией. В её голове крутился вполне логичный вопрос: "Ок, а что я к нему чувствую?" Девушка затруднялась ответить, она не знала такого слова, что могло бы в полной мере описать её чувства. Рядом с Глэмом ей всегда было легко и спокойно, он создавал впечатления надёжного человека, который порешает все проблемы прежде, чем они коснутся Виктории. Он был интересным собеседником и, что ещё важнее, хорошим слушателем. Виктории нравились эти черты его характера, но она не могла сказать точно, что ей нравится сам Глэм. "Блять, нафиг он это сказал? Я ж теперь ни о чём другом думать не смогу." На часах пробило полночь, за окном во всю начали взрываться фейерверки. Глэм встал из-за стола, боясь лишний раз взглянуть в глаза девушке, и подошёл к подоконнику, облокотился на него и стал наблюдать за разноцветными огнями, наполняющими мрачное, затянутое тучами ночное небо. Виктория бросила не него беглый взгляд, так и продолжив молчать. Только сейчас она осознала, насколько сблизилась с этим человеком за минувший год, и это её немного пугало. Теперь она проведёт не один день в раздумьях и, пока не даст Глэму точный ответ, между ними будет царить напряжённая неловкость. Виктория не знала, что делать, пока весь мир праздновал Новый год, она сгорала от неведения, а Глэм, стоящий рядом почему-то выглядел запредельно счастливым.